Возлюбленный дракона

Аарон ненавидит богов. Идолы сделали его врага прекрасным, а его — Аарона — заточили в тело младенца-дракона и заставили оказаться с прекрасным врагом без возможности расправиться с ним и не мучаться. Натаниэль снова аккуратно держал Аарона под брюшко. Омега радовался, что успел прикрыть попу хвостом, иначе ситуация стала бы совсем неловкой. Только для него, разумеется. Натаниэль даже не подозревал, что «милый детёныш с тупыми зубами» хочет его убить. Тупые тупые зубы. Брр. Аарон даже не может нормально поругаться на свое положение, потому что с рук прекрасно видно точёный подбородок императора. — У меня есть кот, — ведал Натаниэль, ничего не подозревая. — Точнее кошка. Король тебе понравится. Аарон опустил голову, потому что шея затекла. Вместо этого омега прижался к широкой груди альфы и довольно проворчал. Мышцы твёрдые, идеальные. Принц мог бы улыбнуться, если бы мог в этой форме. В какой-то момент им пришлось пройти через неповреждённую часть замка. Аарон в который раз удивился, кто же мог сотворить всё это, и заметил, что отметены на камнях походили на следы осадных орудий. Будто… замок обстреливали из катапульт. Аарон не успел закончить эту мысль, потому что Натаниэль свернул за угол, и вскоре показалась дверь. Обычная серая и высокая, как и любая дверь в замке. И не подумаешь, что за ней скрываются покои правителя. Личное пространство Натаниэля, на удивление, оказалось отделано в зеленых тонах. Император тоже это понял, поднял Аарона, захватив под лапами, как кота. — А ты краску не жуёшь? — Задумчиво спросил альфа, заглядывая в янтарные глаза Аарона. — И как вообще к ядам относишься? Аарон огляделся, пытаясь понять, о чем тот говорит. Какие еще яды и причем тут краска? — Надо будет это вычитать в библиотеке, — Натаниэль попытался вернуть детёныша в прежнее положение, — в моих покоях, ты, наверное, отравишься. Откуда мне знать, как ты реагируешь на ядовитые пары. Но взял омегу Натаниэль неудачно. Аарон всё еще привыкал к своему состоянию маленького овоща, а альфа его тут за причинные места лапает. Только ладонь коснулась задницы, как омега завизжал и начал кусать ближайшую руку. — Извини, извини, — спокойно сказал альфа, торопливо перекладывая детеныша на предплечье. «Извини» Аарону не помогает! Натаниэль его и так голого лапает — потому что, конечно же, одежда при превращении пропадает — а тут еще тянет свои шаловливые ручки куда не надо! Аарон снова прикрыл попу хвостом и злобно зашипел. Правда потом закашлялся, но продолжал грозно смотреть на бесстыдника, который еще и улыбался. — Хм, может, ты и правда милый, — сказал Натаниэль, разворачиваясь, — не то чтобы мне было знакомо это понятие, но ты мягкий и неуклюжий. Наверное, это люди называют «милым». Аарон закатил глаза и отвернулся, разглядывая интерьер.

***

Мэтт и Сет всё время крутились рядом. Аарон будто видел трёхголового собрата — одно тело, три головы, а лица у них Сет, Мэтт и Натаниэль. Как узнал Аарон спустя неделю пребывания в теле детёныша — Мэтт — это Мэтью Бойд. Этот человек возглавлял осаду крепости Длань в государстве, название, которого больше ничего не значило. Ведь теперь эта страна часть Балтимора. Натаниэль с удовольствием расправился с королевской семьёй как раз после того, как Бойд сокрушил Длань, разграбив город. Крепость до сих пор стоит, но теперь уже под власть Балтимора. После этого Балтимор получил в свое распоряжение плодородные земли, которые раньше тут были в дефиците. За выход к морю страна обязана Сету Гордону. Эта подозрительного вида личность заключила сделку с пиратами и один сокрушительный год грабила корабли близлежащих стран с целью истощить их ресурсы. Результат не заставил себя долго ждать — сразу две мелкие страны больше не смогли поддерживать жизнь на прежнем уровне. Натаниэль «великодушно» протянул руку помощи, и теперь Балтимор мог похвастаться сразу двумя выходами в море. Пока что только в одно, но что-то Аарону подсказывало, что это только начало. Сам же Натаниэль оказался фанатом подковерных игр. У Аарона вставали дыбом метафорические волосы (вместо которых пока оставались чешуйки), когда он осознавал, сколько магов, целителей, ученых мужей и женщин Натаниэль переманил на свою сторону. Сейчас Аарон находился на руках у Мэтью — человека, оскорбительно дружелюбного для его врага. Бойд представлял собой редкий образец двухметрового роста. Привыкшему находится на руках у Натаниэля Аарону, было даже неловко от того, что сейчас — будучи на руках Бойда — он дышал Натаниэлю в лицо. — Что скажешь, Селина? — Натаниэль оторвал взгляд от карты и посмотрел на женщину. Женщину-омегу, командующую третьим легионом войск Балтимора. Именно этим Натаниэль завоевал столько сторонников, именно этим Мэтт убедил защитников Длани открыть ему ворота, именно так Сет договорился с пиратами, впервые в жизни их объединив. Трактат брака в Балтиморе был сильно расширен с приходом Натаниэля. Абсолютное большинство стран в мире разрешали браки исключительно для продолжения рода. Это исключало брак между альфами, если один из них не женщина. Исключало брак омег, если один из них не мужчина, ведь в таких браках нет смысла, а значит он и не нужен, но этот трёхголовый дракон считал иначе. В Балтиморе разрешался брак с кем угодно, была упрощена процедура передачи титула. Пара, что не могла иметь детей, могла просто взять ребёнка родственника и воспитать как своего, а после передать титул и состояние. При этом все оставалось так, будто наследник зачат супругами и обладал их кровью. У Аарона голова шла кругом от того, насколько это просто и гениально. Долгие годы пиратами становились во многом те, кто не мог любить своего человека. Они отказывались от всего и уходили, чтобы быть вместе. А Далань? Мэтт сделал все, чтобы защитники крепости — в основном альфы, которые уже долгое время находились вместе, вели общий быт и не видели омег годами — узнали о новом законодательстве Балтимора. Однажды кто-то всё равно не смог сдержать свои нежные чувства к своему товарищу и раскрыл главный секрет крепости, чтобы Балтимор распространил свою власть и на них. Разве это не гениально — сыграть на людском отчаянии и вечном чувстве любви? И всё же хитрость была не единственной достойной стороной Натаниэля. Он мысли гораздо шире. Пример тому Селина. Никогда в жизни, ни в одной стране омега не могла служить в армии или добиваться каких-то высот. Никто бы просто этого не позволил, но Натаниэль предложил им выбор, разрешил омегам служить, занимать должности и практиковаться в магии. Народ Балтимора воспринял это неоднозначно — за неделю, пока Аарон был тут, троица топила камин жалобами альф, чьё эго было ущемлённо. Зато эффект дало потрясающий — омеги, которые хотели иметь больше, чем могла дать им родина, устремились в Балтимор, чтобы попытать счастье. В качестве примера такого счастья, Натаниэль поставил Селину на столь высокую должность. — Нужно разработать мазь, чтобы скрыть запах, — ответила девушка, записывая всё на бумагу. Омеги не могли служить, как альфы — у них просто не было похожих физических данных, но Селина, Натаниэль, Мэтт и Сет разработали им другую программу — скрытая армия. Омега не могла крошить черепа молотом, зато она могла всаживать кинжал в шею раньше, чем альфа успевал рассмеяться. Или скрытно проникнуть на вражескую территорию. Аарон боялся представить, сколько таких шпионов сейчас бродит по его замку, рядом с Эндрю. О нововведениях в Балтиморе не знал никто! По крайней мере Аарона, конечно же, никто не посчитал нужным поставить в известность! И, честно говоря, Аарон немного завидовал омегам Балтимора. Он ведь дракон, точно такой же, как его брат, но Аарона никто не допускал до заседаний или войны. Будь Колумбия такой же, как Балтимор, все было бы по-другому. — Так-так, — Сет развернул донесение, которое принесли секунду назад, — Миньярд что-то задумал. Селина стукнула кулаком по столу и это получилось очень даже устрашающе. — Этот мудак замучил моих девочек! Я вырву его язык, когда увижу! — На прошлой неделе снова нашли шпиона Колумбии, — Мэтт погладил по голове принца той самой Колумбии. Аарон угрожающе выставил зубы. Его нельзя гладить. — Он мёртв, но я опасаюсь, сколько еще таких же здесь. Аарон уже не удивлялся. Это война оказалась намного грязнее, чем он себе представлял. Неизвестно почему, но в голове Аарона всегда сидел образ благочестивого и честного Эндрю, который ведет войну исключительно честными способами. Это Натаниэль такой плохой и страшный, что надаёт исподтишка, а оказалось его брат тоже не такой уж и честный. Он так же засылает шпионов, атакует города, не называя времени, и промышляет подкупом, чтобы выудить информацию. Конечно же, Эндрю знал, насколько успешной оказалась политика Натаниэля в сторону омег и браков, но не подумал, чтобы перенять ее. Аарон лично знал несколько умных и талантливых омег, которых рекомендовал бы в совет вместо тупых альф, желающих нажится на чужой беде. Аарон не хотел, но это заставляло его немного разочаровываться в брате. — Скучно тебе, да? Аарон отвлёкся от своих мыслей. Натаниэлю необычайно понравилась его форма. Он не был таким восторженным, как Мэтт, но постоянно держал дракона на руках. Это устраивало Аарона. Он плохо передвигался, и Натаниэль не пытался его погладить или потрогать, как тот же Мэтт. Просто сидеть и слушать разговоры оказалось приятным занятием. — Отнеси его обратно в комнату. — Сказала Натаниэль, обращаясь к Мэтту. Тот кивнул, но Аарон укусил его за палец и вонзил когти до глубоких отметин. Бойд поморщился и протянул лапищи к Веснински. — Кажется, он не согласен. — Он просто хочет тебя съесть, расслабься. — Вставил Сет. В очередной раз его замечания по поводу присутствия дракона были отметены. Гордону категорически не нравился неизвестно откуда взявшийся детёныш, но Мэтт был в восторге, а Натаниэль очарован. У него не было шансов. — Может, проголодался? — Нат протянул ладонь к Аарону и оставил ее в нескольких миллиметров от острого уха. В это же время большой палец Мэтта погладил заднюю лапу дракона. Аарон хлопнул по руке хвостом и с удовольствием перебрался к Натаниэлю на руки. Тот не пытался его потрогать. В отличии от Бойда. — Он тебя любит, — проворчал Мэтт, потирая пальцы. — Так нечестно. — И первого сожрёт, — сказала Сет. Натаниэль вернулся к столу и опустил Аарона на него. Омега неуклюже сел возле карты и засунул лапу в корзинку с фруктами. Обсуждение шло уже час, но альфы (и одна омега) только разогревались.