Жажда

***

В спальне жарко. Не так, как во всем Натлане, где острые солнечные лучи прогревают землю на сотни миль вниз, обжигая ступни даже сквозь обувь, а иначе. Воздух здесь раскалён до предела. Он возбуждающе-пряный, почти пьянящий. Остаётся на языке отчётливым привкусом огненной воды и проникает в нутро, напрочь лишая рассудка. Мавуика первая не выдерживает их своеобразную игру в «гляделки». Прижимается ближе, обнаженной грудью касаясь его плеча.  Капитано задушено выдыхает, чувствуя непривычную мягкость и легкую испарину.  Он раньше с женщинами не был.  Прикрывает поддёрнутые пеленой возбуждения глаза с отчётливым сожалением о том, что снял маску, но проигрывать не желает — остаётся безмолвной статуей.  Мурата громко усмехается. Горячими ладонями ведёт по мужскому телу. Обжигает всполохами огня, мерцающих на подушечках ее пальцев. Она всегда теряет власть над собственной стихией, когда дело касается секса. Капитано это даже забавляет. Поначалу. До тех пор, пока ее руки не опускаются ниже. Его тело — выносливое, закаленное. Но неприятный жар все равно ощущается, словно под кожей, и зудит, смешиваясь с раздражением. Капитано думает, что Мавуике с ним повезло. Вряд ли кто-то ещё из всех существ Тейвата смог бы выдержать подобные ожоги.  Он все ещё недвижим. Смотрит пристально и чуть стыдливо, но взгляд не отводит. Обводит глазами контур женской груди, останавливаясь на темных ореолах и облизывается столь плотоядно, что по спине Мураты пробегают возбужденные мурашки. — Ну же, господин первый предвестник, я совсем заскучала, — голос сладкой патокой обволакивает его нутро, заставляя уже вставший член нетерпеливо дернуться. Она жмётся ещё ближе. Проводит острыми ногтями по спине, оставляя глубокие царапины, и мягко целует его в шею, словно извиняясь. Или распаляя.  Капитано наблюдает за этим с толикой азарта. Он — голодный хищник, неудовлетворенный и изнемождённый — ждал их близости несколько долгих месяцев, которые потратил на поручение Царицы.  Он выжидает ещё несколько секунд и впивается в бархатную кожу грубым укусом. На плече Мураты выступает кровь. Или ее подобие? Раскалённая жидкость медленно стекает вдоль ключиц, собираясь в ложбинке меж грудей. Капитано жадно вылизывает ее оттуда своим змеиным языком, обжигаясь и выбивая из Мавуики первый стон. «Вкусная,» — его укусы хаотичные, движимые одним желанием — пометить.  — Собственник, — прерываясь на стоны выдаёт Мурата. Капитано не спорит, лишь сильнее кусает ее за бёдра и сжимает между пальцами затвердевшие соски. Действует бессознательно, на грани с чем-то животным. Он возбужден не меньше, чувствует как член неприятно упирается в ширинку брюк и останавливается, слыша разочарованный вздох. Мавуика пылает. Расходится жидкой лавой и перехватывает инициативу, ухмыляясь. Ее пальцы — длинные и ловкие — быстро расправляются с надоедливым замком, а острые ногти проходятся по всей длине, вызывая задушенный стон. Она опускается ниже, оставляя под коленями выжженные ямы, и языком слизывает белёсую каплю предэякулята, дразнясь. Ее горло, горячее и податливое сразу принимает половину длины, а у Капитано от переизбытка ощущений звенит в ушах. Он думает, что ещё немного и его тело сгорит, исказившись уродливыми ожогами. Но Мавуика не останавливается. Медленно проводит языком по каждой венке, ласкает уздечку и с каждым движением становится все горячее, доводя до исступления.  Капитано вздрагивает, почти крича, когда семя оказывается в ее рту, и тут же замирает, разморенный.  Мавуика самодовольно сглатывает все до последней капли и, словно издеваясь, широко открывает рот. — В этот раз ты быстро, господин первый пре-две-стник, — последнее слово она произносит на слогам, вытягивая каждую гласную и ставя финальный акцент. Капитано жарко. Его мучит жажда и неуемная страсть.  Он резко впивается зубами в ее грудь, лаская языком ореолы сосков и выбивая из Мураты мелодичные стоны. Пальцы находят промежность, собирая влагу и концентрируясь в одной-единственной точке. Мавуика громко кричит, и сильные руки кладут ее на кровать, легко оттягивая за корни мягких волос.  Капитано входит одним слитным движением, замирает на несколько секунд, давая привыкнуть и начинает порывисто двигаться, найдя губами ее губы.  Палец привычно ложится на клитор, увеличивая ощущения.  Мавуика сдаётся первая, кончает с громким стоном от излишней стимуляции и сжимает его так сильно, что Капитано не выдерживает, изливаясь внутрь. Они лежат на кровати в объятиях ещё несколько минут. Капитано перебирает пушистые локоны, зарываясь руками в алые корни и счастливо жмурится, как сытый кот.  Все же ожидание стоило того. — Как думаешь, у архонтов могут быть дети? — внезапный вопрос заставляет Капитано поперхнуться, и он пытается откашляться под звонкий смех Мавуики. — Ха-ха, я бы хотела мальчика, как две капли воды похожего на тебя. Капитано счастлив.