Понарошку

Рождество наступило неожиданно быстро, словно весь год пролетел за пару дней. Город в этот раз лишь припорошило снегом, который быстро растаял, оставляя вокруг все в слякоти и серости, но, несмотря на это, праздничное настроение никуда не делось. Эллен встретила Рождество одна, созвонившись с семьей, и даже радуясь тому, что ее наконец-то окружала тишина и покой. Джуди заказала декораторов, чтобы дом Эллен был уютно украшен, и Борн не могла нарадоваться, наслаждаясь результатом. Вокруг горели гирлянды, большая пышная елка стояла в центре гостиной, а в воздухе витал запах корицы и выпечки. С самого утра ей привезли рождественское меню, и Эллен чувствовала себя ребенком, который мог позволить есть целое ведро мороженого и сладкую выпечку, валяясь на диване весь день. Однако, несмотря на праздничную атмосферу, она не могла избавиться от тревожных мыслей о Кэндис. Их последняя встреча, спонтанный секс в машине и признание про Амалию – подкосили состояние Эллен сильнее, чем она могла себе представить. Благо Джуди выбила для нее небольшое окошко у психотерапевтки, потому как справляться самостоятельно Эллен больше не находила в себе сил. Кэндис праздновала Рождество в кругу большой семьи. Родители Джонатана и его брат с женой, а также родители Кэндис собрались в большом доме, наполняя его смехом и радостью. Именно о такой семье Кэндис всегда и мечтала – дружной и любимой. Она, правда, обожала всех родственников мужа и милых деток его брата, но все еще чувствовала себя так, будто должна была праздновать Рождество с кем-то другим. – Великолепно выглядишь, – Джонатан одной рукой прижал ее к себе, мягко целуя в щеку, и мягкость в его взгляде заставила Кэндис чувствовать себя ужасно. Следя за тем, как Джонатан заботливо укутывает детей в одеяло у камина, Кэндис не могла перестать думать о том, что с ней не так. Почему она просто не могла наслаждаться всем вокруг, вместо того, чтобы в сотый раз прокручивать в голове мысль о том, что Эллен могла быть в это Рождество с Джуди? Все вокруг нее выглядело идеально: фотографии в Instagram с уютными семейными посиделками, горы подарков в блестящих упаковках, празднично накрытый стол, улыбки и радость. В их доме царила такая идиллия, Амалия бегала в милом платье, которое Кэндис купила накануне праздника, но Паттерсон все еще не переставала думать о том вечере в машине. Она была готова бросить это торжество, лишь бы вновь оказаться с Эллен наедине, почувствовать тяжесть ее тела, шумное дыхание, сводящее с ума. Пытаясь хоть как-то заглушить собственные мысли, Кэндис снова и снова возвращалась к бутылке с шампанским, умоляя себя не совершать никаких глупостей.

***

После Рождества, когда все вернулись в рабочее русло, офис снова заполнили люди с миллионом задач, бесконечных встреч и звонков. Эллен все выходные не могла избавиться от ощущения, что между ней и Кэндис мог быть какой-то шанс на будущее, но в то же время она злилась, наблюдая за тем, как в соцсетях Кэндис счастливо выставляет свою семейную жизнь напоказ. Каждая фотография с Джонатаном и Амалией заставляла ее испытывать такую боль, словно напоминая о том, что это та самая жизнь, к которой они не смогли прийти. «Она только и хочет, чтобы я думала о ней», — пронеслось в голове Эллен, когда она просматривала очередную историю с ужина. Она злилась на Кэндис. Злилась за то, что та могла рассказать ей об Амалии когда угодно, но выбрала самый неподходящий для этого момент, будто нарочно пытаясь затянуть Эллен в прошлое. Зная, что в этот день они вновь встретятся в офисе на обсуждении рекламной кампании, Эллен уже мысленно приготовилась к тому, чтобы защищаться от назойливого внимания Кэндис. Странно было бы думать, что после случившегося она вдруг успокоится. Зная Кэндис слишком хорошо, Эллен понимала, что это лишь начало, и это пугало и завораживало одновременно. После утренней планерки Борн встретила курьера с цветами. Еще накануне она заказала букет для Джуди, чтобы поблагодарить ее за пережитый декабрь и отличную работу. Стрессовых периодов в компании бывало достаточно, но декабрь каждый раз выбивал почву из-под ног у всех, и Эллен искренне была благодарна за то, что Джуди всегда умудрялась сделать невозможное возможным. Джуди сидела на своем привычном месте, обсуждая что-то по телефону и откинувшись на спинку стула, когда их взгляды с Эллен вдруг встретились. Сердце Харпер ревностно кольнуло в груди от мысли, что Кэндис вновь подарила Борн такой шикарный букет, все, что она смогла сделать – это поджать губы и отвести взгляд. Показывать свое разочарование не хотелось. Эллен почему-то остановилась около нее, настойчиво дожидаясь, пока Харпер закончит свой разговор. Положив трубку, она подняла взгляд на Эллен, вопросительно разглядывая ее довольное лицо. – Моргни, если после выходных тебе нужен еще один выходной, – улыбнулась Борн, скользя взглядом по напряженному лицу Джуди. Джуди провела Рождество впервые настолько бурно и пьяно, что проснулась у Элис в квартире, обмотанная мишурой и обнаруживая на себе чужое белье. Компания в квартире собралась такая большая, что к концу вечера Джуди даже не пыталась запомнить чужие имена. Впервые за долгое время ей было так весело, что она забыла обо всем на свете и позволила себе напиться настолько, будто всерьез полагала, что никакое похмелье ей не грозит. Быстро захлопав ресницами, Джуди заставила Эллен искренне рассмеяться. Она немного замялась на месте, прежде чем протянула букет Харпер. Джуди, даже на секунду не подумав о том, что этот букет для нее, почти тут же встала, роняя на ходу. – Сейчас поищу вазу… Эллен почувствовала себя глупо и не смогла сдержать широкой улыбки, останавливая Джуди за руку. — Нет, ты не поняла. Это тебе. Спасибо за все, что ты сделала, — Джуди уставилась на нее так, будто ждала, когда Эллен сообщит ей о том, что это всего лишь глупый розыгрыш. — Я помню, что обещала тебе отпуск, так что можешь смело воспользоваться им в январе или когда захочешь. Сердце подпрыгнуло к горлу, а щеки моментально защипало от прилившей крови. Последнее, о чем она думала, что Эллен вдруг захочет подарить ей цветы. – Это… мне? – переспросила Джуди, сомневаясь, но руки все равно вытянула, принимая букет. – Ну, конечно, тебе, – засмеялась Борн, находя невероятно очаровательным то, какой счастливой выглядела Харпер, разглядывая нежные бутоны цветов. – Ты сделала невозможное в этом декабре, я очень благодарна тебе за работу. Джуди коротко кивнула, не переставая улыбаться. Ей было приятно такое внимание, оно льстило и согревало все внутри. Джуди вдруг захотелось узнать, думала ли Эллен только о благодарности за ее работу или в этом было что-то большее? Подняв взгляд, Харпер медленно окинула взглядом Эллен и почти тут же поймала себя на мысли о том, как сильно ей захотелось поцеловать ее. — Честно говоря, отпуск мне сейчас не помешает. Много всего навалилось за последнее время. Борн понимающе усмехнулась: декабрь и правда был сумасшедшим. А если учитывать то, что их отношения все еще были в подвешенной ситуации и явно не доставляли им обеим того комфорта, который всегда был между ними – то им определенно стоило отдохнуть друг от друга. — Это будет самое тяжелое время для меня. Без тебя, — пошутила Эллен, но внезапно почувствовала внутри странную тоску. — Я уверена, что ты справишься. Джуди немного кокетливо улыбнулась ей, позволяя себе быть непрофессиональной и легкомысленной. Сложно было держать эту границу между ними, когда Эллен улыбалась ей непозволительно долго, а ее бедро упиралось в стол, словно дразня – можешь взять меня здесь, если захочешь. В этот момент в офис вошла Кэндис, держа в руках папку с документами, и Джуди, стоящая аккурат напротив входа на этаж, заметила ее в ту же секунду. Паттерсон подошла к их столу, мельком изучая взглядом Джуди и Эллен. Между ними повисло ожидаемое напряжение, и Эллен почувствовала, как кровь приливает к щекам. Кэндис посмотрела на Джуди, а затем скользнула взглядом по букету цветов в ее руках, чувствуя, как ревность вспыхивает горящим пламенем в груди. — Доброе утро, — дружелюбно улыбнулась она, делая вид, что все в порядке. – Как отметили Рождество? Эллен едва не подавилась от этого сладкого и непринужденного тона Паттерсон, которая выглядела так, словно действительно заинтересована. Ее глаза светились, а улыбка была мягкой и приветливой, она даже кивнула в сторону букета Джуди, отметив, что он невероятно красив. – Джуди, ты прям посвежела. Отдых пошел тебе на пользу, – Кэндис добродушно улыбнулась, и по ее тону было понятно, что она не старается задеть Харпер. — Спасибо, — ответила та, стараясь не смотреть на нее слишком пристально. Вести светские беседы не хотелось. Кэндис, не обращая внимания на сдержанный ответ, подмигнула Эллен. — Надеюсь, ты не скучала без меня на работе. Эллен слабо улыбнулась, чувствуя, как Кэндис вновь перетягивает одеяло на себя. Очевидно, она страшно ревновала к Джуди – это было настолько очевидно для нее, что даже в какой-то мере забавляло Борн. — У нас тут, знаешь ли, скучать не приходится. Эллен перевела взгляд на Джуди и улыбнулась ей так, словно между ними было что-то, о чем знали лишь они. От Джуди не укрылось это взаимодействие между Эллен и Кэндис, и от этого в груди сдавила неприязнь. Она чувствовала, что Эллен будто нарочно втягивает ее в игры между бывшими, пытаясь вызвать эмоции Кэндис. И что дальше? Столкнет их лбами, заставив вызвать друг друга на дуэль? Ей вдруг захотелось уйти, оставив их наедине, но Кэндис даже и не думала отступать, теперь уже переводя взгляд на Джуди. — Она всегда так кокетничала со своими сотрудницами или только с тобой? — усмехнулась Кэндис, замечая, как Эллен прожигает в ней дыру. – Хотя я, кажется, уже знаю ответ… – Ты что-то хотела? – не дав договорить, перебила ее Борн. – Хотела предложить подбросить тебя до следующей встречи, – заметив, что Эллен буквально на грани, чтобы ударить ее, Кэндис легкомысленно засмеялась. – Боже, видела бы ты свое лицо, Эллен. Расслабься, я шучу. Она бросила на стол документ, и пока Джуди пыталась изучать его вверх ногами, Борн не сводила взгляда с Кэндис. – Вот, привезла подписанный договор Адамса, – кивнула она в сторону папки. – Тебе нужно почаще брать меня с собой на встречи, они проходят у нас как никогда продуктивно. Расплывшись в самодовольной улыбке, Кэндис не стала дожидаться ответа, растворяясь в коридорах офиса. Эллен даже не нашла слов, чтобы как-то прокомментировать то, насколько быстро их клиенты приняли решение, моментально подписав договор о сотрудничестве. И как бы Эллен не было неприятно это признавать – Паттерсон была действительно хороша в переговорах.

***

4 года назад. Эллен и Кэндис сидели на террасе их дома, наслаждаясь теплым вечером. Легкий ветерок развевал их волосы, с улицы доносился привычный вой сирен и шум с трассы, но между ними царила тихая гармония. Они обе сидели, облокотившись друг на друга, и наблюдая, как солнце медленно скрывается за горизонтом, окрашивая небо в золотисто-оранжевые оттенки. Эллен, запустив пальцы в светлые волосы Кэндис, нежно играла с ними, продолжая их долгий, расслабленный разговор о работе и предстоящих выходных. В последнее время они много времени проводили вместе, несмотря на то, что Кэндис медленно снова уходила в работу, вновь пропадая на встречах и вечеринках. Они как раз обсуждали одну из подруг Паттерсон, которая совсем недавно решила взять малышку из детского дома, поскольку не могла иметь собственных детей, но очень хотела себе ребенка. Кэндис внезапно обернулась к Эллен, разглядывая ее утонченный профиль и задумчиво улыбаясь ей. — Ты когда-нибудь задумывалась о детях? Эллен повернула голову, ловя чужой взгляд. Вопрос застал ее врасплох – за столько лет они никогда не говорили об этом, хотя дети были важной частью их планов на жизнь. — О детях? — переспросила она, слегка улыбнувшись. — Ты никогда не поднимала эту тему… — Наверное, раньше я думала, что дети — это не для меня, но сейчас я представила, как мы могли бы завести ребенка. Кэндис нежно улыбнулась, касаясь кончиками пальцев щеки Эллен и чуть поглаживая кожу. Если бы у них только были дети, никто и никогда не заставил бы Эллен уйти от нее. Борн замерла, а ее сердце замерло от чужих слов. Дети казались ей таким этапом в отношениях, после которых ты уже не делаешь шаг назад. Это “вместе навсегда”, это состариться в одном доме, завести собаку и спорить о том, в какие кружки записать дочку. Словно не веря, она посмотрела на Кэндис, ища в ее взгляде подвох. — Я тоже думала об этом, — призналась Эллен, а ее голос был мягким и тихим. — Я представляла, как у нас будет маленькая девочка или мальчик, похожий на тебя. Мы бы вместе гуляли, водили его в садик, ты бы завела для него банковский счет еще до его рождения. Они обе рассмеялись, и Эллен почувствовала, как Кэндис нашла ее руку, переплетая пальцы. Она посмотрела на Борн со всей нежностью, на которую только была способна. Мысль о том, что эти разговоры могут стать реальностью, приятно щекотала внутри живота. — А что если... мы все же попробуем? — тихо спросила Кэндис, ее дыхание было горячим и мягким у уха Эллен. — Я не говорю сейчас, прямо завтра, но мы могли бы обсудить это. Кэндис нагнулась ближе, легко касаясь чужих губ. Ее щеки обдало жаром, а в груди все неожиданно стянуло. Она видела это так ярко и живо, словно это уже была реальность, и всячески игнорировала внутренний голос, нашептывающий ей о том, что Эллен будет очень больно, если этого вдруг не произойдет. Если Кэндис не сможет жить так, как ей всегда хотелось. Если не хватит духу рассказать семье о своем решении. Кэндис знала, что не сможет вести двойную игру – иметь жену и ребенка, но скрывать это от отца и матери. — А кто бы из нас носил ребенка? — спросила Эллен, с улыбкой глядя на Кэндис. Кэндис засмеялась, крепче прижимаясь к ней. — Я бы доверила это тебе, дорогая, — поддразнила она. — Я думаю, у тебя получилось бы быть замечательной мамой. А я бы баловала вас обоих. Эллен укоризненно покачала головой, но не смогла сдержать смех. — Только если ты будешь менять подгузники! Она тотчас представила их втроем: ее и Кэндис, несущую на руках их очаровательную крошку, то, как они бы прогуливались по улицам и играли в опавшей листве. Кэндис бы покупала дурацкие костюмы на Хэллоуин, а Эллен украшала дом к Рождеству. Они бы собирались большой компанией друзей на заднем дворе, обзавелись бы друзьями – такими же парочками с детьми – и вместе ходили бы на пикники в парк. Эллен вдруг подумала, что ее жизнь обрела новый смысл. — Серьезно, Эллен, — снова подала голос Кэндис. — Я правда верю, что у нас все могло бы получиться. Эллен посмотрела в ее глаза, чувствуя, как тепло разливается внутри. Может быть, Кэндис действительно изменилась, и их мечта была не так далека от реальности, которая могла бы случиться.

***

В офисе царила оживленная атмосфера: смех разносился изо всех уголков здания, звон бокалов и мерцание гирлянд на стенах создавали ощущение праздника и долгожданного отдыха после напряженного года. Предновогодняя вечеринка собрала весь коллектив, сотрудники расслабленно общались, обменивались шутками и воспоминаниями уходящего года. Эллен стояла на импровизированной сцене, держа в руках бокал с шампанским и поднимая его вверх, заставляя музыку стать тише. Все с нетерпением ждали ее речи, а зал постепенно затихал, когда Эллен неловко проверила микрофон, несколько раз постучав по нему пальцем. — Этот год был непростым, но мы смогли пройти через это все вместе, — начала она, чуть улыбаясь. — И это заслуга каждого из вас. Ее тон был вдохновляюще-бодрым, но все еще оставался теплым. Длинное светлое платье струилось вдоль ее тела, подчеркивая тонкую талию и длинные ноги, а волосы аккуратными вьющимися локонами лежали на плечах. Эллен выглядела великолепно, и никто из присутствующих не знал, что Джуди едва не поседела, когда у них в очередной раз возникли проблемы с визажисткой, которая обожала опаздывать. Разглядывая Борн, Джуди чувствовала невероятную гордость – работать под ее руководством было настоящим праздником, несмотря на то, что иногда Эллен поистине бывала невыносима. Даже несмотря на то, что Эллен не находила в себе сил обсудить с Джуди то, что происходит между ними, Харпер все равно смотрела на нее с восхищением. Эллен начала благодарить поочередно все отделы: дизайнеров, маркетологов, производство — каждого, кто внес свой вклад в успех компании. Ее слова были искренними, и в них чувствовалась гордость за всех, кто стоял перед ней. — Еще я хочу поблагодарить Кэндис. Ты привнесла не только свой талант, но и новое видение, которое вдохнуло новую жизнь в нашу коллекцию. Эллен на мгновение замерла, когда их взгляды пересеклись. Кэндис, до этого увлеченно болтающая с кем-то из дизайнеров, внезапно уставилась на Эллен так, словно не могла поверить, что та произнесла ее имя со сцены. В темном приталенном платье, с идеально уложенными волосами и вечно сияющей улыбкой – Кэндис заставила Эллен задержать на ней взгляд дольше положенного. Сердце Джуди неприятно кольнуло, когда она заметила этот долгий, лишенный всякого смущения взгляд Эллен. Так смотрят только на тех, кого любят. Того, кто заставляет их сердце трепетать, кто ни за что не оставляет равнодушным. Горло стянуло в неприязни, и Джуди опустила взгляд в телефон, стараясь игнорировать растущие в груди чувства. Овации стихли, и Эллен тотчас прочистила горло, ища в толпе ту, без которой по-настоящему не смогла бы существовать в собственном бизнесе. — И, конечно, я не могу не поблагодарить человека, без которого вряд ли бы смогла разобраться с вызовом убера или заказом химчистки, – по залу раздался дружный смех, а все взгляды тут же упали на Джуди. – Моя правая рука, мой второй пилот на всех встречах и просто человек-выручалочка. Джуди, я говорю о тебе… Она поймала взгляд Харпер, направленный аккурат на нее – чуть смущенный и мягкий. Джуди махнула ей рукой, чувствуя, как тепло разливается в ее груди от чужих слов. Все было так, словно минуту назад она не сгорала от ревности к ее бывшей. – Ты всегда была нашим островком надежности и мудрости. Без тебя мы бы не справились, – она на секунду шутливо закатила глаза и засмеялась. – Ну, я уж точно. Так что спасибо за весь твой труд и преданность, ты знаешь, как сильно я это ценю! Они все еще смотрели друг на друга, не прерывая зрительного контакта, и на мгновение между ними повисло невидимое напряжение, словно окружающие их люди исчезли, оставив их наедине. Эллен почувствовала, как внутри что-то кольнуло. Она знала, что должна была поговорить с Джуди о том, что между ними было, но до сих пор не могла найти слов, чтобы собрать в адекватные предложения то, что чувствовала. Эллен стремительно сошла со сцены и тут же затерялась в толпе, но спустя мгновение рядом с ней появилась Кэндис, держа бокал шампанского. Она молчала окинула Борн взглядом, чуть улыбаясь, прежде чем произнесла: — У тебя талант находить себе милых помощниц. И еще больший талант — завоевывать их внимание. Я думала, Джуди растечется лужей, пока ты вывалила на нее такую речь, – Кэндис ехидно усмехнулась, делая глоток шампанского. – Ты совсем не жалеешь влюбленную в тебя девочку. Эллен перевела взгляд на Кэндис и медленно подняла бровь. — У нас просто хорошие рабочие отношения, Кэндис, — ответила она, невинно моргнув, хотя прекрасно знала, что это не так. Кэндис рассмеялась, тут же поднимая раздражение в груди Эллен. Она сделала шаг вперед, будто намеренно сокращая расстояние между собой и Борн. — Так вы поэтому целовались у тебя в кабинете? Эллен кивнула на бокал Кэндис. — Шампанское развязывает тебе язык? – Дай угадаю, ты снова запуталась, а Джуди – отличный вариант, чтобы сбросить с себя груз ответственности? Потом ты скажешь ей, что все это сложно… – Кэндис, не перегибай палку! – раздраженно прошипела Эллен, злясь на то, что доля правды определенно была в словах Паттерсон. Кэндис резко отпила шампанского, устремляя взгляд в толпу и почти тут же натыкаясь на фигуру Джуди, которая наблюдала за ними из другого конца зала. Заметив Эллен, Джуди чуть улыбнулась ей, и Эллен ответила Харпер все той же улыбкой, намеренно задержав взгляд. Она знала, что это задевает Кэндис, и это чувство власти над ситуацией приносило ей невероятное удовлетворение. — Видишь, о чем я говорю? — проговорила Кэндис, больше не сдерживаясь. — Она смотрит на тебя так, как будто готова прыгнуть к тебе в постель прямо здесь и сейчас. Эллен подавила усмешку, поворачиваясь к Кэндис. — С какого момента тебя это стало волновать? — спросила она, лениво переводя взгляд с Джуди. — Если не ошибаюсь, ты сейчас счастлива в браке. Кэндис пристально смотрела на нее, ее лицо напряглось, а в глазах загорелся огонек. Эллен хмыкнула и сделала глоток вина – попрекать Кэндис браком было ее любимым развлечением. Внезапно она нагнулась к Эллен так близко, что ее губы почти касались уха. Теплое дыхание опалило кожу, отчего маленькие волоски зашевелились позади шеи Борн. – Ты знаешь, что мне это не мешает думать о тебе, – едва слышно прошептала Кэндис, касаясь свободной рукой спины Эллен. – С того раза в машине… Я постоянно вспоминала о тебе. Она отстранилась ровно настолько, чтобы посмотреть на реакцию Борн. Ее зрачки моментально расширились, а пальцы сжались сильнее, обхватив ножку бокала. Против собственной воли она вспомнила о том вечере – о том, как Кэндис лежала под ней, разгоряченная, бесстыдная, провокационная. Как ее тихие стоны рождали в Эллен какое-то безумие, словно между ними никогда не было этих почти четырех лет разлуки. Сердце болезненно ударилось в ребра, когда Кэндис переместила ладонь чуть ниже, скользя по спине Эллен. Борн знала, что это движение никто не заметит, и от этого момент ощущался еще сладостней. – Кэндис, нас могут увидеть, – едва сглатывая слюну, Эллен чувствовала, как ее тело буквально нагревалось от накатывающих эмоций. Она хотела оттолкнуть ее. Правда хотела. Толкнуть Кэндис в плечи, сделав вид, что невероятно оскорблена, накричать на нее и сказать, чтобы она не смела появляться на пороге ее офиса, но Эллен буквально оставалась неподвижной. Кэндис нагнулась к ее уху снова, в этот раз нарочно задевая его губами и едва проводя кончиком языка по мочке. – Джонатан уехал с Амалией к отцу на пару дней, — прошептала она, теряя остатки здравого разума и ощущая, как ее тело начинает мелко дрожать от предвкушения. — Никто не увидит. Без всяких обязательств. Эллен почувствовала, как внутри живота поднялось что-то горячее, оглушающее все мысли. В груди застрял комок, а горло словно сжало невидимой хваткой. Она понимала, что все повторяется вновь — старые игры, старые манипуляции, и все те же желания, которые не ушли спустя годы, и кучу боли, которую Эллен пронесла с собой. Эллен знала, что обязана была остановиться. Разум кричал, а в голове визжала красная тревожная кнопка. “Не смей. Нахрен. Это. Делать!”. Эллен чуть повернула голову, осознавая, что лицо Кэндис оставалось в миллиметрах от ее собственного. Бесстыдная, лишенная всякой адекватности и совести – Кэндис стояла, прижавшись к ней и скользя ладонью по ее заднице, пока буквально все сотрудники Борн веселились всего в десятке метров от них, не замечая две фигуры в углу помещения. “Перестань быть дурой, Эллен! Перестань быть дурой”, – повторяла она про себя, не в силах восстановить дыхание и сделать шаг назад. – Если бы ты только знала, что я сейчас представляю в своей голове… Кэндис на секунду прикрыла глаза, сдерживая удовлетворенный стон, и чувствуя, как между ее бедер буквально пульсирует от накатившего желания. Она не могла перестать думать о том, чтобы снова заняться любовью с Эллен – чтобы сделать это так страстно и необузданно, забыв обо всех рамках приличия и заставив Эллен извиваться под ней от удовольствия. Все ее тело задрожало в предвкушении, и низ живота свело горячим спазмом, когда она настойчиво скользнула ладонью вниз по ягодице Эллен, сжимая ее в пальцах. В этот момент Джуди, стоявшая неподалеку и разговаривавшая с коллегами, заметила их. Сердце в груди Харпер екнуло, когда она увидела, как Кэндис буквально нависла над Эллен, прижимаясь к ней непозволительно близко. Их тела почти соприкасались, а лицо Кэндис сияло игривой улыбкой. Джуди не слышала, о чем они говорили, но даже без слов было понятно, что разговор явно шел не о новой коллекции или планах на предстоящие выходные. Грудная клетка загорелась от подступающей ревности. — Кэндис, вокруг куча людей! – Раньше тебе это нравилось, – Кэндис, усмехнувшись, нехотя отстранилась. – Надеюсь, твой кабинет открыт? Смеясь и не позволяя Эллен ответить, Кэндис тотчас отлипла от нее и уверенно двинулась в самую гущу толпы. Это был вызов. Борн с трудом сглотнула, чувствуя, как в груди колотится сердце. Она не могла позволить себе вновь попасть в эту игру, в которой не было ни правил, ни конца, но ноги, словно не слушаясь ее, потащили ее в сторону Кэндис. Уже по пути глаза Эллен вдруг встретились со взглядом Джуди, и Эллен тут же почувствовала, как по спине пробежала дрожь, а горло стянуло отвращением к самой себе. Джуди только что видела удаляющуюся фигуру Кэндис и не могла проигнорировать тот факт, что Эллен ускользала вслед за ней. В этот момент она осознала, что ее втянули в игру, в которой она никогда не хотела участвовать. Эллен не нужен был их спонтанный секс или тот поцелуй в ее кабинете. Не нужна была преданность и забота Джуди. Все, что ее волновало – это больные, лишенные здравого смысла отношения с бывшей. Нужны были эмоции, американские горки и прекращающееся от восторга дыхание. Нужна была встряска, слезы, озлобленность, ревность. Эллен нужно было, чтобы ее ревновали, хотели, чтобы мечтали взять ее прямо посреди корпоратива и провожали голодным взглядом. Джуди несколько раз моргнула, прежде чем Эллен исчезла в толпе, тотчас чувствуя, как холодная пустота заполняет ее сердце. – Если ты будешь такой самодовольной, я уйду, – закрыв позади себя дверь в кабинет, даже в темноте Эллен рассмотрела взгляд Кэндис. Слишком довольный, чтобы не разозлиться. На себя, само собой. – Попробуй, – Кэндис сделала несколько шагов вперед, обхватывая шею Эллен и буквально утягивая ее за собой внутрь кабинета. В комнате было темно, из-за двери виднелась полоска света, и все, что освещало помещение – это отражение уличных фонарей и свет в здании напротив. Приглушенная музыка казалась такой далекой, словно звучавшей в вакууме, и все, на чем могла сконцентрироваться Эллен – было сорванное дыхание Кэндис, опаляющее ее губы и заводящее еще сильнее. Боже, как она любила ее такой. Дикой, возбужденной, резкой – Кэндис прижалась к ее губам с оголодавшим безумием, пробираясь пальцами к корням волос и шумно втягивая воздух через нос. Ее ягодицы уперлись в стол Борн, и она тотчас почувствовала, как Эллен посадила ее выше, заставляя усесться на поверхность. Движения ее были хаотичными и быстрыми, засиживаться здесь с Паттерсон не хотелось, но пересилить себя и вообще не идти на поводу у ее провокаций – у Эллен не вышло. Едва приподняв край платья, она нащупала пальцами белье, моментально стягивая его, и, придерживая Кэндис за поясницу, мягко ввела в нее пальцы. В груди разлился жар, а остатки разума словно рассыпались вокруг них – Эллен толкнулась в нее сильнее, чувствуя горячие, гладкие мышцы, охватывающие ее пальцы. Язык Кэндис скользил против ее языка, заводя с каждой секундой все больше. Жар между ними усиливался с каждой секундой. Все смешалось воедино: шумное дыхание Кэндис, влажные звуки и пульсация между бедер Эллен. Она едва соображала, чувствуя, как от хаотичных, быстрых движений немеет ее рука, а сердце колотится о ребра так, что становится неприятно. В какой-то момент Паттерсон обняла ее ногами, побуждая прижаться еще ближе, и в каком-то беспамятстве скользнула зубами по подбородку, царапая кожу. Ее бедра поддавались навстречу, лямки платья съехали ниже, почти оголяя грудь – она выглядела так сексуально и отталкивающе одновременно. Эллен вдруг подумала, как Кэндис могла трахаться с другими и прежде, и даже сейчас – она изменяла своему мужу, не чувствуя мук совести. Эллен захотелось сделать ей больно. Захотелось, чтобы Кэндис страдала и чувствовала все то, через что проходила сама Эллен. Добавив третий палец, она почувствовала, как та на секунду вздрогнула, но, столкнувшись со взглядом Борн, вновь поддалась бедрами вперед, не говоря ни о чем. Кэндис, словно догадываясь обо всех мыслях в чужой голове, схватила Эллен за челюсть, сжимая ее указательным и большим пальцами – прикосновение было грубым, почти отталкивающим, но это, иррационально и дико, завело Эллен лишь сильнее. Она чувствовала, как ее рука была абсолютно мокрой. Щеки Кэндис горели, а глаза блестели даже в темноте. Эллен вдруг подумалось о том, что никто и никогда не оказывал на нее такого эффекта. Это было нездорово, болезненно и дико - но, может, поэтому Эллен это и нравилось. Болезненное ощущение того, что кто-то полностью в твоей власти и что ты сам становишься беспомощным и зависимым. Кэндис с глухим стоном вцепилась зубами в ее плечо, сжимая ее пальцы так сильно, что Эллен чуть поморщилась. Какое-то время они так и стояли – пальцы Эллен были все еще внутри Кэндис, грудная клетка напротив прижималась к ней, будто соединяя их сердца, а Паттерсон, уперевшись лбом в плечо, едва дышала. – Я хочу тебя, – облизав пересушенные губы, Кэндис не отстранилась от нее, чувствуя лбом жесткую ткань пиджака. – Постоянно. Эллен сама отстранила ее от себя, замечая, как от этих слов ее сердце забилось лишь сильнее. В одну секунду ее словно поразило внезапной мыслью: “Это конец”. Это та самая точка невозврата, когда дальше – нельзя. И вот, Эллен смотрела в эти блестящие от похоти глаза, считывая во взгляде: “Я сделаю для тебя все, что захочешь”, и понимала, что этого больше не повторится. Никогда. Кэндис всегда приходила, брала и получала то, чего желала, а Эллен всегда чувствовала, будто подстраивалась. Иронично думать, что о ее желаниях никто не спрашивал, и ее руки всегда почему-то оказывались между ног Кэндис, но это факт. Паттерсон не волновали ее чувства, мысли, которые она отчаянно глушила все эти прошедшие годы, высушенные, красные от слез глаза, когда Кэндис ушла. Не волновало, что было с Эллен в годы их разлуки, потому что ни разу с тех пор она не подошла к ней и не спросила: “Как ты это пережила?”. Кэндис ровным счетом было все равно, что было бы с ними позже – она никогда не говорила об этом всерьез, предпочитая фантазировать об этом так легкомысленно, словно не была обременена никакими обстоятельствами, словно не пришла в тот вечер к Эллен, заявляя о том, что они больше не могут быть вместе. И уж тем более Кэндис не волновало то, каким взглядом провожала ее Джуди, едва удерживая себя в руках от внезапного побега с корпоратива. Все, что волновало Кэндис – она сама. – Кэндис, этого больше не повторится, – сказала она, сама не поверив, что смогла это произнести. – Если это твой способ умолять меня, то он работает… Кэндис кокетливо посмотрела на нее, улыбаясь и все еще пытаясь восстановить дыхание. Очевидно, что они обе этого хотели, и Паттерсон ни на секунду не сомневалась в том, что протяни она руку – и Эллен окажется влажной и горячей, ровно как и она сама. – Я серьезно, этого больше не произойдет, – отстранившись, когда Кэндис потянулась к ней за поцелуем, Эллен взглянула на нее со всей серьезностью. – Ты сама понимаешь, что это ни к чему не приведет. Кэндис на секунду замолчала, а затем, словно придумав очередную причину, улыбнулась. – Ну, мы хотя бы отлично проводим время! – Кэндис, у тебя есть муж, – напомнила Борн, держа ее за плечи и не позволяя приблизиться. – Я не люблю его. – И меня ты тоже не любишь. – Ты ничего не понимаешь… – хотела было начать Паттерсон, но Эллен прервала ее, делая шаг назад и заставляя Кэндис держаться на столе самостоятельно. – Нет, я, напротив, все понимаю. Понимаю, что для тебя наши отношения не значат ровным счетом ничего, как и не значат твои отношения с мужем. Ты не любишь ни меня, ни Джонатана, никого. Ты любишь только себя, – едва сглотнув комок, подбирающийся к горлу, Эллен почувствовала, как в ее груди стало необычайно тяжело, словно что-то вот-вот утянет ее вниз. – Будь это не так, ты бы не делала больно всем тем, кто дорожит тобой. И если бы я хоть что-то значила для тебя, что-то действительно важное и ценное, то ты бы не стала тащить меня в постель каждую свободную минуту, а разобралась бы со своим браком и отцом, перестав внушать мне, что ты любишь меня. Тебе в действительности плевать на то, что я чувствую, потому что все, что тебя волнует – это то, чтобы люди крутились вокруг тебя, высказывая свое восхищение и любовь. А я больше так не хочу, Кэндис. Я любила тебя и, ты знаешь, готова была давать шансы тебе снова и снова, но ни один из них не спас наши отношения, так что давай взглянем правде в глаза и поймем, что мы просто не можем быть вместе. Кэндис смотрела на нее, не моргая, словно не могла поверить в то, что Эллен в действительности говорит обо всем этом. В глаза словно насыпали песка, а в груди ныло так, что Кэндис хотелось разорвать на себе платье, чтобы хоть как-то унять боль. Она впервые почувствовала, что они с Эллен опустились на такое дно, что света уже не было видно, и они оказались в кромешной темноте. Борн не стала дожидаться ее ответа. Знала, что Кэндис едва ли найдет, что сказать ей. Поэтому, как только закончила – окинула взглядом Паттерсон в последний раз и молча вышла из кабинета, продолжая повторять себе о том, что это будет их точкой в отношениях.

***

Джуди посвятила все выходные, чтобы собрать чемодан и спланировать с Лорой и Элис поездку в Канаду. Благо что Элис могла оставить свой бар на собственных сотрудников, а Лора счастливо работала удаленно, так что решила поддержать подруг в их небольшом путешествии. Джуди чувствовала, что эта поездка ей необходима, как глоток воздуха, и все больше ощущала, как в офисе в присутствии Эллен ей становилось тяжелее. Отрицать очевидное было невыносимо – их отношения с Борн будто зависли на том уровне в игре, который ты пытаешься перепройти в сотый раз, и в итоге переключаешься на что-то другое. Может, Джуди стоило перестать об этом думать еще пару недель назад, восприняв это как своеобразный жизненный опыт – ведь Эллен, в конце концов, не разбила ей сердце – но, вопреки здравому смыслу, Харпер засыпала с мыслями об Эллен каждый день.  Встряхнув головой, она снова подумала о снежных пейзажах, горнолыжных трассах и уютных вечерах в окружении подруг, с которыми можно было посплетничать обо всем на свете. Они уж точно подскажут, что ей делать и назовут ее “самым умным человеком на планете”, а Джуди это всегда помогало, чтобы прийти в себя.  Заселившись в чудесный небольшой отель у гор, Харпер моментально забыла обо всех проблемах, волновавших ее. Колючий, морозный воздух, снежные горы и горячее вино – то, что привело ее в себя. Элис и Лора, не замолкая, болтали всю дорогу, споря об отношениях, пока Джуди, вымотанная от работы и перелета, слушала их вполуха, улыбаясь и мечтая о душе.  Время в Канаде обещало стать не только возможностью насладиться отпуском, но и шансом провести время в размышлениях о себе и своих чувствах, находясь на расстоянии от привычного окружения. Уже вечером они вместе сидели в уютном кафе на склоне горы, накинув на плечи теплый плед, заботливо выданный хозяевами кафе, и потягивая горячий шоколад. Элис долго спорила о том, что это несерьезно и она загуглила несколько баров неподалеку, но Лора и Джуди были непреклонны. Через большие окна открывался захватывающий вид на снежные вершины и соседние небольшие кафе. Вокруг кипела жизнь: люди катались на лыжах, шумно обсуждали свой день, а в воздухе витал запах чего-то хвойного. Элис с безнадежным выражением лица перевела взгляд с бара за окном, возвращаясь в беззаботную болтовню подруг, и неожиданно спросила: – Ты до сих пор ничего не рассказала про работу. Что там у тебя происходит? Эллен по-прежнему молчит? Джуди едва подавила в себе желание закатить глаза. Она чуть сползла по диванчику и уставилась на Элис и Лору исподлобья.  – Да, мы все еще не поговорили о случившемся, как будто ничего не случилось, – помешав трубочкой остывающий какао, она поджала губы. – Вроде все нормально, но... она даже не пытается поговорить об этом. И меня это сводит с ума. – Она не хочет придавать этому значения, да? Типа “что было — то было”? –  Вот именно, – Джуди едва стукнула ладонью по столу, наклоняясь ближе. – С ней будто все мимолетно: флирт, поцелуи, секс. Складывается чувство, будто она общается так со всеми. Лора и Элис быстро переглянулись, будто обсуждали всю эту историю без Джуди. – Но ты знаешь наверняка, что она к тебе чувствует? – Лора внимательно взглянула на Харпер. – Я имею в виду, она ведь могла сказать, что это то, что стоит забыть, если бы она не хотела этому продолжения. Она пыталась флиртовать с тобой после или типа того? – Я не знаю, – Джуди покачала головой, а ее взгляд стал почти жалобным. – То есть, я вижу, как она смотрит на меня. Недавно она подарила мне цветы “за хорошую работу”, и я охренела настолько, что весь день не могла прийти в себя. Но это просто цветы… Может, она, конечно, не думала ни о чем таком, я не знаю. Боже, Эллен обязательно быть такой сложной? Мне казалось, что за эти годы, которые я проработала у нее, я уже знала каждую ее микрореакцию, но здесь – она просто сводит меня с ума! Лора понимающе и с едва заметной грустью во взгляде улыбнулась Джуди. Она слишком хорошо понимала ее – пару лет назад они обсуждали почти то же самое, когда у Лоры внезапно закрутился роман на работе с ее коллегой. Ничего хорошего из этого не вышло, но это уже обычная несовместимость характеров, поэтому она не стала озвучивать свои опасения. –  А что чувствуешь ты? – вместо этого спросила она. – Тебе не все равно, но что дальше? Ты хочешь чего-то большего с ней? Отношения, семья, несколько спиногрызов? Джуди глубоко вздохнула. Это до сих пор было неясно даже для нее самой. – Я сама до конца не понимаю, – она снова откинулась на спинку дивана, задумчиво поглаживая собственные колени. –  Иногда мне кажется, что да, я хочу быть с ней. Она интересная, умная, чуткая. Мне нравится, что она верит в то, что делает, но с другой стороны, если для нее это все неважно, если она просто хочет забыть об этом, зачем мне быть рядом с человеком, который не готов к открытости и честности? И что меня больше всего бесит — я чувствую, будто бы это какое-то шоу для Кэндис, в которое она время от времени втягивает меня. – Подожди, Кэндис? Думаешь, это как-то связано с ней? – Элис, до этого чуть притихшая, оживилась. – Да, у меня такое ощущение, что Эллен то ли пытается задеть ее, то ли вывести на ревность. Джуди вдруг вспомнила их последнюю встречу на корпоративе. То, как Кэндис жалась к Эллен так бесстыдно и откровенно, а Эллен даже не пыталась избавиться от ее внимания. Ощущение себя лишь пешкой в чужой игре заставляло Джуди хотеть лишь одного – отступить. Она не собиралась бороться за внимание Эллен, соревнуясь с Кэндис, и уж тем более не собиралась доказывать, что нужна Борн. – То есть ты думаешь, что Эллен использует тебя, чтобы вызвать у Кэндис реакцию? – Элис задумчиво почесала щеку, а тон ее голоса стал таким удивленным, словно это последнее, о чем она могла подумать, даже зная о том, что Кэндис постоянно крутилась у Эллен перед носом, пытаясь завоевать ее внимание. – Я не знаю, но иногда кажется именно так. На вечеринке я видела, как она смотрела на Кэндис, когда благодарила ее. И потом она толкнула эту душещипательную речь про меня, а через несколько минут уже обжималась с Кэндис в углу.  – Ну она и сука, конечно, – протянула Лора, раздражаясь. – Звучит просто ужасно, Джу! На твоем месте я бы послала ее в задницу или заставила бы обсудить то, что происходит между вами. Элис поддерживающе закивала. – Мир не рухнет, если она скажет, что продолжения не будет. Сможет катиться куда подальше, к своей бывшей и ее семейке, если это все того стоит. Джуди грустно улыбнулась. Даже если бы Эллен сказала ей честно о том, что для нее произошедшее между ними ничего не значило – Джуди бы стало легче. Неприятно, но это бы внесло хотя бы какую-то ясность. – Спасибо, девочки. Наверное, вы правы, и я сама обязана поговорить с ней. Как только вернемся из Канады, я обсужу это с Эллен.

***

Эллен сидела на мягком кресле в кабинете психолога, изучая интерьер и медленно ковыряя пальцем мягкий подлокотник кресла. У Лауры она бывала крайне редко – помнится, она была здесь в их первую встречу и еще парочку раз за последние три года, в остальное же время Эллен предпочитала созваниваться с ней удаленно по мере необходимости. Медленное начало работы в новом году позволило ей разбавить свои одинаковые вечера, и чувствуя, что без помощи психолога уже не обойтись, Эллен решила записаться на прием. Она подняла взгляд на Лауру, чувствуя, как тревога медленно поднимается из самого живота к горлу. — Я не знаю, что делать, — продолжила Эллен, скрестив руки на груди, будто пытаясь защититься от собственных чувств. — Кэндис постоянно находится где-то поблизости, и это сводит меня с ума. Я сама не понимаю, почему это заставляет меня думать, что у нас может быть шанс, но при этом внутри я осознаю, что это неправильно. Как будто я пытаюсь удержать что-то, что давно должна была уже отпустить. Лаура понимающе кивнула, внимательно слушая Эллен. Борн на несколько секунд сделала паузу, собираясь с мыслями, а затем ее голос стал чуть тише: — И потом, я все еще не могу отойти от мыслей, что она родила дочь от донора, которого мы выбирали вместе. Это будто бы добило меня окончательно, – Эллен неловко почесала нос, чувствуя, как внутри все зачесалось, а глаза моментально наполнились легкой пеленой слез. – Меня так разозлило, когда она как-то сказала, что Амалия напоминает ей меня, и я подумала, что это из-за того, что мы вместе мечтали о детях, но, оказалось, что это, вероятнее всего, из-за донора. Когда мы выбирали его… там были детские фотографии мужчин, и мы старались подобрать того, чьи фотографии были бы похожи на мои детские. Неудивительно, что Амалия очень напоминает меня в детстве – ведь ее донор это тоже копия меня. Эллен сглотнула болезненный ком в горле, изо всех сил стараясь не проронить ни слезы. Она не считала свои эмоции чем-то постыдным, но все же не любила рыдать у кого-то на виду – зрелище это то еще. Опустив взгляд на собственные руки, она попыталась привести в порядок хаотичные мысли, витающие в ее голове, и Лаура внезапно озвучила тот вопрос, который Эллен задавала себе уже кучу раз: – Какие чувства ты испытала, узнав о том, что Кэндис забеременела и родила ребенка от донора, которого вы выбрали вместе? Эллен поджала губы, ощущая, как горячая слеза все же вырвалась из уголка глаза. Быстрым движением она вытерла ее и шмыгнула носом, пытаясь успокоиться. Она почувствовала себя такой жалкой, и между тем – жар в груди стал лишь сильнее, разнося вскипающую ярость по венам.  – Я была в шоке… Просто не могла поверить, что она говорит об этом всерьез, – Эллен прочистила горло, пытаясь деть куда-то взгляд, чтобы сконцентрироваться, поэтому уставилась в окно. – Кэндис иногда любит говорить что-то преувеличенное или вовсе врать, лишь бы добиться нужного эффекта. Но я не думаю, что она соврала мне. Не знаю, она выглядела так, будто говорит правду. И потом я разозлилась, потому что она завела этого ребенка с кем-то другим. Я имею в виду, она могла бы выбрать любого донора на свете, посоветоваться с мужем и все такое, но она выбрала того, которого подбирали мы, учитывая то, чтобы ребенок был похож на меня. Эллен глубоко вздохнула, чувствуя, как ярость становится лишь сильнее, а дыхания отчаянно не хватает. – Как, она думала, я должна была отреагировать? Прыгнуть от радости ей на шею и сказать, чтобы она ушла от мужа? Конечно, я была в гневе, это буквально выбило почву у меня из-под ног, –  она потерла переносицу, чувствуя, как хмурится. – Амалия чудесная девочка. Она очень красивая и игривая, и очень похожа на Кэндис. Но теперь, когда я вспоминаю о ней, у меня ощущение, будто Кэндис решила добить меня окончательно этим признанием. Почему сейчас?  – Раньше ты рассказывала о Кэндис как об очень контролирующем человеке. Может быть, она могла рассказать тебе об этом, чтобы еще больше привязать тебя к себе?  Эллен пожала плечами, а ее мысли мгновенно переключились на Джуди. Их прощание на корпоративе было таким скомканным и странным, будто бы она внезапно решила отдалиться и провести невидимую границу между ними. Конечно, Эллен сама была виновата в том, что никак не обозначала их отношения и до сих пор не обговорила то, что случилось на ее кухне – уехав на следующий день и счастливо сделав вид, что ничего не произошло.  – Я не знаю, это вполне в духе Кэндис, – Борн потерла руками лицо, чувствуя себя еще более растерянной. — А потом есть еще Джуди, с которой я тоже абсолютно не понимаю, что происходит. Она совсем не похожа на Кэндис – она стабильная и добрая, она не играет со мной в эти странные игры. И она мне нравится. Я думаю, в ней есть что-то, что меня определенно цепляет, но меня все равно тянет к Кэндис, будто я сижу на каких-то наркотиках. Это просто нездорово! Я сама это понимаю, но ничего не могу с этим поделать. Она будоражит меня, заставляет чувствовать просто миллион таких ярких эмоций, что рядом с Джуди все кажется таким… обычным? Я не знаю, с ней все так понятно, так надежно, но что, если это не то, что мне нужно? Лаура позволила паузе затянуться, давая Эллен время осознать свои слова. — Эллен, — мягко сказала она, — иногда нам кажется, что нам нужны сложные отношения, чтобы чувствовать себя живыми. В зависимых и абьюзивных отношениях так чаще всего и происходит, и ощущается это так, словно тебе никогда не скучно, но если взглянуть на это под другим углом, то легко обнаружить себя пустой и уставшей от постоянных эмоциональных качелей. Вспомни о том, какой ты пришла ко мне… Эллен молча кивнула, она знала, что Лаура права, но продолжала находить оправдания для Кэндис и будто бы искать лазейки для того, чтобы вернуть их отношения. – Но в то же время комфорт и надежность тоже могут приносить радость и яркие эмоции, – продолжила Лаура. –  Вопрос в том, чего ты действительно хочешь для себя и своего будущего? Эллен задумалась. Внутри ее разрывали противоречия – с одной стороны, Кэндис была страстью, непредсказуемостью, огнем, который сложно было игнорировать, но с другой стороны – Джуди была той, кто приносил спокойствие, уверенность и чувство, что все будет хорошо.  — Я хочу быть счастливой, – коротко ответила Эллен. – Когда я контактирую с Кэндис, каждый ее взгляд, каждое слово могут выбить меня из равновесия. И при этом всем я до сих пор не понимаю, чего именно она добивается от меня. Она появляется, когда ей нужно, а потом исчезает, заставляя меня гадать, что будет дальше.  Лаура кивнула, давая понять, что понимает, о чем говорит Эллен. — Это чувство неопределенности может быть очень захватывающим, — ответила она. — Особенно если в прошлом у тебя были сложные отношения или эмоциональные качели, такие, как с Кэндис. Этот цикл притяжения и отталкивания может напоминать то, что ты уже переживала, и иногда наше подсознание начинает тянуть нас к таким ситуациям, потому что они знакомы, даже если они приносят больше страданий, чем радости. Как тебе кажется, может ли это быть частью того, почему тебя так тянет к Кэндис? Эллен задумалась. Ее взгляд устремился в окно, и она тихо ответила: — Возможно, в этом что-то есть. Я не раз попадала в подобные отношения, где мне постоянно приходилось бороться за внимание и любовь, и с Кэндис я чувствую себя точно так же. Как будто я пытаюсь доказать что-то ей… себе… не знаю. Может, я просто привыкла к этому. Лаура мягко улыбнулась, понимая, что Эллен начинает осознавать свои внутренние противоречия. — Ты сказала, что тебе нравится Джуди, но ты не уверена, что “стабильное и обычное” – то, что тебе нужно, — продолжила она. — Почему, как ты думаешь, это чувство спокойствия и стабильности вызывает у тебя сомнения? Что удерживает тебя от того, чтобы сделать шаг в ее сторону? Эллен слабо улыбнулась, вновь прикусив губу: — С Джуди все так понятно и спокойно, что я иногда начинаю сомневаться, а достаточно ли этого. Я привыкла к буре эмоций, к напряжению, к этому постоянному поиску... А с Джуди — все просто. Это похоже на тихую гавань. Но, возможно, это как раз то, что мне нужно. Я хочу стабильности, хочу кого-то, с кем я смогу построить крепкие, надежные отношения, а не вечно гоняться за недостижимым. Лаура снова кивнула: — Эллен, часто, когда мы пережили много эмоциональных потрясений, тихая стабильность может показаться нам странной или недостаточной. Но это не значит, что она не может быть более правильным выбором для твоего счастья. Попробуй подумать о том, что действительно важно для твоего будущего. Представь себе не только эмоциональную сторону, но и то, каким ты видишь свою жизнь через несколько лет. Что будет для тебя значимым в долгосрочной перспективе. Эллен на минуту задумалась, как бы прощупывая внутренние эмоции и пытаясь понять, чего она на самом деле хотела. В ее голове хаотично возникали образы, сменяя друг друга. С Джуди — долгие спокойные вечера, поддержка и совместное планирование жизни. С Кэндис — эти страстные моменты, но и неизбежные падения, цикличность, которая не заканчивалась. Борн поняла, что только честный, открытый разговор способен расставить все точки над “и” в ее отношениях с Кэндис и Джуди. 

***

Кэндис вошла в дом, еле сдерживая шаги после того, как провела вечер с подругами. Голова кружилась, а каблуки хотелось снять еще в такси. Пытаясь справиться с замком, она громко выругалась, и через несколько секунд Джонатан распахнул дверь, почти подхватывая тело Кэндис. Ее глаза были блестящими от выпивки, а в голове все еще звучал смех и разговоры с вечеринки. Подняв голову на мужа, она расплылась в улыбке и обхватила его руками за шею. Джонатан застыл на месте на несколько секунд, пока не отстранился от Кэндис, пытаясь поймать ее взгляд. — Кэндис, что это? — спросил он, подставив телефон под нос. На экране был видеоролик с корпоратива в офисе Эллен, где Кэндис прижималась к Борн, нашептывая ей что-то на ухо. Кэндис едва сфокусировала свой взгляд на экране и с улыбкой попыталась отмахнуться: — Ах, Джонатан, это просто я развлекалась! Ничего особенного. Она кое-как скинула с себя туфли и прошла на кухню, чтобы налить себе стакан воды. Ее сердце даже не пропустило удар – видимо, не до конца осознавая, какие проблемы могут ей принести подобные кадры. Джонатан не отставал, плетясь вслед за женой и намереваясь получить ответы. – Ты развлекалась, Кэндис? – спокойней, но громче произнес тот. – Посмотри на это! Как это, по-твоему, выглядит? – Боже, перестань занудничать, – Паттерсон даже не взглянула в телефон, который он продолжал протягивать ей, и вместо этого сделала глоток воды. – Мы просто болтали. Ее бедра уперлись в столешницу. Взгляд был уставшим и пьяным, и все, чего хотела Кэндис – это лечь лицом в подушку и уснуть. — Мне это прислали коллеги, – Джонатан раздраженно взмахнул руками, наблюдая за спокойной, почти безразличной, женой. – Я понятия не имею, куда разлетелось это видео, но это неприемлемо, Кэндис. Ты позоришь нас! Кэндис замерла. Слова мужа стали для нее словно звонкой пощечиной – она тут же вспомнила, как отец часто говорил ей те же слова. Ее дыхание моментально сбилось, и она почувствовала, как в ней поднимается ярость. — Почему ты меня так обвиняешь?! — выпалила она, не в силах сдержать эмоции. — Я просто хотела развлечься, как все остальные. Почему ты всегда должен быть таким критичным? Джонатан попытался подойти ближе, его голос стал мягче, но все равно настойчивым: — Кэндис, успокойся, Амалия уже спит. Мы можем обсудить это спокойно. Кэндис чувствовала, как на нее нахлынули эмоции. Гнев и разочарование смешались в одну огромную кучу. Она злилась на то, что не может быть откровенной с мужем и жить так, как ей хочется, а появившееся угнетающее чувство еще больше усиливало ее раздражение. — Ты не понимаешь! — крикнула она, уже не сдерживаясь. — Мне так надоело жить в этом постоянном контроле и ожиданиях! Что ты хочешь от меня услышать? Джонатан был ошарашен, он смотрел на Кэндис, словно видел ее впервые. — Кэндис, я ничего не пытаюсь этим сказать, это просто странно. Эллен — лесбиянка, а мне присылают видео, где ты обжимаешься с ней на корпоративе. Я просто хочу понять, что происходит. Кэндис взорвалась: – Я уже сказала, что мы просто болтали! Что еще ты хочешь понять? Ты думал, что я скажу, что она трахнула меня в своем кабинете, воспользовавшись тем, что ты не пришел вместе со мной? – Боже, Кэндис, прекрати орать, – Джонатан на секунду взглянул в сторону лестницы, переживая, что Амалия услышит их ссоры и захочет спуститься вниз.  – Об этом ты думал, да? – не пытаясь остановиться, Кэндис сделала шаг в сторону Джонатана, обхватывая его подбородок рукой и ловя чужой взгляд. – Твоя жена ведь такая потаскуха, она крутится вокруг других и никак не может получить достаточно внимания. Правда ведь?  — Кэндис, я не хотел тебя обидеть. Просто… Давай успокоимся и поговорим спокойно. Я не имел в виду ничего плохого. Но Кэндис оттолкнула его, отстранившись: – Для справки, она сама полезла ко мне со своим неуместным флиртом, и я сразу сказала, что меня это не интересует! Джонатан замер на месте, его лицо потемнело от смущения и растерянности. Он понял, что ситуация гораздо сложнее, чем думал. Его голос стал мягче, он сделал шаг вперед, пытаясь обнять Кэндис: — Дорогая, прости. Мне правда очень жаль, что я не спросил у тебя об этом спокойно, – разочарование мелькнуло в его взгляде, когда Кэндис настойчиво отстранилась, не давая обнять себя. – Я поговорю с Эллен, чтобы этого больше не повторилось. – Не нужно, – почти молниеносно произнесла Кэндис, моментально приходя в чувства. – Это было недоразумение, и она уже извинилась за это. Не хочу впутывать еще и тебя в эту историю. Растерянно кивнув, он лишь проводил взглядом жену, удаляющуюся в ванную. Кэндис захлопнула дверь ванной и оперлась спиной на нее. Сердце стучало в ушах и будто бы отражалось от стен небольшой комнаты. Включив воду, она попыталась заглушить собственные мысли и выровнять дыхание. Она была так близка. Кэндис подошла к зеркалу, заглядывая в свое отражение: пьяная, с чуть смазанной подводкой и таким уставшим взглядом. Она видела себя жалкой в своей лжи и притворстве. Ее губы были поджаты, а в глазах блестели слезы. Все те слова Джонатана — «ты позоришь нас», «ты не должна так себя вести» — эхом отдавались в ее голове, вскрывая старые раны. Вода уже наполовину набиралась в ванной, и, когда она стала достаточно глубокой, Кэндис добавила пену, чтобы создать мягкую белую завесу. Скинув себя платье и белье, она снова взглянула на свое отражение. Красивая. Тонкая, хрупкая, с подтянутой небольшой грудью, небольшим, мягким животиком – Эллен постоянно говорила ей о том, что она сногшибательна, а Джонатан смотрел как на богиню. Почему Кэндис чувствовала себя такой пустой? Постепенно погружаясь в теплую воду, она почувствовала, как напряжение уходит из ее тела. Пена покрыла ее кожу, а легкий аромат лаванды позволил расслабиться. Когда она наконец облокотилась на бортик ванны и закрыла глаза, она вспомнила тот самый корпоратив. То, как со сцены смотрела на нее Эллен, каким блестящим и желанным был ее взгляд, как они стояли в углу и все тело Борн отзывалось на прикосновения Кэндис. Воспоминания заставили ее живот сжаться. Кэндис достала телефон. Она, словно не думая, включила фронтальную камеру и, опустив кадр чуть ниже, сделала полураздетую фотографию, в которой ее лицо было видно через водяные пузырьки и пенный налет. Ее грудь почти не было видно из-за довольно плотной пены, но очертания тела способствовали тому, чтобы дорисовать это в своем воображении. Кэндис сначала хотела было отправить эту фотографию Эллен, но в последний момент передумала, удаляя ее из сообщения и оставляя только текст: Кэндис, [23:52]: Я не могу перестать думать о тебе.

***

Эллен сидела за своим столом, привычно погруженная в работу, когда ее телефон коротко вибрировал. Она бросила взгляд на экран и замерла: сообщение от Кэндис. Несколько секунд она колебалась, прежде чем разблокировать телефон. Открыв сообщение, она прочла несколько слов, заставивших ее живот сжаться. “Я не могу перестать думать о тебе”. У Эллен внутри все всколыхнулось. Кэндис всегда умела задеть ее за живое — это было то самое ощущение острого влечения и непреодолимого искушения, которое преследовало Эллен с самого начала их взаимодействия. Она долго смотрела на экран, не зная, как ответить. И, в конечном итоге, просто решила ничего не писать. Ее пальцы замерли над клавиатурой, но вместо того, чтобы набрать хоть одно слово, она закрыла сообщение и перевернула телефон экраном вниз.  Работать без Джуди рядом было странно. Необычайно пусто. Она знала, что отпуск пойдет ей на пользу, но все равно ловила себя на мыслях, что часто вспоминала о Харпер и о том, как ее не хватало в офисе. Начало января было необычно тихим – после праздничной суеты декабрьских дедлайнов и напряженной подготовки коллекции, работа в компании стала идти спокойней. Снег за окном, приглушенный свет и мягкий гул разговоров создавали ощущение спокойствия и размеренности. Эллен наслаждалась этой атмосферой. После утверждения эскизов коллекции колец ей удалось не пересекаться с Кэндис  — напряжение, которое сопровождало каждое их взаимодействие, исчезло, и Эллен чувствовала себя гораздо спокойнее. 

***

Вечером, после насыщенного дня, Джуди с Элис и Лорой сидели в горном ресторане у камина. Пламя трещало в очаге, освещая теплую, уютную атмосферу. За столом, уставившись на меню, Элис заметила, как Джуди несколько раз проверяет телефон, а ее губы расплываются в улыбке при каждом новом сообщении. – Боже, Джуди, ты такая лесбиянка, – закатила она глаза, ловя взгляд Харпер. – Готова поспорить, что ты давишь лыбу не из-за видео с котиками. – Отвали, – даже не пытаясь скрыть улыбку, махнула рукой Джуди. – Это по работе. – Ты же в отпуске! – напомнила Элис, потянувшись за телефоном, чтобы вырвать его из рук подруги, но та вовремя отстранилась, быстро потушив экран телефона. Эллен, несмотря на то, что она действительно была в отпуске, писала ей пару раз, спрашивая о том, как проходят ее дни, и в другой раз показывая результаты готовых украшений. Джуди наоборот льстило это внимание Эллен и ее желание поддерживать какую-то связь вне работы. – Судя по твоей довольной улыбке, совсем не рабочие моменты, — Лора подмигнула ей, подталкивая локтем. Ничего не ответив, Джуди ловко перевела тему в другое русло.  Еще днем они активно катались на лыжах, тело немного ныло от нагрузки, но вино приятно расслабляло мышцы. Харпер сняла кучу видео и сделала десятки фотографий, стараясь запечатлеть все самые лучшие моменты их отдыха. Сняв несколько снимков с видами на снежные склоны и кадров с дружескими посиделками, она добавила к ним подпись: «Много горячих девушек в Канаде». Канадки, отдыхающие с ними по соседству были и правда горячи, но Джуди не решилась фотографировать их без согласия и уж тем более выкладывать в инстаграм, чтобы, не дай бог, не попасть в неловкую ситуацию. Уже вечером, после бара с подругами, Джуди вернулась в номер, чувствуя, как ее тело приятно гудит после дня, проведенного на склоне. Она быстро сходила в душ и, чувствуя приятную усталость, забралась под одеяло с телефоном в руках. Зайдя в инстаграм, она только сейчас обнаружила уведомление от Эллен. Ее сердце мгновенно забилось быстрее. Эллен, [16:39]: Много горячих девушек? Ты точно не вернешься с курорта, закрутив роман? Джуди усмехнулась и, хихикая, тут же написала в ответ:  Джуди, [22:12]: Все может быть… Ее настроение было игривым и расслабленным, и Джуди не думала, что Эллен уже ответит на ее сообщение, но буквально через пару минут сверху экрана всплыл пуш, оповещая об ответе. Эллен, [22:14]: Ты разобьешь мне сердце! Джуди улыбнулась шире, а ее пальцы замерли над экраном. Она знала, что это может быть шутка, но на этот раз между строк читалось нечто большее. Она ответила с легкой иронией:  Джуди, [22:14]: Драматизируешь.  Джуди, [22:14]: Уверена, ты найдешь, кому тебя утешить Прошло несколько минут, прежде чем ее телефон снова завибрировал. Джуди уже не надеялась на ответ Борн, но когда прочитала входящее, ее сердце словно остановилось в груди. Эллен, [22:18]: Я думала о тебе. В комнате повисла тишина, и Джуди чувствовала, как ее желудок сжался. Ее сердце забилось сильнее, а пальцы невольно сжали телефон. Вопросы и тревожные мысли тотчас закрутились в голове — что это все значит?  Джуди не могла удержаться от следующего вопроса. Джуди, [22:20]:  О чем именно? Харпер перевернулась на бок, уставившись на телефон в ожидании. Сердце с силой билось о ребра, а мысли хаотично сменяли друг друга. Еще ни разу они не были так близки к краю с тех пор, как Джуди занялась с Эллен сексом на ее кухне. Эллен, [22:21]: О всяком… Эллен, [22:21]: Ты знаешь, о чем я. Жаркий трепет пробежал по телу Джуди. Она закрыла глаза, прижимая телефон к груди, а затем медленно выдохнула. Она не знала, что ответить — желание, которое она пыталась игнорировать, снова поднялось с новой силой. Джуди почувствовала, как возбуждение сконцентрировалось между ее бедер, лишая здравых мыслей. Она не знала, что написать Эллен в ответ, но и уйти молча – не могла.  Им нужно было поговорить. Обсудить, как взрослым людям, все то, что происходило между ними, но Джуди знала, что испортит момент, если скажет об этом. Джуди, [22:23]: И что ты об этом думаешь? Аккуратно. Так не подкопаться. Харпер скользнула ладонью по животу, не в силах проигнорировать желание, тянущее внизу. Эллен, лежащая в этот момент в своей кровати, положила телефон аккурат на свое лицо, пытаясь дышать. Она знала, что поступает безрассудно – писать такое Джуди было верхом ее непрофессионализма, но и сказать спонтанное: “Забудь”, для нее казалось неуместным. Взглянув на дисплей, она поняла, что Джуди так и не выходила из их чата, ожидая ответа Эллен. Эллен, [22:26]: Боже, что я могу об этом думать… Эллен, [22:26]: То, что мне хочется вернуться в тот же момент. Ответ сбил ее с ног. Джуди зажмурилась и застонала в подушку. Воспоминания о той ночи с Эллен нахлынули с неожиданной силой, а все ее тело мгновенно напряглось. Чувства, которые она так старательно пыталась подавить, захлестнули ее с головой. Она не знала, что сказать в ответ. Разум кричал остановиться, не втягиваться в это дальше. Но сердце и тело предали ее — все внутри трепетало от влечения. Эллен, [22:28]: Тебе бы этого хотелось? “Безумно!”, – хотелось закричать Джуди, отбросив все моральные стороны этот вопроса. Она на секунду прикрыла глаза, касаясь пальцами там, где все изнывало от желания. Джуди, [22:29]: Да. Эллен воспламенилась за секунду, удерживая себя от желания тут же забронировать ближайший рейс в Канаду и устроить Джуди сюрприз. Она крепко сжала бедра, чувствуя, как от давления и трения заводится лишь сильнее. Она никогда прежде не скатывалась в такое безумие. Такие переписки были у нее только с Кэндис – когда-то давно, когда они еще были в отношениях, но Джуди – работала у нее в офисе, и Эллен не представляла, как будет смотреть ей в глаза. Борн глубоко вздохнула, не позволяя себе отправить еще одно сообщение. Откинув телефон, она сжала ноги еще сильнее, чувствуя, как желание разрастается внутри, пока напряжение не стало почти невыносимым.

***

В день, когда Джуди вышла из отпуска, она с самого утра чувствовала себя немного напряженно. После того разговора с Эллен  прошло несколько дней, но воспоминания и ощущения от этих переписок – были еще свежи. Ранним утром она должна была заехать за Борн, чтобы вместе  проверить готовящееся для магазина помещение и свериться с дизайн-планом бюро. Эллен, на удивление, уже ждала ее у дома, грея ладони, как если бы ждала Джуди на морозе целую вечность. Пытаясь скрыть глупо растущую улыбку, Эллен сдержанно кивнула, влезая в салон к Джуди. –Привет, – слабо улыбнулась Джуди, наблюдая за тем, как Эллен пристегнула ремень. – Замерзла? – Немного, – кивнула она, после чего окинула Харпер с ног до головы. – Бог ты мой, Джуди, я будто не видела тебя целую вечность! Они обменялись парочкой коротких фраз об отпуске Джуди, и Харпер тут же перестроилась в рабочее русло, информируя Эллен о планах на ближайшую неделю. За прошедший день она успела разобраться во всем, что происходило в компании за время ее отсутствия, и продумать планы Борн на неделю вперед. Эллен почему-то стало неловко расспрашивать у Джуди о личном, видя ее сосредоточенный взгляд и кивая на все ее монологи о работе. В салоне повисла тишина, а напряжение казалось им обеим ощутимым на кончиках пальцев — будто они обе понимали, что в их отношениях что-то изменилось, но никто не спешил об этом говорить. Когда Эллен и Джуди вошли в помещение под новый магазин, запах свежей краски наполнил воздух. Пол был покрыт защитной пленкой, а некоторая мебель уже была завезена внутрь, и с последнего посещения им, наконец, наладили вентиляцию. Эллен и Джуди медленно осматривали прогресс ремонта, обсуждая детали: Джуди, активно жестикулируя, говорила о витринах, где будет лучше разместить свет, и как отделка подойдет к стилистике коллекции. — Все-таки подиум для аксессуаров будет отлично смотреться здесь, — улыбнулась Харпер, указывая на дальний угол. – Логотип с подсветкой обещали доставить уже завтра. — Посмотри, у нас выходит что-то очень даже симпатичное, — Эллен удовлетворенно обвела взглядом помещение. – Я так рада, что здесь столько естественного света! Джуди понимающе улыбнулась, продолжая ходить с деловым видом по магазину и всматриваясь в возможные недочеты. Эллен нравилось, что иногда Джуди становилась дотошной и проверяла сделанную работу сотни раз, прежде чем принять результат. Эллен наблюдала за ней украдкой, рассматривая ее сосредоточенное лицо и уверенные, широкие шаги – ее губы быть чуть поджаты, но движения все равно были такими легкими и парящими. Не сдержавшись, Борн улыбнулась.  — Ты знаешь, я очень скучала по тебе. В офисе было совсем не то без тебя. Джуди подняла  растерянный взгляд, как будто меньшее, что она ожидала услышать – такое признание в разгар обсуждения деловых вопросов. — Даже вспомнила, каково это было, когда у меня еще не было ассистентки. — Эллен улыбнулась, но в ее голосе ощущалась грусть. — Пока ты была в отпуске, я была на грани того, чтобы всех уволить. Харпер понимающе засмеялась, ловя взгляд Борн, задерживающийся на ней неприлично долго. Пауза между ними затянулась, и только резкий шум машины за окном заставил их прийти в себя. – Что ж, я снова здесь, так что сотрудники в безопасности, – примирительно протянула Джуди. Эллен кивнула, собираясь взять сумку, чтобы вернуться в машину. Она не могла перестать думать об их последнем разговоре, о том, какие вопросы писала ей Джуди, и как она – лишившись всякого рассудка – отвечала ей. От одних лишь воспоминаний ее живот наполнился знакомым теплом, а к лицу прилила кровь. Эллен залезла в машину первая, дожидаясь, когда Джуди закроет магазин и сядет за руль. Медленно выдвинувшись в сторону офиса, Борн рассматривала Джуди, не скрывая своего интереса – все, о чем она могла думать, чтобы поцеловать ее, и ей так смертельно хотелось, чтобы Харпер подала ей хоть какой-то сигнал о том, что она тоже думала об этом. Джуди заметила ее взгляд и, чтобы отвлечься от мысли, что ее сердце снова начинает учащенно биться, заговорила о работе. — Я на этой неделе буду контролировать поставку мебели в магазин, а еще нужно утвердить рекламные макеты, — протянула она слегка отстраненно.  Она чувствовала, что Эллен слушала ее почти поверхностно, лениво кивая, но не вслушиваясь в суть слов. Весь день, казалось, был каким-то странным и напряженным, словно они обязаны были поговорить об их личных взаимоотношениях, но до сих пор не сделали этого. В офисе, пока они поднимались в лифте, Джуди вновь чувствовала себя не в своей тарелке – кабина казалась ей меньше обычного, а присутствие Эллен рядом заставляло ее затаить дыхание. Она чувствовала чужое тепло и то, как их плечи почти касались. А позже, когда они сидели на встрече с дизайнерами и маркетологами, Джуди то и дело ловила взгляды Эллен. Борн никак не могла сосредоточиться на деталях, постоянно ища какую-то молчаливую поддержку Харпер. Ее руки были сжаты в кулаки, тщетно пытаясь вернуть мыслям контроль, и к концу встречи Эллен чувствовала себя раздраженной из-за дня, который буквально проходил мимо нее. Ее взгляд то и дело падал на Джуди, которая сидела напротив – и та не могла не заметить этого настойчивого внимания, хотя все еще пыталась вести конструктивный диалог с командой. Закрывшись в кабинете на обеденный перерыв и передав Джуди, что ей нужно созвониться с родителями, она впервые облегченно вздохнула, наблюдая в окно, как Харпер пересекла улицу, двигаясь в сторону их любимого ресторанчика. Опустившись в свое кресло, Эллен глубоко вздохнула, пытаясь унять растущие эмоции. Уже позже, в тот же день, они с Джуди поехали вместе на интервью с журналистами, чтобы обсудить новую коллекцию. Харпер знала, что Эллен не особо любила интервью, поэтому всегда просила ассистентку присутствовать с ней рядом, чтобы чувствовать себя спокойнее. И хотя за внешней оболочкой казалось, что Эллен держалась спокойно и уверенно, только Джуди знала о том, как дрожат ее пальцы каждый раз перед съемками, а под язык опускается таблетка успокоительного.  На площадке их уже ждала целая команда: Эллен усадили в кресло к визажисту, пока Джуди села неподалеку, листая рабочую почту и решив не терять время зря. Она сидела в углу комнаты, мельком наблюдая, как визажист наносит последние штрихи макияжа на лицо Эллен перед интервью. Свет софитов мягко освещал ее лицо, их взгляды пересеклись на секунду, и Борн, немного смущенно улыбнувшись, сказала: — Джуди, можешь принести мне воды? Харпер кивнула, быстро набрав стакан воды из кулера. Когда она протянула его Эллен, их пальцы соприкоснулись на долю секунды, но этого было достаточно, чтобы вызвать волнующий электрический импульс, пробежавший по коже. – Спасибо, – бросив короткий взгляд на часы, Эллен виновато улыбнулась. – Надеюсь, мы быстро закончим. И едва удержала себя от того, чтобы добавить: “С меня ужин”, внезапно постеснявшись говорить это при команде.  Во время интервью Джуди продолжала наблюдать за Эллен, как та уверенно и спокойно отвечала на вопросы. Казалось, она всегда знала, что сказать, как поставить акценты, как удерживать внимание журналистов. Разрываемая от чувств, Джуди быстро написала сообщение Элис: "Я не знаю, как собираюсь дальше работать с Эллен. Все мои мысли только о ней, а не о работе." Ее взгляд снова упал на освещенные софитами две фигуры, и Харпер заметила, как Эллен умело уходила от личных вопросов, избегая неудобных тем. В этот момент она поняла, что с Эллен так было всегда – она умела обходить острые углы, избегая прямоты и искренности в разговорах о личном. Телефон в руках завибрировал: "Возьми себя в руки. Ты сильнее этого." Джуди глубоко втянула воздух и на секунду прикрыла глаза. Это не могло продолжаться вечность. С каких пор она вообще отмалчивалась, позволяя ситуации брать контроль над ней? Даже если касалось Эллен – Джуди не хотела жить в розовых очках. Как только отсняли последний вопрос, а Эллен счастливо поблагодарила команду и забрала из рук Джуди очередной стаканчик прохладной воды, все ее внимание вернулось к Харпер. На улице уже было темно и холодно, а над их головами со скоростью света проносился мокрый снег, облепляя лицо и волосы.  – Пойдем, я подвезу тебя, – махнув головой в сторону машины, Джуди не хотела, чтобы Эллен ждала такси. К тому же, в это время она могла простоять в ожидании минут десять, окончательно превратившись в снеговика. Фары мигнули в темноте, и Джуди быстрым шагом направилась к машине, стараясь игнорировать, как с каждой секундой внутренняя дрожь в ее теле лишь усиливалась. – Я могла бы дождаться такси, – протянула Эллен, уже запрыгивая в салон и закрывая дверь. – Обожаю, когда ты геройствуешь, – усмехнулась Харпер, включая обогрев и чуть ежась после промозглой погоды. Музыка и цитрусовый аромадиффузор наполнили салон, заставляя Эллен довольно вжаться в кресло. Здесь – в тепле и спокойствии, она почувствовала себя так уютно и правильно, что не смогла удержаться, чтобы не улыбнуться Джуди. – Спасибо тебе. Правда, – ее рука на секунду коснулась чужого предплечья и тут же вернулась обратно. – Ты не обязана была подвозить меня, но это очень мило. Джуди ничего не ответила, мельком скользя взглядом по расслабленному и чуть уставшему лицу Эллен. Машина плавно ехала по вечернему городу, уличные огни мелькали за окнами, но между ними царило уютное молчание. Голова Эллен разрывалась от мыслей. Она так хотела, чтобы Джуди задержалась у нее чуть подольше – они могли бы заказать ужин и посмотреть какой-нибудь фильм. Почему-то смертельно не хотелось оставаться одной. — Спасибо, что подвезла, — благодарно протянула Эллен, когда машина остановилась у ее дома.  Она немного задержалась в машине, не спеша открывать дверь, как будто не хотела отпускать момент. Джуди кивнула, не зная, что сказать в ответ. Она была готова попрощаться и уехать, когда Эллен внезапно предложила: — Может, закажем что-нибудь на ужин? Время уже позднее, и пока ты доедешь и сообразишь, чем поужинать… Эллен была очаровательна в своей неловкости. Джуди словно видела ее насквозь – то, что Борн не могла придумать ничего другого, чтобы заставить Харпер остаться. Не хватало только еще приглашения на вечерний чай, чтобы “немного согреться”. Их взгляды встретились, надолго захватывая друг друга в плен, и Эллен, с растущей неловкостью в груди, поняла, что Джуди все поняла. В ее голове сразу промелькнуло множество мыслей: стоило ли соглашаться, особенно после того, что произошло между ними, и после того напряжения, которое никуда не исчезло? Но в то же время отказаться казалось неправильным. Может, это их шанс прояснить ситуацию? — Хорошо, — ответила Харпер после короткой паузы, стараясь звучать непринужденно. Они вошли в квартиру, и Эллен тут же начала листать приложение с доставкой, чтобы понять, что заказать на ужин. Она смеялась, что не может выбрать между суши и пиццей, но Джуди лишь с улыбкой наблюдала за ней, мысленно борясь с теми эмоциями, что бурлили внутри. Между доставкой они разобрали несколько задач на предстоящие дни, и Джуди, расположившаяся рядом с Эллен – казалась той такой домашней и милой, словно так происходило всегда. Подойдя к холодильнику, Эллен достала уже открытую бутылку вина – вечера в одиночестве были крайне скучными. – Бокальчик? – предложила она, подмигивая. – Я за рулем, – Джуди укоризненно качнула головой, широко улыбаясь. – Всего один. Джуди чувствовала, как в ее груди все сжалось от этой непринужденности и в то же время напряжения, витающего между ними. Ей нравилось, какой игривой и легкой бывала Эллен, как старательно пыталась привлечь ее внимание. – Кажется, именно ты говорила мне о том, что садиться за руль нельзя даже после глотка вина, – Джуди чуть закусила губу, наблюдая за тем, как Эллен наполняет бокал для себя. – А ты все припомнила, – засмеялась она, вновь оборачиваясь к Харпер. – Останешься у меня, не проблема. Сердце моментально сделало кульбит в груди. Почему-то только сейчас Джуди заметила, как свет в гостиной был чуть приглушен, а из соседней комнаты доносилась едва уловимая спокойная музыка, как если бы они собирались провести свидание в непринужденной обстановке. Глаза Эллен блестели, а улыбка так и не спадала с губ, и по ее тону нельзя было понять – шутит ли она или предлагает вполне серьезно. Внезапный звонок в дверь прервал все мысли Эллен, и она, оставив бокал на столешнице, вылетела в коридор. Вернувшись с бумажными пакетами к Джуди, она довольно улыбнулась: – Ну, тебе в любом случае придется остаться, потому что никто не выйдет из-за стола, пока мы все это не осилим. Засмеявшись, Джуди поднялась с дивана, чтобы помочь Эллен разложить все по тарелкам. У Борн была особенность, которую Джуди совершенно не понимала, но в какой-то степени даже восхищала – Эллен предпочитала выкладывать на тарелки всю еду из доставок, считая, что есть из контейнеров – ниже ее достоинства. Уговорив Джуди на безалкогольное пиво, которое всегда хранилось у нее “на всякий случай”, Эллен победно улыбнулась. К концу вечера напряжение между ними чуть спало, и Джуди чувствовала себя намного спокойнее, сидя напротив Эллен и поджимая под себя ногу. Непринужденный разговор плавно переходил от одной темы к другой, пока Борн, наконец, не поинтересовалась об отпуске Харпер. Она хотела расспросить ее об этом еще с самого утра, но ее хватило лишь на то, чтобы перекинуться парочкой фраз, не вдаваясь в подробности. — Это действительно то, что мне было нужно. Я наконец-то выспалась, и ты, наверное, заметила, что у меня больше не было привычки проверять почту каждую минуту, — она слегка усмехнулась, накалывая на вилку кусочек курицы. – Конечно, ведь ты сама сказала, что была занята “горячими канадскими девушками”. Эллен добродушно засмеялась, и их взгляды на секунду встретились, заставляя ее желудок сжаться в сладком спазме. Джуди смотрела на нее с наигранным укором, что-то между: “Посмотрела бы я, что бы ты делала на моем месте” и “Я обожаю, когда ты ревнуешь”. Легонько склонив голову, Джуди мельком скользнула глазами по лицу Эллен, останавливаясь на губах и запрещая себе думать о том, насколько уместно сейчас хотеть поцеловать ее. – Я такого не говорила. – Разве? – в этот раз смешок Эллен потонул в ее глотке вина, и она спрятала взгляд, чувствуя, как кровь приливает к ее щекам. – Я сказала, что в Канаде много горячих девушек, вот и все, – Джуди пожала плечами, стараясь звучать непринужденно, хотя уже дважды сменила позу, пытаясь найти удобное положение. В груди разлилось тепло, словно она начала пьянеть от безалкогольного пива. – И добавила, что вполне возможно закрутишь с кем-нибудь роман, оставшись там. Джуди вновь взглянула на нее с укором, не переставая улыбаться. Она знала, чего добивалась Эллен, и от этого приятная вибрация во всем теле становилась лишь сильнее. – Я не успела, а ты бы не стала продлевать мой отпуск. – Ни в коем случае. – Я слышу в твоем тоне ревность? – голос Джуди стал чуть тише и будто бы интимней, и Эллен подтянула к себе бутылку вина, обновляя бокал. Она прочистила горло, думая над ответом. Уголки губ Джуди чуть подрагивали, как если бы ее улыбка была немного напряженной. Втянув воздух через нос, Эллен задумчиво покрутила бокал с вином. Она не могла не думать о том, как они переписывались во время отпуска с Джуди, как они флиртовали, и как этот флирт в какой-то момент вышел за рамки допустимого. Ревновала ли она? Возможно. – Может, совсем немного. Я же сказала, ты разобьешь мне сердце. Джуди усмехнулась. Ее мысли заполонили воспоминания о том вечере в отеле, о том, какой смелой была Эллен в своих сообщениях и как сейчас они аккуратно кружили вокруг друг друга, словно в танце. – Но все обошлось. Эллен примирительно взглянула на Харпер, решив не продолжать тему, а перевести ее в другое русло. Окончательно расслабившись от нескольких бокалов вина, она уже не могла отвести от Джуди взгляда и перестать улыбаться ей на все, что она говорила.  Когда все закуски, наконец, были съедены, а ужин подошел к концу, Джуди взглянула на дисплей мобильного. Время уже близилось к часу ночи, а ей еще нужно было доехать до дома и постараться выспаться, чтобы Эллен не прибила ее за опоздание.  Лениво поднявшись из-за стола, Эллен выползла в коридор, чтобы проводить Джуди. В ее голове уже звучало расставание — вежливое «спокойной ночи» и неизбежный уход, как будто между ними никогда не было этого напряжения. Но что-то внутри нее сопротивлялось этому сценарию. Она вдруг осознала, что не хочет отпускать Джуди, не хочет, чтобы этот вечер закончился на такой ноте. — Ну, спасибо за компанию, — сказала Джуди, стоя у двери. – И за потрясающий ужин. Эллен все это время стояла, подперев плечом стену, и без лишней скромности рассматривала, как Джуди надевала на себя верхнюю одежду. Ее взгляд был пристальным и говорил намного больше того, что она озвучивала вслух. – Конечно, в любое время, – кивнула Эллен. В полутьме коридора ее глаза поблескивали от алкоголя, а поза была расслабленной. Эллен сделала шаг вперед, задержав руку Джуди на мгновение. Их взгляды встретились, и это напряжение, которое они так старательно игнорировали весь вечер, вдруг стало невыносимо ощутимым. Эллен знала, что если сейчас она ничего не сделает, Джуди уйдет, и они обе снова вернутся к привычному молчанию и невыясненным отношениям. Вдохнув глубже, Эллен сделала короткий шаг вперед, сокращая между ними расстояние. Лицо Джуди оказалось в миллиметрах от ее собственного, и маленький вздох, коснувшийся ее губ, заставил сердце Эллен пропустить удар. Светлые глаза Джуди смотрели в ее собственные, как если бы она искала в Борн смелость сделать первый шаг, ведь прежде Джуди всегда была инициатором их близости.  Подавляя в себе иррациональное робкое желание спросить: “Могу ли я поцеловать тебя?”, Эллен осторожно коснулась пальцами чужой щеки и нагнулась так, что их носы медленно соприкоснулись. Она могла чувствовать на себе чужое дыхание и этот момент – еще не совсем поцелуй, но на грани того, чтобы захватить губы Харпер в теплый плен – был, пожалуй, самым трепетным в их близости. Эллен в момент подалась вперед, обхватывая нижнюю губу Джуди и моментально чувствуя, словно мир вокруг замирает. Робкое, едва уловимое прикосновение повторилось снова. И снова. Медленно разгорающийся в груди огонь вспыхнул, когда руки Джуди обвились вокруг шеи Эллен, а ее язык скользнул в рот, углубляя поцелуй. Жаркое, сорванное дыхание распаляло их обеих, и вот Эллен уже расстегивала пуговицы на пальто Джуди, как будто не контролируя себя. Когда Харпер наконец отстранилась от нее, чтобы на секунду взглянуть в лицо Эллен – та поняла, что пути назад не будет. — Эллен... — хрипло и тихо прошептала Джуди, но не успела ничего добавить, когда Борн снова притянула ее к себе, впиваясь в губы настойчивым поцелуем. Харпер знала, что это плохая идея.  Почувствовала нутром, но все равно позволила Эллен стянуть с нее накинутое пальто и прижать к себе сильнее за талию. Мозг словно поплыл, отлаженный механизм замер, и Джуди даже не заметила, как скинула обувь и верхнюю одежду,  оказываясь в комнате Эллен. Не зажигая ламп и довольствуясь лишь полоской света из коридора, Эллен торопливо вынула рубашку из-за пояса, скользя руками по теплой, гладкой коже спины, словно боялась, что пройдет еще секунда, и Джуди вдруг передумает. В тишине поспешно шуршала ткань, но все, на чем могла сосредоточиться Джуди – было шумное, прерывистое дыхание Эллен, которая не отрывалась от нее ни на мгновение. Ее руки словно были везде, а губы продолжали исследовать ее рот. Джуди казалось, будто бы она горит – каждое прикосновение словно оставляло небольшие ожоги по ее телу. Она тщетно старалась не отставать, дрожащими пальцами расстегивая блузку на теле Эллен и почему-то отчаянно задаваясь вопросами о том, почему это снова происходит. Кто они друг другу? Что все это значит? Она ведь видела, как Эллен тащилась за Кэндис в тот вечер на корпоративе. Зачем все это ей надо? Джуди хотелось спросить у Эллен, что они будут делать после всего произошедшего – сделают вид, что ничего не было, или продолжат заниматься любовью каждые выходные, как ни в чем не бывало? – Все в порядке? – на секунду остановившись, Эллен заметила, что Джуди будто бы впала в прострацию, а ее пальцы замерли над пуговицей от брюк. Ее чуть припухшие от поцелуев губы выглядели так соблазнительно, что Харпер мгновенно захотелось заткнуть внутренний голос и снова прильнуть к Эллен.  Она встряхнула головой. Нет, своими вопросами – неуместными и слишком запоздалыми – она только испортит атмосферу. Ей хотелось Эллен. Она ей по-настоящему нравилась, но какой-то червячок сомнения все же не давал ей расслабиться до конца.  Наверное, нужно было узнать об этом раньше. Ладонь Эллен осторожно приподняла ткань топа, и в следующую секунду Джуди вздрогнула от мягкого прикосновения языка к чувствительному соску. Волны удовольствия накатывали на нее каждую секунду, а между бедер сладко пульсировало. Она коснулась волос Эллен, чуть поглаживая их и ощущая, как та игриво чередует легкие покусывания и короткие поцелуи. Грудь обсыпало мурашками. Джуди крепко зажмурилась, пытаясь перестать вести диалоги внутри своей головы. В этот же момент она почувствовала, как рука Эллен скользнула ниже, а сдавленный удовлетворенный стон отпечатался горячим дыханием в ложбинке у ключицы.  – Боже… – Эллен резко выдохнула, скользя губами вдоль кожи Джуди.  Эллен чувствовала, как ее сердце едва не выпрыгивает из груди. Джуди была так близка. Такая мягкая, пахнущая кокосовым гелем для душа, а ее тело чутко отзывалось на каждое прикосновение. Эллен будто бы летела вниз с американских горок, едва успевая дышать. Она смотрела на Харпер, ее блестящие, чуть приоткрытые губы, и ощущала, как заводится от одного лишь вида на нее. Пальцы толкнулись глубже – легко и плавно, но Джуди вдруг посмотрела на нее с самым извиняющимся взглядом на свете и обхватила чужое запястье. – Прости, я сделала что-то не так? – Эллен в ужасе застыла, боясь пошевелиться. Джуди тяжело вздохнула.  Несмотря на то, что все ее тело отчаянно желало близости – мозг просто отказывался делать это именно так. Сейчас, когда их отношения буквально стали такими запутанными. – Прости, Эллен, – настойчиво отодвинув от себя руку так, что Борн вытянула ладонь из-под ее брюк, Джуди дрожащими пальцами застегнула пуговицу обратно. – Прости, я так не могу… – Я сделала тебе больно? – Эллен глупо моргнула, не понимая, что произошло. – Что-то случилось? Джуди отчаянно закачала головой, чувствуя, что едва может устоять на ногах. Это было так глупо, но она просто не могла пересилить себя. Она чувствовала, как горят ее щеки и как жар толкается из живота в грудную клетку. Между бедер было влажно. – Нет, я просто…– она обняла себя обеими руками и чуть покачнулась, пытаясь успокоиться. – Я думаю, что для начала мы должны были обсудить все то, что было между нами, и что это…  Что это все значит.  Джуди сделала это движением пальцем, показывая то на себя, то на Эллен. – Потому что мне казалось, что мы просто сделали вид, будто бы между нами ничего не произошло, и я видела тебя на том корпоративе с Кэндис, а я, знаешь, – она потерла переносицу, чувствуя себя ужасно неловко. – Я просто не по части игр. Мне важно, чтобы все было кристально понятно, но сейчас я абсолютно запуталась и не понимаю, что между нами происходит. Эллен сделала небольшой шаг назад, словно не ожидая услышать весь этот поток признаний. Она уставилась на Джуди, не зная, что сказать. Несмотря на то, что она прокручивала в голове этот диалог, это оказалось так внезапно, что Борн не нашлась с ответом. К тому же, она до сих пор не определилась с тем, кто они друг другу и что с этим делать.  – Оу, – выдавила Эллен, буквально заставив себя сказать что-нибудь. – Ты удивлена, – после затянувшейся паузы Джуди слабо улыбнулась, хотя, по правде говоря, готова была провалиться под землю от настигающей ее неловкости. – Прости. Это все невовремя, я понимаю… Оглядываясь, она начала искать свою рубашку, краем зрения наблюдая за тем, как Эллен не сводила с нее взгляда. Ком подступил к горлу, и Джуди почувствовала, что единственный раз в жизни ей одновременно так сильно хотелось сбежать и между этим – хотелось остаться. – Нет, все в порядке. Это я должна извиняться, – Эллен обняла себя руками, боясь теперь сделать шаг к Джуди и коснуться ее. – Ты права, мы должны были обсудить это раньше. Просто, знаешь, навалилось столько дел и работы, я… Не знаю, я просто не успела обо всем этом подумать. Джуди взглянула на нее, будто окунаясь в гудрон – чем дольше она смотрела на Эллен, тем больше подозревала, что для Эллен это не более, чем способ расслабиться. Верить в то, что Борн могла испытывать к ней настоящий чувства, помимо влечения, становилось все труднее. Не то чтобы Харпер рассчитывала на большую и чистую любовь, но Эллен могла бы сказать об этом сразу. – Да, думаю сейчас все же не лучшее время, чтобы это обсуждать, – Джуди заправила рубашку за пояс брюк и слабо улыбнулась. – Все в порядке. Поговорим об этом позже? Не в силах ответить, Эллен лишь растерянно кивнула и почему-то почувствовала себя полной дурой, когда Джуди прошла мимо, задевая ее лишь кончиками пальцев и убедительно попросив не провожать ее.