В ритме Цезаря

      Слова о расслаблении показались Вульпесу настоящей издевкой, но только первое время. Трудно было не заметить, что центурион действительно обходился с ним иначе. Не было точно известно, по какой причине отношение к другому легионеру у Аврелия было куда мягче, чем отношение Цезаря к своему любимому фрументарию.       Не желая лишний раз тревожить свежие раны, Инкульта старался не двигаться. Подобное сразу стало заметно. - Вульпес, тебе нужно расслабиться, а не сгруппироваться. Ты сейчас буквально дубовый на ощупь. – Шепот стал чуть громче, стараясь подчеркнуть важность определенных слов. - Знаешь, я это делаю только для того, чтобы подобные инциденты прекратились. Так что не обольщайся. Я пытаюсь расслабиться на столько, на сколько мне позволяет тело, а теперь делай, что должен, и закончим с этим балаганом. - В целом, мне нравится твой настрой. Подобная резкость наверняка не порадует его. – На последнем слове Аврелий провел грубой ладонью по бледной ягодице.       Ощутив неприятный прилив стыда, мужчина уткнулся в подушку. Единственное, чего он хотел - это спокойные ночи как и было раньше. Уставший днем и вымотанный ночью, фрументарий уже мечтал лишь о своем спальном месте без посторонних мужчин. Только он и его спальный мешок. Больше никого.       Мысли о сне на земле не покидали, поскольку центурион действовал настолько мягко, что Вульпес сдался и начал расслабляться, а затем и засыпать. Явно умелые пальцы нежно поглаживали спину, ноги и руки. Лишь изредка касаясь ягодиц. Быстро поняв, что именно там эрогенная зона, Аврелий обходился с ней особо осторожно.       Поддавшись мимолетному порыву, фрументарий издал расслабленный стон. Настолько тихий, что только он сам мог услышать его. Подобное случалось только в тех случаях, когда после тяжелой работы удавалось развалиться в спальнике. Холодные ночи в пустыне часто провоцировали на низменные желания. Но греться посредством рабынь - удел тех, кто сидит в Форте. Так что частенько приходилось перебиваться собственной рукой.       Уставший от всех инцидентов, мужчина уже не обращал внимания на то, чьи руки так любовно поглаживали его израненное тело. Дыхание становилось глубже, а кожа - краснее. - Может тебе лучше перевернуться на спину? - Угу... сейчас.       Игнорируя удивленный взгляд центуриона, Вульпес перелег, позволяя рассмотреть себя полностью. Выпив залпом свою кружку чая, мужчина ждал, когда успокаивающий эффект позволит ему быстрее уснуть. - Рад, что ты смог перебороть это. – Одобрительно сказал Аврелий. Предложив Инкульта перевернуться, теперь он мог видеть непосредственно самое интересное.       Поддавшись усталости, фрументарий был готов уснуть в любую минуту. Расслабившись и позволив то, о чем даже подумать противно, мужчина постепенно отпускал контроль над ситуацией.       Стараясь не спугнуть момент, Аврелий не мог не насладиться представленной ему картиной. Ни в коем случае нельзя было допустить, чтобы кто-то из Легиона узнал о маленькой любви центуриона к мужчинам. Долгое время он зарабатывал себе репутацию завидного осеменителя, так что теперь репутация работала на него. Ни у кого не возникало и тени сомнений по поводу гетеросексуальности центуриона. Но в глубине души хотелось бы иметь возможность спать не только с Цезарем. Теперь, когда такая возможность сама идет к нему в руки, Аврелий просто не в силах противостоять. Особенно после столь унизительного прощания со своим главнокомандующим.       Убедившись, что Вульпес уже достаточно расслаблен, Аврелий быстро захватил его руки и ноги. - Что ты делаешь? – Недоумевая, что произошло, мужчина смотрел стеклянными глазами в потолок. - Пока что я не сделал ничего, но уже стремлюсь показать тебе, на что в действительности способно твое тело, понимаешь о чем я? - Нет... – Затуманенный разум не мог выдвинуть стоящих сопротивлений, так что центурион был искренне рад, что купленные втридорога вещества оказались действующими. - Никогда бы не подумал, что когда-то испытаю эту новинку на ком-то вроде тебя, Вульпес. А теперь, если ты не против, то я немного прикрою тебе ротик. – Всунув кусок тряпки в рот фрументария, Аврелий еще разок посмотрел в глаза своего пленника. – Да, действительно сработало.       Не желая терять и минуты, центурион быстро проверил патрульных за палаткой и принялся за дело. Скинув с себя доспехи, ему уже не было никакого дела до Цезаря. Теперь в голове была лишь одна мысль - завладеть Инкульта. Хотелось знать, от чего же высокопочтенный решил, что этот маленький и бледненький мужчинка лучше, чем Аврелий.       Не обращая внимания на засыпающего фрументария, Аврелий даже не стал использовать смазку. В этот раз хотелось быть диким и необузданным, как горячий песок под Мохавским солнцем. Хотелось оставить такой же жгучий след на теле новой игрушки лидера. Показать ему, что он не единственный, кто имеет доступ к телу. Приподняв ножки Вульпеса, центурион пристроился в достаточной мере удобно, чтобы иметь возможность смотреть и действовать. Положив связанные икры себе на левое плечо, Аврелий крепко обхватил их одной рукой, чтобы второй помочь себе войти в горячее тело одурманенного фрументария.