— Даже самое чёрствое сердце способно полюбить, ненавидеть и испытывать нескончаемую боль.
POV/: Эл. За час до разговора с Фавро: Болтая о всяких мелочах с Уэсли Снайпсом за нашим столом, к нам подошёл нежданный гость. — Можно даму пригласить потанцевать со мной? — сам Джеффри Дин Морган собственной персоной приглашает меня на танец, спокойно и без ноток стеснения, подойдя к нашему столу. Я даже дар речи потеряла на мгновение. Специально? И музыка, как назло, такая приятная играла. — Да, сэр. С удовольствием. Я вложила свою руку в огромную лапу Джеффри. Он так ласково взял мою руку и аккуратно вывел в центр зала, где уже танцевали пары. Джеффри вообще джентльмен. Интересуется, как можно ко мне прикасаться, в каком темпе хочу потанцевать. Заботливый мужчина. Мягкий, тёплый свет только прибавлял романтичную атмосферу, а оркестр виртуозно исполнял очередную мелодию, под которую приятно двигаться. Почти невесомо Джеффри придерживал правой рукой мою спину, а другой с теплом мою ладонь. Ещё и высокий, но с ним одно удовольствие так потанцевать. Обольстительная улыбка и ямочки на щеках говорили, что человек искренен со мной, и что правда хочет провести со мной время. С ним и правда приятно находиться рядом. — С чего вдруг вы решили пригласить меня на танец? — начала я расспросы, прищурив глаза. — А когда ещё представится такой шанс? — ухмыльнувшись, блеснул своими карими глазами мужчина. — Твои речи, так понимаю, что – то значат для будущего? Ты произвела настоящий фурор на сцене. Слишком круто, — держа осторожно мою ладонь и продолжая двигаться в такт, Джеффри решил поделиться своими впечатлениями от нашей последней панели. — Зажгла, так зажгла. Ты точно заслуживаешь всех похвал. — Спасибо, мистер Морган. Я старалась, — ответила лёгкой улыбкой. — Твой боевой характер говорит сам за себя, — с очередной ухмылкой, что не вызывала отвращения, продолжил мужчина, и мы вдвоём ощутили обжигающий взгляд, да и прекрасно знали, кому он принадлежит. — От такой пламенной речи можно и штанишки поменять, а твой взгляд... ух... — Морган, продолжая расхваливать мою прямоту, так хитро и обольстительно кусает губы, что можно на время потерять сигнал. — Вы теперь будете при каждой встрече восхвалять мои речи? — Джеффри лишь хохотнул. — Теперь понимаю, чем ты зацепила Дженсена. — Думаю, от такой "меня" он как раз и наложил в штаны, — постаравшись перевести всё в шутку, но всё равно от одного упоминания этого имени становилось дурно. — Вы ведь в курсе, что он наблюдает за нами? Дженс во всю сжимал своими руками спинки дивана, аж вены набухли. Надул губы и дёргал ногой. — Это так важно? — Нет. Мне плевать, — Джефф крутанул меня, и снова я в его тёплых руках. — Так, что же между вами такого произошло, что на дух друг друга не переносите? — понятно. Допрос. — Это сейчас так важно? — задала мужчине встречный вопрос. — Знала бы, как он тебя к Карлу теперь ревнует, после вашего совместного отдыха. Ух, а фотки действительно жаркие вышли, — вроде и комплимент, а вроде он и проболтался о чувствах Дженса. — Я не хочу говорить об этом человеке, — я сразу же погрустнела и старалась не встречаться глазами с Джеффри. — Похоже, между вами всё очень плохо или сложно, — констатировал он факт. — Ваш лучший друг пал в моих глазах не только, как мужчина, но и как человек. Поэтому да, между нами всё сложно, — знал бы только Джефф, с каким трудом мне далось сказать вслух эти слова. Даже стараюсь не произносить это имя в лишний раз. Наш танец замедлился, и мы просто шатались на месте. — Значит, он сам накосячил. Я понимаю, но он всё же мой лучший друг. Вроде и неприятно слышать такое, но если ты так о нём отзываешься... — высказался Джеффри, и мы снова замолчали. — Простите, сэр, но вам не понять, что я к нему испытываю. Это слишком даже для меня. Ваш друг причинил мне много боли, — сказанула, так сказанула. Молодец, Алин. — Хотя бы намекни. Может, я смогу ему мозги вправить? — предложил Джефф. В его глазах и правда было желание помочь и прийти к истине. — А вы поинтересуйтесь у своего лучшего друга, каково это, когда у человека отсутствует совесть. Каково, когда ждут, когда признаются в чувствах. Каково это, когда за тебя прыгают под пули или, когда стерва – жена строит козни и пытается убить, а потом терроризирует похабными сообщениями. Джеффри умолк и вытаращил глаза. Похоже, до него сразу дошли намёки. — Знаете... Сердце, которое всегда понимает, тоже устаёт, — Джеффри словно утопал в моих глазах, пытаясь понять суть. — Спасибо большое за танец. Вы классно танцуете. После комплимента и вопросительного взгляда, что преследовал меня до уборной, я попыталась скрыться из виду. Но я не решилась открыть дверь и увидела значок о выходе на балкон. Свежий воздух мне точно не помешает. Я испугалась, что мне вот – вот станет плохо. Прекрасный вид на город манил меня к краю здания, но оборка помешала мне. Я кое – как смогла сдержать слёзы, но чёртов ком в горле остался со мной. Прохладный порыв ветра освежил мне лицо. Только начала приходить в себя, как услышала звук открывающейся двери и мужские шаги. Запах его одеколона, который знала и могла почувствовать в любом месте. Тебя только не хватало... — Эл, я... — после нескольких минут мешканий, он решил заговорить со мной. — Даже не думай, — прорычала я. — Я всего лишь хотел попробовать по... — попробовал начать разговор, но запах алкоголя перебил аромат любимого парфюма. — Я не просто так ушла. Во – первых, ты пьян. Во – вторых, я видеть тебя не могу. Уходи, — сказала, как отрезала. — Эл... — Уходи! — резко отшила, рявкнув. Даже не повернулась к нему... — Прости, — дрожащий голос с хрипотцой пронёсся поблизости. Мужчина шмыгнул носом, и я услышала, как дверь захлопнулась. Тишина... Хотелось заплакать тотчас. Губы задрожали от нарастающего, ещё больше, кома в горле. Знаете, слёзы, всё же, не способ очищения. Я смотрела на звёзды, что появились этим поздним вечером на небе в Сан – Диего. Лишь бы слёзы не полились. Только спустя час я смогла вернуться обратно в зал ресторана.***
После разговора с Джоном и двух прикованных взглядов, я решила уехать отсюда. Пусть остальные веселятся. Я ушла по – тихому. Полночи я провалялась на полу своего номера. Этот вечер отбил всякое желание поспать. Столько мыслей крутилось в голове. Беседа с Джоном о моём уходе... Танец с Джеффри и незнание, что вышло из этого... Изумруд на балконе и то, как отшила... Пробовал ли уже Джеффри заговорить со своим лучшим другом, о котором многое даже не знал... Этот голос... Только он мог додуматься подойти ко мне в алкогольном опьянении... Я старомодна. Я думаю, что мужчина должен заботиться обо мне — спрашивать, надела ли я теплый шарф и не забыла ли я покушать. Я старомодна. Если я встречаюсь с мужчиной — значит, я вижу в нём своего будущего мужа и отца своих детей. Да, он должен позвать меня замуж, если наши отношения действительно серьёзны, и познакомить меня с родителями и друзьями. Я старомодна. Я считаю, что готовить еду, стирать бельё и гладить рубашки моего мужчины — моя историческая обязанность, и я вижу в этом истинное женское счастье — заботиться о своём мужчине. Я старомодна. Я считаю, что мужчина должен быть грубоватым, смелым и сильным, чтобы я могла быть нежной слабой трусишкой, о которой так приятно заботиться. И даже если я сильная, я должна быть слабой. Я старомодна. Я думаю, что мы должны быть честны друг с другом. Мы вместе, а значит, мы должны уважать друг друга и уважать свой выбор. Я старомодна. Я не лягу спать, если он задерживается с работы, рыбалки или футбола. Я буду ждать у окна и греть ужин, пока он поднимается по лестнице. Я старомодна. Я хочу выглядеть хорошо ради него, чтобы он оценил и подумал, какая же я у него красивая, поэтому я трачу и буду тратить столько сил, чтобы нравиться ему. Я старомодна. Я хочу быть только его женщиной, и ничьей больше. Вчера, сегодня и всю жизнь. Даже если его сошлют в ссылку и назовут врагом народа.