Лесная Скрипка

Исаак заботился обо мне, как мог, но я не могла ему доверять. Каждый его шаг, каждое движение заставляли меня настораживаться. Казалось, он был искренним, когда предлагал мне еду — простую похлебку из каких-то трав и странных коричневых кусочков. Но я знала, что доверие — это роскошь, которую я не могла себе позволить. Я внимательно следила за его руками, когда он готовил. Не спускала глаз с огня, уверенная, что Исаак только и ждёт момента, чтобы подсунуть мне яд. — Это просто мясо, — сказал он мягко, поднимая взгляд от котелка, чтобы встретиться с моим. — Дикий кролик. Здесь это основное, что можно добыть. Его спокойствие лишь раздражало меня. Я невольно облизнула пересохшие губы, но всё равно не двинулась с места. Он словно понял мои мысли, и начал перечислять каждый ингредиент, медленно и осторожно, чтобы не вспугнуть меня. — Соль и травы я нашёл у реки, — продолжил он. — Ничего, что может тебе навредить. Я неохотно взяла предложенную миску, но не притронулась к еде, пока не убедилась, что Исаак сам съел её. Только тогда, дрожащими пальцами, я зачерпнула ложку, и поднесла к губам. Горячий вкус был непривычным, но желудок не мог сопротивляться больше. Не успела я закончить свою порцию, как небо вдруг заволокло густыми облаками. Я заметила, как Исаак посмотрел вверх, нахмурившись. — Похоже, скоро начнется гроза, — сказал он. Я не понимала, о чём он говорит, но через несколько минут всё стало очевидно. Оглушительный раскат грома прорезал воздух, и я вздрогнула, сжав миску в руках. Мои глаза расширились, когда в небе сверкнула молния, озарив всё вокруг холодным светом. Вода внезапно начала хлестать с неба. Стены вокруг меня, которые всегда были бетонными, больше не защищали от внешнего мира. — Это просто дождь, бантик, — произнес Исаак, но я слышала его голос словно сквозь толщу воды. Его слова не успокаивали. Я не понимала, почему вода льется с неба. Сначала её было немного, но с каждой секундой её становилось всё больше, и я почувствовала, как холодные капли пропитали одежду. — Идём в палатку, — Исаак схватил меня за руку, но я застыла, как статуя. Молния осветила его лицо, и в этот момент он казался мне чем-то нереальным. Вокруг него сверкал свет, а звуки грома били по ушам. Всё смешалось: шум, свет, мокрая земля под ногами и леденящий холод. Перед глазами замелькали образы прошлого — операционная, свет ламп, звуки, которые не давали мне покоя ночами. Моё тело застыло, охваченное паникой, которой не было достаточно долго. — Эй, — он снова потянул меня за руку, и я, не в силах сопротивляться, позволила ему затащить меня в палатку. Прозрачный пластиковый потолок был как насмешка. Я могла видеть каждую молнию, каждую вспышку, как будто они становились только ярче и страшнее. Каждый раскат грома был словно новый удар. Я не понимала, откуда берутся эти звуки и почему это происходит. Почему всё так невыносимо? Я вдруг почувствовала, как моё дыхание сбилось, сердце сжалось в ледяной хватке страха. Вокруг меня больше не было Исаака, палатки или даже леса. Я снова была в операционной, на том жутком столе. Паника охватила меня, и я заплакала, пытаясь сдержать стон, который рвался наружу. Ничто не могло успокоить меня, не тогда, когда весь этот кошмар был так реален. — Всё в порядке... это просто гроза, — его голос прорвался сквозь хаос моего сознания. Я чувствовала, как он осторожно положил руку мне на плечо. Его прикосновение не обжигало, не причиняло боли. Оно было... тёплым. Но я не могла сразу позволить себе поверить в это. Прошлое кричало слишком громко. — Всё хорошо, бантик. Я здесь, — продолжал он, не отпуская моё плечо. Я слышала его, но всё ещё не могла сдвинуться с места. Исаак не стал давить. Он просто сидел рядом, рядом с тем, кого он едва знал. Моя паника продолжалась бесконечно, пока гроза не начала стихать. Тело изнемогло от эмоций, руки ослабли, и я едва держалась, погружаясь в темноту. Не помню, как это произошло, но я почувствовала его плечо у своего лица. Его тепло стало якорем, тянущим меня обратно в реальность, в это странное место вне лаборатории. Последнее, что я помню перед тем, как уснуть, это звук его ровного дыхания. Он был рядом... хотя я всё ещё боялась ему доверять.