Неудачная комедия судьбы: «Сквозь завесу недомолвок»

Город уже давно окунулся в ночные объятия, освещаемый лишь редкими уличными фонарями. Когда лимузин плавно подкатил к клубу, где работал Му Цин, Фэн Синь с искренним удивлением обнаружил, что раньше как-то не замечал это место. А зря. Перед ними возвышалось внушительное трёхэтажное здание с угольно-чёрным фасадом и стильной, минималистичной белой вывеской «Небосвод». Вдоль стен красовались ухоженные клумбы с чем-то тёмно-зелёным и колючим, а над входом висели маленькие, словно светлячки, серые фонарики, отбрасывающие таинственные блики. Если бы Фэн Синь не знал, что это клуб, он мог бы принять его за шикарный дизайнерский отель или тот самый ресторан, куда ему никогда не удавалось пройти. Только сейчас он заметил внушительную очередь у входа, больше похожую на живую змею. У дверей стояли двое охранников, таких широкоплечих, что рядом с ними даже Фэн Синь почувствовал себя хрупким тростником. Чуть поодаль дежурила ещё пара таких же крепких ребят с суровыми лицами, без слов объяснявшими, что фейс-контроль здесь — дело серьёзное. — Я что-то не припоминаю, чтобы здесь был такой клуб, — произнёс Фэн Синь, впечатлённо свистнув. — Я бы обязательно запомнил его, учитывая его... э-э-э, масштабы. — Он показал рукой на здание. — Ты здесь давно работаешь? Или это секретная миссия? — Нет, его открыли совсем недавно. Раньше здесь была какая-то заброшенная танцевальная студия, — ответил Му Цин, придирчиво окидывая здание взглядом, будто проверяя, всё ли в порядке, а затем перевёл этот взгляд на Фэн Синя. — Впечатляют его размеры? Или ты просто никогда не видел нормальных зданий? — Да, и это место не похоже на обычные клубы, — парировал Фэн Синь, заметив на лице Му Цина тень заинтересованности. — Даже входная группа выглядит солиднее, чем у некоторых «дорогих» ресторанов, куда меня однажды не пустили из-за кроссовок. — Мне очень интересно, что же там внутри, — вмешался Се Лянь, его тёплый взгляд скользнул по фасаду. — Му Цин, ты, вероятно, знаком с директором? Я уверен, что он необычный человек, раз создал такое место. — О, вы даже не представляете, насколько непредсказуем владелец этого заведения! — звонко рассмеялся Хуа Чэн, подмигнув брату. — Меня всё устраивает, и я, как работник, не жалуюсь, — Му Цин попытался испепелить взглядом Хуа Чэна. — Мои дорогие гуманисты и ценители архитектуры! — возопил Пэй Мин, допивая остатки шампанского прямо из горлышка бутылки. — Неужели мы так и будем сидеть здесь и упускать весёлые часы нашей молодости, обсуждая дизайн фасада? Или я лично превращу этот лимузин в настоящий патибас! Пойдёмте внутрь, наконец, посмотрим, что там у этого непредсказуемого владельца понаворочено. Выйдя из машины, Фэн Синь инстинктивно приготовился к долгому ожиданию в конце очереди. Он уже мысленно оценивал её длину и примерное время ожидания, как вдруг его бесцеремонно взяли за локоть. — Чего застыл, как вкопанный? — Ши Цинсюань, сияя своей вечной улыбкой, поволок его за собой, словно потерявшегося котёнка, ко второй, неприметной двери, расположенной чуть в стороне от главного входа. Там их уже ждали остальные. — Пойдёмте? — Му Цин резко развернулся на каблуках и, не дожидаясь ответа, пошёл вглубь помещения, его тёмный силуэт растворялся в полумраке. — Нам действительно можно вот так, без очереди? — поинтересовался Фэн Синь, обращаясь к Ши Цинсюаню, который всё ещё не отпускал его локоть. Интересно, кем работает Му Цин? Ведь он так уверенно ведёт за собой практически состав футбольной команды. Это точно не работа бармена. Как бы то ни было, это была прекрасная возможность узнать больше об этих людях. И Фэн Синь, пряча любопытную ухмылку, решил, что не упустит такой шанс. Войдя внутрь, Фэн Синь не смог сдержать низкого свиста восхищения. Высокий потолок словно превратился в самое настоящее звёздное небо с переливающимся северным сиянием, которое плавно текло над головами гостей. На просторном танцполе уже вовсю зажигала разноцветная толпа, сливаясь в единый организм под завораживающие ритмы. Барная стойка, словно высеченная из цельного куба мрамора, мерцала в такт потолку, её глянцевая поверхность играла всеми оттенками, отражая мириады огоньков. Вдоль стен, в мягком приглушённом свете, уютно гнездились П-образные диваны с небольшими столиками. А в колоннах, устремлявшихся к самому небу-потолку, плавали, словно живые драгоценности, удивительные и явно редкие рыбки. — Ничего себе аквариумы! — воскликнул Фэн Синь, тыча пальцем в одну из колонн. — Интересно, они хоть понимают, что тут творится? Или у них своя, подводная дискотека? На втором этаже, за ажурными перилами, располагались открытые балконы — идеальные ложи для наблюдения за всем происходящим внизу. Это создавало ощущение лёгкой возвышенности, будто они смотрели спектакль из царской ложи. Всё вокруг казалось нереальным, словно они волшебным образом оказались не в клубе, а на заснеженных склонах гор под гипнотическим танцем северного сияния. Доминировал белый цвет, но он каждый раз играл новыми красками, когда на него падали разноцветные лучи прожекторов, превращая пространство в хамелеона. Даже воздух здесь был другим. Вместо привычной коктейльной вони из пота, алкоголя и табака здесь витали тонкие, почти неуловимые ароматы, напоминающие дорогие благовония — свежесть снега, хвою и что-то неуловимое, холодное. Третий этаж, как им позже пояснил Му Цин, уже не был доступен для посетителей. «Этаж для персонала. Там мы храним наше секретное оружие и запасные парики», — бросил он с невозмутимым видом, и Фэн Синь даже на секунду поверил. Му Цин повёл их на второй этаж. Фэн Синь с Се Лянем шли позади, продолжая обмениваться впечатлениями. — Смотри, а вон те рыбки в той колонне вроде синхронно плывут? — не отрываясь от аквариума, спросил Фэн Синь. — Или мне уже дурманит этот воздух? Они прошли до конца коридора и оказались в уединённом помещении, деликатно разделённом матовыми стеклянными перегородками. По обеим сторонам низкого стола стояли глубокие, манящие к падению диваны. Из их «ложи» открывался потрясающий вид: как на ладони было всё пространство первого этажа, но при этом они оставались в приятной изоляции. — Располагайтесь, — сказал Му Цин, направляясь в полумрак коридора. — Я скоро вернусь, как только разберусь с делами. Сразу следом за Му Цином вихрем закружились официанты, занося разнообразные напитки с закусками. Богато заполняя стол буквально в мгновение. — И когда он только всё успевает организовать? — задал риторический вопрос Цинсюань, с восхищением наблюдая за этим действом. — У него там кнопка «всё и сразу» под барной стойкой? — Разве когда-то было иначе? — усмехнулся Хуа Чэн, разливая по бокалам что-то дымящееся. — Иногда мне кажется, что Му Цин может организовать даже восход солнца по расписанию, если очень попросить. Время пролетело незаметно. Шутили, смеялись, выпивали, и музыка делала своё дело. Пэй Мин, как сокол, высматривал с высоты второго этажа своих потенциальных «жертв». — О, вон там, у правой колонны! — воскликнул он, указывая пальцем. — Кажется, это та самая муза, которая вдохновит меня на великие свершения! Или хотя бы на покупку ещё одного коктейля! И, уже изрядно набравшийся храбрости (и не только её), он ринулся вниз, на поле брани. Фэн Синь тем временем стоял на балконе, облокотившись на массивные чёрные перила. Он наблюдал за людским морем внизу, пытаясь поймать это странное чувство лёгкости, которое дарила ему эта ночь. Музыка обволакивала, погружая в приятное забытье. И в этот момент он заметил его. Му Цина. В углу за баром на первом этаже. Он был в компании трёх человек, одетых в строгие, почти мрачные серые костюмы. У каждого — одинаковый деловой портфель. Судя по почтительным кивкам и формальным рукопожатиям, их деловой разговор подходил к концу. Незнакомцы направились к выходу, и Фэн Синь проводил их взглядом. Он снова обратил взгляд в ту же точку, но Му Цин уже растворился в полумраке, словно призрак. Время близилось к двум часам ночи, но в голове у Фэн Синя было светло от роящихся вопросов. Кто эти люди с портфелями, пришедшие в клуб в столь нетривиальное время? И главное — какая роль во всём этом отводилась Му Цину? Судя по увиденному, к нему относились не просто как к работнику, а с явным уважением. Фэн Синь устало провёл рукой по лицу. Он и сам не понимал, что происходит. Когда он стал таким подозрительным и зацикленным именно на Му Цине? Почему из всей этой весёлой, немного сумасшедшей компании его мозг выбрал для тотального анализа именно самого колючего и закрытого её участника? Вариантов, увы, было немного. Либо он докопается до сути и удовлетворит своё разбуженное любопытство, либо попытается слепо отпустить ситуацию. Но это же был Фэн Синь. Если у него что-то засело в голове, даже в виде крошечного сомнения, то выковырять это оттуда было задачей почти невыполнимой. Это было всё равно что пытаться не смотреть на зайца, которого тебе только что показали и сказали «не думать о нём». Фэн Синь вернулся к друзьям и тяжело опустился на диван с таким видом, будто нёс на плечах все проблемы этого мира. К нему тут же, словно на крыльях, подлетел Цинсюань. — Ты похож на человека, который только что пытался решить квадратное уравнение в уме, — заключил Цинсюань, весело чокаясь с ним бокалами. Он сделал глоток вина, глядя на Фэн Синя своими бездонными бирюзовыми глазами. — Может, расскажешь, что гложет? — Да так... Просто небольшое любопытство разобрало, — сказал Фэн Синь, с силой потирая затылок. Фэн Синь колебался, стоит ли делиться сомнениями с Ши Цинсюанем. Всё-таки тот был другом Му Цина и вряд ли стал бы раскрывать все карты. Да и риск услышать сладкую ложь вместо горькой правды был слишком велик. — Фэн Синь, — Ши Цинсюань придвинулся ближе, чтобы перекрыть шум музыки, — тебя Му Цин беспокоит? Уж я-то вижу, когда кто-то на чём-то зациклился. «Неужели это так заметно?» — с ужасом подумал про себя Фэн Синь. — Да нет, что ты! — отмахнулся он. — Просто я ничего о вас не знаю, и это как-то... неловко. Раз уж мы тут все собрались как друзья, хотелось бы понимать, с кем имею дело. В глазах Цинсюаня он не увидел обиды — лишь понимание и лёгкую улыбку. — О себе я расскажу всё, что захочешь, — Цинсюань сделал паузу, грациозно покручивая бокал. — Но Му Цин... это другое. Не потому что это тайна за семью печатями. Просто он для каждого разный, и то, каким ты его увидишь, зависит только от него. Улавливаешь? Фэн Синь кивнул, стараясь вникнуть. — Ладно. Тогда хотя бы скажи... кем он здесь работает? — не удержался он, делая большой глоток напитка. — А знаешь, как понять, что Му Цин начинает тебе доверять? — перевёл тему Цинсюань, пристально глядя на собеседника. — Как? — не удержался Фэн Синь. — Он сам всё расскажет, — улыбнулся Ши Цинсюань. — Я не могу говорить за него. Так что если интересно — наберись терпения. Не сомневайся, Му Цин — хороший человек. — Он показал на пустой бокал Фэн Синя. — Повторить? — Не откажусь, — Фэн Синь с облегчением протянул бокал. — Сейчас будет! — Ши Цинсюань упорхнул к столу с грацией бабочки. Не успел он вернуться, как к компании присоединился Му Цин. Он бегло окинул всех взглядом, нашёл Хуа Чэна и уверенно направился к нему. Облокотившись на спинку дивана, Му Цин начал что-то быстро шептать Хуа Чэну на ухо. Их лица оставались спокойными. Хуа Чэн лишь кивал, и в уголке его рта мелькала улыбка. Закончив, Му Цин отошёл, а Хуа Чэн одобрительно кивнул и показал жест «окей». Цинсюань легонько ткнул Фэн Синя в колено, возвращая бокал. — Му Сюн, когда же ты к нам присоединишься? — с поддельной обидой спросил Ши Цинсюань. — Давай уже выпьем! — он протянул бокал Му Цину. Тот подошёл, сел в кресло справа от Фэн Синя и с благодарным кивком принял бокал. — Дела уладил? — спросил Фэн Синь, поднимая свой бокал для тоста. — Практически. А где Пэй Мин с Хэ Сюанем? — огляделся Му Цин. — Пэй Мин, как обычно, охотится за юбками, — усмехнулся Фэн Синь. — А Хэ Сюань пошёл дымить, — поморщился Ши Цинсюань. Видимо, табачный дух от парня ему был неприятен. Му Цин непринуждённо развалился в кресле, закинув ногу на ногу. Фэн Синь заворожённо следил за его движениями. К счастью, никто этого не заметил. Дверь в ложе плавно открылась, и в комнату вошла девушка. На ней были элегантные брюки кофейного цвета с высокой талией, кремовая блузка свободного кроя была расстёгнута на пару пуговиц, а на плечах небрежно лежал пиджак в тон брюкам. — Кхм-кхм, — девушка, привлекая внимание, кашлянула в кулак. — Здравствуйте, дорогие гос... Не успела она договорить, как Му Цин молниеносно поднялся с кресла и подошёл к ней: — Не стоит беспокоиться. Это не гости, а наши друзья. — Он взял у неё папку, которую она протянула. — Это Линвэнь, наша подруга. Просто вам раньше не представлялся случай познакомиться. В этот момент, словно ураган, ворвался Пэй Мин, едва не сбив с ног девушку. — О, дорогая! Я думал, ты исчезла в никуда! — воскликнул он, с театральной страстью хватая её за руку. — Ты просто восхитительна! Как насчёт того, чтобы скрасить эту скучную ночь жарким мной? Линвэнь вопросительно посмотрела на Му Цина, один её глаз дёрнулся. — Му Цин? Это тоже твой... друг? — спросила она, с трудом выдерживая паузу. — К сожалению, да, — Му Цин саркастически улыбнулся и сделал шаг назад, явно давая пространство для манёвра. И не зря. Линвэнь со всей силы отвесила Пэй Мину пощёчину, звонко хлопнув по его щеке. — Ты! Самовлюблённый придурок, избалованный дешёвым вниманием и не имеющий ни грамма такта! — её голос зазвучал ледяными нотками. — Говорю на единственном языке, который ты, видимо, понимаешь: отъебись! Ты мешаешь работать! Вошедший в этот момент Хэ Сюань, увидев сцену, издал восхищённый свист. Хуа Чэн, не выдержав, фыркнул со смеху. — Пэй, ты действительно везунчик! — с лёгкой иронией произнёс Хэ Сюань, проходя мимо и останавливаясь рядом с Цинсюанем. — Из всех девушек в клубе ты выбрал именно Линвэнь. Фэн Синь неподвижно сидел на диване, его способность удивляться, казалось, достигла предела. — О, а мне нравятся темпераментные! — Пэй Мин, похоже, был склонен к мазохизму, тогда как любой другой на его месте уже ретировался бы. — Засунь свою скользкую ухмылку куда подальше и, будь добр, не мешай и найди себе другую жертву для своих похождений, — Линвэнь демонстративно отвернулась от него и подошла к Му Цину, указывая на документы в папке. Пэй Мин понуро побрёл к столу и налил себе виски. Хуа Чэн попытался его подбодрить: — Не вешай нос! Линвэнь просто... не интересуют такие игры. — У меня проблемы, — хмыкнул Пэй Мин. — Какие? Останешься сегодня без ночных приключений? — не смог сдержать ухмылку Фэн Синь. — Нет. Кажется, я влюбился в эту гремучую смесь, — мрачно произнёс Пэй, залпом осушая бокал. — То есть, когда она тебе отказала, ты вдруг осознал её уникальность? — даже Се Лянь, глядя на него, не знал, смеяться ему или плакать. Пэй Мин тихо заныл, пытаясь притулиться к плечу Хэ Сюаня, но тот моментально отстранился: — Не стоило её злить. Надо уметь принимать отказы с достоинством. Фэн Синь перестал обращать внимание на шумную компанию. Его взгляд снова приковали Му Цин и Линвэнь. Они тихо перешёптывались, листая документы. Фэн Синь с удивлением заметил, как близко они стоят друг к другу — Му Цин обычно отскакивал от него, как от прокажённого, если Фэн Синь нарушал его личное пространство, которое, по ощущениям, распространялось метров на пять вокруг. «Возможно, именно это Цинсюань и имел в виду? Му Цин действительно ведёт себя по-разному. Но почему именно ко мне у него такой... особый подход? Не знаю, должно ли это мне льстить или огорчать», — мысли Фэн Синя снова пошли по привычной колее. — Желаю вам хорошо отдохнуть, а мне пора возвращаться к работе, — вежливо кивнула Линвэнь и направилась к выходу. Му Цин вернулся на своё место. — Может, потанцуем? — Ши Цинсюань смотрел на всех умоляющими глазами щенка. — Хорошо, пойдём, — улыбнулся Се Лянь. Хуа Чэн, словно тень, последовал за ним. Пэй Мин, всё ещё мрачный, поплёлся следом. Хэ Сюань, как обычно, был вынужден идти вместе с Цинсюанем. Фэн Синь осознал, что они с Му Цином остались в лоджии одни. Музыка с первого этажа доносилась приглушённо, создавая интимную, почти что опасную атмосферу. — А ты почему не пошёл? — начал Фэн Синь, стараясь звучать непринуждённо. Он не хотел сразу засыпать собеседника вопросами, но момент был слишком подходящим. — Я только пришёл, если твои глаза не просто для красоты, — язвительно парировал Му Цин, закатывая глаза. — У меня в планах отдохнуть, а не больше задолбаться. — Можно задать вопрос? — вежливо, почти ропотно спросил Фэн Синь. — Ну, попробуй. — буркнул Му Цин, отхлёбывая вино. — Кем ты здесь работаешь? И кто эти люди в строгих костюмах, с которыми ты общался? — Фэн Синь, как всегда, был прямолинеен, как удар топором. — Не лезь не в своё дело, — отрезал Му Цин с явным недовольством и, цокнув языком, встал, чтобы подлить себе ещё вина. — Твоя любознательность иногда превышает твой IQ. — Ты же сам разрешил спрашивать! Зачем тогда скалиться, как раненый барсук! — Фэн Синь не смог сдержать раздражения от такой несправедливости. — Я сказал «попробуй», а не «обязательно отвечу»! — Му Цин язвительно ухмыльнулся, и эта его привычка вызвала у Фэн Синя знакомый нервный тик. — Вот же чёрт! Какой же ты припизднутый! — вырвалось у Фэн Синя. — Неужели так сложно нормально поговорить? Хотя бы ради того, чтобы не выглядеть как два непримиримых врага! — А кому это нужно? Тебе? — голос Му Цина стал холодным, как ледяная глыба. — Мне казалось, ты уже и так прекрасно справился, навешивая на меня ярлыки. Зачем мне что-то рассказывать? Можешь и дальше воображать, что я инопланетный шпион или владелец сети подпольных казино. — Я признаю, был неправ! — почти выкрикнул Фэн Синь. — Я не должен был говорить те слова тогда. Неужели ты будешь тащить это за собой всю оставшуюся жизнь? — Если я захочу, то буду. Что меня остановит? — Му Цин внезапно резко наклонился вперёд, сокращая дистанцию между ними до опасного минимума. — Знаешь, что я на самом деле о тебе думаю? — Что? — Фэн Синь поймал собственное отражение в тёмных глазах Му Цина и с неприятным трепетом увидел в них что-то чужое и пугающее. Похожее на презрение. — Ты надменный и самоуверенный тип, который считает, что может судить обо всех свысока, — слова Му Цина падали, как удары хлыста. — Но на деле ты просто обиженный на жизнь критикан, который не способен разглядеть ничего за пределами собственного носа. И твоя критика не делает тебя умнее, поверь. — Да пошёл ты! — Фэн Синь вскочил, сжимая кулаки. — Я же извинился! А ты продолжаешь вести себя как полнейший мудак! Му Цин снова расслабленно откинулся на спинку кресла, будто только что сделал глоток дорогого вина, а не вылил на собеседника ушат помоев. — Что, неприятно услышать правду? Странно. Я тоже считаю себя честным человеком, — его голос внезапно стал сладким и ядовитым, что пугало куда больше, чем привычная холодность. — Разве не ты сам так поступаешь? — Я сказал это сгоряча! И я уже сто раз пожалел! — Фэн Синь стоял, чувствуя, как его буквально тыкают носом в его же ошибку. — Это лишь доказывает твою незрелость. Сначала судить, потом думать? Какой же из тебя юрист? Судья Высшего космического суда? Смешно! — Му Цин наслаждался моментом, отплачивая той же монетой. — Иди в пизду! С тобой невозможно говорить! — Фэн Синь развернулся и почти побежал к выходу, решив хотя бы спуститься вниз, подальше от этого токсичного человека. Он шёл по коридору, в ушах гудело от музыки и от собственной ярости. Ворвавшись в туалет, он наклонился над раковиной и с силой плеснул на лицо ледяной водой. «Чёрт! Чёрт! Чёрт!» Фэн Синь не понимал, на кого злиться сильнее: на Му Цина с его ядовитым языком или на самого себя за то, что попал в эту ловушку. Возможно, ему только что устроили экзамен по собственной жизни, который он с треском провалил. Прятаться в туалете — не самый достойный выход. Но иногда нужно просто перевести дух. Фэн Синь глубоко вздохнул. Он обязательно учтёт всё, что было сказано. Но сначала ему нужно было прийти в себя. И, возможно, найти кого-то, кто нальёт ему что-то покрепче виски. Выйдя из своего укрытия, он уловил обрывки разговора двух официанток: — Это наш начальник? — Да ты новенькая, просто ещё не видела его. — Боже, какой он красивый! — Тс-с-с, помолчи, он терпеть не может сплетни и шушуканье. — А можно я отнесу ему заказ? — Ладно, только смотри не ляпни чего лишнего. Фэн Синь потерял интерес к разговору двух официанток. Ему было всё равно, кто в этом заведении главный, а кто красивый. Он решил вернуться обратно, надеясь, что Му Цин уже выплеснул весь свой яд и теперь можно будет поговорить цивилизованно. Однако настоящий хаос в голове начался, когда он увидел, что одна из официанток, слегка обогнав его, направилась прямиком к их лоджии. Уже подходя к матовым стёклам, Фэн Синь затормозил и пристроился за декоративной колонной с аквариумом, решив постыдно подслушать. — Ваш заказ, пожалуйста, — услышал он голос девушки. — Лиан Джи, передай Ма Шан, чтобы завтра подготовила переговорную к одиннадцати, — произнёс Му Цин ровным, спокойным голосом, в котором звучали непривычные нотки снисхождения. — Конечно, директор, я передам, — ответила Лиан Джи. Фэн Синь бледнел с каждым словом. Неужели Му Цин и правда директор этого места? — Спасибо. Как твои первые дни? — поинтересовался Му Цин. — Всё прекрасно, директор! Коллектив очень отзывчивый, мне здесь комфортно, — почти защебетала официантка. — Отлично. Если возникнут проблемы или появятся нежелательные гости, сразу к Линвэнь или к охране. Не забывай, мы не приветствуем тут такое поведение, — голос Му Цина звучал твёрдо, но с неожиданной теплотой. Фэн Синь не знал, что и думать. Му Цин... заботливый? — Большое спасибо! Обязательно учту! Желаю вам приятного отдыха! — послышался лёгкий звон бокалов, и шаги Лиан Джи стали приближаться. Фэн Синь прижался к колонне, пытаясь изобразить часть интерьера. Девушка прошла мимо, ничего не заподозрив. Теперь можно было выдыхать. Он вернулся в лоджию и плюхнулся на диван. Мысли начали бешено кружиться, унося его куда-то за пределы реальности. Стоило ему только захотеть довериться и понять, что за человек этот Му Цин, как он снова сталкивался с обманом. — У меня такое чувство, что тебя пригласили не в клуб, а на поминки, — с прищуром произнёс Му Цин, не отрываясь от своего коктейля. — Или у тебя всегда такое веселящее выражение лица? — А у меня ощущение, что меня здесь за идиота держат, — с раздражением парировал Фэн Синь, чувствуя, как внутри закипает злость. — Даже не пытались, ты сам прекрасно справляешься, — Му Цин пододвинул ему бокал, но в этом жесте не было ни капли дружелюбия. — Знаешь, чего я не могу понять? — Фэн Синь залпом выпил виски с колой и, грохнув стакан о стол, придвинулся к Му Цину. — Ты кто, блять, такой вообще? Му Цин ядовито рассмеялся, глядя на Фэн Синя обманчиво-озорным взглядом: — Я? А разве не был Му Цином ещё пять минут назад? Или ты так перебрал, что уже не узнаёшь старых друзей? — он продолжал улыбаться, вызывающе подняв подбородок. — Ты директор этого заведения! Скрываешь это, водишь ночные переговоры с какими-то подозрительными личностями в костюмах! И считаешь, что нам это не надо знать?! — Фэн Синь уже побагровел от злости. Чувство, что его держат за последнего дурака, не отпускало. — А я должен перед тобой отчитываться? — Му Цин развалился на спинке кресла, не прерывая зрительного поединка. — Кто ты мне такой, чтобы я перед тобой распинался? — Да я твой, блять, друг! Разве этого недостаточно, чтобы просто объясниться? — Фэн Синю казалось, что проще разбить голову о стену, чем достучаться до этого человека. — Друг? — Му Цин язвительно фыркнул. — Не слишком ли громко для того, кто видит в моём существовании личное оскорбление? Объясни мне, с какой стати я тебе что-то должен? Я не собираюсь подлизываться, чтобы изменить твоё предвзятое мнение. — Да в чём, блять, твоя проблема? — воскликнул Фэн Синь, закрывая лицо руками. — Моя? Я, по-моему, даже ничего не делал. Это тебе всё от всех надо. Я не лезу к тебе с дурацкими расспросами. Будь добр, и ты не доёбывайся, ладно? А свою однобокую дружбу засунь куда подальше. Я не хочу иметь друзей, которые смотрят на меня как на исчадие ада, — Му Цин говорил серьёзно, и Фэн Синь понял, что, скорее всего, они никогда не найдут общий язык. Каждое слово Му Цина било под дых. В глазах Фэн Синя вспыхнуло пламя. Он рванулся вперёд, желая врезать по этой самодовольной роже, чтобы Му Цин наконец перестал вести себя как надменный мудак, с которым невозможно говорить по-человечески. — Ребята, а вы чего не танцевали? Что-то случилось? — ворвавшийся Цинсюань энергично обмахивал Фэн Синя веером с пикантной картинкой. «Откуда он, чёрт возьми, достал этот веер?» — мелькнуло в проясняющемся сознании Фэн Синя. Он с силой разжал кулаки, пытаясь выбросить из головы образ избитого Му Цина. — Всё в порядке. Где остальные? — Му Цин и правда выглядел невозмутимым, будто они только что обсуждали погоду, а не стояли в шаге от мордобоя. — Они уже идут сюда, — Цинсюань поспешил к столу, с ловкостью фокусника начинающего готовить напитки для всех. — Принесли немного закусок с первого этажа! Фэн Синь бросил на Му Цина мрачный взгляд, полный немых вопросов. Тот в ответ лишь едва заметно скривился и демонстративно отвернулся, изучая этикетку на бутылке. «Вот же сука! — пронеслось в голове у Фэн Синя. — Не человек, а ходячее противоречие! Зачем ему язык, если пользоваться он им принципиально не желает?» Когда все снова собрались за столом, Фэн Синь чувствовал себя так, будто его подменили. Он не хотел ни с кем разговаривать, особенно вести задушевные беседы с самим собой. Единственное, чего он теперь искренне желал, — это утонуть в алкоголе, как в забытьи. Он пил яростно, надеясь, что алкоголь выжжет из него эту гнетущую смесь злости, обиды и непонятного чувства несправедливости. Но напитки лишь обжигали горло, как уксус, а невысказанные слова застревали в нём комом. Веселье и голоса друзей смешались в его голове в сплошной гул, а зрение поплыло. С каждым шотом сознание уплывало всё дальше. И когда свет в его голове окончательно погас, Фэн Синь на последних задворках отключающегося разума отметил про себя, что впервые в жизни напился до такой степени. И виной всему был один единственный человек.