Кому стоит верить

Доктор Блэк с силой распахнул тяжёлые двойные двери, и ввалился внутрь огромного тронного зала, больше похожего на церковный неф. Вид у Иссушающего волшебника был очень потрёпанный и запыхавшийся, он едва стоял на ногах, готовый в любую секунду свалиться на пол от усталости. Но при всём при этом в белых глазах колдуна каким-то мистическим образом отражался праведный гнев, который он был готов вылить на первого попавшегося под руку бедолагу. Коим, к своему несчастью, и оказался Варнер. – Блэк. – нахмурился тот, в момент забывая о склонившиеся перед ним слуге. – Изволь объяснить, где ты шлялся целые сутки? Я уже начал думать, что ты сбежал... – Почти. – Не понял? – Меня похитили, вашу мамашу! Король Арнира вздрогнул от неожиданности, широко распахивая глаза. – Тебя... что? – Мне нужно по буквам повторить это, ваше подглуховатое величество?! – бушевал тот, высекая своим посохом искры от удара о камень. – Огромный, как грёбанная гора, ледяной дракон! Прямо в замке! Сцапал меня, когда ещё даже солнце не зашло! Это вы сейчас хотите сказать, что не заметили рептилию-переростка на своей крыше?! – Я... – А вот я заметил! Очень даже хорошо разглядел, и в особенности его зубастую пасть прямо перед своим лицом! Варнер был так ошеломлён его напором, что даже не нашёл в себе силы возмутиться. Блэк расхаживал перед ним, широко размахивая посохом, отчего мелкие слуги в ужасе разбегались по сторонам, но Иссушающий, кажется, даже не обращал на них внимание. – Какой уровень безопасности в этом проклятом замке?! Нулевой?! Минус первый?! Почему никто не посчитал моё исчезновение достаточно странным, чтобы отправить кого-нибудь на помощь?! Да вы хоть примерно представляете, что мне довелось пережить в руках этих психопатов?! То, что я сбежал — ещё большее чудо, чем второе пришествие Бога Света! Он круто развернулся к оторопело наблюдающему за представлением Варнеру, и вдруг угрожающе надвинулся прямо на него. Король Арнира поспешил встать, чтобы не оказаться в невыгодном положении, и сам сделал несколько шагов к мрачному колдуну, заискивающе улыбаясь ему. – Ты прав, ты прав, Блэк! С моей стороны было огромной ошибкой допустить это! – он косо глянул на замерших слуг и махнул крылом, мол: исчезните! Когда двери закрылись за последним из них, Варнер опустил обе руки ему на плечи, начиная аккуратно растирать каменные мышцы. – Это было ужасно и безответственно! Но я же могу загладить свою вину перед моим самым дорогим другом, верно? Что бы ты хотел получить в качестве извинения за то, что тебя похитили по моему недосмотру? Иссушающий волшебник неохотно задумался, это было видно по его глазам. Про себя же Варнер не мог перестать радоваться так удачно сложившимся обстоятельствам! Блэк не только не поддался на уговоры проклятых заговорщиков, но и лишь убедился в правоте своего господина! Теперь он будет ещё яростнее бороться в этой войне, ну что может быть прекраснее? – Эти сумасшедшие всё не переставали твердить про какую-то скрижаль. Звучали как помешанные, словно околдовал кто-то, ей богу! Я хочу знать, что это за скрижаль такая и почему из-за неё моя жизнь напрямую подвергалась угрозе! Король Арнира резко перестал улыбаться, выражение его лица стало серьёзным. Заранее радуясь тому, что он уже успел разогнать все лишние уши, Варнер наигранно поднял брови и вдруг надвинулся прямо на Блэка, своим ростом и размахом крыльев морально подавляя хрупкого волшебника. – Это очень занимательный вопрос, мой дорогой друг, но, прежде, чем я тебе на него отвечу, скажи-ка мне ещё одну вещь... если они похитили тебя, то как же тебе всё-таки удалось сбежать от них? Горло Иссушающего сжалось от в момент накатившего ступора, и он вдруг вспомнил о своей ужасной особенности: неумении врать. До сих пор учёный не выдал себя лишь благодаря чуду и заранее отрепетированному сценарию, который составили для него Гектор и Лололошка, однако этот момент они, будучи на нервах, в своей легенде не продумали совершенно! Доктор Блэк поднял голову, стараясь не дрожать под пристальным взглядом Варнера, пока мысли в его голове скакали, будто стадо наскипидаренных зайцев. Что ему делать? Что сказать? Как выкрутиться из этой ситуации? – Вы точно хотите знать? – отчаянно изображая равнодушие, уточнил он в последней надежде, что тот передумает. Однако, Варнер, как и следовало ожидать, утвердительно кивнул. Его глаза опасно сузились, он начал не просто что-то подозревать, но и в самом деле догадываться! Борясь с целым тайфуном противоречивых эмоций, Блэк тяжело сглотнул. А потом повесил свой посох на сгиб локтя, быстро приблизился к оппоненту, привстал на носочки, обхватывая чужую шею руками, и вдруг решительно прижался своими губами к его губам, крепко зажмурившись. Глаза короля Арнира напротив ошеломлённо распахнулись. Когтистые руки непроизвольно впились в тонкую талию Иссушающего волшебника, отталкивая его от себя. – Что ты... Но Блэк не дал ему договорить и снова притянул ближе, мысленно проклиная судьбу, а на деле углубляя поцелуй и изо всех сил стараясь сделать его приятным. Опыта у него было немного, всего одно пожёванное лицо в прошлом, так что действовать приходилось по наитию и надеяться на чудо! Чудо свершилось. Варнер сперва замер, сражённый чужим напором, а потом уже сам притянул учёного к себе, прижимаясь грудью и больно стискивая чёрные волосы на затылке, отчего широкополая шляпа мягко соскользнула с его головы и плюхнулась на пол. Блэк старался не шипеть от жжения, прострелившего кожу головы, и радовался уже тому, что, с имеющимися у него клыками, Варнер хотя бы ведёт себя достаточно осторожно. Огромные крылья захлопнулись коконом вокруг них и, если бы не крошечные щели, из которых продолжал поступать свет, колдун бы точно почувствовал себя в ловушке. Теперь же ему оставалось лишь молча ждать, уже не инициируя поцелуй, а лишь смиряясь с его продолжением. Губам больно не было, как в случае с Изначальным, но и ничего приятного, за что его можно было бы когда-нибудь захотеть повторить, доктор Блэк тоже не испытал. На самом деле, он изо всех сил пытался считать то, что сейчас происходит, необходимым злом, частью работы да и только. Потому что думать о предательстве в этот момент не хотелось совершенно. Где-то в груди и без того противно заныло от одной только мысли о грубом Изначальном, с которым он познакомился вчера... или не вчера? Блэку стоит начать привыкать к мысли о том, что у него действительно была своя жизнь до этой гадкой амнезии! Решительно отбросив воспоминания, которые в данный момент могли ему скорее навредить, нежели помочь, волшебник отстранился первым, стараясь отдышаться. Варнер же, не сводя с подчинённого горящего взгляда, медленно облизнул уголок губ. Он явно не был бы против продолжить то, что они начали, но всё ещё ждал объяснений, и Блэк сделал несколько шагов назад, выпутываясь из кожистых крыльев. – Примерно так мне и удалось одурачить их, чтобы вырваться. – пожал плечами он, изображая равнодушие. – Один слепой дурак оказался по уши очарован мной, представляете? Было не сложно обвести его вокруг пальца, когда Лозовый, человек и дракон оставили нас наедине. Собственные слова вызвали новый прилив скручивающей боли где-то внутри, и учёный по незнанию снова принял их за муки совести. Варнер долго и пристально сверлил взглядом колдуна, прежде чем широко ухмыльнуться, большим пальцем коснувшись своей нижней губы. – Хорошая работа, Блэк. Я в тебе и не сомневался. Не сомневался он, как же! Да у тебя на морде всё было написано! – мысленно бушевал тот, не позволяя эмоциям отразиться на лице. – Спасибо. Теперь я могу узнать, что там со скрижалью? – Конечно, – кивнул тот, явно повысив свой уровень благосклонности к учёному после его последней выходки. – Идём за мной, я покажу тебе. Блэк наклонился, чтобы поднять свою шляпу, однако Варнер был быстрее. Подхватив головной убор, он с любезной улыбкой вернул его владельцу, а Блэк молча кивнул, забирая свою собственность и стараясь не касаться чужих пальцев. – Пошли, мой дорогой. В сокровищницу. Король Арнира решительно взял курс, и волшебнику не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним. Он даже не был удивлён, что во фразе «мой дорогой друг» куда-то отвалилось последнее слово.

***

Коридоры и лестницы сменяли друг друга слишком быстро, словно в какой-то слетевшей с катушек карусели. Блэк окончательно понял, что с ним что-то не так, когда по его лицу стекла капелька холодного пота, одышка стала раздирать лёгкие, а боль в груди и животе начала казаться совсем уж невыносимой. Это уже точно не было простыми угрызениями совести! На очередном повороте к ним незаметно присоединилось чьё-то тихое, но такое знакомое присутствие, и учёный скосил глаза в сторону, замечая лишь лёгкое покачивание шторы напротив себя. Слабая улыбка сама собой растянула его губы, однако, долго она задержаться не смогла, её смыл новый приступ из весьма малоприятных ощущений. Маг зажмурился, а потом кто-то коснулся его плеча. – Блэк, тебе нехорошо? – не громче дуновения ветра, шепнул ему на ухо голос Лололошки. Волшебник отмахнулся от него, не показывая, что что-то услышал, и продолжал молча идти на небольшом расстоянии от Варнера. В конце концов, действие зелья невидимости имеет свои ограничения, им не стоит упускать драгоценное время. Человеку пришлось смириться с отсутствием ответа и так же тихо пойти третьим, стараясь вообще не издавать никаких звуков. Когда они, наконец, достигли сокровищницы, Доктор Блэк был готов расплакаться от счастья. Ну или хотя бы упасть прямо там, свернувшись калачиком и обхватив себя руками, чтобы тихо заскулить от боли. Он догадывался, что с ним происходит, и ему это совершенно не нравилось! Это всё-таки было зелье из крови химеры... – подумал он, перебарывая тошноту и головокружение. Нельзя, чтобы из-за него сейчас всё сорвалось! Ни в коем случае нельзя! Дыша медленно и неглубоко, он вошёл внутрь вслед за Варнером, проследив, чтобы двери оставались приоткрытыми, если вдруг кто-то тоже захочет войти. Минуя свитки с заклинаниями, артефакты и прочие драгоценности, король Арнира подвёл Блэка к небольшому постаменту из светлого мрамора, на котором покоился непримечательный с виду кусок тёмного камня, с грубо отколотыми краями. – Что это? – не в силах изобразить заинтересованность вследствии собственного поганого состояния, буркнул волшебник. – Это — фрагмент той самой скрижали. – пояснил Варнер. – Мне с большим трудом удалось добыть его, однако, в руках неприятеля есть уже четыре точно таких же. Если они заполучат последний, то станут сильнее, и преимущество будет уже на их стороне... однако, ты не кажешься мне впечатлённым, Блэк. – Мне просто казалось, что моя жизнь стоит дороже, чем... это. – огрызнулся он, уже совершенно ничего не соображая от боли. Наконец, его состояние заметил и сам Варнер, что тут же сдвинул брови. – Блэк? Слева опять двинулась занавеска, и маг понял, что он уже сделал своё дело, а значит, больше не было никакой необходимости изображать их себя бесчувственную статую. Испытывая что-то сродни облегчению, он позволил посоху выскользнуть из своих ослабевших пальцев и с грохотом стукнуться о пол. Следом на колени рухнул и сам волшебник. Не сдерживаясь, он обхватил себя и тихо жалобно застонал от боли. – Блэк! Когтистые пальцы с проклятиями вцепились в его плечи, переворачивая на бок. Учёный не знал, но даже Лололошка дёрнулся в этот момент, желая просто закинуть его на плечо и как можно скорее доставить обратно к Гектору, настолько несчастный в этот момент был у него вид! С трудом переборов защитные инстинкты, парнишка вытащил из кармана похожий с виду кусок булыжника и подменил им настоящий фрагмент скрижали, пока Варнер был занят магом, а потом так же незаметно выскользнул из сокровищницы, огибая прибежавшую на шум стражу. Учёный не мог перестать дрожать, казалось, что все его внутренности именно в этот момент многократно проходят через мясорубку! Боль была такой сильной, что на глазах выступили слёзы, цепляясь за ресницы, а чудовищные ощущения лишь нарастали, аки снежный ком! Дыхание перехватывало, лёгкие спазмировались, и Блэк, следуя какому-то странному порыву, вцепился в руку Варнера, чуть не протыкая коготками его кожу. Натура Иссушающего волшебника взяла своё, и он инстинктивно начал тянуть жизненную силу у другого существа, когда его организм понял, что может не справиться самостоятельно без сторонней подпитки. Король Арнира, однако, довольно быстро пресёк это действо, выдернув свою иссохшую, в момент покрывшуюся морщинами руку из чужой хватки. Варнер хмыкнул, придирчиво разглядывая пострадавшую конечность, после чего перевёл взгляд на сжавшегося в плотный комок подчинённого. – Вот именно из-за этого вас и не любят в народе. – а потом он указал на ближайшего стражника-гриба. – Ты! Подойди-ка сюда! Гриб приблизился. Тогда мужчина схватил его за плечо и грубо швырнул на пол, где колдун, не думая, схватился за чужой локоть. Стражник в ужасе захрипел, чувствуя, как жизненная сила стремительно покидает его, но Варнер уже поставил ногу на сгорбленную спину, не позволяя тому подняться. Позже учёный многократно поблагодарит Арнира за то, что ему хватило силы воли вовремя остановиться, не выпивая чужую жизнь досуха. Едва дышащий гриб завалился рядышком, теряя сознание, и его быстро уволокли другие стражники. Испытывая угрызения совести, но не имея достаточно сил для того, чтобы спросить, всё ли с тем бедолагой будет в порядке, Иссушающий волшебник тяжело выдохнул и, наконец, позволил тьме полностью поглотить себя. Следующее, что он увидел, это ужасно размытый потолок собственной комнаты под крышей одной из башен, следующее, что почувствовал, — сильные вибрации, что сотрясали всё здание, будто взрослый дракон или хотя бы парочка циклопов решили хорошенько порезвиться где-то на первых этажах. Учёный перевернулся на бок и неловко скатился с кровати, словно гора тряпок, приземляясь на твёрдый пол. Холодный камень оказал положительный эффект на его выворачивающийся на изнанку организм, и Блэк прижался щекой к нему, протяжно застонав. Все его конечности были ватными и такими тяжёлыми, что подняться совершенно не представлялось возможным, а малейшее усилие тут же отдавалось новым приступом боли ниже диафрагмы. За его дверью проносилось множество пар ног, но никто из них не соизволил заглянуть внутрь, чтобы узнать, что магу требуется помощь. Всё, что оставалось Блэку, это корчиться на полу, тихо хрипеть и с отчаянием понимать, что внизу, судя по звукам, прямо сейчас разгорается жестокая битва, помочь в которой он, увы, не сможет! Несколько раз теряя сознание и снова просыпаясь под всё больший шум и грохот, колдун совершенно пропустил момент, когда скрипучая деревянная створка, наконец, широко распахнулась. Чьи-то сухие сильные руки тут же притянули его к себе на колени, крепко обнимая и осторожно скользя когтистыми пальцами по щекам, стирая неожиданную влагу. Блэк что, в какой-то момент начал лить слёзы?! Вот же чёрт... – Нет-нет-нет... – тихо и отчаянно обратился к нему некто голосом Изначального. – Я мчался к тебе, как амфитера на реактивной тяге! Не смей говорить мне, что я мог опоздать!.. Ты слышишь меня?! Блэк, ифрит тебя забери!.. Просыпайся! – З... заткнись... – едва слышно прохрипел тот, морщась от головной боли, но не открывая глаз. – А то язык вырву... Изначальный сперва замер, распахнув рот, но потом громко выдохнул, облегчённо рассмеявшись. – Мать твою... как же ты меня..! Я чуть с ума не сошёл! – Жёнушка испугалась?.. – У тебя сердце не билось! Что я должен был подумать?! – А сейчас оно разве бьётся?! – раздражённо ответил волшебник, разочарованный тем, что ему нужно объяснять такие простые истины, касающиеся анатомии Иссушающих. – Идиот. Будь у него больше сил, Блэк бы точно стукнул этого полудурка, но в его положении получилось лишь слегка поднять дрожащую руку в неубедительном жесте угрозы. Кисть тут же перехватили чужие пальцы и прижали к губам. Это заставило учёного, наконец, измученно приоткрыть глаза и взглянуть вверх. Его взявшее отдых сердце странно ёкнуло и даже соизволило сделать несколько прерывистых ударов, отдавшихся эхом в груди... Никогда прежде на Блэка не смотрели с такой нежностью и обожанием, как сейчас. Красные, будто угольки в костре, глаза Изначального заметно блестели влагой, но он улыбнулся, а потом совершенно по-детски шмыгнул носом. Мага снова обняли, и Блэк почувствовал, как его лицо прижалось к чужой груди. – Давай выбираться отсюда, – прошептал тот, без усилий подхватывая его обмякшее тело на руки. – А Варнер..? – Не волнуйся, принцесса, Лололошка надерёт ему задницу, он сильный парнишка. А нам пора. Я и без того чертовски долго блуждал в этом дьявольском лабиринте коридоров и лестниц, пока искал тебя! Они почти покинули комнату, когда учёный понял, что ему остро чего-то не хватает. – Мой посох! Изначальный равнодушно обернулся. – Сдалась тебе эта палка? Новый найдёшь! Блэк помрачнел, однако не успел он наже придумать подходящее случаю оскорбление, когда понял, что его просто дразнят, и громко фыркнул. – Ты плохая жена, я разведусь с тобой. Изначальный громко расхохотался, опуская голову, чтобы ткнуться лицом в его чернильные волосы. – Для начала хотя бы женись на мне! – Если ты такой грозный, то где тогда моё кольцо? Перебрасываться взаимными остротами оказалось неожиданно легко и даже приятно, словно он всю жизнь только этим и занимался. А потом изначальный вдруг прекратил шутить и совершенно серьёзно ответил: – Кольцо будет. Самое лучшее на свете. Такое, что окажется достойным тебя. Блэк поправил съехавшую шляпу, закрывая ей глаза, чтобы никто не увидел, насколько же его на самом деле смутило произошедшее. Сверху нежно усмехнулись. Изначальный действительно вернулся, чтобы забрать магический посох, который учёный быстро прижал к себе, пока вторая его рука вцепилась в плечо спутника, пусть немного, но облегчая ему ношу. А потом они бежали из замка. В суматохе это было сделать несложно, те кто раньше непременно напали бы на них, сейчас не обращали ни малейшего внимания, занятые спасением собственных жизней. Изначальный не сбавлял скорости, пока они не оказались в ближайшем лесу, миновав город и его высокие стены. Лишь когда причинившее им обоим столько боли и неприятностей место осталось не более, чем силуэтом вдалеке, он остановился, но Блэка с рук так и не спустил. Последний не стал возражать, ему всё ещё было очень плохо, да и тело периодически сотрясала мучительная дрожь. За спиной вдруг громко хрустнула ветка. Учёный быстро направил посох в сторону опасности, готовый в любую секунду произнести боевое заклинание, в зависимости от уровня угрозы, невзирая на собственное состояние. Изначальный едва различимо утробно зарычал, однако потом на лесную опушку выскочил взъерошенный, но главное вполне себе живой Гектор. Лозовый на мгновение споткнулся о бугристый корень дерева, прежде чем распрямиться во весь свой немалый рост. – Ребята! Блэк! Слава духам, Изначальный нашёл тебя! Оба выдохнули, с трудом подавляя готовность сражаться. В мгновение ока Гектор оказался рядом. Большая рука волшебника деликатно схватила холодное запястье бывшего ученика и принялась считать его пульс. – Во имя Арнира, как же всё плохо! – ахнул тот. – Это всё же случилось, верно? Зелье из крови химеры дало о себе знать? Тот лишь поморщился, ему не нравилось заставлять других волноваться о себе. – Я нашёл его на полу без сознания! – с готовностью подтвердил Изначальный. – Он выглядел совершенно неживым! – Меня нельзя назвать живым в полном смысле этого слова, придурок. – негромко буркнул он. – Я — наполовину эфемерное существо! Гектор лишь покачал головой, а потом неожиданно положил руку на его плечо в знак поддержки и присутствия. Маг чуть не вздрогнул от неожиданности, однако в последний момент сдержался, не желая никого расстраивать ещё больше, чем он уже успел. – Боюсь представить, как бы на тебе отразилось это трижды проклятое зелье, будь ты на сто процентов таким же физическим, как и мы. Хорошо, что всё обошлось! Доктор Блэк в ответ лишь что-то невнятно проворчал, снова роняя тяжёлую голову на плечо Изначального. Этот побег и страх обнаружения отняли у него последние силы, и тело требовало отдыха. Он ведь до сих пор даже не получил никакой медицинской помощи, лишь слегка подзарядился от ни в чём неповинного охранника. – Поспи, – мягко посоветовал его личный носильщик. – Я разбужу тебя, если что-то вдруг случится. Теперь ты в безопасности. Никакой Варнер к тебе отныне и близко не подойдёт! Учёный шумно вздохнул, смотря на него снизу вверх. А потом покрепче прижал к себе посох и в самом деле позволил разуму начать отключаться, краем уха слыша, как Гектор продолжает о чём-то шёпотом говорить с Изначальным.

***

Следующее пробуждение, как он узнал позднее, случилось только через несколько полных суток. Всё это время его находящееся в полузабытье тело накачивали зельями исцеления и делились с ним магической силой, явный недостаток которой так же понемногу подтачивал его многострадальный организм. Голова болела нещадно, внутри чувствовались тяжесть и дискомфорт, но уже совершенно не такие, какими они были в момент побега. Гектор, едва заметив, что он очнулся, тут же оказался перед кроватью, кладя руку ученику на лоб. Блэк невольно почувствовал себя в покое и безопасности рядом с ним, поэтому надолго закрыл глаза собираясь с силами. Когда он снова открыл их, Лозовый уже двигал стул, чтобы мягко опуститься рядышком. Лицо мужчины озарила осторожная полуулыбка. – Здравствуй. Учёный слабо кивнул. – Всё ещё плохо? На это Блэк лишь поморщился, и Гектор понятливо наклонил голову. – Мы сделали всё, что смогли, чтобы по-максимуму сократить эффект зелья на тебя, однако, пройдёт ещё несколько часов, прежде чем твоё здоровье действительно начнёт выправляться. Придётся набраться терпения... Всем нам. – добавил он, явно намекая на Изначального. Потом он кратко, чтобы не нагружать мага, описал события прошедших дней. Арнир был успешно освобождён от тирании Варнера, Печать Света, могущественный артефакт, который они искали всё это время, вернулся в королевство, а Лололошка прослыл героем целого мира за свой подвиг, хотя мальчишка и продолжал усердно отнекиваться от всех привилегий и почестей, напоминая благодарным арнирцам, что действовал не он один, а вся дружная команда. Блэк слушал его, и на сердце впервые с момента пробуждения после внезапной амнезии, стало легко и спокойно. Больше не нужно было переживать о том, что магия утекает в небытие, не нужно было подчиняться чужим приказам, играть в шпиона и переживать за собственную сохранность. Теперь Иссушающий мог действительно отдохнуть, и это было прекрасно. Видя его умиротворённое выражение лица, Гектор невольно ответил тем же. Последние пара месяцев были особенно трудными для них для всех, но это большое испытание всё же подошло к концу. – Блэк, я не могу не спросить... вспомнил ли ты хоть что-нибудь? Колдун прислушался к себе и с сожалением был вынужден сообщить, что его память хранила в себе след лишь нескольких прошедших дней. Всё, что случилось до его пробуждения в завуалированном плену у Варнера, оставалось под надёжным замком. Гектор не смог сдержать протяжного вздоха, но спустя секунду он уже снова улыбался, явно не желая расстраивать собеседника. – Ничего страшного... мы предполагали, что так может случиться. Сколько бы заклинаний мы ни испробовали, пока ты спал, зелье из крови химеры уже успело значительно повредить твою память. Мы не перестанем пытаться, но... возможно, тебе придётся привыкать к мысли о том, что многое из прошлого окажется утерянным безвозвратно. Учёный выслушал его спокойно. Конечно, подобный расклад не мог никак порадовать его, однако... Что мешает Блэку создать новые воспоминания с этими невероятными существами, что так отчаянно боролись за его возвращение? К тому же... – Если тебе нужно ещё отдохнуть, можешь игнорировать меня, – перебил его мысли Гектор. – Я просто посижу тут, подежурю ещё какое-то время, а ты поспи. – Я не хочу спать. Лучше расскажите мне что-нибудь из моего прошлого. – отказался тот. В конце концов, если он не может вспомнить сам, что мешает ему спросить? Гектор не выглядел как тот, кто станет его обманывать. Мужчина тут же оживился, даже пара крошечных белых лепестков от этого движения сорвались с его косы и мягко спланировали на пол. – Конечно! Что, например, ты хочешь узнать? – Как... мы с вами познакомились? – он на мгновение запнулся, желая спросить про их отношения с Изначальным, но вовремя понял, что Гектор, скорее всего, не знает ответ на этот вопрос. Лозовый ностальгически улыбнулся. – О... это было много лет назад! Думаю, никак не меньше пятидесяти, но точнее уже и не вспомню. Ты был тогда совсем молодым юношей, но уже отчаянно стремился к знаниям, которые простая академия не могла тебе дать. Именно твоя жажда познать этот мир и заворожила меня в нашу первую встречу. Но, если говорить по порядку... Ты рассказывал мне, что я был далеко не первым существом, к которому ты обратился с просьбой принять тебя в свои ученики. В Арнире было и есть множество талантливых учёных, чародеев и заклинателей, однако, все они отказывали, едва увидев тебя на пороге. Ты говорил, что это всё из-за твоей... э-эм... – Биологической принадлежности? – предположил Блэк, имея представление о том, как и почему в их мире относятся к Иссушающим волшебникам. Стоило лишь вспомнить несчастного гриба, и ему снова стало плохо. Гектор кивнул. – Да, вокруг таких, как ты, и впрямь ходит множество неприятных стереотипов. Я хочу быть честным с тобой, Блэк, поэтому скажу прямо: я тоже совсем не с первых минут поверил тебе. Нам потребовались дни, чтобы обоим стало комфортно проводить время, работая друг с другом в замкнутом пространстве. Но уже тогда ты показался мне очень интересным и амбициозным существом. То, с каким жаром ты говорил о своих планах, об открытиях и вкладе в науку, которые ты мог бы совершить, если бы только кто-то помог тебе подняться... именно это и убедило меня дать нашему сотрудничеству шанс. Все коллеги говорили мне, что я схожу с ума, коли решил довериться Иссушающему. Я знаю, что ты слышал наши разговоры, но каждый раз молчал, словно бы это совсем не задевало тебя. А потом с новыми силами брался за эксперименты, будто стремился доказать мне, что я не зря в тот день рискнул ответить согласием на твою просьбу. Его улыбка вдруг приняла печально-виноватый изгиб. Блэк, до этого слушавший Лозового очень внимательно, не мог не отметить подобную деталь, однако не стал её комментировать. – Мне стыдно говорить об этом сейчас, но в те времена я позволял тебе это делать. Я наблюдал за тем, как ты работаешь в ущерб себе, в самом деле принося больше пользы, чем половина моих знакомых, но ничего не предпринял, пока не стало совсем плохо. В один момент ты так закрутился, что потерял сознание прямо на ходу, в коридоре, пока шёл в лабораторию. Тогда я так перепугался, что совершенно не вспомнил об опасности прямого прикосновения к Иссушающим. Я дотащил тебя до кушетки и лишь потом осознал, что только что буквально своими руками развеял как минимум один миф о твоих сородичах. Контакт кожа к коже с тобой не лишил меня десятков лет жизни и даже не нанёс никакого вреда здоровью, хотя в тот момент тебе точно требовалась дополнительная энергия. Он на секунду прервался, собираясь с мыслями и позволяя магу обдумать последние слова. Конечно, простое прикосновение Иссушающих не убивает, ведь, чтобы забрать чужую жизнь, нужно либо самому находиться на пороге гибели, либо осознанно захотеть этого. Ни того ни другого Блэк из прошлого явно не делал. – Когда ты пришёл в себя и достаточно отдохнул, чтобы продолжать заниматься наукой, я начал изредка похлопывать тебя по плечу, чтобы показать, как сильно я горжусь проделанной тобой работой. Первое время ты шугался от меня, это было одновременно очень забавное и очень печальное зрелище. Но потом прикосновения стали для нас новой устойчивой нормой, хотя ты так и не стал особенно тактильным существом. Зато все старшие коллеги были в ужасе, когда я впервые на эмоциях крепко обнял тебя после нашего большого совместного открытия! Ах, какой же шум они тогда подняли, словно центр мира сдвинулся или воды океана вскипели, ей богу!.. Гектор невольно замолчал, услышав тихий, как дыхание, смех. Кажется, ему удалось повеселить своего бывшего ученика! Ну и хорошо, тому будут полезны светлые эмоции, не обременённые долгом или физической болью. Они продолжали говорить, вернее, говорил в основном Гектор, в то время как Блэк продолжал впитывать его слова, словно губка, изредка задавая приходящие в голову вопросы. Прервал их скрип двери и появление угрюмого чёрного скелета в синей мантии, появившегося на пороге комнаты. Завидев их, Изначальный застыл, обращаясь памятником самому себе, а потом громко выдохнул, словно сбрасывая с плеч целую гору. Его глаза улыбались, хоть лицо и оставалось бесстрастным. – Жёнушка, которая чуть не стала вдовой, пришла проведать своего больного муженька! – громко объявил он, скрещивая руки. Иссушающий мгновение пожелал, чтобы на того упало что-нибудь тяжёлое, желательно небо, а Гектор тихо усмехнулся и освободил стул, торопливо прощаясь с волшебником. – Я зайду к тебе позже! – помахал рукой он, прежде чем выскользнуть прочь. Блэк поджал губы, наградив Изначального убийственным взглядом, а потом швырнул в него подушкой, которую тот легко поймал, терпеливо возвращая её на место. – Смотрю, тебе уже лучше. – Ты даже труп до белого каления доведёшь. – Только если этот труп — ты. Шутки шутками, а я на самом деле не собираюсь становиться вдовцом, не успев даже сделать тебе предложение! Учёный тихо ругнулся, пряча глаза и горящие щёки. Ну почему этот тип настолько бесстыдный?! Как он вообще мог понравиться ему из прошлого?! Изначальный же долго смотрел на Блэка сверху вниз, как-то странно при этом улыбаясь, а потом неожиданно наклонился и поцеловал мага в лоб. Блэк замер и, кажется, даже совершенно перестал дышать, в то время как его сердце напротив стучало громко и часто. Что за непостоянная мышца... Изначальный сел рядом, притягивая его голову к своему плечу и мерно поглаживая по спине. Вопреки всему, учёный не стал вырываться, оставаясь тихим и тёплым в чужих руках. А потом он и вовсе закрыл глаза, прижимаясь плотнее, ведь что-то подсказывало ему, что так будет правильно. – Так, значит, ты ничего нового не вспомнил? – грустно обратились к нему откуда-то над макушкой. – И как ты догадался... – Очень просто, если бы ты вспомнил, ты бы уже давно бросился мне на шею! Мгновенно вспыхнув, словно искристое заклинание на кончиках пальцев, Блэк отстранился, хватая противного чёрта за рога и наклоняя его голову. – А не слишком ли большого ты о себе мнения, а, бесплатное приложение для костей?! – Ха-ха-ха! Вот теперь я точно уверен, что потеря памяти ничуть не изменила тебя! А то ты был таким послушным, что я почти испугался! Учёный снова хотел возмутиться, но вдруг понял, что у него перестала болеть голова, и рассеянно отпустил Изначального. Тот потёр основание рога и ухмыльнулся, правильно интерпретировав его выражение лица. – Это мой поцелуй любви излечил тебя! – Заткнись! – Ладно. – неожиданно легко пожал плечами он. – Но если тебе и вправду стало лучше, сможешь пойти со мной кое-куда? – Куда это? – моментально заподозрил неладное Блэк. – Знакомиться с родителями. Учёный тут же оробел и, кажется, стал даже немного бледнее обычного. – Ты что, шутишь? Я только сегодня проснулся от наполовину коматозного сна, я не готов встречаться с твоими родителями! Я выставлю себя полнейшим идиотом перед ними! Изначальный серьёзно посмотрел в ответ. – А кто сказал, что они мои? Это твои родители, и, я уверен, они уже знают, какой ты на самом деле идиот. Блэк был так ошеломлён, что совершенно пропустил его шпильку мимо ушей. – Что..? Мои... мои родители?.. – А ты думал, тебя стимфалийская птица в кульке притащила? Нет, ну кто-то же должен был привести такую язву в этот мир! – пошутил Изначальный, однако, видя, что учёный совершенно не реагирует на подколы, тоже стал серьёзен. – Их держал у себя Варнер. Они были в ужасе, когда узнали о том, что с тобой произошло, особенно твоя мать. Но сейчас они оба где-то внизу, ждут не дождутся возможности, когда снова смогут обнять тебя. Эта бедная женщина все глаза уже выплакала, мне было крайне тяжело убедить её подождать ещё немного, прежде чем встречаться с тобой. Благо, твой отец оказался здравомыслящим существом и помог мне удержать свою жену от радикальных действий. У Блэка не было слов. До этого момента он даже не задумывался о том, что у него тоже могли быть родители, и даже более того, родители, которые всё это время места себе не находили от беспокойства за своё чадо. В груди тихонько заныло от стыда и смутной надежды. – Я... я не знаю... я их совсем не помню, как мне... Маг почувствовал, как шершавая ладонь коснулась его напряжённых пальцев, и поднял голову. Изначальный смотрел на него спокойно, взгляд красных глаз оставался мягким и понимающим. – Они уже знают, что с тобой случилось, и оба в случае неуверенности попросили передать, что любят и ждут тебя даже без воспоминаний. Им не важны подобные мелочи, ведь ты всё ещё их сын. Блэк нервно поджал губы, пытаясь скрыть тот факт, что даже эта фраза не смогла полностью уничтожить его сомнения. – Хорошо. Я... думаю, я выйду с ними познакомиться... – Вот и отлично! – ...но только если ты пойдёшь со мной и будешь рядом! Изначальный удивлённо поднял брови, а потом тихо усмехнулся, кивнув. – Хорошо, принцесса. Я буду рядом. Тебя понести или как? Блэк презрительно отбил чужую ладонь, медленно, но уверенно поднимаясь с кровати без посторонней помощи. Изначальный сунул в руки его посох, что сразу добавило магу уверенности и облегчило попытку сохранить равновесие на нетвёрдых ногах. Покидая комнату, Иссушающий осторожно, словно боясь отказа, зацепил чужой локоть кличками пальцев. В ответ его осторожно похлопали по костяшкам, как бы говоря: я всё ещё здесь. Ты не один. Мы справимся с этим вместе. И страх, наконец, рассеялся.