Там, где никто нас не услышит

Неоновый крест на церковном шпиле манил к себе под стать маяку, и в то же время отпугивал. Он указывал путь, в равной степени предупреждая о грядущей опасности. Через витражи слабо угадывался полумрак церкви. В дальнем конце с трудом можно было разглядеть алтарь, а за ним — распятие. На стоящих вкривь-вкось скамьях сидели люди: в основном пожилые женщины и чокнутые католики. Вдоль стены растянулась вереница икон — видимо, там «грешники» читали молитвы и занимались исповеданием своей смуглой души. Просили Божьего прощения за уже совершённые и нет грехи. Молили о здоровье умирающих родственников, захлёбываясь собственными слезами огромного горя. Дрожащими губами целовали иконы, от чего у Гварца к горлу подступала тошнота. А может, это было из-за сильного похмелья. Но во всех этих Божьих милостях они с Виндалом не нуждались. У них была другая цель — отыскать лечение. Священник говорил складно. Рассказывал о дальних странах, где воюют, голодают и оскверняют само понятие доброты. Виндал не вслушивался, пока он не перешёл к теме смерти, пока он не завёл про новое начало и Божий замысел — его, типа, разумом не постичь, а потому и сомнения в нём допустимы; он, типа, когда свершится, тогда всех одарит пониманием. Гварц вздохнул от скуки. Они заняли последнюю скамью. Вплыла бабулька на каблучищах и на волне парфюма, который можно было почувствовать за километр; подмигнула Гварцу. Тот, нахмурившись, показал ей средний палец, от чего та смущённо охнула и отсела на три скамьи подальше — на самую дальнюю от них. — Да тут одни старики-сумасшедшие. — Помолчи и потерпи ещё немного, скоро будет церемония раскаяния. Гварцу хотелось убежать подальше, туда, где не слышишь про вечные муки — потому что одно упоминание о них будто втаптывает человека в грязь, заставляет подчиняться. Он покосился на Виндала: дешёвый костюм словно из девяностых, заспанные веки, неряшливая укладка. Розовая рубашка под неглаженным пиджаком, густо-синий и совсем не подходящий под одежду галстук. Вырядиться нелепее него ещё никому не удавалось, только старик в кремовом джемпере и дырявых джинсах, будто украденных у нелюбимого внука, возможно, мог сравнятся с его уровнем неряшливости. Возможно. Когда все склонили головы в молитве, старик-священник заговорил снова. Гварц стоял, низко опустив голову, с единственной мыслью: лишь бы всё это помогло, лишь бы эта зараза покинула его тело, лишь бы он вновь оказался здоров. — Катись к чертям, — прошептал он. — Всё пускай катится к чертям. Виндал опустился на колени и тоже начал о чём-то молить себе под нос. Гварц до сих пор удивлялся, как этому парню не было наплевать на его проблемы, почему он хотел ему помочь. Может, они оба знали ответ — просто не хотели произносить его вслух.

***

— Расскажи мне про Бога, — попросил Гварц. Они с Виндалом сидели на деревянной лавочке у церкви. Вдалеке виднелся угол кладбища и дальше — бесконечный океан. Скамьи в церкви покрасили в белый цвет, а каменный пол прикрыть забыли. Теперь он усеян белыми каплями. Виндал поднял глаза, оценил высоту сводчатого потолка, детали арок. Церковь дышит красотой — недаром же её постоянно фотографируют курортники, а по воскресеньям на скамьях нет свободных мест. — Я в него не верю, — отрезал Виндал и потянулся в карман брюк за пачкой сигарет. Достал одну и неспешно закурил. — Правда? А почему? — Если бы он был, как ты думаешь, я бы стал любить жизнь больше? Гварц полагал, что ответ являлся отрицательным. — В обоих случаях — нет. Родители когда-то брали меня с собой в церковь в детстве, но любовью к Богу я так и не проникся. — Как думаешь, все эти молитвы мне помогут? Виндал только пожал плечами и сделал первую затяжку. Сигаретный дым сдувало вечерним ветром прямо на Гварца, от чего тот кашлял и размахивал рукой у носа. — А эффект какой-нибудь уже есть? — Пока нет… — Ты же обращался к священнику? — Да. Минут десять прошло в молчании. Гварц мучался вопросами, на которые Виндал не хотел отвечать. Этот парень известен своим суровым нравом. Работает в дорожной забегаловке, имеет свой собственный дом, живёт один. Ну, почти один, не считая Гварца, порой являвшегося к нему в гости с приглашением и без. — Сначала он мне посоветовал покончить жизнь самоубийством. Виндал вперил взгляд в стену. Фреска: сонм святых, суд, прощение. — Я бы послушался, да эта хрень мне же не даст. Решили, что смерть — это не выход, а если это и он, то мне не подходит. А потом старик обрызгал меня святой водой… — Гварц сглотнул. — А она, как только капли на кожу приземлились, испарилась сразу же. Пиздец. Солнечный луч ощупью подобрался к кафедре, остро высветил грань. Виндал закрыл глаза. — И что теперь будет? — Я не знаю. — У нас остались ещё варианты? — Не хочу пока об этом думать. Шершавая ладонь легла Гварцу на плечо — Виндал, утешитель хренов, решил включить в себе поддержку. Но Гварц не отмахнулся. — Чушь он несёт, священник. Чушь собачью. Виндал снова прикурил. Запах дыма перебил парфюм. — Я тебя понимаю, Гварц. — Что ты понимаешь? — Я тоже не верю в этот Божий замысел и новое начало. Что эти католики себе только не напридумывали… — Виндал говорил тихо и спокойно; табак сделал своё дело. — Бог всё может, все болячки вылечит — стоит только на коленях постоять да поплакать о проблеме. — Мне также говорили. — А результата нет. — Ну, возможно, в будущем он себя проявит. Не всё сразу же, ты сам так выражался. Гварц вырвал пучок длинных травин, разжал кулак. Пусть траву унесёт ветром. Затем глянул на Виндала. Тот улыбался, смотря куда-то вдаль. Наверно, отчаянно верил, что с его другом всё будет в порядке. — Брюки у тебя для члена не маловаты? — Подразнил Гварц. — Это я ещё в трусах. А если сниму — все прихожане попадают и вдоль нефа стопками улягутся. Эта шутка заставила Гварца разразиться в громком смехе, ухватившись за живот. Виндал, в свою очередь, издал лишь смешок и пожевал сигарету губами. Со скамьи они поднялись одновременно. Решили прогуляться. Дорожка к обрыву заросла травой. Памятники покосились, будто вот-вот упадут. Внизу, в полуметре от Виндала и Гварца, неистовствовал прибой. Добрались до развилки, но Виндал налево не свернул. Прямо перед ними восточный край небосклона, обращённый к предзакатному солнцу, отливал чистым серебром. Сбоку, блеснув слюдой, скрылась в ущелье река. Позади остались деревья, река вынырнула, зазмеилась в ей одном известном направлении. Гварц чуть себе шею не свернул, оглядываясь по сторонам. А Виндал шёл прямо, придерживая его за руку, словно не обращал внимания на окружающую их красоту. И даже сосны, выстроченные, как небоскрёбы, его не удивили. Он пошёл напролом. Гварц старался не отставать, и у него это почти получалось. Виндал, судя по всему, знал дорогу, каждая ветка под ногами была ему в качестве указателя. Крепко запахло сосновой смолой. На милю впереди четверо человек в высоченных сапогах застыли в светлой воде, держа удочки. Виндал прикурил сигарету и пояснил: — Мне здесь нравится. Маштабность полотна уменьшала рыбаков до размеров точек. Здесь, в глуши соснового леса, Гварца и Виндала никто не услышит. — А тут очень даже неплохо! — сказал Гварц, пытаясь держать челюсть на месте. Он не знал, что в их городке есть такое красивое место. — Откуда ты узнал про это… что бы там ни было. Из кого информацию выпытывал? — У меня свои источники. Виндал улыбнулся. Сигарета помигивала на ветру. Он указал пальцем на горные пики. — Каньон отсюда в километре. По слухам, глубина у него аж до красной скальной породы доходит. Глушь, дикие места. В какую сторону не пойди — затеряешься. Надо скрыться? Да легко. Миллионы акров пустыми лежат. — Поэтому ты меня сюда привёл? Чтобы меня убить? Чтобы изнасиловать? — Гварц подфутболил камушек, проследил, как тот утонул. — Может, хватит со мной заигрывать? — Не хватит. Оба хихикнули в унисон. — Знаешь, иногда ты не такой скучный засранец, каким кажешься. — Я же попросил без заигрываний… — усмехнулся Виндал. — Но, пожалуй, сочту это за честный комплимент. Пепел с сигареты плавно лёг на землю. — Вода там, внизу, бирюзовая, такого оттенка в других краях не увидишь. И холодная — потому что с ледника течёт. Дно илистое, ничего на нём не растёт. Ни мути, ни живностей — только пустота. Может, кто-то когда-то трупы туда скидывал, да ни один не всплыл. Что-то в этом… потустороннее, тебе не кажется? Гварц хмыкнул, прежде чем усесться на мягкую траву рядом с приятелем. Поджал под себя колени и продолжил любоваться миром вокруг себя. Боковым зрением он заметил невысокие кустарнички с плоскими листиками и мелкими ягодами густейшего лилового оттенка. Чистая и умиротворённая природа сильно отличалась с тем, что им с Виндалом приходилось видеть каждый день — смуглый город, грязные улицы, противный смрад мусора и машинных выхлопов. — В такой воде и отражение не как всюду. Мир наоборот, купол небесный вверх-дном, а кроме купола будто и нет ничего. Вот на работе отпуск возьму — повезу тебя в каньон порыбачить. Ну, если ты хочешь, конечно. — Было бы славно. — Тихо произнёс Гварц. Было жалко нарушать приятную тишину. Докурив сигарету, Виндал бросил окурок на землю и растоптал ботинком. Окурок превратился в жалкое подобие того, что оставляет человечек после себя на Земле — сплошной мусор и вонючий пепел. — А ты, Гварц, — произнёс Виндал, пока усаживался на большой камень у длинной сосны. — веришь в Бога? — Да разве я похож на того, кто верит? — Гварц посмотрел своему товарищу прямо в глаза, только потом отчеканив: — Нет. Не верю и никогда не буду верить. — И почему так? — Да потому что! Хочешь, чтобы эти куколды мне тоже мозги промыли? — Гварц покачал головой — дескать, нет, ни молитв читать, ни в церковь ходить я больше не стану, достаточно с меня. — Что б ещё раз в жизни я этот белый порог перешёл! Смотрят на меня, словно учёные-дрочёные на крысу в клетке. Ну уж нет, спасибо… Виндал рассмеялся: да так громко, что Гварц аж подпрыгнул, и птицы с ветвей дерева вниз попадали. Порой, от смеха лучше становится, но тут только дрожь по телу пробежала. Приятная, тёплая дрожь вдоль спины и лопаток. — Знаешь, сегодня на нашей прогулке я кое-что понял. — И что же ты такое понял? — Что я не один на свете. Гварц поднялся. — Бога нет, ну а мне это и сейчас ясно. Я не один — у меня есть ты. А больше мне никто не нужен — ни церковь, ни лечение, ни Бог.