Рай в режиме выживания

Пробуждение было крайне тяжелым, но странно умиротворённым. Солнце начало подниматься, а птицы пели свои уникальные песни, мелодично переливаясь между собой. Шум листьев был едва слышен. Сугуру приоткрыл глаза и посмотрел в небо — чистое, ослепительно голубое, с редкими белыми облаками, лениво плывущими куда-то вдаль. Более приятное утро придумать было сложно. Не хватало разве что чашечки кофе и ароматного завтрака. Рядом что-то зашевелилось, отчего Гето вздрогнул и перевёл взгляд в сторону. Сатору, ожидаемо, ночью искал тепла и прижался всем телом к боку брюнета. У Сугуру совершенно не было никакого желания сейчас хоть что-нибудь предпринимать, поэтому остался лежать на едва разогретом песке, усыпанном листьями, и дальше. Сегодня нужно было хоть что-то делать. Люди же обычно предпринимают какие-то меры для своего спасения или, как минимум, безопасности. Гето достаточно рационален, чтобы что-то всё-таки сделать. Он собрался с силами и приподнялся, опираясь на руки. Засохший песок на теле очень приятно ощущался, а тело рядом не шибко сильно хотело его отпускать, поэтому пришлось немного поднапрячься. Сегодня по планам в голове брюнета было разделение обязанностей, какие-то действия во благо их спасения. У Сугуру были приметки в уме, что нужно распределить их по умениям. Осталось надеяться на то, что Сатору справится с поиском пропитания. Сугуру же выберет самое безопасное место для жизни и разберёт способы спасения. В мысленных заметках были идеи с разведением огромного костра для привлечения внимания дымом и выкладыванием булыжниками слова SOS для пролетающих самолётов. Сугуру с трудом поднялся, отряхивая с тела песок и сухие листья. Тепло утра уже начинало сгущаться, обещая жаркий день. Он бросил взгляд на всё ещё дремлющего Сатору, который, похоже, совершенно не собирался подниматься. — Эй, Сатору, подъём, — бросил он, слегка пихнув того в бок. — У нас есть дела. — Ммм… — раздалось в ответ, но белобрысый и не думал шевелиться. Сугуру закатил глаза и встал, размышляя, с чего начать. Найти воду, развести костер, соорудить базовое укрытие. В голове мелькали мысли, и он невольно вздохнул. Казалось, что работы непочатый край, а сил — минимум. Сатору наконец-то разлепил один глаз и посмотрел на него. — Сугуру, ты заметил, как красиво играет свет на моих мускулах с этого ракурса? — зевнул он и потянулся. — Ага. Почти так же, как кровь, которая сейчас польётся, если ты не встанешь и не примешься за работу, — хмыкнул Гето. Сатору промолчал и ещё немного полюбовался видом. Встав, он лениво отряхнул одежду и потянулся. — Ну хорошо, раз ты немедленно хочешь от меня избавится, то я пойду осмотрюсь и, может, что-то получится раздобыть съестное. — Только не потеряйся, а то кто тебя искать будет? — съязвил Сугуру, но тот лишь махнул рукой и неспешно зашагал в сторону деревьев. Гето не питал особых надежд на успехи друга. Скорее всего, тот вернётся с пустыми руками, жалуясь на жару, насекомых и неудобные кусты. Поэтому он сосредоточился на своей задаче. Нужно было найти место для их маленького лагеря, где можно укрыться от солнца и возможных ночных дождей. Судя по слегка темнеющим тучам — ночью может пойти ливень. Вокруг простирались заросли кустарников, трескали сухие ветки под ногами, а где-то вдалеке шумело море, омывающее золотые пески. Брюнет уставал. Морально уставал. Гето действительно хочет, чтобы это всё закончилось. Чтобы их наконец нашли. Чтобы он вернулся назад к себе домой и всё стало как было. Он ненавидел перемены. Они всегда приносили за собой тихую и пугающую неизвестность. Даже сейчас он не мог предположить, что ему когда-то придётся сооружать примитивный домик, прямо как в детстве, когда вы детьми решаете, что вам нужна база, в которой вы главные, и начинаете стягивать в кучу все ветки и листья с округа. Брюнет никогда в детстве так не делал. Сейчас он начал об этом жалеть. Никогда подобным не занимаясь, конструкция выходила хлипкой и грозилась свалиться. Нужна была помощь, которая ушла за едой и пока не вернулась. Хотя и рассчитывать на какие-то умения строительства и архитектуры у блондина не стоило. В итоге Гето соорудил каркас из веток, разложил листья для мягкости, но желудок уже вовсю напоминал о себе, урча с завидным постоянством. — Где же этот идиот? — пробормотал он, вытирая лоб. Как раз в этот момент послышался шум шагов, и через несколько секунд из зарослей вышел Сатору. Причём не с пустыми руками. В одной руке он держал связку каких-то фруктов, а в другой немного рыбы на заточенной чем-то ветке, больше похожей на копьё. На его одежде виднелись пятна грязи, волосы были растрёпаны, но выражение лица говорило о том, что он доволен собой. Сугуру застыл, немного глупо смотря на эту сцену. — Ты... что? Сатору ухмыльнулся, бросая рыбу на землю. — Ага. Думал, я совсем бесполезный? — он уселся рядом с видом победителя. Гето не мог поверить своим глазам. Ещё утром он был уверен, что этот избалованный парень ничего полезного не сделает, а тут он сделал работу побольше него. — Подожди, ты умеешь охотиться? — Ну… не совсем. — Сатору покосился на него. — Но я когда-то ходил на охоту с отцом. Хотя меня постоянно с детства водили по всяким кружкам и дополнительным образовательным урокам. Видишь? Пригодилось! Не обращая внимания не лепет собеседника, Сугуру продолжал пялиться в никуда с необъяснимым выражением лица. — А я-то думал, ты только жаловаться умеешь, — тихо, будто на автомате, сказал брюнет. — Эй, не недооценивай меня! Я просто привык, что за меня всё делают другие. Это не значит, что я ничего не могу сам! Сугуру усмехнулся, но про себя отметил, что это и вправду неожиданно. Голубоглазый заметил, что, кажется, что-то не так. — Сугуру? Всё хорошо? Ты какой-то будто не в себе. Если хочешь, то я смогу тебя развеселить! — с хитрой улыбкой сказал Годжо. Гето действительно был немного не в себе. На уме было было только одно чувство. Зависть. Он, человек, который всегда рассчитывал только на себя, вдруг оказался менее компетентным в критической ситуации, чем тот, кого считал баловнем судьбы. Это было неприятное чувство. Жгучее, колючее. — Ты же знаешь, что можешь сказать мне всё, верно? — мягко спросил Сатору. Гето вздохнул, избегая взгляда компаньона. Гето чувствовал себя странно. Зависть была чем-то чуждым, далёким, но сейчас она скребла изнутри, оставляя неприятное послевкусие. Он никогда не сомневался в собственных способностях. Он знал, что может разбираться в ситуациях, принимать рациональные решения, вести за собой. Он гордился этим. Но вот теперь, в экстремальных условиях, оказалось, что он вовсе не так хорош, как думал. Сатору устроился рядом, бросая в рот кусочек фрукта и жуя с самым самодовольным видом. — Эй, ты точно в порядке? — Сатору сдвинулся ближе, заглядывая в лицо друга. — Да, — ответ прозвучал резче, чем он хотел. Белобрысый прищурился, оценивающе глядя на него. — Если ты так говоришь… — он протянул фрукты. — Держи. Ты же голодный. Гето молча взял добычу, хотя аппетита у него уже не было. Он чувствовал, как его раздражает даже сама доброжелательность Сатору. Почему? Он ведь ничего плохого не сделал. Наоборот, взял и доказал, что способен справляться. И в этом-то и была проблема. — Знаешь, — вдруг заговорил Гето, пристально разглядывая рыбу в руках. — Я всю жизнь считал, что могу положиться только на себя. Что если что-то идёт не так, я должен быть тем, кто разрулит ситуацию. Сатору молча слушал. — И теперь… — Сугуру горько усмехнулся. — Ты показал, что не такой бесполезный, как я думал. И мне это не нравится. Годжо приподнял брови и открыл рот, будто пытаясь что-то сказать, но в итоге так и не перебил. — Я знаю, что это глупо, — продолжил Гето. — Но это чувство... Оно неприятное. — Зависть? — уточнил Сатору. Гето раздражённо поморщился. — Возможно. — Ты правда завидуешь мне? — голубоглазый выглядел удивлённым. — Ты, Сугуру Гето, завидуешь мне? — А ты чего так удивлён? — огрызнулся тот. — Просто… не ожидал. — Сатору наклонил голову, задумчиво разглядывая друга. — Я всегда считал, что ты чертовски умный и расчётливый. Но никогда не думал, что ты можешь так загоняться из-за какой-то ерунды. — Для тебя это ерунда, — хмыкнул Сугуру. Сатору улыбнулся. — Ага. Потому что какая разница, кто кого «переплюнул»? Мы вообще-то вместе в этой заднице, если ты не заметил. Хотя на счёт задницы я бы поспорил. Гето не нашёлся, что ответить. — Если это тебя так гложет… — Сатору лениво потянулся. — Тогда, может, мне стоит быть бесполезным, чтобы тебе было легче? — Не неси чушь. — Или что, хочешь соревнование? Кто лучше разожжёт костёр? Или кто построит хижину быстрее? Гето закатил глаза. — Боже, Сатору… Белобрысый вдруг ухмыльнулся шире. Они оба понимали, что просто не хотят сейчас ссоры, поэтому Годжо делает то, что умеет лучше всего. — Тогда вот что. Ты завидуешь? Хорошо. Но если я хоть раз увижу, что это мешает тебе делать то, что нужно, я тебя хорошенько пну. Учти, возможно, это будет сочный шлепок по ягодицам. — Что ты… — А что? — Сатору развёл руками. — Мне нравится эта идея. Гето впервые за весь день улыбнулся. Совсем чуть-чуть, но всё же. — Ты идиот, Сатору. — Да-да, но идиот, который может добыть еду. Гето вздохнул. Зависть всё ещё тлела где-то внутри, но теперь она казалась менее… едкой. Возможно, Сатору был прав. Какой смысл в этих мыслях, если они мешают двигаться дальше? Он взглянул на друга. — Ладно. Что насчёт костра? Почему ты застрял на вроде самой элементарной вещи, но можешь охотиться? Сатору нервно захихикал и почесал затылок. — Скажем... Я не очень блестел посещаемостью. — Всё с тобой ясно. Дальше пошла рутина, которая возвращала обратно к людям. Будто они снова дома, и это очередной тяжёлый день. Костёр мерно горел и шипел, когда на него попадали капли соков с рыбин. Судя по всему, Сатору нашёл где-то в глубине островка чистый источник, где водится всякая живность. Это хорошо. Вопрос еды и воды решился сам собой. Но был ещё пункт выживания. Годжо, как ребёнок, бегал в поиске камней и выкладывал их в форме большой английской буквы "S". Сейчас брюнет реально не хотел проверять, правильно ли тот делает всё. На тело навалилась усталость вперемешку с тихой обречённостью. Как бы сильно тут не было хорошо, прожить так всю жизнь было за пределами понимания брюнета. Сугуру боялся этого. Но больше он боялся только себя. Так сильно старался не оставаться наедине с самим собой, что в итоге, по иронии судьбы, он оказался здесь с самым неподходящим для этого человеком. Судьба бросила ему испытание, и он обязан его пройти.

***

Ночью пошёл дождь. Сооружение, как и предполагалось, не выдержало, и двоим парням пришлось ютиться под пальмами и друг к дружку, чтобы спрятаться от холодных капель. Впервые ночь прошла в молчании.