Смерть Героя

***

Щелчок. Будто на мгновение потерял сознание. И он просыпается… в своих покоях в поместье Малфоев. На улице темно, а пальцы мертвой хваткой сжимают письмо. В ушах гул. Взгляд скользит по комнате, выхватывая странные несоответствия. Сова Поттера куда-то исчезла. Опаленные перья вернули прежний вид. На столе исчезли трещины. Комната больше не выглядит разгромленной, и находится в безупречном порядке. Но главное, Волдеморт не помнил, как оказался здесь, а тем более – как ложился спать. Он не спал с того времени, как почти неделю назад получил прощальное письмо Гарри. Еще не до конца оформившаяся смутная догадка заставляет его потянуться к палочке. Всего одно слово — «Темпус» и перед глазами Темного Лорда предстает невозможное. «06:31; 14.12.1995 г.» — Но… как такое возможно? Повтор заклинания ничего не изменил. Дата осталась прежней, только показатель времени продвинулся на минуту вперед и именно это небольшое изменение заставило Волдеморта прийти в движение. Он не знал, что происходит. Не понимал, как такое в принципе возможно. Но сейчас это не имело никакого значения! Ему не было известно точное время смерти Гарри, но это определенно случилось рано утром. Он должен был спешить. Волдеморт не взял с собой ничего. Даже обуви. Только мантия для сна, что была на нем, палочка и письмо, которое так и не решился выпустить из рук, боясь, что его наваждение исчезнет. «Разве не его я держал в руках прежде, чем оказаться здесь? — но Темный Лорд отмахнулся от этой мысли. — Позже! Все позже!» Он аппарировал, игнорируя магические щиты Малфой-мэнора, и, оказавшись на границе Запретного Леса, сразу же устремился к Астрономической башне, на ходу превращая ноги в дым.

***

Осталась всего пара десятков метров. Всего ничего, меньше минуты и он будет на месте. Но Волдеморт холодеет, когда видит тонкую — слишком тонкую для пятнадцати лет — фигуру подростка облокотившегося спиной на парапет. Сердце замирает от одного только вида погибшего «врага» и сразу же срывается в бешеный галоп вместе с ним. В голове билась только одна мысль: «Только бы успеть!» Волдеморт замечает сову. Взмах ее крыльев, словно в замедленной съемке. Тонкие руки тянутся вслед за птицей… И тело опасно наклоняется назад, балансируя на грани падения, словно в последний миг, прежде чем обреченно сорваться вниз. — Нет!!! — закричал Темный Лорд, устремляясь к парню так быстро, как только мог. Он протягивает руки к Поттеру, желая остановить, поймать. Спасти. Юноша вздрагивает от раздавшегося крика. Пальцы инстинктивно цепляются за парапет, а удивленный взгляд встречается с перепуганными глазами Тома. — Что? — тихий шепот, но мужчина все равно слышит. Но что важнее, он видит, как рука Гарри съезжает с обледеневшего парапета и тот снова заваливается назад. Всего на секунду, но теперь Том может увидеть промелькнувший страх на лице гриффиндорца. Страх, которого раньше точно не было. Но это уже не важно. Ничто уже не важно! Том достаточно близко. Он хватает Поттера за плечи и грубо затаскивает парня обратно на площадку Астрономической башни. — Ты что творишь?! — восклицает Том, не сдерживая облегчения. Он крепко прижимает к своей груди худое тельце Поттера и буквально может прочувствовать каждую выпирающую кость! Знакомый гнев вновь подымается в глубине сознания. Жажда убийства. Но она отбрасывается так же стремительно как и появляется, в угоду заботе об отчаявшемся ребенке. «Гарри важнее! Сейчас он все, что имеет значение! Он жив! И я больше не позволю ему умереть! Ни за что!» — не обещание, клятва, подтвержденная собственной магией.

***

Гарри, казалось, что в одно мгновение он очутился в каком-то совершенно ином мире. В мире, где Темный Лорд не дает ему совершить самоубийство. В мире, где Волдеморт не жаждет его смерти. И в мире, где Том Реддл… обнимает его, шепчет, какой Гарри идиот и обещает защитить от всего на свете. Обещает помочь и… «Он… плачет?» — с изумлением осознает Гарри, когда на его щеку приземляется соленая капля. Его враг… плакал. «Почему он плачет?» Этого просто не могло быть. Не из-за Гарри. У Волдеморта попросту не было причин беспокоиться о нем, а тем более — проливать из-за него слезы. «Тогда почему? Почему он так странно себя ведет?» Впрочем, любые мысли испарились, когда мужчина, не обращая ни на что внимания, крепче прижал его к себе, делясь теплом и согревая замерзшие конечности подростка. «Что происходит?» Гарри не понимал. Он посчитал бы происходящее горяченным сном, только вот его сны редко бывали такими приятными. А то, что происходило в данную минуту, действительно было приятно. Так тепло и странно уютно. Это Волдеморт. Гарри понимает… но сейчас, ему так все равно, кто рядом с ним. Ему просто так хотелось еще хоть немного этого тепла. Прикосновений, которые не несли бы угрозы, лишь обещание защиты, утешения, заботы. Гарри было абсолютно плевать, кто хотел подарить ему это утешение. Не имело значение… Гарри… Гарри просто это нужно… Он только что почти умер… «Почти…» Он цепляется руками за мантию Темного Лорда, позволяя себе уткнуться в чужую грудь и отпустить себя. Неважно, каким бы глупым это не казалось. Он свернулся, словно ребенок, в объятиях взрослого. «А разве не так и есть?» Гарри был ребенком. А Волдеморт — единственным взрослым, который почему-то захотел его утешить. «Безумие». Мужчина гладил его грязные волосы, аккуратно тер спину, надеясь успокоить, но не причинить боли. С ним впервые, за о-о-очень долгое время кто-то вел себя так бережно… словно он чего-то стоит. И впервые на его памяти в чужих прикосновениях сквозила такая нежность. Гарри не знал, сколько они так просидели, лишь чувствовал, как с каждой минутой его тело все больше расслабляется, и он начинает проваливаться в манящий сон. Последнее, что запомнил мальчик, прежде чем окончательно уснуть, — это как его берут на руки. Но Гарри по-прежнему тепло и уютно, поэтому он не сопротивляется. Он спал, пока ветер развевал его волосы, спал в кои-то веки, не собираясь вскакивать от любого шороха. Он просто спал, крепко и спокойно.

***

Просыпался Гарри медленно, словно нехотя. Вокруг был ворох теплых одеял, а кровать такая мягкая. «Стоп… кровать?» Он недоуменно разлепил глаза. Последние месяцы он спал где угодно, но только не в кровати. Кровать Гарри, в гриффиндорской башне, была слишком небезопасным местом. Но оглядевшись, он быстро понял, что находится не в общей комнате мальчиков общежития Гриффиндора. Спальня выглядела слишком… хорошо. Выдержанная в темно-фиолетовых тонах, она, хоть и не выглядела вычурно, — обустраивал ее явно тот, у кого есть вкус — но, тем не менее, буквально вопила о богатстве своих хозяев. Большие светлые окна, шторы в пол, тумбочки и стол из темного дерева, камин и кресла с мягкой обивкой, много резьбы, где-то под потолком была видна лепнина и очень много ненавязчивых, но создающих нужную атмосферу украшений. И главное, широкая кровать с балдахином, в которой при желании поместилось бы еще с десяток таких, как Гарри. Но не сама комната привлекла его наибольшее внимание, а фигура человека сидевшего рядом с — его? — постелью. Мужчина мирно дремал, согнувшись на явно недостаточно удобном для этого стуле. «Волдеморт! — возопил разум, но, к счастью, Гарри успел сдержать инстинктивный вскрик. — Что происходит?» На этот вопрос ответили всплывшие в мозгу воспоминания. Он медленно моргнул, снова взглянул на Темного Лорда, но уже новым взглядом, а потом — на прикроватную тумбочку, на которой лежало письмо, которое он отправил Волдеморту. Нераспечатаное. «…Да даже если бы и распечатанное, он бы попросту не успел его получить, не то, что прочесть до того как я… — Гарри покачал головой, отбрасывая в сторону образ того, что собирался сделать и сконцентрировался на другом. — Откуда он узнал? И почему вдруг решил спасти?» Он внимательно всмотрелся в лицо Волдеморта, который продолжал немного хмуриться даже во сне. Не отрывая взгляда, Гарри провел ладонями по своим плечам. В голове промелькнуло воспоминание с объятиями. Нежные прикосновения. Испуганный, а после облегченный взгляд… взгляд, говорящий о том, что Гарри нечто важное, нечто ценное. «Ценное? Я? Почему?» Он хотел получить ответы на свои вопросы, — его уже очень давно не считали кем-то важным, если вообще когда-то считали, — но будить Волдеморта было страшно. Что, если бы оказалось, что те тепло и нежность, которые он испытал на вершине Астрономической башни, — Гарри попросту приснились? Что, если все происходящее окажется ложью? Что, если никаких нежных объятий и слез не было? «Что если…» — но закончить мысль он так и не успел, маг в кресле зашевелился и, морщась от неудобной позы, открыл глаза. Гарри застыл. Словно кролик перед удавом в ожидании смертоносного броска рептилии. Красные глаза смотрели перед собой сначала с непониманием, а после — с искренним облегчением и радостью. Темный Лорд улыбнулся, протягивая к нему руку. В ответ на телодвижение Гарри вздрогнул, и выражение лица Волдеморта сразу же переменилось. Тот быстро убрал руку и пробормотал нечто отдаленно напоминающее извинения. Поттер взволнованно забегал глазами по комнате, неверно толкуя реакцию Темного Лорда. — Гарри. Подросток снова вздрогнул, не ожидая услышать свое имя. Комкая одеяло, он повернулся к Волдеморту. На его памяти темный волшебник перед ним еще ни разу не выглядел таким нерешительным. — Позволь… Позволь обработать твои раны. Тебе нужна медицинская помощь. — Но зачем? — Гарри сглотнул. — Зачем тебе помогать мне? И зачем остановил вчера, разве… разве для тебя же не было бы лучше, если бы я умер? — Нет! — ответ приходит незамедлительно и резче, чем ожидалось. На лице Темного Лорда отражается боль. «Боль? Почему?» Гарри невольно подползает ближе к мужчине, все еще наполовину завернутый в теплое одеяло. — Почему? — спрашивает он. — Разве ты не желал моей смерти? На этот раз чужая боль вспыхивает ярче. Волдеморт выглядит так, будто его ударили. «Почему?» — Я… мне жаль, Гарри… — Волдеморт смотрит в сторону и больше ничего не говорит. Гарри тоже молчит. Он не знает, что сказать. Эта ситуация была слишком странной. Но, что удивительно, не пугала. Находиться в компании Волдеморта, казалось, лучше, нежели в школе среди других учеников. «Забавно. Друзья — стали врагами, а враг — спасает от смерти? Разве это не смешно?» Неожиданная волна больного веселья почти заставила его улыбнуться. Почти… Хотел ли Гарри узнать, как все так обернулось? Возможно, позже. Сейчас его снова клонило в сон, а выработанные инстинкты молчали в присутствии Темного Лорда. Тот не представлял опасность, по крайней мере, в ближайшее время, а значит… «Значит, все хорошо… даже если потом он убьет меня, это нестрашно. «Авада Кедавра» — это довольно милосердный способ смерти… — Гарри сильнее зарылся в одеяла, которыми был укрыт. — Все в порядке. Я просто хочу немного отдохнуть».

***

В следующий раз, когда Поттер проснулся, Темного Лорда рядом не оказалось, но зато бинты на его теле были заменены новыми и приятно пахли травами. Множественные травмы, как новые, так и старые, все еще ощутимо болели, но Гарри чувствовал себя намного лучше, чем за многие дни до этого. — «Или, скорее, месяцы?» — Только живот привычно ныл. Он уже больше суток ничего не ел. Стоило ему об этом подумать, как большая резная дверь с правой стороны комнаты открылась с тихим скрипом, пропуская кого-то в помещение. На пороге застыл Волдеморт с парящим рядом небольшим подносом. Кажется, тот не ожидал увидеть Гарри не спящим. «И снова этот неуверенный взгляд. Это точно Волдеморт? Почему он так смотрит на меня? Раньше он бы кричал и бросался проклятиями, только увидев меня… Почему сейчас он… так заботлив?» А иначе то, что тот уже сделал, назвать было нельзя. Утешение. Теплая постель. Лекарства и бинты. И… с подноса пахло чем-то очень вкусным… Живот громко заурчал, и Гарри неловко отвернулся. Ему хотелось верить, что Темный Лорд ничего не услышал. Наверное, зря, потому что в следующий момент поднос полетел к нему и аккуратно опустился на колени. Там оказалась миска с горячим бульоном, овощи, приготовленные на пару, несколько кусочков куриной грудки и отдельно пиала с сухариками. — Это?.. — растерянно вскинул голову Гарри. — Для тебя. Тебе нужно поесть, но ничего тяжелого для желудка. В твоем состоянии тебе какое-то время придется придерживаться определенной диеты. А еще пройти курс зелий. Твое тело ужасно истощено. Несколько костей неправильно срослись, в паре других — я обнаружил еще не зажившие трещины… о множестве ран, гематом, синяков и остаточных следов проклятий я и вовсе молчу. Тебе понадобится много времени, чтобы полностью поправиться. — Поправиться? Ты собираешься лечить меня? — удивился Гарри. Все происходящее казалось таким неправдоподобным. Наверное, не будь Поттеру уже настолько наплевать на собственную судьбу, он попытался бы сбежать. Поверить в то, что его враг действительно хотел ему помочь, было бы максимально недальновидно. Но Гарри был абсолютно безразличен итог этого странного взаимодействия, он просто надеялся, что это не будет слишком больно. Он не против быстрой смерти и, наверное, он вполне сможет вынести несколько Круцио, просто… побыстрее. Но сейчас не было похоже, что Темный Лорд собирается его убивать. Волдеморт ответил только после длительного молчания. — …да. Прости, что не дождался твоего разрешения. Но ты снова уснул, а бинты на твоем теле были слишком грязными, я боялся, что ты можешь подхватить инфекцию. Гарри провел пальцами по бинтам на шее. Он даже не проснулся, когда их меняли. Значит ли это, что он был настолько истощен, что даже не заметил такого откровенного вмешательства в свое личное пространство? Или это его инстинкт подсказал, что Волдеморта больше не стоит бояться? Гарри не был уверен. Не тогда, когда перед ним стояла миска вкусно пахнущего супа, а его желудок завязывался в узел. Подросток неуверенно взял в руки ложку. Он сомневался, что у Волдеморта есть резон его травить, — «Есть и более простые способы убийства», — но за прошедшие месяцы привычка тщательно проверять все, что попадает ему в рот, буквально, въелась в подкорку. «Будет невежливо, если я использую перед ним заклинание на определение вредных веществ?» Правда этот вопрос сразу же потянул за собой другой. «А у меня вообще есть палочка, чтобы это сделать?» Он пошарил в кармане, где обычно хранил палочку и нахмурился. «Пусто». — Вот. Гарри протянули его палочку из остролиста, рукояткой к нему. Он с шоком воззрился на Волдеморта. Тому, что у него забрали палочку, Гарри совсем не удивился, но… «Почему он ее возвращает?» — это казалось мальчику куда более удивительным. — Проверь еду. Я знаю, что тебе это нужно, тогда ты сможешь спокойно поесть. Не стесняйся, — Темный Лорд вложил палочку прямо в руку Гарри. — От… откуда ты знаешь? Волдеморт задумчиво пожевал губами. — Мы поговорим об этом чуть позже. Сейчас — ешь. Ты голоден и… не бойся. Здесь тебе никто не навредит.

***

— Ха-а, — вырвался облегченный вздох из легких Волдеморта, как только за его спиной закрылась дверь его спальни. «Живой! Он живой!» Темный Лорд до сих пор не мог в это поверить! Мир магии был полон чудес, но даже здесь подобные путешествия во времени попросту неслыханны! Час-два, возможно, три или четыре, с помощью маховика времени. Но уж что-что, но не целая же неделя! Ко всему прочему, здесь не было его копии. Волдеморт был в единственном экземпляре, что устраняло возможность использования маховика и возводило происходящее еще на ступень выше по шкале сложности творимой магии. И это при том, что маховики времени являлись утраченной технологией и потолком того, чего смогли достичь волшебники в области магии времени! Единственным имеющим хоть какие-то шансы на жизнь предположением Волдеморта — было временное искривление. Естественное явление, которое изредка происходило, и даже имелись достоверные записи того, как в разные времена случайные маги или ведьмы, вдруг, оказывались в другой эпохе. Предположение было ненадежным, поскольку уже в этом случае временной разрыв был слишком незначителен, по сравнению с теми, о которых он читал. И к тому же, слишком удачным. «День смерти Гарри. А конкретно — время до того, как он совершил самоубийство». Это было подозрительно, но Волдеморт не собирался жаловаться на получение второго шанса. Его желание исполнилось, и если в будущем ему придется заплатить за это свою цену, то он готов. Ведь Гарри теперь жив! Это все, что имело значение. Том не позволит гриффиндорцу снова умереть! Чего бы ему это не стоило! «Гарри заслуживает наилучшего. И он это получит, не будь я Темным Лордом!» — мысленно воскликнул Волдеморт. Неважно каких усилий это будет стоить, или насколько фундаментально ему придется перекроить магический мир. В этот раз Гарри Поттер будет жить, и будет сам решать свою судьбу, неважно, как сильно этому будет противиться весь остальной мир. Волдеморта не зря боялись. С этого момента магическому миру придется уяснить — Гарри Поттер неприкосновенен.

***

Но всем планам Темного Лорда пришлось отодвинуться в сторону, когда он столкнулся с новой проблемой. Гарри Поттер не просыпался. Подросток начал сгорать изнутри от лихорадки, которая медленно достигала критической отметки. Даже выжив, мальчик продолжал умирать…