Миров много — любовь одна

      За звуком закрывшейся двери последовал радостный выкрик:       — Я придумал нам костюмы на Хэллоуин!       Шота, сняв очки, устало потёр переносицу. Он мечтал провести сегодняшний вечер спокойно, за вкусным ужином и лёгкой беседой. Но вместо этого ему придётся иметь дело со слишком бурным энтузиазмом супруга.       Иногда Айзава задавался вопросом, где был его мозг, когда он соглашался встречаться с самыми активным и громким человеком Японии? А Хизаши громкий даже без причуды.       — Обычно люди говорят: «Я дома», когда возвращаются, — отчитал непутёвого супруга Шота, как только тот пересёк порог спальни, где Сотриголова старательно читал отчёты его подопечных о практиках в геройских агентствах.       — Обычно люди говорят: «Добро пожаловать домой», когда любимый возвращается после тяжёлого рабочего дня, — беззлобно парировал Хизаши и коротко клюнул ворчащего Айзаву в небритую щёку. Тот сразу же растаял от милого жеста, и уголки его губ невольно приподнялись. Ямада ответил на это широкой улыбкой в тридцать два белоснежных зуба.       — Итак. Костюмы…       — Я против! — резко и безапелляционно заявил Шота.       — Эй! Ты даже не выслушал!       — Неважно. Твои безумные идеи слишком больно бьют по моей репутации…       Хизаши рассмеялся. Айзава даже дёрнулся от неожиданности.       — Не переживай, я это учёл. В этот раз никаких панталон и жутких цветочков. Обещаю. Более того, ты даже будешь одет в твой обожаемый чёрный! Ну же, соглашайся! Пли-и-и-из!       Айзава исподлобья посмотрел на сложенные в молитвенном жесте ладони и увлажнившиеся ярко-зелёные глаза. Хизаши даже умудрился состроить жалостливую гримасу и сложить тонкие губы бантиком.       — Ты же любишь меня?       Контрольный в голову! Глаз Шоты нервно задёргался, но ему пришлось это проигнорировать. Он скрестил руки на груди и, резко выдохнув, пробурчал:       — Сначала я тебя выслушаю, а потом решу.       И чем он думал, когда принял кольцо? Интересно, ещё не поздно развестись и сбежать?       Хизаши радостно подпрыгнул, выкрикнув короткое «Йес!», и в два шага оказался перед их шкафом. Пока Айзава соображал, что происходит, его супруг уже достал двое плечиков и, трясясь от нетерпения, вытянул их перед собой. Шота с недоумением переводил взгляд с одного знакомого костюма на другой и всем своим видом задавал молчаливый вопрос: «И?».       В правой руке Ямада держал простой чёрный комбинезон Сотриголовы, который ничем не отличался от непримечательной одежды серой толпы без узнаваемых лент, широкого кожаного пояса с боеприпасами и клинками и высокими берцами. На плечиках же в другой руке висела одна из десятка кожаных курток Сущего Мика с высоким стоячим воротником и кучей ремешков, металлических заклёпок и шипов, и его зауженные кожаные брюки. Простые белые майки лежали на полке вместе с нижним бельём, а мелкие аксессуары — в ящике небольшого комода.       — И? — решил высказать вслух свой вопрос Айзава, раз не получил ответ на немую версию.       — Ты оденешься Сущим Миком, а я — Сотриголовой! — наконец прямо объявил Хизаши. И сделал он это чересчур торжественно, на вкус Шоты.       — Хм… Нет.       — Ой, да брось! Тут же полно плюсов. Во-первых, нам не придётся тратиться на аренду костюмов. И если вдруг мы их запачкаем, то не будем платить агентству за порчу имущества. Во-вторых, как я уже говорил, это максимально комфортно для тебя: неброско, чёрно, удобно. В-третьих…       — Ты весь день репетировал?       — Угу.       Айзава продолжал медленно переводить взгляд с одного костюма на другой, задерживаясь на лице супруга, что был посредине. Его вытянутые руки уже начали трястись от напряжения, но он и не думал жаловаться или торопить Шоту. Ямада молча и терпеливо ждал, готовый ответить на любой вопрос и по ходу диалога додумать ещё десяток аргументов в пользу своей идеи. Менее безумной, чем обычно.       — Ладно, — нехотя кивнул Шота. — Я согласен.       Только сейчас Мик облегчённо швырнул костюмы на пол, запрыгнул на кровать и, завалив супруга на спину, со всей страстью и благодарностью его поцеловал.

***

      Шота потянулся к голове, но Хизаши в очередной раз грубо его одёрнул:       — Успокойся!       — У меня всё чешется!       — Терпи! — шикнул на супруга Ямада и сам поправил его причёску.       Ему пришлось несколько часов крутиться вокруг Сотриголовы, окрашивая чёрные волосы смываемой краской и укладывая густые непослушные локоны в подобие хохолка Сущего Мика. Сам же Ямада остановил свой выбор на простом парике, что возмущало Шоту ещё больше.       Они стояли около стола с закусками, Хизаши пытался уговорить супруга потанцевать, а тот лишь методично набивал желудок и периодически ёжился, крайне неуютно себя чувствуя, со страшной гримасой на лице. Благо часть её скрывали стандартные очки с кислотно-оранжевыми стёклами.       — Перестань! — Ямада несильно шлёпнул Шоту по руке, когда тот начал прощупывать динамик на предмет застёжки. Он даже получал маниакальное удовольствие ругать супруга — будто действительно вжился в роль Сотриголовы.       На это Айзава ответил лишь уничижительным взглядом, который обещал, что завтра, после глупого праздника, он обязательно разберётся с непутёвым возлюбленным. Но сейчас мужчина смиренно кивнул и постарался направить всё самообладание на внутренний контроль.       Коллеги подходили к ним с определённой периодичностью и все как один восхищались незамысловатыми парными костюмами. Эктоплазм назвал эту идею абсолютно гениальной, Полночь — совершенно романтичной, а Король беззлобно посмеялся над их ленью придумать что-то более изощрённое. Дети же приставали к учителям только с двумя вопросами: будет ли работать динамик с обычным человеческим голосом и сможет ли Сущий Мик управлять лентами Сотриголовы? Опытным путём мужчины выяснили, что ответы на оба вопроса отрицательные, чем очень быстро развеяли интерес подростков к своим персонам.       — А теперь мы объявим результаты конкурса на лучший костюм, — раздался в динамиках тихий и писклявый голос директора Незу. Рядом с ним стояла Немури с листом бумаги, на котором, видимо, было написано имя сегодняшнего победителя.       Все присутствующие отвлеклись от своих дел и придвинулись поближе к сцене, чтобы была возможность хорошо разглядеть лучшие костюмы и быстрее начать чествовать победителей. Хизаши тоже решил присоединиться к толпе и, конечно же, потянул за собой супруга. Шота, как обычно, сопротивлялся любой возможности оказаться в ненавистной толпе, но Ямада уже привык оставлять без внимания мизантропию Сотриголовы. Всё равно тот рано или поздно согласится, если на него правильно надавить.       Пока супруги тихо препирались, уже успели назвать имена всех призёров костюмированного конкурса. Они вышли на сцену и с широкими улыбками купались в искренних и тёплых овациях. Однако награждение не закончилось.       — В этом году представлено много интересных костюмов, — продолжал свою торжественную речь Директор. — И мы, как обычно, готовы представить победителя в номинации «Приз зрительских симпатий». В этот раз их будет двое. И что поразительно, их выбрали практически единогласно. Без лишних слов прошу на сцену наших дорогих Сотриголову и Сущего Мика — любимцев зрителей в этом году, которые нарядились друг другом.

***

      — Согласись, было же весело! — не унимался Хизаши.       Супруги уже вернулись домой. Ямада, вдохновлённый любовью толпы, водрузил их небольшой приз на полку с другими наградами, медалями и грамотами, которые они получали в процессе своей геройской, преподавательской и диджейской работы. Мик был невероятно горд собой: это же была его идея нарядиться именно так! Первый раз его наградили за старания и безумную мозговую активность.       Шота лишь недовольно пожал плечами в ответ и намерился поскорее стянуть с себя неудобный, сковывающий движения жаркий кожаный костюм. Однако супруг перехватил его, крепко прижал к себе и всё-таки медленно закружил под несуществующую мелодию.       — Ну, весело же. А, Шота?       — У нас разные представления о веселье, — привычно буркнул в ответ Айзава. Тем не менее он полностью расслабился в крепко обнимающих его руках и сам сжал в ответ корпус супруга с той же самой силой.       Ямада нисколько не унывал:       — А мне всё равно понравилось. Надо будет придумать что-нибудь грандиозное на следующий год. Слу-у-у-ушай, а что, если?..       Шота поспешно обхватил лицо супруга ладонями и поцеловал его. Конечно, его это не остановит от генерации новых глупых идей, но хотя бы остаток вечера он хотел провести в тишине и спокойствии.       Всё-таки сегодня действительно было весело. Что-нибудь подобное Айзава был бы не против повторить. Только, конечно же, Хизаши он в этом никогда не признается.