holding you, holding me

— Всем пока, спокойной ночи! — Чонвон на прощание целует микрофон и заканчивает голосовой лайв, откладывая телефон подальше. Завтра у них долгожданный выходной и Ян прибежал в комнату хена, потому что начинать утро с ним в одной кровати и никуда не спешить — залог хорошего настроения на весь день и ближайшие недели, когда они не могут быть так близко большую часть времени. Он наблюдает за Чонсоном, теребя край пижамы с котиком и осознает как сильно истосковался по тактильному контакту с ним. Хочется спать, а еще хочется Джея. Даже не в смысле чего-то пошлого (хотя, признаться и в этом смысле тоже). Хочется долго обниматься с ним, его трепетных прикосновений, родного запаха, любимого вкуса, влажных поцелуев. Пак, словно слыша чужие мысли, перемещается на кровать, оглаживает его шею большим пальцем, а после целует, вкладывая в это действие всю нежность и любовь. У Чонвона в животе порхают бабочки, он пододвигается ближе, сминая чужие суховатые губы. — Ложись, — говорит он.  — Уже спать хочешь? — Джей целует за ушком и от глубокого голоса по всему телу бегут мурашки, а с уст слетает выдох. — Нет, просто ложись. Чонвону нравится, как тот слушается и спокойно делает то, что ему говорят, то что ему говорит именно Чонвон. Чонсон ложится, с интересом смотрит, как младший садится напротив и задирает его майку. У Джея довольно выраженные мускулы, а еще большая грудь, которую Ян особенно обожает. Он выводит пальцами узоры на его животе, старший вздрагивает и громко выдыхает, обхватывает запястье Чонвона и держит слегка грубо, но в данной ситуации младший сглатывает и краснеет, вспоминая какая у Джея крепкая хватка, когда тот сзади вбивается в него и так же держит руку за спиной. Чонвон в нетерпении снимает чужие шорты и гладит полувставший член сквозь ткань, получая на это сдержанный стон и нахмуренные брови, отчего удовлетворенно улыбается. — Сними, — несовместимые приказной тон и такой беспомощный вид туманят разум, Ян выполняет просьбу и во рту мгновенно скапливается слюна. — Я так сильно возбуждаю тебя? Я ведь даже ничего не сделал, — смотрит, щурясь и обхватывает ладонью член. — Просто ты такой милый, хороший, домашний, — сбивчиво шепчет Джей, когда Чонвон медленно водит по органу, размазывая выступающую смазку. Младший улыбается и опускается перед стоящим членом, чувствуя, как собственное дыхание сбивается лишь от мысли каким он предстает перед Чонсоном. Тот нетерпеливо запускает руку в волосы и гладит, так приятно, что хочется мурчать. Джей легко может направить его, войти так глубоко, как только захочет и Чонвон обязательно все примет, но он просто гладит, отдавая всю инициативу в руки Яна. Младший целует бедро и дразняще облизывает головку, чувствует как пальцы в волосах чуть-чуть сжимаются, а терпкий вкус Джея на языке сводит с ума. Он долго не изводит, потому что и самому очень хочется своего парня, берет глубже, ощущая долгожданную тяжесть на языке, обсасывает с явно непристойными звуками и уши ласкают чужие стоны, которые Пак даже не пытается сдерживать. Смотрит из под лба на него, пропуская так далеко, как может, а лицо Джея искажается в удовольствии и по телу проходит волна возбуждения. Чонвон обожает доводить его до такого состояния. — Молодец, Чонвон-и, ты моя маленькая умница, — младший несдержанно стонет с набитым ртом на похвалу и собственный член пульсирует в штанах, но он не находит сил, чтобы притронуться к себе. Продолжает двигать головой, из раза в раз, пропуская такой вкусный член хена в глотку и удовлетворенно ощущая, как слюна стекает по уголкам рта и начинает болеть челюсть, в то время, как единственное, что у него в голове — это быть идеальным для своего любимого. — Я скоро… — хрипло стонет Пак и о да, по дергающемуся внутри члену и сильно сжатым пальцам в волосах Чонвон и так понял. Он берет гораздо меньше, но старается двигаться активнее, помогая себе рукой. Хлюпанье слюны и свои случайные приглушенные мычания смущают. — Малыш.. — Чонвон надрачивает ему быстро и так умело, он знает как сильно Джей обожает его красивые нежные ладони и пальцы на себе, обсасывает головку, вылизывая все самые чувствительные и изученные места, и в момент заглатывает так глубоко, как только может. Чонсон стонет громко и гортанно, Яну даже кажется, что кто-то вне комнаты мог услышать, а это, не смотря на неловкость, кажется безумно возбуждающим. Он чувствует, как рот заполняет теплая сперма Джея и продолжает слегка лениво ласкать его еще несколько секунд, после проглатывая всю вязкую жидкость и осторожно отстраняясь. С полу-закрытыми глазами он пытается хотя бы немного отдышаться и вытирает запястьем слюну, перемешанную со спермой на губах. Все же открывает, слипшиеся от слез, ресницы и ищет поблизости влажные салфетки. — Милый, — зовет парень своим донельзя хриплым сексуальным голосом, видимо только отойдя от оргазма. — Ты так хорошо постарался, иди ко мне. И разве Чонвон может отказать ему? Такому красивому, будучи чуть вспотевшим и таким разнеженным на постельном белье. К тому же собственный член все еще болезненно стоит и он только рад, если любимый хен поможет ему. Поэтому ложится совсем близко, почти на него, тот сразу же утягивает младшего в чувственный, глубокий поцелуй и одной рукой пытается стянуть пижамные штаны с нижним бельем, в чем Чонвон помогает ему, мило всхлипывая в чужие губы, когда Пак наконец-то погружает в кулак его, давно жаждущий внимания, орган. Переворачивает на спину и покусывает шею, прямо как Ян любит, задает нужный ему темп, заставляя изгибаться и цепляться за собственные губы в попытке не издавать громких звуков. — Чонвон, ты так долго терпел, ты заслуживаешь кончить, — бубнит Джей прямо в кожу, пахнущую сладким кокосовым гелем для душа, зализывает каждый след, одновременно так идеально надрачивая. — Боже, Джей-хен.. — парень забывает как дышать, давится воздухом и хнычет, ощущая, как узел внизу живота затягивается. — Давай же, родной, не мучай себя, — голос Чонсона до ужаса нежный, Чонвона буквально размазывает от него и он толкается в руку, набирающую скорость. Колени дрожат, а глаза старшего буквально вяжут его невидимыми нитями, смотря так жадно и влюбленно. Ян приподнимает тяжелую голову и тянется, чтобы снова прильнуть к губам напротив. Языки соприкасаются и Чонвон чувствует все это так ярко, когда Пак как-то по особенному сжимает его член, проводя пальцем по уретре, он вздрагивает всем телом, низко и приглушенно простанывая в чужой рот и наконец-то изливаясь. Джей продлевает удовольствие до последнего, медленно проводя рукой и отстраняясь от губ с громким чмоком. Смотрит в чуть мокрые глаза Чонвона, что совсем забылся и лежит с открытым ртом, его волосы так красиво растрепанны, щеки румяные, словно он долго танцевал, а губы в маленьких укусах и прелестно распухли. — Ты самый красивый, — Чонсон одаривает его лицо легкими поцелуями. Чонвон после оргазма самый мягкий, самый трогательный, глаза его блестят абсолютным доверием и, когда на щеке появляется ямочка, старший не сдерживаясь, играючи кусает ее, слыша как громко бьется собственное сердце, когда младший обхватывает его лицо своими донельзя аккуратными руками. — А мне кажется, что это ты самый красивый, — говорит он тихим голосом и улыбается так очаровательно, что Пак почти умирает, расплываясь ответной улыбке. — Ты был таким громким, хен. — Какие претензии? В этом виноват только ты, — Чонвон гуляет взглядом по его лицу и медленно моргает, прямо как кот, который вот-вот уснет. — Хисын и Рики же снова жаловаться будут, — заканчивает свои слова Ян смехом, что кажется таким родным и теплым, Пак ложится головой на его грудь, прислушиваясь к сердцебиению и смотря в пустоту, пока Чонвон массирует ему шею и затылок, посылая приятные мурашки по всему телу и долгожданное расслабление после тяжелого расписания.