Изобретатель

Все следующие дни Дуня распоряжалась с проблемами брата. Нашла пару знакомых, продала свою цепочку, зачем-то решила поменять старую мебель в квартире Раскольникова и заставила брата написать матери правду. Тот долго отнекивался, но потом согласился порешив на том, что преподнесет ее очень, как сказала девушка, «мягко и без нажима». Закинув письмо в почтовый ящик Родион хмуро посмотрел на небо и затянулся. Закутавшись в свой плащ он задумчиво брел по мостовой, глядя на реку. — Вы Раскольников? — обратился к нему мужчина в форме. — Да. — ответил студент глядя на незнакомца. — Вас в контору вызывают, — неизвестный прочистил горло и взглянул на письмо, — Порфирий Петрович. Раскольников выбросил сигарету. — Это срочно? — Без понятия. — пожал плечами штатский и скрылся. Студент ускорил шаг. " Наверное, у Дмитрия получилось договориться с дядей» — думал он. Легкое чувство беспокойства все же преследовало его. Во-первых, писатель беспокоился, что его могли вызвать в контору и по другой причине. Во-вторых, почему Разумихин не связался с ним лично? Отпечаток недавней ссоры терзал Родиона, но он надеялся хотя бы поговорить и объясниться с механиком. Пытаясь отбросить беспокойство бывший студент вошел внутрь и направился к главному кабинету. *** В большом помещение было душно и сильно пахло табаком. Клубы дыма висели под потолком и в углах комнаты. Студент поморщился от сильного запаха. В кабинете сидели трое мужчин и о чем, то оживленно разговаривали. Один из них, что на вид был старше всех, сидел за письменным столом и вальяжно положив ноги на стол, курил папиросу. — О, а вот и вы! — он шустро поднялся, что было удивительно для его лет, и подошел к вошедшему. — Мне о вас Дмитрий, все уши прожужжал. Захотелось как можно скорее познакомиться лично. Мужчина усмехнулся в усы и протянул руку. — Как вы могли догадаться, я Порфирий Петрович. — Приятно-с, Раскольников. — Родион! Знаю, знаю, жаль, конечно, что Дима ушел. Писатель зацепился за его слова. — А почему ушел? — как бы невзначай спросил он. — Дела, мол, — как-то с отстранением сказал следователь, — Не будем об этом! У вас занятный слог, знаете ли. Я прочитал ваш перевод. — Благодарю. — улыбнувшись сказал Раскольников. — Порфирий Петрович, давайте не будем распространяться, не спорю, перевод интересный, но давайте перейдем к делу. Родион повернулся на заносчивый голос. Закинув ногу за ногу и держа в руках перо на него смотрел мужчина с темными глазами. Его накрахмаленные и выглаженные манжеты рубашки, идеально выбритое лицо и легкий парфюм, говорили о педантичности и «излишней правильности», как мысленно крестил таких людей писатель. Он заставил себя кивнуть в знак приветствия. Мужчина сдержанно ответил тем же и добавил: — Письмоводитель, Заметов. — Ну что же, — привлек внимание следователь, — Вы должны будете переводить с немецкого статейки от N, разумеется, о заработной плате мы уже распорядились. Начинаете с завтрашнего дня, по всем вопросам можете подходить к господину Заметову. — Хорошо. — кивнул бывший студент и повернулся к мужчине. — Можно вас на пару минут? — письмоводитель скользнул взглядом по лицу писателя и уточнил: — Выйдем? — Да, конечно. Оказавшись в коридоре Заметов слегка расслабился: — Что вы хотели? Раскольников собрался с мыслями. Идти к Дмитрию в лавку он не хотел, да и не знал наверняка позволит ли тот с ним говорить. А вот подловить в конторе вполне возможно. — Разумихин здесь часто появляется? — Нет, не часто. — прямо ответил письмоводитель и поднял бровь, — У вас к нему дело? — Да, хотел бы поговорить. Мужчина неуверенно повел плечом, как будто ему было не комфортно. — Я слышал, что он завтра должен придти. Простите, не могу сказать большее. — О я все понимаю, не нужно. — Раскольников махнул рукой. Заметов кивнул и направился к двери обдумывая крайне странный диалог.