Солнце в объятиях луны

Записи из дневника Гермионы: Обход прошел на удивление тихо. Ну, почти. Мы поймали после отбоя парочку слизеринцев, и одну когтевранку, пришлось снять с них несколько очков. Стандартная процедура. Перед обходом мне показалось что Драко в гостинной с кем кто говорил через каминную сеть, или мне только показалось? Драко… Да, я действительно просто назвала его Драко. С каких пор это стало настолько обыденным? Он весь обход молчал. Молчал и… смотрел на меня. И это было… странно. Не могу понять, что с ним происходит. Он какой-то… другой. Словно его Жмыр укусил, не иначе. Раньше он бы непременно что-нибудь язвительно прокомментировал, вставил бы какую-нибудь колкость про мои волосы или привычку торчать в библиотеке. А сейчас… ничего. Только этот взгляд. Внимательный. Даже… изучающий? Самое отвратительное, что мне не с кем это обсудить. Гарри с Роном меня точно не поймут, а если всё-же заикнусь про Драко – они оба решат, что я спятила. С Джинни, наверное, тоже не выйдет. Она вся в своем Забини. И вообще кто бы мог подумать, что кто-то из наших будет встречаться со слизеринцем? Может быть, они не все такие уж и плохие? Кажется, Драко действительно изменился… или, по крайней мере, старается казаться другим. И, если честно, иногда он кажется даже… милым? Мерлин, что я несу?! Он всё чаще и чаще приходит ко мне во снах. Я стараюсь отгонять эти сны, твержу себе, что это абсурд, что это просто усталость и нервы после всего пережитого. Но они такие навязчивые, такие яркие и… реалистичные. Просыпаюсь в холодном поту, с бешено колотящимся сердцем и ощущением… дежавю? Теодор перестал сниться, и теперь меня мучает другое. Не отпускает мысль, что мы все как-то связаны. Может, я слишком увлеклась прорицаниями. Моя судьба - змея, и после слов Джинни я начала верить, что это может быть кто-то из Слизерина. Глупо, конечно, но эта мысль крепко засела у меня в голове. Хотя глубоко внутри я до сих пор отрицаю это. А Тео… Он милый и такой внимательный… Может, он и есть моя "судьба"? Я наверно была бы рада этому, ведь он красив и очень приятен в общении. Не похож на остальных слизеринцев. Думаю, Гарри и Рон с ним бы даже поладили. Но почему тогда меня так тянет к Драко? Нужно срочно найти какую-нибудь сложную книгу по Древней Рунологии, чтобы отвлечься. Или начать вязать носки для эльфов-домовиков. Что угодно, лишь бы не думать об этом.

***

Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая витражи замка багряными и золотыми отблесками, когда Джинни ворвалась в библиотеку, где Гермиона, как обычно, пропадала в компании древних фолиантов. – Гермиона, мы с тобой завтра идём снова на вечеринку в хижину, отмечать Хэллоуин! – выпалила Джинни, горя от восторга. Её глаза блестели предвкушением праздника. Гермиона, не отрываясь от книги о рунических заклинаниях, лишь устало вздохнула. – Джинни, мы же это уже обсуждали. Я никуда не иду. – Но почему? Это же Хэллоуин! – воскликнула Джинни, искренне недоумевая. – Мне хватило прошлого раза, спасибо. После тех твоих авантюр у меня до сих пор проблемы с профессорами из-за пропущенных занятий. Да и вообще, я предпочту провести вечер, изучая более полезные вещи, чем танцевать и пить огнешоты в сомнительной компании. – "В сомнительной компании"? А мне казалось, тебе тогда понравилось, – обиженно пробормотала Джинни. – Я была там всего один раз, и этот вечер закончился полным провалом, – отрезала Гермиона, давая понять, что тема закрыта. – Ну, как знаешь… – Джинни выглядела разочарованной. С этими словами Джинни, оставив Гермиону в облаке разочарования, выпорхнула из библиотеки.

***

Следующий день начался насыщенно. На заклинаниях профессор Флитвик заставил их снова практиковать заклинание "Левикорпус", вызывающее подвешивание противника за лодыжку. А затем изучали новое заклинание "Агуаменти" – вызывающее поток воды. Симус, немного не рассчитав силу, случайно окатил Невилла струей воды, что вызвало всеобщий смех и недовольное ворчание бедного Невилла. Гарри и Рон, как обычно, не сразу справились с заклинанием, в то время как Гермиона легко наполнила чашу водой, заставляя профессора Флитвика радостно потирать руки. За обедом разговор внезапно снова вернулся к вечеринке. – Вы тоже туда собираетесь? – удивлённо спросила Гермиона, узнав о планах друзей. Рон пожал плечами. – Джинни нас уговорила. Там так-то весело у них, много вкусных закусок. – Тебя волнует только еда, Рональд? – возмущённо спросила Гермиона – Нет, – буркнул Рон,– я бы и за Джинни заодно присмотрел. В этот момент Рона позвала Лаванда Браун, и он, бросив извиняющийся взгляд на друзей, поспешил к ней. Гарри наклонился к Гермионе, понизив голос. – Слушай, можешь, пожалуйста, уговорить Пэнси пойти с нами? – Пэнси? Паркинсон? – Гермиона удивлённо подняла брови, в голове пронеслись воспоминания о странной, но приятной беседе в гостиной Слизерина. – Я потом тебе всё объясню, – прошептал Гарри, смущенно почесывая затылок. – Просто попробуй ее уговорить, пожалуйста. Ты же рассказывала, что вы поладили, поэтому я подумал, что тебе удастся ее уговорить, – Гарри покраснел. Гермиона и так не собиралась идти на вечеринку, а тут еще и уговаривать кого-то? Звучало всё это, как минимум, странно. Но щенячьи глаза Гарри, смотрящие на неё с надеждой, сумели её уговорить. Она знала, что, скорее всего, потом пожалеет об этом, но не могла отказать другу. – Ладно, – сдалась Гермиона. – Попробую. Но ничего не обещаю.

***

После занятий Гермиона, чувствуя легкое беспокойство, направилась в подземелья. Она помнила, как Лео в прошлый раз обмолвился паролем. Набравшись смелости, и ещё раз посмотрев по сторонам, чтобы убедиться, что поблизости нет слизеринцев, она произнесла пароль перед змеиной головой, охранявшей вход в гостиную Слизерина. – Чистая кровь, – проговорила как можно тише Гермиона, чтобы ее никто не услышал, и каменный змей, словно подчиняясь, отъехал в сторону, открывая ей проход. В гостиной было полутемно. По стенам вились серебряные змеи, а в камине потрескивал огонь, отбрасывая причудливые тени на стены, прямо как в прошлый раз, когда она была здесь. Запах ладана и дорогих благовоний приятно щекотал нос. Гермиона огляделась в поисках Пэнси, но вместо этого наткнулась на Асторию Гринграсс, стоявшую в окружении нескольких слизеринок. Астория, с её кукольным, красивым личиком и ярко накрашенными глазами, казалась воплощением слизеринской элегантности. Она возвышалась над остальными на высоких каблуках, облаченная в короткую юбку, облегающую блузку и зеленый галстук, небрежно повязанный на шее. Её наряд казался нарочито вызывающим, словно она стремилась подчеркнуть свою принадлежность к слизеринской элите. Лицо Астории побледнело при виде Гермионы. Она презрительно выгнула бровь, а её губы скривились в гримасе, словно она только что съела кислый лимон. – Что ты тут забыла, грязнокровка? Кто тебя пустил? – оглядевшись, Астория поняла, что Гермиона зашла самостоятельно. – Ты… Ты что, знаешь наш пароль? – её тихий голос, казалось, вот-вот сорвётся на визг. – Разве это нормально, что к нам, как к себе домой, заходят грязнокровки вроде тебя? – Астория ткнула в Гермиону пальцем, украшенным массивным серебряным кольцом. Гермионе стало не по себе. Она и так чувствовала себя здесь незваной гостьей, а враждебность Астории только усилила это ощущение. Но она не собиралась отступать. "Не ради себя, ради Гарри," - напомнила она себе. Собрав всю свою смелость, Гермиона дерзко вскинула голову. – Я здесь не ради тебя, Гринграсс. И поверь, мне есть чем заняться, кроме как лицезреть твое кислое выражение лица. Астория, не ожидая такой реакции, начала говорить ещё громче. – Как ты смеешь так разговаривать со мной! Ты, выскочка, возомнившая, что можешь соваться туда, куда тебе не положено! – Она, между прочим, староста, – Лео внезапно возник из-за спины Гермионы, встав между ней и Асторией. – Зачем ты с ней так разговариваешь? – Да плевать мне, что она староста! Она грязнокровка, которая вторглась туда, где ей не место, понял, Лео? – Астория кипела от злости. Видимо, поддержка, оказанная Гермионе, вывела её из себя. – А я рад, что она здесь! – гордо заявил Лео. – Да, она маглорождённая, но у неё мозги есть, в отличие от тебя, чистокровной дуры! – и он одарил Асторию презрительным взглядом. Астория покраснела от злости, – А тебя кто-то спрашивал? Вали отсюда, щенок! – Она замахнулась своей тонкой рукой, чтобы ударить мальчишку. Лео сжался, но не отошёл от Гермионы, он продолжал стоять, прикрывая её. Гермиона схватила Асторию за руку, хватка была сильной, так что Астория взвизгнула. – Ты что, собралась поднять руку на младшекурсника? Ты вообще в своём уме? – Голос Гермионы звенел от ярости. Ее лицо было серьезным, как никогда. – Да как ты смеешь! Отпусти мою руку, грязнокровка! – взвизгнула Астория, безуспешно пытаясь вырваться. – Послушай меня внимательно, – тихо, но угрожающе произнесла Гермиона. – Если ещё раз посмеешь обижать кого-то младше тебя, я не просто сниму баллы с твоего факультета. Я нашлю на тебя такие проклятия, что ты забудешь своё имя. И знаешь что? Никто тебе не поверит, если ты пожалуешься. Поняла меня? Гермиона сжала руку Астории еще крепче, а затем резко отпустила. Эхо голоса Астории разнеслось по гостиной, привлекая внимание нескольких слизеринцев. В тот же миг в комнату ворвался Теодор, явно обеспокоенный происходящим. Его взгляд беспокойно мерил расстояние между Лео, Гермионой и Асторией. Он осторожно положил руку на спину Гермионы, словно желая успокоить её этим жестом. – Что здесь творится? Астория, успокойся, – произнёс Теодор ровным голосом, в котором, однако, чувствовалась стальная хватка. – Полагаю, мы можем обойтись без этих… представлений. – Теодор! Ты тоже встал на её сторону? Она чуть не сломала мне руку! – завизжала Астория, демонстрируя алеющий след на своей бледной коже. В её голосе звучала ядовитая смесь обиды и гнева. – Она хотела меня ударить, – быстро выпалил Лео, специально подчеркнув: – Гермиона меня защитила. – И он бросил в сторону Гермионы полный благодарности взгляд. Глаза Теодора опасно сузились, и в них промелькнула тень. – Ты пыталась ударить моего брата? – Голос Тео стал низким и угрожающим, зрачки расширились, потемнев от ярости. – Я… Да он первый начал меня оскорблять! Его нужно научить манерам, Нотт! – заверещала Астория, пытаясь оправдаться. – Если ты ещё раз посмеешь даже пальцем тронуть моего брата, я не посмотрю, что ты девушка, – спокойно произнёс Теодор, не спуская взгляда с Астории, в его голосе слышалась ледяная решимость. Астория, надув щёки, презрительно фыркнула и, бросив испепеляющий взгляд на Гермиону и Лео, выплюнула Теодору в спину: – Пожалеешь ещё, что связался с этой… дрянью! А ты, грязнокровка, заплатишь за то, что посмела прикоснуться ко мне! С этими словами она, гордо вскинув подбородок, удалилась, громко цокая каблуками, оставив Теодора, Лео и Гермиону. Развернув Гермиону к себе, Теодор бережно коснулся её лица кончиками пальцев и внимательно вгляделся в её глаза. – С тобой всё в порядке? Она сильно тебя обидела? Неожиданно глаза Гермионы наполнились слезами, но она тут же подавила их, не позволяя слабости взять верх. Она больше не та испуганная девчонка, которую легко ранить. Она выстояла и стала сильнее. – Всё хорошо, Теодор, – уверенно ответила Гермиона, мягко убирая его руки от своего лица. – Лео, а ты как, наш маленький защитник? – Теодор взъерошил ему волосы, наградив его искренней улыбкой. – Всё нормально, не трогай мои волосы, Тео! – Лео с недовольным видом отбивался от шутливых атак брата. – Я услышал крики Астории, а потом Гермионы, и сразу прибежал! – выпалил Лео, густо покраснев. – Не хотел, чтобы её обидели, она ведь так добра ко мне. Сердце Гермионы наполнилось теплом. Всего месяц назад этот мальчишка сам осыпал её обидными словами и, казалось, недолюбливал, а теперь он видел в ней друга. Это её невероятно радовало. Наклонившись, она крепко обняла Лео. – Ты настоящий друг, спасибо тебе, малыш! – Я не малыш! – пробурчал Лео, покраснев ещё сильнее, но обнимать не перестал. Быстро выпутавшись из объятий, он выпалил: – Ладно, мне пора! Пока! – и стремглав убежал. Теодор с улыбкой проводил его взглядом, а затем повернулся к Гермионе. — Зачем ты пришла сюда? – В его голосе звучала нежность и нотка любопытства, — Неужели решила навестить меня? – Он игриво приподнял бровь. Гермиона усмехнулась. – Я хотела встретиться с Пэнси. – Пэнси? – Теодор удивлённо вскинул брови. – Насколько я знаю, она сейчас в спальне девочек. Он указал рукой в сторону коридора. — Вдоль коридора, налево. Проводить увы, не смогу, мальчикам вход воспрещён. – Он лукаво улыбнулся Гермионе. – И… будь осторожнее. Лео и я не всегда сможем быть рядом, чтобы защитить тебя. Теодор подмигнул ей, а Гермиона, перед тем как развернуться, слегка улыбнулась ему. Преодолев коридор, Гермиона остановилась перед дверью в спальню слизеринских девушек. Сделав глубокий вдох, пытаясь унять дрожь, она толкнула дверь и вошла внутрь. Резкий контраст между привычным уютом гриффиндорской спальни и холодным, безликим великолепием слизеринских покоев сразу бросился в глаза. Здесь все дышало сдержанной, почти пугающей элегантностью. Комната утопала в приглушенных, мрачных оттенках: изумрудно-зеленый, серебристый и черный. Тяжелые балдахины, похожие на змеиные капюшоны, нависали над каждой кроватью, создавая ощущение обособленности и секретности. На стенах висели гобелены с изображением вышитых серебряных змей, а в воздухе смешивались терпкий запах дорогих духов и легкий аромат пергамента и чернил. Взгляд Гермионы сразу упал на Пэнси Паркинсон, развалившуюся на одной из кроватей в характерной для нее надменной манере. Закинув ногу на ногу, она безразлично листала новый выпуск модного журнала. Пара незнакомых Гермионе слизеринок надменно фыркнули и скривились, заметив её, чужачку, вторгшуюся в их личное пространство. Однако, вопреки ожиданиям Гермионы, они воздержались от колкостей, одарив её лишь красноречивым презрительным взглядом. "Ведут себя как Малфой, видимо у слизеринцев в крови эти презрительные взгляды" Не обращая внимания на их враждебность, Гермиона направилась прямо к Пэнси. – Гермиона? Что ты тут делаешь? – с лёгким пренебрежением спросила Пэнси, приподнимаясь на локте. – Здравствуй, Пэнси. Как ты себя чувствуешь? После той посиделки в гостиной я тебя больше не видела. – Была не в форме, – Лицо Пэнси на мгновение омрачилось воспоминаниями о последствиях вечеринки. – Но ты так и не ответила, что привело тебя сюда, Грейнджер? – Пэнси изучающее вскинула бровь, пытаясь разгадать мотивы визита Гермионы. – Хотела узнать, планируешь ли ты что-нибудь на Хэллоуин. – Планы на Хэллоуин? – Брови Пэнси взлетели ещё выше. – Ну да, в хижине же будет вечеринка. Ты идёшь? Пэнси вздохнула, сразу раскусив истинную цель Гермионы. – Нет, – отрезала она, снова погружаясь в созерцание глянцевых страниц. – Почему? – Потому что не хочу. Кто тебя подослал, чтобы уговорить меня? Тео? Блейз? Драко? – Пэнси, казалось, совершенно не интересовалась ответом, продолжая перелистывать страницы журнала. – Я им уже тысячу раз повторила, что меня там не будет. – Гарри хочет, чтобы ты пошла, – выпалила Гермиона, решив прибегнуть к последнему аргументу. Имя Гарри Поттера моментально вызвало эффект. Пэнси резко отбросила журнал и выпрямилась на кровати, словно ее ударило током. Ее лицо преобразилось, а в глазах зажегся непонятный огонёк. – Гарри попросил тебя прийти? – с неприкрытым волнением спросила она. – Да, – тихо ответила Гермиона, чувствуя легкое смущение, но втайне ликуя от своей почти одержанной победы. – Так ты пойдешь? Паркинсон выдержала паузу, словно обдумывая её слова и предвкушая свой ответ. В уголках её губ промелькнула хитрая улыбка. – Пойду, но только на одном условии, – Пэнси вновь напустила на себя надменный вид, самодовольно взирая на Гермиону. – И что это за условие? – осторожно поинтересовалась Гермиона. – Ты пойдёшь со мной, Грейнджер.