Ночь без имени

— С ним ты тоже спишь? Девушка внутренне негодует от такого нелицеприятного вопроса, да и не только внутренне. Она брыкается, пытаясь вырваться из его стальной хватки, руками упирается в широкую грудную клетку, стараясь оттолкнуть обнаглевшее начальство. А оно не собирается так просто выпускать Эву. Убрав руку с ее лица, Амен перемещает крупные ладони на женскую талию, крепко пригвождая к прохладной стене и смотрит прямо в яростные карие омуты. — Какая тебе разница с кем я сплю? Пусти. — шипит сотрудница, стараясь не разораться на весь коридор. — Какая разница? Я не ослышался? — злился мужчина, приблизившись к Эвтиде так близко, что каждый мог с легкостью поймать тяжелое дыхание другого. — Не ослышался. — Нет, милая, либо ты трахаешься только со мной, не облизывая щеки каких-то там Ливиев, либо можешь быть свободна. Еще немного и Эва лопнет от праведного гнева, врезав начальнику по лицу и немедля уволится. — Да пошел ты, Вуд. Захочу, все щеки в этом здании оближу и не только щеки. Я тебе не принадлежу. А ты катись куда подальше, только не предупреждай, как и всегда. — О чем ты вообще? — Амен тоже почти достиг точки кипения. — Это уже неважно. Отпусти. — Нет, объясни. — Ты уехал и не предупредил. Все? Доволен? Мне надо работать. — выпалила девушка, снова заерзав в крепких объятиях. — Да угомонись ты. Я же написал тебе. — Неужели? И куда? — На почту. Эвтида неверяще посмотрела на мужчину, а затем неожиданно рассмеялась. — Ты бы еще на пейджер послание отправил. У нас никто не пользуется корпоративной почтой. Давно. Все в специальном чате. — У вас? — Да, у нас. В этом филиале. — Значит, этот спектакль с тем парнем был только из-за того, что ты думала, будто я уехал и не предупредил? Эва стушевалась, не желая так быстро признавать его правоту, а еще ее интересовала одна деталь. — Почему почта? Почему не телефон? — Поймешь, когда откроешь письмо. — Отлично, тогда выпусти и я пойду прочту. — Не так быстро. — мужчина приблизился к женской шее, жадно впиваясь в тонкую кожу губами, а ладонями стал перемещаться по всему стройному телу, хватая за бедра, ягодицы, упругую грудь, прямую спину — не желал пропустить ни единого участка, да и злость еще никуда не ушла. — Что ты делаешь? Нас увидят. — прошептала сотрудница, запрокинув голову назад и вцепившись маленькими руками в широкие плечи. — Ты права. — Амен потянулся к ручке двери, нетерпеливо дернув за нее, вследствие чего оба ввалились в тесное пространство хозяйственного помещения. — Чего ты хочешь? — Извинений. На колени, Эва. — хрипло приказал начальник, отстранившись и слегка надавил на ее плечи, побуждая подчиниться. — Ты недавно сказала, что у тебя достаточно навыков, продемонстрируй. Она не сомневалась в том, что мужчина говорил правду и предупредил ее об отъезде, а возможность доставить ему удовольствие ртом очень сильно возбуждала. Девушка уже почти не обижалась, осознав это недоразумение, а потому с готовностью опустилась вниз, тут же ухватившись за кожаный ремень и глядя Амену прямо в потемневшие глаза, томно сказала. — Я принесу свою извинения, мистер Вуд. — распахнула брюки, с нажимом оглаживая ладонью вставшую плоть сквозь ткань его белья, — Очень глубокие извинения. Начальник молчал, предвкушая безумное удовольствие, которое скоро обрушится на него. Он ни сколько не сомневался в ее способностях, следя за всеми движениями женских рук, что уже спустили боксеры, и теперь ласкали его яйца и подрагивающий ствол. Амен прикусил губу и зарылся ладонью в темные волосы, сжимая их в тот момент, когда Эвтида провела горячим языком по открытой лиловой головке, и вдоволь наигрывшись, стала насаживаться ртом на внушительных размеров орган. А стоило только девушке вобрать плоть практически до основания, он едва не сошел с ума от того, насколько приятным было это ощущение. Донельзя возбужденный начальник потянул за густые пряди, желая только одного — движений, крышесносных и эротичных. А Эва и без того все понимала, прочувствовав всю твердость эрогированного члена, она принялась извиняться так, как и обещала — глубоко и искусно. Она слышала его шумное, рваное дыхание, видела эти голубые глаза, затуманенные поволокой наслаждения и ощущала как Амен нетерпеливо двигает тазом, желая толкнуться еще глубже. Колени саднило от трения о плитку, глаза слезились, а по подбородку уже стекала слюна, но ничто не могло заставить ее хоть на секунду оторваться от каменного члена этого мужчины. Эвтида была усердной, очень хотела обласкать, доведя начальника до высшей точки удовольствия. Желала показать на что способна и он по достоинству оценил ее старания, заполнив тягучей спермой девичий рот. А она, едва отстранившись, проглотила все до последней капли, по-прежнему не разрывая зрительного контакта с приятно удивленным боссом. — Извинения приняты? — Да. Он бы мог сказать еще много всего, похвалить, поощрить, но слов не требовалось, Эва все и так видела по его блаженно-довольному лицу. Амен вернул на законное место брюки и тоже опустился на колени, и схватив девушку за заднюю поверхность шеи, притянул ее ближе, сливаясь в развязном поцелуе. Ему не было противно, наоборот — собственный вкус внутри ее горячего рта лишал мужчину рассудка, он находил это безумно сексуальным. Вскоре отстранившись, начальник достал из кармана белый платок и заботливо вытер остатки слюны с ее подбородка, а после бросил взгляд на наручные часы. — Черт! Стивенсен уже здесь. Мне нужно идти. — Ясно. Оба встали на ноги, поправляя волосы и одежду, но Амен, заметив, что Эвтида обиделась, снова заключил ее в свои объятия. — Ты обязательно получишь то, чего так сильно хочешь, но позже. — Знаешь, наверное мне тоже стоило извиниться позже. — съязвила девушка, у которой промеж ног все зудело и тянуло, требуя внимания. Мужчина ухмыльнулся и внезапно подхватил ее под ягодицы, быстро усаживая на небольшую тумбу. Он вклинился промеж длинных ног, разводя их шире и заскользил размашистыми ладонями по смуглым бедрам, поднимаясь выше. — Пожалуй, я могу еще немного задержаться. — пальцами подцепил девичьи трусики, стянув их, после чего опустился на колени, бесцеремонно накрыв жаркие складки губами, отчего Эве пришлось закрыть рот рукой, дабы не привлечь внимания коллег. Начальник лизал как всегда умело, уделяя внимание абсолютно всей поверхности, а вскоре он поднес сразу два пальца ко входу, погружая их внутрь и стал филигранно двигать ими внутри, до одури приятно задевая самую чувствительную область. Амен хорошо знал свое дело, а еще он уже успел запомнить как и где Эвтиде приятнее всего, и вот она уже выгибается, впиваясь ногтями в его плечи и сдавленно стонет, с силой сжимая мужские пальцы своими стенками. Разомлевшая, она едва-ли успевает прийти в себя, как вдруг начальник снова целует ее, поднявшись с пола. Быстро, но оттого не менее чувственно. — Теперь мне точно пора. — Да.. только трусы верни. — Не-а, походи пока так, красивая. — он слегка улыбается, оставив на ее губах короткий поцелуй и выходит из каморки. «Коллекцию что-ли собирает» — усмехнулась Эва, сползая с тумбочки. Она спустила голубую юбку, разглаживая складки, поправила слегка взъерошенные волосы, кремовую блузку и, предварительно прислушившись нет ли кого за дверью, дернула ручку, как тут же неожиданно напоролась на ухмыляющуюся Агнию, что стояла у противоположной стены, скрестив руки на груди. — О, Боги! Что ты здесь делаешь? — чертыхнулась Эвтида, подскочив на месте. — Да вот решила пойти поискать тебя, а то что-то долго отсутствовала. И знаешь как я удивилась, заметив, как мистер Вуд выходит из кладовки? Весь такой счастливый и слегка помятый. Ты случайно не знаешь что он там делал? — Искал швабру. — выпалила девушка первую попавшуюся глупость. — А ты, судя по всему, искала тряпку. — шутила подруга. — А я помогала. На несколько секунд повисло молчание, но оно было прервано коллегами, которые вдруг расхохотались на весь коридор. — Ладно, помощница, пойдем. Тебе Ливий обзвонился. — Ох, нет. Девушки скрылись в своем кабинете, продолжив работу. Но перед этим Эвтида нашла и открыла письмо, в котором Амен действительно предупреждал ее об отъезде, а еще подробно расписал как и что он будет с ней делать как только вернется, отчего промеж ног у юристки все снова заныло. Но кое-как сбросив нежданное наваждение, она вернулась к делам.

***

Рабочий день неуклонно следовал к завершению. Эва заканчивала очередное составление плана для нового клиента, оставалось только наведаться в архив, дабы отнести закрытые ею дела. Попрощавшись с Агнией, которая, к большой удаче, не стала расспрашивать подругу о кладовке и без того все поняв, девушка поспешила вниз, держа в руках несколько увесистых папок. Оказавшись в довольно просторном, но мрачном и безжизненном помещении, уставленном многочисленными стеллажами, Эва с легкостью нашла свою личную полку, начав аккуратно раскладывать документы. — Бу! — внезапно раздался звук у левого уха. Она с визгом подскочила, рассыпав по полу нескрепленные листы и резко повернулась, готовясь нанести удар, но признав в мужчине своего начальника, немного успокоилась. — Ты издеваешься? Зачем подкрался? И смотри что наделал, собирай теперь. Амен стоял и улыбался, довольный такой бурной реакцией, ведь он уже направлялся к Эвтиде в кабинет, дабы пригласить на свидание и как-то обозначить их отношения, но заметив, как она уходит в сторону архива, решил последовать за ней. — Как прикажешь. — он медленно опустился на колени, удивляя свою сотрудницу послушанием, и стал подбирать разбросанные документы, передавая их в женские руки, в то время как Эва пыталась найти для них правильное место. И вот, ситуация повторяется. Мужская рука ложится на женскую ногу, оглаживая бархатную кожу голени, а девичьи щеки снова краснеют от приятных движений. — Отвлекаешь, убери. — Могу только выше поднять. — ладонь скользит по задней части ноги, останавливаясь под коленом. — Нет, ниже. — пискнула Эвтида, но начальник не слушается, поднявшись чуть выше. — Еще ниже? — хрипит Амен, сильнее возбуждаясь от осознания того, что девушка без трусов, ведь те до сих пор у него в кармане. — Да. Пальцы добрались до бедра, слегка сжимая. — Так? — Нет, ниже. — женское дыхание сбивается, а из промежности сочится влага пока сильная рука скользнула под юбку, охватив упругую ягодицу. Легкая игра мгновенно затуманила разум им обоим и вот начальник резко вскакивает на ноги, разворачивая Эвтиду лицом и подхватывает ее тело, забрасывая на себя. Спиной она упирается в металлические полки, а на губах чувствует мокрый язык, что размашисто проводит по ним, а затем проникает внутрь с той же неуемной страстью, что и всегда. Между ног очень хорошо ощущается готовое к соитию мужское достоинство, а длинные пальцы до сладкой боли сжимают ягодицы, тем самым впечатывая истекающую промежность в пах, отчего оба сдавленно стонут прямо в поцелуй, сходя с ума друг от друга. — Безумно хочу тебя. Целыми днями представляю как беру тебя в разных местах и позах, ласкаю везде. — горячо нашептывает Амен, не отрываясь от желанных губ, заставляя Эву прижаться к его большому телу еще плотнее, отчаянно хватаясь за белую ткань рубашки, от которой ей нестерпимо хочется избавить босса. Начальник же спускается одной рукой к декольте, дергая за край красивой кремовой блузки, вследствие чего пуговицы разлетаются по полу, открывая доступ к упругой груди, которую он тут же обхватывает ладонью и кружит большим пальцем по твердому соску сквозь тонкую ткань лифа. А Эвтидой настолько сильно завладело возбуждение, что она смелеет и буквально умоляет мужчину взять ее. — Пожалуйста, Амен, я не могу больше, хочу тебя. Реакцией служит сдавленный рык и нервное перемещение руки с груди на ширинку брюк. Он ловко избавляется от них, все еще удерживая пылающее женское тело на весу другой рукой и направляет себя прямиком в жаркое лоно, свободно заполняя девушку из-за обилия смазки. Двигается безжалостно, горячо и ритмично, втрахивая Эву в несчастные стеллажи, что жалобно поскрипывают за ее спиной. Губами скользит к тонкой шее, языком прочертив мокрую дорожку от подбородка до пульсирующей вены. Оставляет лиловые отметины, красноречиво предъявляя на девушку свои права. Если бы она только знала что делает с ним. Но Эвтида догадывается, забываясь в его надежных руках. На секунду Амен приоткрывает глаза, чтобы полюбоваться своей невозможно прекрасной в такие моменты сотрудницей, и замечает между полок Ливия, что наблюдал за любовниками практически с самого начала. Парень тоже искал Эву и подумал, что та может быть в архиве. Так оно и оказалось. Но такого он себе представить не мог. Мужчина скалится, снова приникая к девичей шее. Пусть смотрит и запоминает чья это женщина. Чтобы даже не смел надеяться, хотя одни лишь ее громкие стоны убедят любого насколько Эвтиде хорошо. Она ни на ком не будет так неистово сжиматься и льнуть всем ее идеальным телом — и это Амен так решил. Начальник ускоряется, а больше казалось бы некуда, загоняя налитый орган по самые яйца, вынуждая девушку сильнее царапать ноготками широкую спину через хлопковую рубашку. Эта страстная агония охватывает ее первой. Пластично выгнувшись и почти закричав, Эва бурно кончает, напрочь позабыв о том где находится. А мужчина, совершив последние рваные толчки, догоняет ее, долго изливаясь внутрь, не обращая внимания на вытянутое лицо Ливия, который по какой-то причине не спешит ретироваться. Разомлевшаяя сотрудница расслабляется, обмякнув на своем начальнике, что бережно опустился вместе с ней на колени и стал осыпать блаженное лицо поцелуями, приговаривая. — Не знаю как объяснить, но секс с тобой это что-то запредельное. Внутри все переворачиается. Хочу, чтобы ты была только моей. — И что же ты предлагаешь? — прошептала Эвтида, счастливо улыбаясь. — Себя. Он сказал так мало, но на самом деле для Амена это было чем-то большим, очень серьезным. Да, страсть это, конечно, прекрасно и волнующе, но он испытывает к Эве не только сильное влечение, но еще и смесь разнообразных чувств, которые не может объяснить. Но он покажет. — Хорошо, мне этого хватит. — обхватив мужчину за щеки, девушка притянула его ближе, целуя чувственно и неторопливо. А он с радостью подстроился под ее ритм, обнимая за талию. Про Ливия совсем уже не думал, забываясь и окончательно растворяясь в этой женщине. И Амен обязательно когда-нибудь расскажет Эвтиде, что создателем "Анонимуса" является именно он.