Friendzone

      «Ты мне нрав…»       «ВААА!»       Я подпрыгнула от страха, услышав голос Бекки прямо за своим плечом. Тут же закрыла ноутбук, чтобы она не увидела… надеясь, что она не увидела, что я печатаю. Я оглянулась через плечо и увидела, как она смотрит на меня, приподняв бровь, и бросила быстрый взгляд на ноутбук. Я тут же попыталась привлечь её внимание.       — Бе-ек, же говорила тебе не пугать меня так! — отчитала я её игривым тоном. Она хихикнула и плюхнулась на кровать.       — Было слишком сложно устоять, Пи Фрин. Я ведь несколько раз звала тебя по имени. На чём ты так сосредоточилась, что не заметила меня? — спросила она, открывая книгу.       Моё сердце забилось быстрее от этого вопроса, от облегчения, что она на самом деле не видела, что я пишу, и от беспокойства, потому что теперь мне нужно было придумать что-то правдоподобное, чтобы она не совала нос в чужие дела.              — Это ничего… просто… — я изо всех сил пыталась что-то придумать. Она снова вопросительно подняла бровь.       — Просто…? — спросила она, побуждая меня продолжить.       — Сценарий… Сценарий! Да, я просто просматривала несколько строк для Rider. Я знаю, что мы будем заняты в ближайшие несколько дней с Гала-премьерой, поэтому я хотел получить фору для Q на следующей неделе, — наконец-то мне удалось сказать.       — Хо-о-о, очень старательная, не так ли? — поддразнила она и, наконец, переключила своё внимание на свою книгу. Я с облегчением вздохнула, поскольку она, похоже, купила её. Мне не нравилось лгать Бекки таким образом, но у меня не было выбора. Если бы она узнала, это определённо разрушило бы всё, что у нас есть сейчас.       Мы уже говорили об этом несколько лет назад, когда случайно узнали, как много людей в Интернете, похоже, спекулируют на том, какие у нас отношения. Не помогло и то, что Пи Нам возглавлял поддразнивание и разжигал огонь ещё больше, и не помогло и то, что мы оба были просто естественно цеплялись друг за друга и немного защищали друг друга.       Я знаю, что мои проявления беспокойства по поводу её слишком открытой кожи и флирта с ней определенно выставляли меня скорее ревнивой девушкой, но я ничего не могла с собой поделать. Я хотела защитить её и знала, что такая красивая девушка, как она, получит много внимания, как хорошего, так и, возможно, плохого.       Как ни странно, именно Бекки спросила меня, что я думаю о домыслах.

***

      — Ты думаешь, это странно, что люди нас шипперят? — спросила меня Бекки, прокручивая твиттер. Мы только что закончили снимать сцену для нового эпизода Gap, и она решила остаться у меня на ночь, так как на следующий день у нас был ранний подъем, и было проще просто пойти туда вместе.       — М-м-м, я так не думаю? Я имею в виду, что мы вместе снимаемся в Y-сериале. Думаю, было бы страннее, если бы не было шипперства, — ответила я, сосредоточившись на своей текущей задаче по смешиванию ароматов для свечи, которую я делала.       — Нет, я понимаю, но я имела в виду что-то вроде… нас, - она спросила, и я растерялась.       — Что ты имеешь в виду? — спросила я её. Она села и отложила телефон.       — Я имею в виду, что я получаю беззаботное шипперство, я думаю, это стандарт, хотя на Западе это не так уж и распространено, насколько я знаю. Но я имела в виду, что люди на самом деле спрашивают и интересуются нашим реальным статусом отношений. С шипперством всё в порядке. Я имею в виду, что я, конечно, тоже поддразниваю их по этому поводу. Но теперь люди на самом деле говорят, что мы... ну, знаешь... настоящая пара, — она сказала последнюю часть почти застенчиво. Я прекратила то, что делала, и полностью повернулась к ней, пожав плечами.       — Я думала, что это может произойти в конце концов. Но мы ничего не можем с этим поделать, понимаешь? Интернет будет думать то, что он хочет думать, — я ответила ей честно. Она положила руку на подбородок, как будто думая.       — Думаю, ты права. Хотя я чувствую, что мы могли бы сломать их, если бы мы действительно были парой и признали это, — она сказала, хихикая, схватив одну из моих мягких игрушек на кровати и прижав ее к себе, мило глядя на меня. Я решила, что изготовление свечей может подождать, встала со своего места и игриво ущипнула её за щеку.       — Ну, хорошо, что мы не такие. Я не хочу думать, насколько это, вероятно, перевернуло бы всю нашу жизнь с ног на голову больше, чем сейчас, — сказала я, когда она преувеличенно притворно вздохнула.       — Ты хочешь сказать, что не хочешь встречаться со мной? — спросила она, изображая боль.       — Ну, если верить интернету, уже хочу, — ответила я, смеясь, и вдруг она схватила меня, толкнула на кровать и начала щекотать. Я закричала от восторга, пытаясь заставить её остановиться.       — Бек, Бек. Нет, — сумела выдохнуть я, когда она наконец смягчилась и отпустила меня. Она плюхнулась на кровать прямо рядом со мной, тоже хватая ртом воздух.       — Чего бы это ни стоило. Ты бы точно стала потрясающей девушкой, — сказала она, глядя на меня своей 1000-ваттной улыбкой, которая всегда была со мной. Та, на которую ты не могла не ответить взаимностью.       — А ты… — начала я, глядя ей в глаза. — Сделала бы того, с кем ты в итоге будешь встречаться, самым счастливым человеком на свете, — закончила я.

***

      Многое изменилось с того вечера. Gap добился международного успеха. Собрал фанатов по всему миру. Гораздо больше фанатов означало, что на нас смотрело гораздо больше людей, и было гораздо больше домыслов. Если честно, это немного подавляло. Наряду с хорошими людьми, которым нравилось шоу и нравился наш контент, было много плохих, которые только и пытались нас разнести.       Мы обе старались держать друг друга на земле. Мы также старались всегда поддерживать и оберегать друг друга. Насколько мы были близки, я не думала, что можно стать ещё ближе, но нам это удалось. Видя, как Бекки становится такой самодостаточной, я не могла не восхищаться ею. И когда то, что произошло в прошлом году... случилось... и шум стал слишком громким. Бекки была рядом. Она держала меня за руку, вытирала мне слезы и продолжала уверять меня, что это не моя вина. Она оберегала меня, заставляла чувствовать себя в безопасности, заставляла чувствовать, что я всё ещё... любима.       Может быть, именно тогда я действительно начала думать о нас. Я знала, что мне нравится заботиться о людях вокруг меня, особенно о тех, кто мне был глубоко дорог. Но мне никогда не приходило в голову, насколько мне нравилось заботиться о Бекки или насколько это сопоставимо с другими людьми, о которых я заботилась. Насколько мне нравилось, что она была рядом со мной, почти до такой степени, что я никогда не хотела терять физический контакт. Но мы обе знали, что некоторые вещи должны были измениться, особенно то, что мы показывали публике. Это был ад в те месяцы, было почти так, как будто мы были прокляты, если мы делали это, и прокляты, если мы не делали этого. Но в конце концов мы кое-что поняли.       Достаточно было того, что было между нами.       Публике не нужно было знать, что мы делали за камерой. И всё плохое, что говорили люди, было просто фоновым шумом. У нас всё ещё были поклонники, хорошие, честные, преданные поклонники, которые были рядом с нами.       В конце концов мы снова стали чувствовать себя более комфортно, проявляя формы привязанности на публике, не так часто, как раньше, но это было в удобном месте. Хотя это всё ещё не остановило домыслы людей, конечно.       У меня всё начало получаться. Каждая улыбка, каждый смех и каждое прикосновение Бекки заставляли меня чувствовать что-то новое. Как будто всё наконец-то начало обретать смысл. Вся забота, которую я ей давала, защита, поддержка. Я хотела дать ей все это, потому что каждый раз, когда я это делала, я чувствовала, что моё сердце становится таким полным. Я думала, что это потому, что я вижу в ней младшую сестру, и, может быть, какое-то время так и было, но это уже переросло во что-то большее, прежде чем я это осознала.       Даже сейчас, когда она лежала на моей кровати и читала свою книгу. Ее лоб немного наморщился от сосредоточенности. У меня в голове была та же мысль, что и в первый раз, когда я увидела её на семинаре: «Она прекрасна.»       Я была так погружена в свои мысли, что даже не заметила, что она сейчас смотрит на меня.       — Пи Фрин, ты в порядке? Ты пялишься на меня, — сказала она с игривой улыбкой на губах. Я тут же отвернулась. Да, всё определенно пойдет не так, если она узнает. Я знаю, что она не будет жестокой; она не такая, но всё, что у нас есть сейчас, определенно изменится, и я не могу этого потерять. Я не могу потерять её. Я оглянулся с улыбкой. — Я в порядке, просто собиралась снова подразнить тебя из-за твоей морщинки на лбу. Ты всегда выглядишь такой злой, когда так концентрируешься, — поддразнила я, и она заскулила. — Пи Фрин, ты подлая! — сказала она, надувшись и скрестив руки на груди. Я не могла не рассмеяться над этой сценой, встала и погладила её по голове. — Ну, ну, Нонг, я просто дразнюсь, на самом деле это очень мило, — сказала я, когда она торжествующе улыбнулась. — Я принесу воды, хочешь? На самом деле нет, не отвечай. Я принесу тебе одну. Нам действительно нужно увеличить потребление воды, — сказала я, покачав головой и направившись к двери. — Эй, Пи Фрин? — я услышала, как она окликнула меня, поэтому я оглянулась и увидела её с немного серьёзным взглядом.       — Да? — спросила я и ждала её вопроса. — Я хотела бы знать, чем это закончится, — это всё, что она сказала. Я знала, что у меня на лице смятение. И начала спрашивать. — Как, что э… — я замер. Весь воздух вырвался из моих легких, и моё сердце грозило выскочить из груди, когда я увидела, как она посмотрела на закрытый ноутбук и снова на меня. Она увидела.