Не познать песку вечности гор

— Время убираться, Сунь И! Пошли. — шёпотом, но резко. И тишина. — Сунь И? Если бы Пань Ченг, миллелит, завернул за угол, образованный стенами старых руин, он бы увидел своего товарища, который застыл навеки, стиснутый камнями так, что от давления лопнул череп. Пань Ченг не завернул за угол, потому что прямо сквозь него, с отвратительным хрустом проткнув спину и выйдя наружу пониже второго ребра, прошло острое скальное образование, как будто выросшее из земли за один миг. Боль вспыхнула ослепительным взрывом и мгновенно ушла. — Не надо. Было. Шпионить. За мной. Р-ррасплата... Кр-ровь. — перед затухающим взглядом защитника Ли Юэ засветился чей-то ещё, красный, как капли на сухой земле. Они пришли сюда разыскать информацию. Крестьяне, сбежавшие из окрестных деревень, говорили, что у Древа Подавления одним утром пошла трещинами земля, потом началось настоящее землетрясение... И выросла новая гора, поглотившая и древнее дерево, и бо́льшую часть бывшей закрытой долины. Миллелитов прислали разобраться, но вышло совсем иное. Разобрались с ними. Гео дракон проснулся. *** — Горы не спасут их, Моракс! Скалы не укроют! Я уничтожу человечество, которое отобрало у меня Ли Юэ... И отобрало тебя! — Гео суверен, глядя на безлюдную гавань Ли Юэ, пришёл в ярость ещё большую, чем владела им ранее. Что толку было крушить жалкие домики смертных, которые ломались подобно иссохшим прутикам и хрупким песчаникам, если все люди успели покинуть город? Месть Аждахи должна была быть окрашенной в алый цвет крови, а теперь оказалась пуста. — И ты спрячешься?! Ты не только предатель, Моракс, ты ещё и трус! — Аждаха. — и сначала дракон не узнал того, кто некогда дал ему глаза. Он был совсем таким же, как тысячи лет назад... И совершенно другим. Взгляд Моракса, некогда тёплый, дружеский, теперь был холоден. — Как ты оказался здесь? — Твои печати не могут держаться вечно... Я знаю землю. Земля знает меня. Земля дала мне путь. Земля не хочет видеть людей там, где нет им места. — Ли Юэ принадлежит людям. Так решил я. Я был властелином Гео, но я отдал смертным всю власть. — жёстко ответил бывший друг. Аждаха, только что чуть поубавивший в своей решимости уничтожать, снова вспыхнул. — Ты решил, Моракс?! Ты?! Ты, кого наградили отобранной у меня силой?! Я позволил тебе иметь её, но я не позволял отдавать её в иные руки! Нет иного суверена Гео, или я, или ты! И ты... Ты смеешь... — Аждаха... Очнись. Ведь и ты людей любил. — Любил?! Эти жалкие насекомые... Небесный порядок продал наш мир им! А ты продал им и то, что я подарил тебе! — Ты помнишь наш контракт? — Моракс, едва приподняв голову, холодно взглянул ему в глаза. Как бы ни была велика ярость Аждахи, но он покорившись, склонился, чтобы слушать бога. — Помнишь, что ты обещал мне защищать Ли Юэ и людей, живущих тут, так же, как защищаю их я? Раньше, Аждаха, ты не нарушал этого контракта и не вредил людям, не убивал их... Сам. Ты был моим другом и я смотрел сквозь пальцы на твой безумный гнев. Знаю, что напрасно. Но теперь, Аждаха, ты нарушил древнейший уговор. Я не прощаю тех, кто преступил контракты. Древний дракон вновь поднял голову. Земля вокруг двух давних друзей, ныне заклятых врагов, дрожала и дома в гавани складывались сами, как карточные постройки детей. — Я не прощу прощения, Мор-ракс. Се великий бой. — Пусть будет так. — был ответ. И голос бывшего архонта как будто чуть дрогнул. *** Где были дома — остались пыльные пепелища. Огонь, лёд, ошеломительная сила гроз... Аждаха мог призвать себе в помощь их все. И всё это мог он направить против Моракса. Ведь ни один щит не выдержит сотен тысяч ударов? Всякий затрещит, даже лучший. — Где... Где то, что было моим, Моракс? — да, щит пал. Но дракон застыл, как скала, не почувствовал силы, за которой он пришёл и не понял. Смятение овладело им за один миг, приглушив гнев и ярость. — Я отдал сердце бога Царице. — Твоё сердце... У неё? Жалкий маленький Крио божок! Значит, я вырву его из её груди вместе с тем сердцем, что бьётся! — Это невозможно. — тот, что был архонтом, устало выдохнул. Аждаху вечно питали артерии земли, а вот его после всех тысячелетий битвы стали выматывать быстрей, чем хотелось бы. — Это был мой последний контракт, Аждаха. Тот, что завершил собой все прочие. — Значит... Значит, я не обязан более слушать твою волю. — Не обязан. Ты хочешь мести, Аждаха? Совершай. — Будь ты проклят, Мор-рракс! Ни пламя, ни холод, ни яркие молнии, ни сама земля не ранили бывшего архонта, повинуясь силе Аждахи. Удары проходили в ничтожной близости, но ни один не коснулся тела уставшего бога. Дракон, вздохнув, остановился и воцарилась ненадолго тишина. — Будь проклят. Я не могу мстить тебе. Люди. Людей ты скр-рыл. Теперь мне всё равно. Тебя р-ранить мне... Эрозия... Причиняет мне боль. Я не могу делать больно тебе, Моракс. Я... Останусь смотр-реть. Эр-розия сожррёт и тебя. Я буду видеть. Пусть так. Ты сам обр-ратишься против смертных. — Нет, Аждаха. Ты не увидишь такого никогда. В слепой ярости дракон замер, не в силах пошевелиться, когда горевшие алым глаза его вдруг заволокла пелена тьмы. — Что ты сделал?! Моракс! — Я дал тебе глаза, Аждаха, чтобы ты защищал Ли Юэ и народ людей бок о бок со мной. Ты нарушил наш договор, поэтому не достоин моих подарков. — короткая пауза и вот Моракс уже не архонт, а друг... Бывший. Всё такой же дорогой. — Прости меня. Но так должно быть. — Ты... Ты посмел... А, впр-рочем... Артерии земли р-раскажут мне лучше глаз! Ну так пр-рощай! Скажи этим жалким кррысам не пр-риближаться к Южным Небесным Вратам. Там — я. Я пр-роснулся. Я не подпущу их туда, где я... Мои дети... Дети ар-ртерий земли. Не позволю. — Прощай, Аждаха. Я защищу людей от тебя и твоих геовишапов... И тебя от людей. Только знаешь... — и в голосе незримого теперь для дракона старого товарища послышалась усмешка. — Ты порядком досадил всем, разрушив все здания в гавани. А я более не могу сотворять мору для них... — ...я понял, чего ты желаешь. Пускай они ищут р-руды там, где жила Хаагенти. Золото... Железо... Ищущие найдут. Земля отдаст. Я скажу ей. — Спасибо, Аждаха. Гео суверен отвернулся, не думая более о городе-гавани, к разрушению которого был равнодушен даже тогда, когда разрушал. Земля не дрожала больше. — Прощай, Моракс. Р-раз ты отдал мою силу, пусть будет так. Я не понимаю тебя, но... Я покор-ррюсь тебе. Снова и снова. И снова. Но если люди пр-ридут туда, где я и мои дети, я убью их. Скажи им. А ты... Ты приходи. Я не вижу тебя, но я могу слышать, как ты улыбаешься. Артерии земли дадут мне твой обр-раз. Приходи. — Да, Аждаха. — ответил его бог. — Пусть нам дано будет встретиться снова. Мы увидим друг друга вновь под ясным небом, это моё самое большое желание, связанное с тобой. Дракон ушёл. Не было больше пугающих землетрясений, вот только запретными стали земли у Южных Небесных Врат. Не было странных камней, всё успокоилось, а люди, опасаясь гибели, и не шли узнать, почему запретна та территория. Ходил туда, правда, консультант бюро "Ваншэн"... Ходил и возвращался невредимым, и в руках его всегда были драгоценные янтари, золото и глазурные лилии.