Сирень.

Красный москвич рассекал вечернюю Москву. Негромко работало радио, по которому вещали новости и ставили музыку. Окно было полностью опущено: был май и приятный теплый ветер обдувал лицо. На улице было уже не так жарко, асфальт начинал остывать. Цвела сирень и ее приятный аромат наполнил салон автомобиля.    Теплый ветерок остужал голову, но она по-прежнему болела. Миша прикрыл уставшие глаза и откинул голову на сиденье, когда на светофоре высветился красный свет. Собрание выдалось на редкость ужасным. На середине все начали спорить друг с другом, что-то выкрикивать и огрызаться, Мише приходилось это слушать, а после и успокаивать, отчего голова и разболелась. Так ещё до собрания было несколько огромных стопок документов на заполнение. Хотелось скорее вернуться домой, обнять человека, который его ждал. В последнее время Миша стал замечать , что с непонятной нежностью смотрит на него, чаще тянется обнять после долгого рабочего дня. И когда Саша уезжает, что- то щемит в груди.    Вот наконец зеленый свет, и автомобиль снова мчится по теплому асфальту.    Заезжая во двор, Мише на глаза попадается красиво цветущая сирень. После рабочего дня обычно хочется прийти домой, хорошо поесть и завалиться спать. В обычный день ему хватило бы и простого спокойного взгляда и объятий , но сегодня у него появилось желание непременно увидеть мягкую улыбку и пунцовые щеки любимого, какие нельзя было увидеть уже очень давно. Он ставит машину на стоянку, выпрыгивает из нее, неспешно подходит к сильно пахнущей сирени, воровато оглядывается, словно мальчишка, укравший пряник из магазина, и срывает несколько веток. После этого спешит к многоэтажному дому.    Звук открывающейся двери заставляет Сашу немного дернуться, но не из-за того, что он что-то скрывает или прячет, а из-за того, что кто-то слишком сильно и громко крутил ключ в замочной скважине и открывал дверь. Да, он признает, что ещё боится Москву, и иногда его резкие движения очень пугают.    Миша, заходя в прихожую, громко захлопывает дверь и снимает туфли. Прячет небольшой букет за спину: в нем будто бы опять заиграла эта сентиментальная романтика, и проходит на кухню. Саша стоит в фартуке над кастрюлей, помешивает что-то ароматное и параллельно кидает лавровые листья. - Здравствуй.- даже не оборачиваясь, говорит Саша. - Привет.- Миша заходит за его спину и нежно обнимает одной рукой.   Когда Саша перестает помешивать, он откладывает половник и осторожно кладет свою руку поверх Мишиной. Неожиданно перед глазами появляется небольшой приятно пахнущий букетик сирени. Саша распахивает глаза и немного погодя берет сирень. Прикрыв глаза, он подносит цветы к лицу. Вторая большая ладонь ложится на талию Саши и Миша прижимается к нему, стараясь показать всю любовь, на которую он сейчас способен.  - Сильно утомился? Как прошло собрание?- убирая букет от лица, спокойно спрашивает Питер, хотя его лицо покраснело и сердце начало биться чаще.   Москва на этот вопрос только что-то пробурчал в плечо Саши и повернул его к себе. Он осторожно положил ладонь на его красное лицо. Саша, увидев щемящую нежность в глазах Миши, потерся о его ладонь, прикрыв глаза.  - Целовать меня будешь? Или собираешься весь вечер на меня просто смотреть?- подняв спокойные глаза, спросил Ленинград.   Миша трепетно убрал небрежно заплетенную, короткую косу с плеча назад, заправил выбившиеся пряди за алеющее ухо и притянул Сашу в чувственный поцелуй. В последнее время они отдалились друг от друга, было много дел у каждого в своем городе и они не могли увидеться. Саша недавно приехал в Москву, потому что «застой» позволял им немного отдохнуть и побыть рядом.    Медленные движения стали перетекать в настойчивые поцелуи. Миша постепенно вжимал его в поверхность столешницы рядом с плитой. Ленинград обвил шею Москвы руками и трепетно сжимал его пиджак.  - Стой..подожди..-Саша отстранился от тонких губ напротив, повернулся и выключил газовую плиту.   Снова повернувшись к Мише, он припал к его губам и положил руки на его плечи. Страстные поцелуи прекращались на недолгие несколько секунд, пока они могли набрать воздуха в легкие.    - Ты голоден?- оторвавшись от губ, спросил Саша с придыханием.   Миша одобрительно кивнул. - Тогда сади..- он не успел договорить, как его снова затянули в требовательный поцелуй и стали подталкивать к спальне. - Тобой.- не успел Саша что либо сказать, как руки Московского полезли под его рубашку.    Развязав фартук, Миша кинул его на пол. Саша поддавшись вперед стал расстегивать пуговицы Мишиного пиджака. Прижав Невского к стене, Миша опустился поцелуем на лебединую шею. Судорожные вздохи сверху ласкали его слух. Добравшись до кровати, он подтолкнул на нее Сашу. Развязывая галстук, Миша посмотрел на него и застыл. Он так давно не видел такого Сашу: растрепанного, тяжело дышащего, красного. Вспомнился 19 век, когда он падал на колени перед ним и расцеловывал его тонкие ноги. Лет 10 назад Миша бы ни за что не опустился перед кем то на колени, но сейчас.. Москва судорожно расстегивает рубашку, почти срывает пуговицы, пока в его штанах крепнет плоть. Почему то сейчас ахуенно встает на представления о том, как Ленинград будет сжимать его волосы на голове и приказывать опуститься ниже и наконец пропустить за щеку. Подчиняться кому-то он и в помине не собирался и даже оторвал бы голову тому, кто собирался его подчинить. Что-то кардинально изменилось в его понимании или он слишком устал и его воспаленный мозг выносит какие-то бредовые идеи? Миша не знает, но знает точно, что сегодня ночью слушаться будет он.    Рубашка со штанами летят куда-то в сторону. Оставшись в одном белье, Московский решает раздеть своего любовника. Расстегивая пуговицы на рубашке, он постепенно спускается поцелуями с ключиц к груди и обводит языком розовый сосок. Чувствительный Невский прикрывает глаза и не скрывает стонов наслаждения. Когда Москва чуть отстраняется, то чувствует, как его волосы сжимают и направляют голову обратно. Да, это действительно то, чего он хотел. Поднимает томный взгляд алых глаз и встречается с таким же, только другие глаза сверкают стальным блеском.    Миша, чувствуя ослабевшую хватку, опускается ниже и стаскивает брюки со стройных ног, целует острое колено, переходя на внутреннюю сторону бедер. Смакует, прикусывает, оставляет расцветающие красные бутоны засосов. Саша приподнимается на локтях и смотрит мутным взглядом. Бровь невольно поднимается наверх. Почему тот медлит? Миша выглядел уставшим, нахмуренные брови и нехорошее настроение можно было почувствовать за километр, и Невский подумал, что сейчас он просто быстро и грубо возьмет его на кровати, пойдет навернет тарелочку борща и завалится спать. Но всё протекало медленно, было видно, что Миша тянет и хочет от него чего-то ещё. Саша не был уверен, что это можно было делать, но он догадывался чего именно от него хотели.    Полностью сев, Невский убирает выбившиеся прядки за ухо, распускает волосы и поправляет их. Оперевшись на ладони, наклоняется назад, открывая вид на грудь с засосами и раздвигая ноги шире, чтобы любимому было удобнее. Миша, не отрываясь ни на секунду от терзания бедер, жадно обводит его голодным взглядом, где-то внизу стояк уже болезненно упирается в белье. Запустив руку в короткие волосы, Саша прищуривается и чуть ухмыляется.  - Нравится?- Миша ничего не отвечает, лишь прикусывая и оттягивая молочную кожу. - Хочешь?   Московский прикрывает уставшие глаза и трется щекой о внутреннюю сторону бедра, вновь открывая алые глаза, и облизывает чуть обветренные губы.  - Хороший мальчик.    Миша издает гортанный стон, когда чувствует ногу, упирающуюся в его член. Саша начинает двигать ногой верх вниз и закусывает нижнюю губу, истинно наслаждаясь картиной перед ним. Красное лицо Миша поднял к потолку, синие вены вздулись на его руке, которой он почти до треска сжимает простынь, по лбу и груди стекают крупные капли пота.    Саша останавливается и убирает ногу, когда видит, что Миша совсем скоро кончит. Тянет руку к его лицу и кладет два пальца на Мишины губы. - Открой рот.- два пальца проникают в рот Москвы.    Намочив их слюной, он их вытаскивает и откидывается на кровать. Тянет руку к колечку мышц и пробует толкнуть сразу два. Улыбнувшись, смотрит прямо на Москву, который прямо сейчас готов взорваться. Саша закидывает свои длинные ноги на его плечи и продолжает себя растягивать. Пару секунд слышатся громкие стоны и это ещё сильнее заводит сидящего на коленях Мишу.    И он срывается. Поднимает Невского за плечи и отодвигает того подальше от края, где сам сейчас же приземляется. Искать презерватив сейчас было задачей со звездочкой, сейчас хотелось прямо так. Убирает Сашину руку, раздвигает его ноги и пристраивается меж них. Медленно входя в него, Миша почти рычит. И вот войдя до конца, он переводит дыхание, с удовольствием чувствуя трясущегося под собой Александра. Почти полностью выйдя из него, Миша оставляет только головку и снова толкается, грубо удерживая бедра руками, на которых обязательно останутся небольшие синяки. Саша закатил глаза от удовольствия и издал громкий стон. Хотелось рвать на своей голове волосы, как же было ахуенно.    В квартире было душно. Теплый ласковый май подарил вышедшее солнце, которое весь день прогревало квартиру. Горячий пар от недавно кипевшего супа распространялся по квартире, добираясь до спальни. Скрипела большая двуспальная кровать, прогибающаяся под весом двух тел. Слышались громкие стоны, иногда перебивающиеся криками, пошлые шлепки.    Саша схватился за плечи любовника и оставлял огромные следы царапин на его спине. Миша толкнулся в последний раз, кончая глубоко внутрь. Саша излился себе на живот и обнял тяжелое тело, которое свалилось на него. Отдышавшись, они перевернулись набок и нежно смотрели друг на друга, иногда трепетно целуясь.  - Может пойдем поедим? Я сварил твой любимый борщ.- Ленинград лег на плечо Москвы и тихонечко поглаживал его руку. -Пошли.