Не об Ангелах

Ощущая лишь жгучую горесть, Грейнджер мелко дрожала. Она медленно сжала холодные руки в кулаки и наконец смогла закрыть рот — в ушах звенело, голова и вовсе казалась чугунной. Её крик до сих пор звучал повсюду эхом, звучал как вой, что способен леденить душу. Однако было бы ложью назвать его таковым на самом деле. Никто из присутствующих не слышал её крик так, как его слышала она сама — никто из пожирателей уже не помнил ни чувства отчаянья, ни безнадёжности. Всё, что они знали — это презрение. Всё, что она знала — она не хочет быть жертвой. Глаза Гермионы судорожно осматривали удивлённые лица пожирателей. Северус Снейп высокомерно оглядывал трясущуюся девичью фигуру. Он был единственным, на чьём лице не расплывался хищный оскал. — Малфой. Отведите мисс Грейнджер в подземелья и ждите меня там. Услышав слова профессора, Гермиона немного успокоилась. Подобное указание давало надежду на то, что ещё хотя-бы пару часов её не тронут. Не поднимая взгляда на волшебницу, Драко подошел к ней и потащил к двери, грубо схватив её за плечо. — Не смей прикасаться ко мне, — процедила она сквозь зубы. Она прошла вперёд, размышляя, куда идти и что делать. Малфой догнал её и прижал за плечи к ближайшей стене. — Грейнджер, ты ведь понимаешь, что там произошло? Пойми, я правда не мог иначе. Драко смотрел в лицо серьёзным взглядом. Он ослабил хватку на плечах девушки. — О, да. Естественно, я понимаю. Это всё, что ты хотел от меня услышать? — Гермиона, я… — Ты сам провёл пожирателей в замок. Чуть не убил Дамблдора. Знаешь, я никогда не питала иллюзий на твой счёт, Малфой, но я принимала тебя до этого момента. Мне казалось, ты был готов рассказать мне что-то, ведь ты сам меня позвал. Но видимо, никто из нас не заслуживает доверия. Гермиона вопросительно вздёрнула брови, ожидая ответа. Она сложила руки на груди, пытаясь контролировать эмоции. — Грейнджер, пойми, я уже давно не вижу выхода из этой ситуации. Ты знаешь мою семью. Рассказать тебе, сколько раз я уже успел полежать на полу под Круциатусом, искренне считая, что заслужил это? Гермиона тяжело вздохнула и покачала головой: — И поэтому ты решил, что другим пойдёт на пользу, если Воландеморт захватит школу? Или что? Да и твой отец в Азкабане, он никак на тебя не сможет повлиять, по крайней мере в ближайшее время. Малфой затих и прислонился спиной к стене. — Теперь я не знаю, что ты хочешь услышать. Да, я сдался. — Мы в дерьме, Малфой. — Думаешь? — Малфой! Оба замолчали. Они понимали, что с последствиями всё же придётся столкнуться, какими бы они ни были. Разница между ними была лишь в том, что Гермиона ещё понимала, за что она борется, и продолжала попытки сквозь безнадёжность. А вот Драко потерял вообще весь смысл. — Мы ведь не можем просто стоять здесь и ничего не делать, — выдохнул он, смотря в пол. — Ого, уже появились «‎мы»‎? Твою мать, Малфой, ты не мог бы определиться? Чего ты вообще хочешь? Тон Гермионы был язвительным и резким, что удручало юношу ещё сильнее. — Я просто хочу, чтобы всё это закончилось. — Тогда при чём здесь «‎мы»‎? — При том, что меня воротит ото всех, кроме тебя. Гермиона спрятала лицо в руках, услышав эти слова. Не хватало ещё разбираться с чувствами человека, который всю жизнь не имел возможности выбирать за себя. — Драко, я тоже хочу, чтобы вся эта ситуация просто рассосалась сама собой. Чтобы мы могли говорить, не ощущая всего этого давления. Но когда-нибудь всё равно придётся с этим разбираться. — Да, ты права. Идём в подземелья. По дороге никто не нарушал тишины. В подземельях было пусто и тихо. Оставалось лишь ждать Северуса. Когда он пришёл, Гермиона и Драко сидели молча, оба уставившись в одну точку. — Вам обоим повезло, что я оказался в кабинете в нужный момент. Иначе там осталось бы два трупа, вместо одного, — Северус вздёрнул нос и окинул подземелья злобным взглядом. — Закройся! — резко рявкнул Малфой, еле сдержавшись, чтобы не схватиться за палочку. — Успокойся. Ты знаешь, что я бы защитил вас в любом случае. — сказал Снейп, подняв руку, напоминая о Непреложном обете. Гермиона и Драко горько усмехнулись в унисон, осознавая всю иронию ситуации. — Как я уже говорил, Снейп. Вся твоя забота кажется сплошным притворством. Особенно в этой ситуации, — Драко отчеканил эти слова так, словно репетировал их всю свою жизнь. — Кажется, словно наше будущее вообще ничего не стоит, — горько откликнулась Грейнджер. — Ну школу же не закрыли. Вы должны быть благодарны хотя бы за это. Тут двое учеников фыркнули и переглянулись. «Надеюсь, сейчас мы думаем об одном и том же»,‎ — прозвучал голос Драко в голове Гермионы. «Наверное, да»,‎ — мысленно ответила она. — Петрификус тоталус! — она наставила палочку на Снейпа. Не успев среагировать, он окоченел. — Что дальше? — спросил Драко. — А чего ты хочешь? — Покоя. — Я тоже хочу лишь покоя. Но мы должны с этим разобраться. — Грейнджер, разобраться можешь только ты, — уязвлённо сказал Малфой, запустив руку в волосы. — Что ты имеешь в виду? — Мне нигде нет места. После того, что случилось, я не чувствую связи со Слизеринцами. Не хочу быть близок со своей роднёй. И уж тем более я не вольюсь в ряды Гриффинорцев. Всё что я могу — просто остаться здесь и ждать, пока не наступят времена получше. — Ты хочешь, чтобы я ушла? — Да. Мне лучше совсем забыть о том, что было. Как бы печально это ни было. Гермиона почувствовала, что не может отпустить. Ей стало безумно больно от осознания того, насколько Малфою нужен был хоть кто-то рядом. — Мы всё же можем общаться. — От этого только хуже. Это будет поверхностно. Мы всегда будем думать о том, что нам этого недостаточно. Просто уничтожьте крестражи, я уверен — Поттер знает, как действовать. — Ты прав. Ответ прозвучал тихо. Гермиона посмотрела в глаза Драко и поняла, что её сердце разбивается с каждой секундой, что они отдаляются друг от друга. Поэтому она молча вышла и оставила его в гостиной. Она понимала, что ещё очень долго будет думать о том, как могла бы сложиться их история.