Неудачная комедия судьбы: «Сквозь завесу недомолвок»

В какой-то момент Фэн Синь ощутил, как его грузят в машину, но даже в этот миг он не мог заставить веки подняться или издать что-то, кроме нечленораздельного мычания. Сквозь алкогольный туман он слышал, как Му Цин покрывает всё вокруг трёхэтажным матом, и чувствовал холодные, цепкие пальцы на своих плечах и талии. — Идиота кусок конченый! Не умеешь пить — не берись! И вообще, какого чёрта мне тебя навязали? Остальные бы и сами справились! Фэн Синь снова провалился в беспамятство с мутной надеждой, что не проснётся закопанным в холодной земле где-нибудь на окраине города. То, что Му Цин в ярости, было очевидно, но это уже было проблемой того, кто ещё мог мыслить.

...

Утро выдалось, мягко говоря, не самым добрым. Желание проспать ещё как минимум двое суток было почти физическим. К своему глубочайшему удивлению, Фэн Синь обнаружил, что лежит на чём-то мягком, а не на асфальте или в кустах. «Ну хоть не голый пол и не земля. Уже прогресс». Продолжая лежать с закрытыми глазами, он попытался напрячь свои похмельные извилины — задача, сравнимая с подъёмом штанги в состоянии овоща, — чтобы вспомнить, чем же закончился вчерашний вечер. Но, увы, кроме ссоры с Му Цином и собственного героического ухода в запой, ничего вспомнить не удалось. Фэн Синь с трудом разлепил веки, словно они были склеены суперклеем. Он окинул взглядом комнату, окутанную полумраком. Чёрт знает, который сейчас час, но тошнотворное состояние и молотки, бьющие в висках, ясно давали понять — утро наступило слишком рано. Фэн Синь перевернулся на спину, и ему показалось, что он не на кровати, а на центрифуге. Эта стерильно-белая комната в стиле хай-тек была ему совершенно незнакома. Вопрос «как я здесь оказался?» уступил место более насущному — где тут, чёрт побери, вода и обезболивающее? Если в этой квартире его не прикончит скрытый маньяк, то Фэн Синь точно умрёт от собственного похмелья. Едва он снова прикрыл глаза, дверь в комнату с грохотом распахнулась, будто её вышибали штурмом. — Вставай, давай! У меня дел по горло, нет времени тут с тобой нянчиться! — голос Му Цина звучал так, будто он пережёвывал битое стекло. Му Цин грациозно, словно хищник, подошёл к окну и с силой дёрнул штору, впуская в комнату сноп ослепительного солнечного света, который принялся выжигать остатки жизни из Фэн Синя. — Как я здесь оказался? — прохрипел Фэн Синь, зарываясь с головой под одеяло, пытаясь спастись от световых копий, вонзающихся в мозг. — Действительно, отличный вопрос! Не потому ли, что никто не захотел возиться с твоим бесчувственным телом? А Се Лянь решил, что раз твоя машина припаркована у моего подъезда, то везти тебя куда-то ещё — бессмысленно! — Му Цин тяжело вздохнул, и Фэн Синь мысленно представил себе пар, идущий у того из ушей. — Давай уже транспортируй свой мешок мускулатуры в душ и приведи себя в божеский вид. Мне через пару часов надо уезжать. Не дав возможности возразить, Му Цин развернулся и вышел из комнаты, оставив Фэн Синя наедине с его похмельем и экзистенциальным кризисом. Фэн Синь хотел было поспешить, чтобы не выводить из себя этого ядовитого гада, но его остановил удивительно приятный запах. От постельного белья исходил тонкий аромат лаванды и жасмина. Будь это женская комната, он бы не удивился. Но это была комната парня. Фэн Синь выглянул из-под одеяла и осмотрелся. Вокруг царила такая стерильная чистота, что даже глазам было больно. Он часто бывал в гостях у друзей, но никогда не видел ничего подобного. Горы грязного белья, пирамиды из посуды в раковине, разбросанные носки — да, это он видел. Но такая… безупречность даже пугала. Сам Фэн Синь тоже не был фанатом уборки и наводил порядок раз, максимум два в неделю. Такая педантичность казалась ему почти клинической. Отбросив философские размышления, он с трудом поднялся с кровати, стараясь удержать равновесие. «Явно стоит завязать с алкоголем. Хотя бы на месяц», — пообещал он себе. Выйдя из комнаты, он окинул взглядом квартиру. Планировка напоминала апартаменты Хуа Чэна, но с двумя ключевыми отличиями: всё было выдержано в строгой чёрно-белой гамме, а гостиная плавно перетекала в кухню-студию. «Со вкусом, чёрт возьми», — не без зависти подумал он. В ванной его ждал комплект чистой одежды и все необходимые средства гигиены, включая новую, ещё в упаковке, зубную щётку, аккуратно лежащую на стопке полотенец. «Никогда не сталкивался с таким уровнем гостеприимства. Обычно в лучшем случае дают стакан воды и указывают направление к дивану». Приведя себя в порядок, Фэн Синь с облегчением обнаружил, что предложенные серые спортивные штаны и простая белая футболка сидят на нём идеально, хотя он был явно шире в плечах, чем Му Цин. Усевшись за кухонный стол и подперев голову рукой, Фэн Синь внимательно наблюдал за Му Цином. — Так это ты меня сюда притащил? А зачем? — спросил он, глядя на спину собеседника, который что-то помешивал на плите. — От тебя можно было ожидать именно такого тупого вопроса, — голос Му Цина был насыщен привычным ядом. — Ты мог бы кинуть меня спать в одном из кабинетов клуба. Неужели там не было свободной комнаты? Или просто оставить в такси, пока водитель не сдал бы меня в ближайший вытрезвитель, — Фэн Синь не пытался его разозлить, ему было искренне интересно, с чего такая внезапная опека. Му Цин мог бы легко от него избавиться, и даже Се Лянь вряд ли бы прознал. — В отличие от некоторых, я умею нести ответственность за тех, кого, хоть и против воли, приручил, — Му Цин поставил перед Фэн Синем тарелку с золотистым куриным супом, чашку кофе и небольшую корзинку с булочками, от которых исходил божественный аромат корицы. — Жри и проваливай, пока я не передумал и не сдал тебя куда подальше. Фэн Синь переводил взгляд с еды на хозяина квартиры, не зная, как реагировать. Внутри него что-то клокотало — смесь благодарности, стыда и крушения всех предыдущих представлений об этом человеке. — Эм… спасибо? Почему ты внезапно такой добрый? — Фэн Синь попробовал суп и с облегчением выдохнул. Насыщенный бульон с овощами и водорослями был лучшим лекарством от похмелья. — Фэн Синь, чего ты от меня хочешь? — Му Цин присел напротив с собственной чашкой кофе. Его лицо было серьёзным, но без привычной надменности. — Я просто… не знаю… Спасибо. Не думал, что ты можешь быть таким… внимательным? — Фэн Синь и сам путался в словах, но хамить своему благодетелю сейчас не хотелось. — Будь добр, в следующий раз, когда решишь уйти в запой, предупреди меня заранее, — и вот надменный взгляд вернулся на своё законное место. — А зачем? — Фэн Синь был искренне озадачен, вглядываясь в лицо собеседника в поисках подвоха. — Чтобы я мог увернуться и не оказаться твоим нянькой, — закатил глаза Му Цин. — Придурок. — Мгм, именно так я тебя и характеризовал с самого начала, — Му Цин скрыл ухмылку за краем своей кофейной кружки. — А зачем тебе дома одежда на размер больше? — Фэн Синь развёл руки, демонстрируя свой наряд. — Ты фанат или сталкер, я всё никак не пойму? — Му Цин скрестил руки на груди, испепеляя его взглядом. — На кой чёрт тебе задавать столько личных вопросов? Даже в анкетах для брачных агентств их меньше! Фэн Синь поперхнулся супом. — Пиздец у тебя сравнения, конечно, — прохрипел он, откашливаясь. — Я просто не знаю о тебе ничего, и от этого мне не по себе. — А, то есть о других ты всё знаешь? — язвительно парировал Му Цин. — Не всё, но они… — Фэн Синь задумался. «Что они? Действительно, почему Цинсюань, Хэ Сюань и даже Хуа Чэн не вызывали у меня такого пристального, почти параноидального интереса?» — Ну, они не такие скрытные, как ты, — сдался он, отводя взгляд и доедая суп, чтобы скрыть смущение. — Замечательно. Твоя логика, конечно, потрясает. И этот человек учится на юриста, — Му Цин снова закатил глаза, поднимаясь и направляясь к выходу из кухни. — Куда ты? — поинтересовался Фэн Синь, провожая его взглядом. — Я, блять, должен теперь отчитываться о каждом шаге в собственном доме!? — рявкнул Му Цин, не оборачиваясь. — Придурок, тебя никто не просит отчитываться, — простонал Фэн Синь, уткнувшись в кружку. Пока Фэн Синь наслаждался завтраком, его пронзил оглушительный дверной звонок, от которого вздрогнуло даже его похмельное сознание. Он удивился: на часах было всего девять утра. Вряд ли это Хуа Чэн — тот наверняка ещё спит. Послышались шаги Му Цина, направляющегося к двери. Фэн Синь замер, как заяц в свете фар, пытаясь уловить обрывки разговора из прихожей. — Сынок! Привет, дорогой! — раздался мягкий женский голос. — Мам? Пап? Я не ожидал вас увидеть, — голос Му Цина прозвучал слегка ошарашенно. — Конечно, не ожидал. Тебя и твоего брата попробуй ещё выловить, — послышался мужской баритон, добродушный, но с ноткой упрёка. — Паршивцы вы оба. Фэн Синь, осознав всю нелепость ситуации, нервно начал теребить рукав футболки. «Бежать некуда, да и не за что. Хотя многие родители и без повода недовольны. Ситуация так себе», — эти мысли метались в его голове, лишь усиливая и без того адскую головную боль. — Мам, пап, познакомьтесь, это... — Му Цин сделал небольшую паузу, — мой друг Фэн Синь, сокурсник. — Он бросил на Фэн Синя взгляд, полный немой мольбы о поддержке. — Фэн Синь, это мои родители — госпожа Хуа Лиен и господин Хуа Сян. Фэн Синь поспешно вскочил и сделал почтительный поклон: «Очень приятно с вами познакомиться». — О, не стоит церемоний! Зови меня тётей Ли. Я так рада наконец-то встретить друга моего сына! — женщина озарила комнату лучезарной улыбкой. — Здравствуй, Фэн Синь. Нам тоже очень приятно. Прошу, забудь про формальности — мы за простоту, — произнёс мужчина с лёгкой лукавой ноткой в голосе, но при этом сохраняя уверенный тон. Фэн Синь выпрямился и наконец смог разглядеть родителей Му Цина. Первое, что поразило, — их невероятная, почти нереальная внешность. Женщина невысокого роста в лёгком синем платье. Её волосы, такого же иссиня-чёрного оттенка, как у Му Цина, были заплетены в изящную косу, украшенную мелкими цветами. Весь её образ дышал изяществом и лёгкостью. Тёмно-серые глаза лучились добротой. Мужчина, напротив, был даже выше Фэн Синя. Стройный, но с широкими плечами, он напоминал неприступную скалу. Густые чёрные волосы были зачёсаны назад. Одет он был в бежевые брюки и удлинённую рубашку с расстёгнутым воротом, открывающим цепочку на шее. Закатанные до локтей рукава обнажали сильные руки. Тёмно-карие глаза с золотистыми искрами, казалось, видели тебя насквозь, а аккуратная щетина придавала шарм его резким чертам лица. «Не родители, а готовые модели для глянцевого журнала», — промелькнуло в голове у Фэн Синя. — Не стойте! Давайте за стол, пообщаемся! — засуетилась госпожа Лиен, усаживая всех. Затем она принялась готовить напитки — чай для одних, кофе для других. Вскоре стол ломился от угощений: фрукты, пирожные из ближайшей пекарни, ягодный торт. Фэн Синь, немного успокоившись, предвкушал интересную беседу. Родители, как известно, любят рассказывать забавные истории о своих детях. — Цин-эр, как долго вы с братом собираетесь нас избегать? — спросил отец, отхлебнув чая и с нежностью взглянув на жену. — Вы, конечно, уже взрослые, но мы по вам скучаем. — Отец, прошу, не сейчас, — Му Цин скорчил страдальческую гримасу. — Ах, А-Синь, как вам удалось найти подход к моему сыну? Он же такой нелюдимый... — госпожа Лиен, кажется, оживилась. Фэн Синь едва сдержал усмешку. — Тётя Ли, мы познакомились... нестандартно, — Фэн Синь поймал на себе убийственный взгляд Му Цина. — Ой, как это? — женщина ещё больше заинтересовалась. Фэн Синь напрягся. Стоит ли рассказывать, что всё началось с потасовки? Но Му Цин его опередил. — В первый же день после перевода мы подрались, — буркнул он, яростно ковыряя вилкой кекс. Господин Сян рассмеялся от всей души: — Ну конечно, сынок. Ты всегда выбирал самые экстремальные пути для завязывания дружбы. — Как будто я один такой, — Му Цин кивнул в сторону Фэн Синя. — Он тоже хорош. Родители снова рассмеялись, глядя на смущение молодых. — А-Синь, как твои дела? Наверное, тоже живёшь отдельно от родителей? — Госпожа Ли пододвинула ему тарелку с кусочком торта. — Мои родители живут за границей, довольно далеко, — Фэн Синь не любил эту тему. Многие её не понимали. — И как давно ты один? — с лёгкой грустью спросила госпожа Лиен. — Примерно с четырнадцати лет, — начал Фэн Синь, чувствуя необъяснимую вину. Он избегал прямого взгляда. — До семнадцати меня иногда навещала тётя, но в основном я был сам по себе. Он поднял глаза и встретил не осуждающие, а полные понимания и тепла взгляды. В них читалась даже лёгкая тревога за него. — Мне всегда грустно смотреть на ваше поколение. Вы вынуждены рано взрослеть, брать на себя ответственность, хотя должны были наслаждаться беззаботной юностью под крылом родителей, — господин Сян похлопал Фэн Синя по плечу, и в его жесте была безмерная поддержка. Фэн Синь словно попал в иное измерение — мир доброты и полного принятия. Напряжение ушло, он наконец почувствовал себя по-настоящему «в гостях». Взгляд у Му Цина не выдавал в его тёмных глазах ни капли жалости. Мелькнуло что-то похожее на удивление, конечно, с привычной язвительной ноткой. — Мы давно не общаемся, и, кажется, все стороны этим довольны, — закончил Фэн Синь, надеясь не увидеть осуждения. — Несмотря на раннюю самостоятельность, ты вырос достойным человеком. Я бы гордился таким сыном, — твёрдо заявил господин Сян, доливая Фэн Синю чаю. Эти простые слова стали для Фэн Синя дороже любых сокровищ. — Спасибо, — с облегчением выдохнул он. — А вы расскажите о ваших сыновьях? Уверен, у вас полно забавных историй. — Уголки его губ поползли вверх, когда он почувствовал пинок под столом. Сомнений не было — это был Му Цин. — О, ты прав! Когда мы с моей дорогой Лиен поженились, наши сыновья устроили настоящую холодную войну, — мужчина снова рассмеялся, глядя, как Му Цин недовольно морщится. — Дом периодически превращался в поле боя. Цин-эр поначалу был закрытым, но Чэн-эр мастерски его выводил, и тогда он выкладывал всё, что накопилось. Господин Сян делился забавными историями из их подросткового возраста. Госпожа Лиен тихо смеялась, Му Цин краснел. Фэн Синь не мог сдержать улыбку. Атмосфера была настолько тёплой и родной, что ему хотелось остановить время. — ...а потом Цин-эр серьёзно увлёкся рисованием. В пятнадцать он уже был самостоятельным: брал заказы на оформление, рисовал комиксы и анимацию, — отец сделал паузу. — Потом открыл небольшую кафешку в подвале, а к восемнадцати скопил на целое одноэтажное здание бара. С тех пор мы его редко видели. Но ему и этого было мало! Теперь вот его грандиозный проект в этом городе. С самого подросткового возраста наотрез отказывался от моей помощи. Упрямый засранец. — Так это не секрет?! — Фэн Синь с изумлением посмотрел на Му Цина, который самодовольно щурился, словно кот, съевший сметану. — Секрет? — удивилась госпожа Лиен, переводя взгляд на сына. — Сынок, ты опять играешь в таинственного незнакомца? — Я не играю, — закатил глаза Му Цин и получил от матери лёгкий щелчок по носу. — А что? Мне теперь ходить и всем подряд рассказывать о своих делах? Фэн Синь на мгновение задумался. Кто же тут был дураком? Скорее всего, он сам. Му Цин его просто водил за нос, подогревая интерес намёками. А всё оказалось до смешного просто. «Вот же кретин», — мысленно обозвал он себя. — Сынок, доверие строится на взаимной открытости. Не бойся пускать людей в свою жизнь, — сказал господин Сян не по-отечески наставительно, а скорее с мягкой заботой, словно обращаясь всё к тому же подростку. — Кстати, Цин-эр, как там Цинсюань и Сюань? Они уже планируют свадьбу? — неожиданно воскликнула госпожа Ли, и её глаза засияли от счастья. — Мама, уверяю тебя, как только что-то будет, ты узнаешь первой. — Вы так... спокойно к этому относитесь? — вырвалось у Фэн Синя, и он тут же покраснел, осознав, что сказал это вслух. — А почему бы и нет? — удивился господин Сян. — Главное, чтобы человек был счастлив. Мы всегда готовы поддержать выбор наших детей. В наше время такой свободы не было. — А-Синь, а у тебя есть кто-то? — Тётя Ли с игривым блеском в глазах перевела взгляд с сына на гостя. Фэн Синь смущённо откашлялся: «Нет». — Как жаль, ты такой симпатичный молодой человек, — госпожа Ли мягко сменила тему, чувствуя его неловкость, и снова обратилась к сыну: — Дорогой, а у тебя как с той девочкой? Намечается что-то серьёзное? Фэн Синь почувствовал, как внутри всё сжалось. В ушах зазвенело. Он не мог понять, почему этот вопрос так задел его. Му Цин раздражал его, но отрицать его привлекательность было глупо. Неудивительно, если бы у него были отношения. — Мама, мы давно расстались. Мне не нравилось быть просто «красивым аксессуаром» для её соцсетей. Пожалуйста, больше не спрашивай о ней, — скривился Му Цин. — Кстати, сынок, передай брату, что его условия приняты. Земля для «Призрачного города» наша. Отпразднуем, когда соберёмся все вместе, — произнёс господин Сян с лёгкой обидой в голосе. Их семейные собрания явно были редкостью. — Звучит... масштабно, — произнёс Фэн Синь, не вполне понимая, о чём речь, но название впечатляло. — Это идея Чэн-эра. Развлекательный парк с торговыми зонами для молодёжи. Вдохновлялся какими-то открытыми игровыми мирами. На бумаге выглядело грандиозно, — с гордостью объяснил отец. — Хорошо, пап, передам, — Му Цин ёрзал на месте, явно чувствуя себя не в своей тарелке под пристальным вниманием родителей. Фэн Синь улыбался до конца визита, как довольный бульдог. Впервые в жизни он пожалел, что у него не было таких отношений с родителями — полных поддержки и понимания. Даже в вопросах ориентации они проявляли редкую для родителей открытость. Госпожа Ли засыпала Фэн Синя вопросами, но не об учёбе или деньгах, а о том, как он питается и чем увлекается. Ему было невероятно приятно это искреннее участие. Если бы кто-то сказал Фэн Синю, что можно ощутить крылья за спиной от простой похвалы, он бы не поверил. Но сейчас он чувствовал себя именно так. Провожая родителей в коридоре, Фэн Синь едва уловил шёпот госпожи Ли, когда она нежно чмокнула сына в щёку на прощание: — Цин-эр, дорогой, может, ты присмотришься к А-Синю? Он такой милый молодой человек. Думаю, вы бы составили прекрасную пару. Не успев опомниться, Фэн Синь услышал возмущённый возглас Му Цина: — Боже, мама, прошу тебя! Тихий, шелковистый смех был слышен даже за закрывающейся дверью. Му Цин ещё несколько секунд стоял, отвернувшись, и Фэн Синь успел заметить, как у него покраснели кончики ушей. — У тебя замечательные родители, — сдерживая смех, произнёс Фэн Синь. Вся ситуация была одновременно и нелепой, и забавной. — Заткнись, идиот. Просто заткнись, — Му Цин, пряча смущение за чёлкой, удалился в свою комнату, оставив Фэн Синя одного. Фэн Синь рассмеялся, но не стал настаивать. Он вернулся на кухню и стал ждать хозяина квартиры. Удивительно, но состояние похмелья, казалось, испарилось само собой. Время до появления Му Цина пролетело незаметно за просмотром новостей в телефоне. — Почему ты всё ещё здесь? У тебя что, нет своей квартиры? Или ты считаешь, что моя лучше? — Му Цин, явно недовольный, стоял напротив, скрестив руки на груди. На нём снова был чёрный костюм, который до неприличия подчёркивал его подтянутую фигуру. Под плотно застёгнутым пиджаком не было ничего, кроме сверкающей серебряной цепочки на белоснежной шее. Небольшой участок груди оставался открытым, что выглядело дьявольски соблазнительно. Фэн Синь не был геем, но от такого зрелища уже был готов переобуться. — Мне скучно, сегодня выходные, — Фэн Синь, подперев подбородок кулаком, пристально смотрел на Му Цина. — Можно я пойду с тобой? — С чего бы это? Ты считаешь меня неисчерпаемым источником щедрости? — язвительно приподнял бровь Му Цин. Фэн Синь уже собирался ответить, но заметил опасный блеск в его глазах. — Хотя... У меня есть одна идея, — продолжил он с хитрой ухмылкой. — Знаешь, я передумал... Можешь идти по своим делам, — Фэн Синь напрягся, почувствовав неладное. Взгляд Му Цина не сулил ничего хорошего. — Хм, уже сдаёшься? Даже не выслушав предложение? — Му Цин широко улыбался, его глаза светились озорством. — По твоей довольной роже я могу предположить, что если соглашусь, то через неделю меня найдут в сточной канаве, — Фэн Синь отбивал ритм пальцами, размышляя о способах, которыми Му Цин мог бы от него избавиться. — Даже для меня это слишком утомительно. Я хотел предложить тебе стать моим телохранителем на сегодняшних переговорах, но если ты так боишься... — Му Цин развернулся, направляясь к выходу. Фэн Синь успел перехватить его за запястье, с удивлением отметив, какая нежная и холодная у него кожа. — Что мне нужно будет делать? — Ничего особенного. Просто стой с грозным видом, у тебя это отлично получается, и молчи, — Му Цин освободил руку. — Всё равно нет планов, так что я в деле, — Фэн Синь встал, намереваясь последовать за ним. Однако тот не спешил двигаться, и они оказались на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Напряжение между ними росло. — Хм, — Му Цин, мягко поглаживая большим пальцем свои губы, внимательно осмотрел Фэн Синя с головы до ног. — В таком виде точно нет. Фэн Синь и сам задержал взгляд на безупречно одетом Му Цине. Его одежда была выглажена и сидела безукоризненно. От него исходил тонкий аромат, напоминающий смесь вишни и жасмина. Фэн Синь опустил взгляд на свои спортивные штаны и футболку. Действительно, не совсем подходящий наряд для переговоров. — Какие у нас есть варианты? Можем заехать ко мне, — Фэн Синь задумчиво почесал затылок. — У нас нет времени. И, честно говоря, сомневаюсь, что у тебя есть что-то подходящее. И не говори, что костюм с выпускного подойдёт, — Му Цин, не церемонясь, направился к двери. — Поехали, купим что-нибудь по пути. — А что не так с моим выпускным костюмом? Он в идеальном состоянии! — с обидой выкрикнул Фэн Синь, следуя за ним. Он мог бы возразить, но перспектива остаться в одиночестве казалась ещё более мучительной. Ему не ответили. Взяв всё необходимое, они направились к парковке. — Может, возьмём такси? Я собирался выпить после встречи, — Му Цин спросил без особого энтузиазма, не отрываясь от телефона. Утром Фэн Синь твёрдо решил завязать с алкоголем. Но шанс лучше узнать Му Цина перевесил. — Хорошо, я вызову такси, — Му Цин лишь недоверчиво приподнял бровь, но промолчал. Они ждали машину в полной тишине. Фэн Синь снова и снова прокручивал в голове события утра. Как получилось, что они провели столько времени вместе и ни разу не подрались? Впрочем, Му Цину сейчас явно не до этого. Вряд ли он захочет переодеваться после их перепалок — времени нет, да и одежда может пострадать. Как только они сели в машину, Му Цин сразу кинул водителю координаты. Фэн Синь не был настроен на разговор, поэтому просто прислонился к окну и закрыл глаза, пытаясь избавиться от навязчивых мыслей: «Зачем Му Цину телохранитель? О чём переговоры?» Внезапно он почувствовал, как что-то вкладывают ему в ухо. Он не отпрянул, лишь слегка нахмурился. Не нужно было гадать — это Му Цин вложил ему наушник. Фэн Синь был благодарен за возможность отвлечься на музыку. Через несколько минут он открыл глаза и взглянул на Му Цина. Тот сидел с идеально прямой осанкой, глаза закрыты. И вновь непрошеные мысли ворвались в его сознание, на этот раз совершенно нелогичные. Он совсем не собирался замечать красоту Му Цина. Рассматривать его длинные ресницы и желать прикоснуться к его гладкой коже... Всё это казалось ему абсурдным. Почему он выбрал такой путь? С его внешностью он мог бы стать моделью или актёром. Это было бы проще, чем строить бизнес с нуля. Почему именно клуб? Это требует колоссальных усилий. Фэн Синь был уверен, что Му Цин провёл не одну бессонную ночь за своим заведением. И почему с каждым днём желание узнать его всё сильнее? Фэн Синь вернулся в свою прежнюю позу и, закрыв глаза, представил, как Му Цин и его друзья могут в любой момент уйти так же неожиданно, как и появились. Во рту появился горький привкус, грудь сдавило. Когда же он успел так привязаться к этому наглецу? Он не заметил, как уснул, и проснулся только когда машина остановилась. Му Цин, не оборачиваясь, направился к небольшому зданию с панорамными витринами. Фэн Синь, протирая сонные глаза, поспешил за ним. Тишину помещения нарушил мелодичный звон колокольчика. Несмотря на дневное время, в магазине царила полутьма, создавая таинственную атмосферу. Перед глазами предстали разнообразные наряды — от роскошных ханьфу с изысканной вышивкой до современных элегантных костюмов. Особое внимание привлёк стенд с доспехами, которые, вероятно, когда-то носили командиры. Фэн Синь, засмотревшись на это великолепие, не заметил, как исчез Му Цин. Он с интересом рассматривал каждую деталь, когда к нему подошла женщина в возрасте. Она была стройной и очаровательной, с мягкими чертами лица. — Му Цин, ты упоминал об этом юноше? — она обошла вокруг Фэн Синя, внимательно его разглядывая. — Да, именно его мы и должны нарядить, — с хитрой ухмылкой произнёс Му Цин, скрестив руки на груди. Не успел Фэн Синь понять, что происходит, как его уже повели вдоль рядов с костюмами, передавая вешалки с выбранной одеждой. Через пару минут он стоял перед примерочной, чувствуя себя немного ошарашенным. — Фэн Синь, не тупи, у нас нет времени, — раздался настойчивый голос Му Цина, что вывело Фэн Синя из ступора. Фэн Синь, пыхтя, пытался надеть приготовленную одежду. Он не был беспомощным, но из-за редкого ношения костюмов нервничал, что только усложняло задачу. Он уже надел брюки и рубашку, когда в примерочную зашёл Му Цин с выражением крайнего недовольства на лице. — Как ребёнок, ей-богу! — его ловкие пальцы умело привели Фэн Синя в порядок. Фэн Синь с облегчением выдохнул и наблюдал за точными движениями Му Цина. Теперь он понимал, сколько усилий стоит за его безупречным внешним видом. Когда Фэн Синь надел пиджак, проворные пальцы Му Цина снова поправили всё до идеала. Казалось, трудности позади, но недовольство на лице Му Цина не исчезало. Му Цин ловко распустил пучок волос Фэн Синя, который стал похож на мочалку. Под недовольное ворчание Фэн Синя, испытывавшего дискомфорт от тугой причёски, Му Цин переделал её и повернул его к зеркалу. Фэн Синь внимательно осмотрел свой костюм песочного цвета. Брюки с завышенной талией, белоснежная рубашка без воротника с небольшим вырезом, подчёркивающим мускулатуру и ключицы. Расстёгнутый пиджак, в нагрудном кармане — белый платок с чёрной вышивкой. — Погоди минутку, — Му Цин скрылся, не дожидаясь ответа. Вернувшись через минуту, он снова возился с волосами Фэн Синя. — Всё, пошли, — Му Цина совершенно не интересовало мнение Фэн Синя. Даже если бы тот был недоволен, ему скорее откусили бы голову или просто оставили бы тут. Фэн Синь осторожно прикоснулся к шёлковой жёлтой ленте, которую Му Цин вплёл в его волосы. В последний раз взглянув в зеркало, он отметил, что раньше не носил ничего подобного — только строгие костюмы и обычные рубашки на все пуговицы. Сейчас же он чувствовал себя невероятно комфортно. Даже для повседневной носки такой наряд выглядел бы идеально. Вряд ли он признался бы в этом Му Цину, даже под дулом пистолета. У кассы Му Цин передал ему коробку с чёрными туфлями. Неужели у него сверхъестественная способность определять размеры с первого взгляда? Вся одежда сидела как влитая, а обувь подошла лучше, чем его собственная. Поблагодарив хозяйку магазина, они отправились в клуб. Идти пешком около семи минут, поэтому решили не ждать такси. — Сколько я тебе должен за костюм? — Фэн Синь достал телефон и открыл банковское приложение. — Забудь, будем считать это оплатой твоего рабочего дня в качестве телохранителя, — Му Цин снова стал серьёзным. Утром в его поведении сквозила насмешка, но сейчас его лицом можно гвозди забивать, настолько каменным оно кажется. — У тебя все телохранители столько зарабатывают? — Я никогда не нанимал их, но сегодня особый случай, — ответил Му Цин и, предвосхищая следующий вопрос, добавил: — Не задавай глупых вопросов. Твоя задача — стоять и пугать всех видом накачанного бугая. — Обязательно быть таким грубым? — Фэн Синь недовольно нахмурился. За это время он мог бы привыкнуть к колкостям, но ему хотелось, чтобы Му Цин хоть иногда общался так же, как с другими. Му Цин в ответ лишь закатил глаза и ускорил шаг, направляясь к заведению, которое уже виднелось впереди.