Гарри Снейп как ошибка пророчества

Во-первых, Гарольд впервые видел своего отца такого… С немного небрежной укладкой, странной улыбкой и роняющим вилку из дрожащих пальцев. Во-вторых, Гарри всё ещё был обижен на старосту, который решил, что если первокурсник, то обязательно первый раз в Хогвартсе и в нём потеряется. А сколько раз Гарри был у отца на работе? Да, много, что Гарри уж сбился со счёту. И сейчас этот непутёвый староста Уизли будет ему заливать, как в коридорах замка может быть опасно и что ходить одному нельзя, а спускаться к слизеринцам нельзя тем более, потому что с ними у них очень натянутые отношения. Дети, да Гарри ещё год назад поладил с Кровавым Бароном и тот сказал, что будет ждать его в своих коридорах, а он… А он вынужден сидеть в башне как принцесса охраняемая драконом! Гарольд понимал, что пошёл на это по просьбе отца и, возможно, именно он виноват в этом, но ведь сам согласился и даже пообещал. Мальчик считал, что сам загнал себя в эту башню, а значит самому и придётся выбираться. И больше не повторять подобных ошибок! Хоть одно радовало, что у Гриффиндора со Слизерином совмещенные уроки и можно будет посидеть с другом за одной партой.

***

Северус тем временем был в приятном шоке от событий вчерашнего вечера. Он явно не ожидал, что у Малфоев будет именно такая вечеринка, а не что-то помягче и интеллигентнее. Вечером они напились так, что чуть не потеряли голову. Хотя все из их компании выпили всего по два-три коктейля, но тем не менее этого оказалось достаточно. Мало того — многолетний опыт подсказал Северусу, что в коктейле что-то есть. Не опасное для жизни, но есть. Этим чем-то вскоре оказалось Возбуждающее зелье, которое слабо, но подействовало совсем не кстати, а именно во время активных танцев. Хотел ли Люциус (или кто-то другой) с самого начала устроить здесь оргию или ради какого-то «благого» дела, но зелье было в маленькой дозе, а потому и потенция оказалась не сильной. «Почти» незаметной. Тем не менее свою жену он из виду не выпускал, а за одно замечал странное поведение некоторых пар тоже. К двум часам ночи в зале остались лишь самые волевые участники шоу, что держались до последнего. Остальные либо спешно покинули бал, возвращаясь домой, либо уединялись в какой-нибудь свободной от чужих глаз комнате. О, а слышно их не было, потому что музыка орала так, что приходилось орать самим, чтобы сказать что-то человеку в сантиметре от тебя. Из всего этого можно сделать вывод, что дома вечеринка продолжилась. И как же хорошо, что в Принц-меноре будто систематически на спальнях хозяев наложены нужные заклинания, чтобы хер кто, что услышал, а что слушать было… Проснулись и Северус, и Лили в лёгком недоумении, но утренние ласки прервали часы внезапно попавшиеся на глаза. Да, Сев впервые чуть не опоздал на работу, но мысль по какой причине он опоздал, была очень даже приятной. Хотя, надо признать, что «приятной» это явное преуменьшение, потому что не может просто приятная мысль так Северуса заводить. Всё таки, надо сказать «спасибо» гению, которому пришла в голову такая идея. Такой ночи у него давно не было.

***

— Гарри, ты чего тут один? — спросил подошедший к нему со спины Драко. — А с кем ещё? — пожал плечами Гарольд, уступая место другу на скамье. — Ты там, я здесь. — А что нельзя поесть и придти ко мне? — Зачем? Ты уже пришёл. — Потому что не пришёл ты. Меня за такое самовольство… — Да ничего не будет, Драко. — Мистер Малфой! — позвал строго слизеринский староста. — Да? — ответил немного испуганный неожиданностью мальчишка. — Почему вы здесь, если ваш стол в другом конце зала? — Потому что здесь мой друг, — выдавил слабый аргумент Малфой. — Если я вас потеряю, мистер Малфой, головой буду отвечать тоже я. Вы должны быть на своём месте, среди своих. Слизеринцы должны держаться вместе. — А мне к нему можно? — влез Гарри. — Нет! — Потому что в Слизерине могут быть только слизеринцы, замечательно. То есть мне нельзя теперь общаться с другом, просто потому что он на другом факультете?! Нет, вы уж совсем засели в веках… — Гарри, тише, Гарри… — шептал ему напуганный чем-то ещё больше Драко. — А что «тише»? Я разве не правду говорю? — Правду, мистер Снейп, — раздался голос отца как гром среди ясного неба. — Но прошу оставить Драко в покое и вернуться к завтраку. Успеете ещё поговорить, нечего устраивать разбирательства прямо в Большом Зале, вы пугаете остальных учеников. А вы идите за свой стол, — обратился Северус к своим ученикам. Почтительно кивнув, староста удалился уводя за собой шального первокурсника. Одарив сына строгим взглядом, Северус покинул залу через главную дверь. Грустно повесив нос, Гарольд схватил со стола печенье. Вот хотел же быть послушным мальчиком и поесть нормально, а не получилось. В первый же учебный день настроение испортили. Слизеринцы должны держаться вместе, слизеринцы одна большая семья… Какие нудные и устаревшие морали! И вообще Гарри тоже дорога именно к ним проложена, а не к этим шумным и безбашенным гриффиндорцам, у которых девиз «сила есть — ума не надо».

***

Первый урок заклинаний явно не задался. Гермиона Грейнджер сразу показала себя как главная зануда курса, пытаясь научить Уизли правильно произносить заклинание, которое сама только что услышала. Стоит ли говорить, что этим она добилась только замечаний от профессора Флитвика и укоризненного взгляда Драко? Думаю, всё и без того понятно. Кто-то на дальней парте решил попробовать свой личный метод произношения и взмаха, от чего и взорвал своё перо. Малфой с улыбкой до ушей сделал всё правильно с первого раза и заработал баллы своему факультету. Гарольд же был готов биться головой о стену, с воскликами «какого черта школьная программа такая тупая?!». Он поднял перо без слов, только взмахом палочки, покружил его над поднятыми вверх головами ребят и опустил обратно. Никто не ожидал, что первокурсник может быть оказаться с такими выдающимися навыками, хотя для Гарольда это пустые развлечения. Тем не менее баллами он от Драко не отличился — Флитвик осадил способного мальчика, решив, что он хвастается умениями (действительно, именно так оно со стороны и выглядело), но пять баллов Гриффиндору вручил, за практику дома. После этого урока у Гарри пропало желание идти дальше и на урок трансфигурации он полз, пуская слюни в мантию Драко. На уроке он занимался тем же самым, только теперь прикрываясь учебником. — Мистер Снейп, прошу отнестись внимательнее к уроку, — говорила профессор Макгонагалл. — Хм… Профессор? Я не могу учиться тому, что уже знаю, — лениво ответил ей Гарольд. — Может дадите мне какую-нибудь продвинутую программу? — Продвинутую?! Декан Гриффиндора была очень удивлена. Оно и не удивительно: ещё ни один ученик Хогвартса не учился по продвинутой программе — её вообще никогда не существовало! В основном дети приезжали в школу ничего не смыслящими в магии и всей её логике их приходилось учить с нуля. — Да. Вот я в маггловской школе до этого учился, в классе с математической наклонностью. У нас был продвинутый курс математики и уже в третьем классе проходили основы физики. Когда все из класса учились вычитать, я уравнения решал. Может быть здесь тоже нечто подобное можно… — Нет, мистер Снейп, такого здесь нет, — было видно как непривычно было профессору Макгонагалл говорить о том, о чем в Хоге не говорили с самого его строения. — И я крайне удивлена, почему ваш отец не просветил вас в этом плане. — Он говорил мне о некоторых нововведениях, которые он обсуждал на недавнем педсовете и про отрицательный ответ директора Дамблдора. Думаю, вам это прекрасно известно. Поэтому я хочу спросить у вас: быть может, есть дополнительная литература и я мог бы учиться по ней? — Думаю, мне понадобится время, мистер Снейп… — вздохнула Минерва Макгонагалл. — Раз уж вы в курсе дела, то, наверное, понимаете, что программа подобного обучения у нас составляется для ученика индивидуально и с инициативы преподавателей. — Конечно понимаю. — Нужно время, чтобы узнать каковы ваши знания и на их основе составить учебный план. Думаю со следующей недели вам уже будут предоставлены индивидуальный список книг и разработан план вашего обучения, а пока довольствуйтесь учебной литературой в библиотеке, но будьте добры выполнять домашние задания как и вести себя на уроках как положено. — Хорошо… — выдохнул Снейп и сделал вид, что он прилежно внимает лекции. Урок продолжился в том же темпе и только уважения ради Гарольд скрывал зевоту. Превращать спички в иголки… Ха-ха! Он с отцом на этом лет в семь учился, а летом играл, превращая мелкие камни в снежки на лету. Что за детский сад в этой школе, чёрт возьми? Хорошо, урок трансфигурации прошёл более менее терпимо. Конец урока поднял табун учеников с парт и понёс их… Во двор — полёты на мётлах! Гарри и Драко шли вприпрыжку, ожидая весёлые догонялки на свежем воздухе, но не тут-то было. Оказывается подавляющее большинство учеников никогда в руки метлу не брали и мальчикам пришлось смириться с тем, что слушать лекцию о том, как нужно обращаться с метлой, просто необходимо. — Поднимите правую руку над метлой и скажите «вверх», — говорила мадам Хуч. — Какое убожество… — морщил нос Гарри, разглядывая без слов призванную метлу. — Согласен, — шепнул в ответ Драко. Пока остальные ученики ныли, что у них ничего не получается или отчаянно не оставляли попытки призвать метлу, Малфой и Снейп обсуждали качество метел, других учебных материалов и программы обучения. Если до этого учитель закрывала глаза на это, то когда к ним присоединилась забывшая о конспирации Гермиона, то она строго одернула обнаглевших деток. — Мистер Снейп! Перестаньте отвлекать своих товарищей! — А чего сразу Снейп-то? — фыркнул Гарри. — Нас тут вообще-то трое. — Значит снижу баллы всем троим! — Мы больше не будем, мадам Хуч, просим прощения, — ответила за мальчиков Гермиона. — Первое и последнее предупреждение, дети! — Хорошо! — хором ответили Драко и Гарри. — И всё же метлы — дерьмо, — пожал плечами Снейп. — Я пожалуюсь отцу, — кивнул Малфой. Ну, а дальше было всё как по маслу… Немного резкие Гарри и Драко, уже имеющие опыт в полётах на метле, всё-таки выбили своим факультетам по десять баллов. Они старались не переборщить со скоростью и не сорваться на игры, что выходило сложно. Поэтому зевая от скуки и разочарованные, они шагали в Большой зал на обед. Настроение мальчикам пыталась поднять Гермиона своей найденной в книгах информацией и даже рассказала им какой-то секрет, который они не слушали. Право, что Снейп, что Малфой, отличные вместители девчачьих тайн. Им всё можно доверять — они просто не слушают или забывают. Все вокруг радовались жизни, особенно первокурсники. Дети, хоть и не впервые, но полностью окунулись в волшебный мир. Их учат обращаться с палочками и варить загадочные зелья. И тем не менее на их фоне выделялись лишь трое скучающих мальчишек. Естественно Гарольд Снейп — и Северусу было известно почему. Несомненно Драко Малфой — он тоже родился среди волшебства. И… Невилл Лонгботтом? Возможно, он тоже рано взял в руки палочку. А кислые мины остальных видеть было уже привычно. Например третьекурсников с Гриффиндора — Северус только что их отпустил… После обеда Драко и Гарри вновь объеденились. За ними плелась Гермиона, уткнувшись в свою книгу. Мальчики изредка оборачивались и смеялись, если вдруг она отстала от них. А затем Гарри её схватил за левый локоть, Драко за правый и они уже смеялись втроём, шагая таким образом в подземелья. На лестнице мальчики вместе её приподняли, а Гермиона ничего не могла сделать, ведь держала в руках книгу. — Ну вот, а нечего было читать на ходу! — на её претензии необычного спуска, отвечал ей Гарольд. — Да и как мы можем не помочь спустится такой милой девочке? — пожал плечами Драко. — Ну вас! — краснея отвернулась Герми. До кабинета, слава Мерлину, дошли без приключений, но сели за парту втроём. Когда собрался весь класс, распахнулась дверь — вошёл профессор Снейп. Ученики ахнули от неожиданности и резких бесшумных шагов. Зельевар оказался чем-то недоволен и Гарольд быстро считал в поведении отца гнев. — Вы пришли сюда для того, чтобы изучать зельеварение: тонкую науку и точное искусство, — начал он чуть ли шёпотом, но все прекрасно ловили каждое слово. — Глупые помахивания палочкой имеют мало общего с моим предметом, поэтому многие из вас вряд ли поймут, в чем его магия. — Это уж точно… — шептал Гарри одними губами. — Я не жду, что вы в полной мере сможете осознать красоту медленно бурлящего котла и мерцающего над ним пара, скрытую силу жидкостей, что, проникая в человеческие вены, порабощают разум и дурманят чувства… Я могу научить вас, как разлить по бутылкам славу, как сварить триумф, как закупорить смерть, — при условии, что ваш класс — не сборище болванов, которых мне обычно приходится учить. Гарольд слушал не перебивая. Красивая речь, которую произнёс отец вызвала у него лёгкую улыбку, за которой скрывалось искреннее восхищение. Драко тоже слушал, иногда бегая глазами по кабинету. Гермиону, что сидела между ними, поразили последние слова и теперь она всеми силами хотела доказать, что она к болванам никакого отношения не имеет. А ещё все, кто помнил фамилию Гарри ожидали чего-то необычного. Дождались. — Мистер Снейп, вы считаете, что знаете мой предмет слишком хорошо и вам не стоит слушать урок? — одернул Северус непоседливого мальчишку, который что-то шептал на ухо Грейнджер. — Ну… Я листал учебник накануне, — кивнул Гарри. — Всё это я прошёл дома. — Неужели? Скажите, мне, мистер Снейп, если я попрошу вас принести мне безоар, где вы будете его искать? — На Косой аллее, в крайнем случае в Лютном — в желудках у коз я лазить не буду. Он слишком редкий. Сжимая губы, чтобы не фыркнуть, Северусу пришлось согласиться. Ответ-то правильный, хоть поставлен нестандартно. Тогда он решил спросить то, о чём Гарольд не мог догадаться: Сев ему такую информацию не рассказывал, а сам Гарри зельями в принципе не особо интересовался. — Что я получу, если смешаю измельченный корень асфодели и настойку полыни? — Ну… Хм… — мальчик задумался. Когда Снейп решил, что сын уже не ответит и хотел было перейти уже к основной теме, как он выдал: — В какое точно зелье эти два ингредиента входят я не знаю, а если смешать их просто так толком ничего не выйдет, но если взять спирт, который получается из корня асфодели и смешать с настойкой полыни, то выйдет такое наркотическое вещество, которое снесёт голову любому. А если его ещё и в пар превратить… Северус прикинул в голове свойства двух названных ингредиентов и понял, что действительно так. Настоящий спирт действительно можно выжать из корня асфодели и в каких-то южных странах этим и занимаются, а вместе с обезболивающим спирт получит свойства не только опьяняющие, но и дурманящие. Ну, а если в пар обратить, например при помощи кальяна, или просто варить, то можно от одного этого пара с ума сходить. Так что… В целом, ответ достоин оценки. — Считайте, что суть действия амортенции вы уже поняли, — ответил профессор зельеварения, слегка улыбнувшись. Кто-то улыбнулся, кто-то усмехнулся от взора этой сцены, но никто из этих детей не догадается, что под принятием поражения скрывалось нечто большее — гордость отца. И хоть Северусу уже было известно о выходках Гарри на предыдущих уроках, он никогда не скажет ничего сыну, ведь сам этому его учил. Пусть он доводит учителей до сердечного приступа — это их проблемы. В конце концов они в Хогвартсе, в котором все дети ходят одни, так что пусть закроют свои рты. А Северус… А Северус будет молча наслаждаться своим счастьем, своей обезоруживающей улыбкой доводя их до полного сумасшествия. По правилам они не должны ему жаловаться или приглашать на воспитательные беседы, нет, всё это должен решать директор и его педагогический состав, а то, что туда входит родитель самого ребенка, так это абсолютная случайность, ктому же не он этому ребёнку декан. Когда профессор в черном пиджаке отвернулся, Драко показал Гарри большой палец поднятый вверх. — Бесподобно, Снейп, — губами шептал он. — Спасибо, Малфой, — улыбнулся мальчик. Урок пролетел удивительно быстро, но теперь Гарри не зевал от скуки. Чтобы мальчишка не мешался и не вводил себя в думы, которые могли обернуться проблематично, Северус дал ему другой учебник и велел читать его, чтобы затем, в конце урока, пересказать. Гарольд немного затравленно посмотрел на отца, мысленно спрашивая: «Ты издеваешься?», но тот лишь отвёл взгляд. Возможно, Гарри показалось, что отец скрыл усмешку, но мы этого не узнаем, ведь в следующий миг его поразило маняще интересное содержание учебника. — «Ты чего, пап… С дуба рухнул? Я ж его полностью прочту!» — взглядом пытался высказать свои мысли Гарольд. — «Видимо, да, иначе бы ты не давал мне «Сказочные яды и противоядия». С горем пополам, Гарри в конце урока пересказал, всё, что успел прочесть, получил заслуженные десять баллов и услышал просьбу зайти сразу после уроков к нему. Мальчик кивнул и направился собирать свои вещи. Минуты неисправимо тикали только вперёд и вот уже парочка, и конец урока, а домашнее задание у него персональное, как, собственно и зелье, которое ему придётся варить на следующем уроке. Покидал Гарри кабинет в приподнятом настроении, чувствуя, что ему действительно уделили внимание, хотя иначе быть не могло, ведь отец точно знает, чему научил сына, а чему нет.

***

Если история магии в принципе как урок довольно-таки не очень, то с учителем призраком он становится ещё скучнее, а под монотонный голос можно быстро уснуть. Гарольд поклялся записать его лекции на диктофон, чтобы в будущем, если вдруг у него будет бессонница он включил одну и спал под неё как убитый. А можно вообще продавать их как снотворное! Защита от темных искусств тоже не порадовала. Мало того, что это была всего лишь вводная лекция, так ещё и учитель заика, про которого Гарри и Драко сочинили немало приколов, пока тот их не слышал. В общем первый учебный день прошёл достаточно интересно, ведь за эти семь часов Гарольд успел докопаться сразу до пяти учителей из шести. Шестой, который историк, не вёлся на провокации. Очень жаль. Завтра же отменяется история и полёты, на их месте будет сдвоенная травология. Пока Малфой против воли полз по коридорам на маггловедение, Гарольд и Гермиона разминулись на одном из лестничных пролетов. Девочка направилась в библиотеку за дополнительными материалами, да и делать уроки в тишине было гораздо легче, а мальчишка побежал в подземелья, перепрыгивая ступени.

***

Профессора Гарри застал за «работой» в его личном кабинете. Очень явно уставший он отправил конспекты волшебному перу. За письменным столом у него сидел какой-то парень и проверял тесты. Сам Северус тем временем стоял напротив камина со стаканом красного цвета жидкости в бокале. Тишина, только треск дров в камине и скребётся перо о бумагу. Достаточно уютная атмосфера, если не считать присутствие неизвестного. — Добрый вечер… — произнёс мальчик, медленно ступая на мягкий ковёр. — Здравствуй, сынок, — улыбнулся Северус. Стутент за столом лишь подмигнул Гарольду глазом через который проходил длинный шрам. Мальчик ответил немым приветствием. Мальчик сразу подошёл к отцу и, косясь на пишущего парня, обнял. — Я соскучился, — шёпотом сказал Гарри. — Я тоже, — усмехнулся Северус. — Кстати, познакомьтесь: Гарольд, это Генри Лэмбтон. Он будет вести у тебя зельеварение на третьем курсе. — Рад познакомиться, лично, — улыбнулся Генри и, поднявшись с места, подошёл к отцу и сыну. — Здравствуйте.. мистер Лэмбтон, — несмело ответил Гарольд. — Судя по тому, что я знаю о вас, мы ещё сумеем подружиться. — Обязательно, — кивнул Северус. — Думаю, вам стоит вернуться к работе, мистер Лэмбтон, не будем вам мешать. — По завершению вас предупредить? — Нет, можешь сразу идти домой. После этих слов Сев повёл сына в другую комнату. Гарри быстро узнал просторную гостиную, входящую в апартаменты отца. Мальчик живо направился к дивану, бросая свою сумку около стола. Он лёг и бесцеремонно растянулся во весь рост, позволив мышцам расслабиться. — Можно я тут у тебя посплю, а? — спросил Гарольд. — Тихо, никто не шепчется, не храпит, одеяла поджечь не пытается. И ты рядом… Благодать. И никаких открытых нараспашку окон! — Может быть, — пожал плечами Северус и сел на тот же диван, укутывая сына в объятиях. — Как ты думаешь, если я тебя укачаю спать, ты завтра будешь вести себя так же или хоть немного успокоишься? — Как? Ты узнал о замечаниях, да? — расстроился Гарольд. — М-м… Я не хотел, правда, пап, прости, но и ты пойми, уроки такие… Тупые. — Такая школьная программа, я ничего поделать не могу. До Хогвартса у многих ребят нет возможности учиться магии. Это тебя мы с твоей мамой учили чуть ли не с пелёнок, а так.. даже Драко начал учиться основам в шесть и то ему нанимали учителей, которых он не слушался. — Но я хочу учиться, а не деградировать! — И откуда ты только таких слов понабрался… — Папа, мы живём в годах, в которых открываются компьютерные клубы, так что неудивительно, что я начал познавать интернет. — О, Мерлин, о чём ты? Мы же волшебники! — Ой, кто бы говорил… Думаешь я не в курсе о телевизоре, колонках, компьютере, которые ты в свой кабинет в меноре притащил, м? И это только второй день переезда, а там ещё коробки стояли. — М-да, ты та ещё зараза… — Да-да, знаю. — А как Генри сюда попал? Видно, что он не из Англии. — Так и есть… Он из России. Учился в Колдовстворце, как у него говорится, потомственный ведьмак.. он приехал в Лондон, учится в педагогическом у магглов, а там его Дамблдор подобрал и мне подсунул. — Пф, ну Дамблдор. самый настоящий цыган. Весь такой из себя наряженный, со своими артефактами блестящими, звенящими по Лондону катается на метро и такой «о, волшебник» и забрал в Хогвартс. — Очень вероятно, — посмеялся Северус. — Никто не знает правды, так что… — Да я отвечаю, так оно и есть! — Ну, отрицать существование такой версии я не стану. Пусть будет. — Значит, Генри будет учителем и деканом Слизерина? — Да. Учителем зельеварения, как ты понимаешь. — Он что… Будет работать.. вместо тебя? — Разумеется. — А ты куда.? Не уж то ЗоТИ?! — Нет… Повыше. — Ты будешь директором! — воскликнул мальчик. — Ну, я не планировал, конечно, но… Да. Профессор Дамблдор скоро уходит с должности, он уже стар и собирается в спокойствии провести свои последние годы. Скажу по-секрету: он хочет провести оставшиеся несколько лет со своим любимым мальчиком, который стал ему сыном. Ты догадываешься? — Он будет жить с дядей Томом? А дядя Сири случаем не обидится? — Нет, жить с ними он вряд ли будет, хотя кто их знает-то… Все трое болеют за одну команду, что голубее неба… — Вот это да… — Гарри. Я тебя вообще-то сюда зачем позвал? Мы с тобой домой идём сегодня или нет? Наша мама в срочном порядке хочет отметить твоё поступление, чтобы потом ты ей мозги поменьше выносил. — Конечно идём! Северус поднялся с дивана, направляясь к камину. Гарри соскочил за ним, но ударился рукой о край стола и тут же больно заскулил. — Ш-ш! Неуклюжий! — Я случайно! — Принц-менор! — и Северус скрылся в зелёном пламени камина. Следом сиганул Гарольд, произнеся то же самое и посасывая ушибленную ладонь. Дом встретил Гарольда белым отблеском люстр на стенах. Он помнил, уезжая в Хогвартс, что мама намеревалась сменить все люстры, потому как они были предназначены для свеч, а она хотела провести сюда электричество. Все были только за, считая, что так будет во много раз всем удобнее. Ни один из Снейпов не мог больше жить без того, чтобы не играть в приставку по вечерам или не зависать в интернете. Видимо, она не теряла времени зря, потому что в нишах потолка ярко слепили белые длинные лампы, да так, что с первого раза их и не заметишь, а свет напоминал солнечный. Выключатели и розетки говорили о многом. Выходя из комнаты вслед за папой, Гарольд осматривал свой новый дом с большими коридорами и множеством дверей, который с каждым днём становился всё лучше и лучше. И мальчик был безумно этому рад, ведь теперь ему не придётся делить комнату с Бертом, который каждую ночь просыпается и ноет от каких-то кошмаров. То ему какой-то дядя снится, то змеи, то ещё какая-нибудь дребедень по типу живого дерева, в которое врезается голубой форд. И всякий раз ему приходилось выслушивать всё это утром! Какая благодать — теперь этого не будет! Гарри лишь надеялся, что ему можно сегодня переночевать дома, а утром вернуться в Хогвартс. — Гарри! Ты вернулся! — чуть не снёс мальчика с ног вихрь. Две девочки с двух сторон — это Элизабет и Кэтрин! — А Хогвалтс это плавда замок?! — Ха-ха-ха! Привет, сестрёнки! — смеялся Гарри. — И, да, Хогвартс это правда большой и сказочный замок! Прям как в твоих мультиках, Лиззи! С трудом, но Гарольд добрался до гостиной, где его ждали родители и Берт. Поздоровавшись с мамой, он забрал с собой младшего брата и спрятался с ним в библиотеке — отец строго наказал сделать уроки, иначе он не будет забирать его домой. Все нужные книги уже стояли там, так что сложностей с этим не возникло. Взяв себе пергамент и перо, Гарольд и Альберт уединились за письменным столом. Берт бездумно рисовал какие-то извилины в обычной тетради, а Гарри приступил к урокам. С ними он покончил достаточно быстро, потому что знал всё наизусть, хотя с зельеварением пришлось подумать, но тоже сложно не было. Когда спустя примерно час Гарри начал складывать свитки и остальное в сторону, Берт аккуратно спросил — Там интересно, Гарри? — тихо шептал маленький рыжик. — Честно? Нет, — Гарольд сел обратно за стол. — Помнишь, папа учил тебя превращать один предмет в другой? — Да. Я превращал своего солдатика в танк. — Вот… Примерно этим мы и занимались на уроке трансфигурации. — Превращали? Но ты ведь уже умеешь. — Я, но не другие. Другие дети приезжают туда… — Тупыми? — Нет. Скорее, они просто не знают о волшебстве. А те кто знает, им нельзя. — Но почему тогда мы с тобой учимся дома и ничего. — Ну, потому что мы дома. Там как-то ещё Министерство замешано, статут, безопасность и всё такое, я точно не знаю. Это лучше у родителей спросить. За дверью послышался тихий стук каблуков о мраморный пол — мама идёт. — Мальчики? — Лили осторожно приоткрыла дверь. — Вы ужинать собираетесь? — Да, мама, уже идём! — быстро ответил Гарри. Дверь за мамой закрылась — она ушла. — Короче, скучно, — сказал Гарольд перед тем, как они оба вышли из библиотеки. Спускаясь по лестнице, мальчишки невольно прижались к перилам, пропуская разноцветный ураган со звонким девичьим смехом. Кэти и Элиза, громко смеясь и пуская в воздух какие-то радужные блёстки, бежали вниз, где их сразу же поймала мама. Гарри и Берт спокойно спустились и прошли в столовую, где молча заняли свои места. Парни вообще всегда были тихими и спокойными. Альберт в принципе по характеру на отца похож, а Гарольд просто старался не получить подзатыльник и соблюдал приличия. Ужин прошёл на удивление тихо, хотя девчонки и пытались сломать тишину, но мама забрала у них «блестящие пистолеты», которые и разбрасывались блёстками во все стороны. Разговоры начались уже позже, когда эльфы подали десерт, который готовила Лили. — Что расскажешь нам, Гарри? — спросила мать, отпив чай из белой фарфоровой чашки. — А… Даже не знаю… — мальчик коснулся рукой своего носа, как всегда, когда был в чём-то неуверен. — С чего начать? — С кем-то познакомился? — направила заботливо мама. — О, да! — улыбнулся Гарольд. — Познакомился с одной девочкой, Гермионой Грейнджер. Умная зубрила, но с ней интереснее, чем с некоторыми детьми. С Драко встретился, но мы на разных факультетах, поэтому только на уроках и видимся. С Невиллом познакомился, тоже ничего парень, но моментами тормозит, хотя мозги имеются. — Мгм, а сам-то газу даёшь? — прокомментировал Северус. — Нет — забываю жать сцепление! Подумаешь уснул пару раз, ну… — Как учёба? Что-то новое узнал? — продолжила распроссы Лили. — Ой, нет. Ничего интересного, чего бы я не знал, чего бы не учил. Профессор ЗОТИ вообще такой… Я понимаю, субординация и всё такое, но над ним смеяться только. Он заикается и постоянно забывает о чём только что говорил. А историк вообще так нудно рассказывал, что я уснул, но Драко быстро заметил и разбудил. Ну, зато зельеварение вышло лучше всех. Папа книжку интересную вручил и индивидуальное задание на следующий урок. Так что, я буду варить «напиток живой смерти». — О, помню я готовила его в школьные годы. — И только попробуй сварить его не так, как указано в рецепте, — пригрозил Северус сыну. — Это заказ, если оно получится достаточно качественным, то я отправлю его заказчику. — О…! Я буду тщательно готовиться, но… Можно я попрактикуюсь? Всё таки я его никогда не варил, только самые лёгкие, а это посложнее будет, наверное. — Ну, попробуй. Моя лаборатория в твоём распоряжении, я думаю мама не против за тобой присмотреть часок? — Присмотрю, Сев, не беспокойся, — улыбнулась Лили. — Спасибо, пап, — мгновенно засиял Гарольд, но тут же нахмурился. — А «живая смерть» разве относится к ядам? Она же только усыпляет на несколько минут. — Это безвредный яд, действующий около пятнадцати минут, зависимо от концентрации и количества, — терпеливо ответил Северус. — Обычно его проходят на шестом курсе, на уроках продвинутого зельеварения. А почему это яд, ты узнаешь если внимательно прочитаешь учебник. — В «Яды и противоядия» этого нет! — Зато есть в учебнике за шестой курс. Гарри замолк и задумчиво доел своё пирожное. Затем, выпив сок, направился в библиотеку, где оставил свои записи и учебники. Тетрадь по зельеварению и черновик вложенный в неё же надо было перенести в лабораторию, а заодно и осмотреться, какие ингредиенты и где лежат. Лаборатория отца встретила парня лёгким запахом трав, въевшейся в стены пылью и свежестью. На полках из чёрного дерева недавно покрытых краской и свежим лаком, банки, скляночки переливались бликами в мягком, белом свете новых ламп. Мешочки, коробочки, книги, тетради, свитки, котлы, инструменты — так интересно, что можно потеряться. А главное, всё так красиво лежит, совсем нетронуто, что хочется потрогать, посмотреть, узнать. Гарольд прошёлся вдоль полок, сводящих благородные стены под потолком, обводя всё горящим жаждой знаний взглядом. Посреди всего этого стоял стол, такой как в их прошлом доме на кухне, но этот был из исключительно дорогого и непременно качественного дерева, которого должно было хватить на многие века. А сколько там шкафчиков! И выдвижные ящички с инструментами, кое-где ингредиенты, а затем Гарри и вовсе нашёл холодильник! Но внутри него лежали в банке чьи-то глаза… Благо, Лили пришла вовремя, чтобы охладить пыл любопытного сыночка. — Итак, ты уже подготовился? — с теплой улыбкой спросила мама, закружившись по лаборатории словно бабочка в танце. — Хм, нет… Пока. — Что тебе будет нужно по рецептуре? Так и пошла работа… Лили заботливо помогла сыну на первых этапах, но ближе к середине оставила его самого разбираться в своих записях. Гарольд сосредоченно варил зелье, помешивал ровно так, как было указано в тетради и думал… Какая же всё-таки у него красивая мама! Гарри никогда не мог оторвать глаз от её плавных, грациозных движений. А как они быстры! Её движения — танец. Красивый, лёгкий, как она сама. Но работа не давала ему достаточно насладиться зрелищем, да он и не нуждался. Понаблюдать за матерью ещё станется, а вот «живая смерть»… Спустя время его вынужденных мучений зелье было готовым и Гарольд трепетно переместил его в подготовленный маленький сосуд. Как раз в это время бесшумно вошёл в лабораторию Северус. — Наконец-то! — восхитилась Лили с видом мечтательной девушки, нежно обвивая правое предплечье мужа. — Наш сын показывает неплохие результаты! — Я бы не назвал это хотя бы нормальным зельем, — скептически рассмотрел флакончик Сев. — Но зельем. Результат получше, чем у некоторых учеников шестого курса, твёрдое «Удовлетворительно». Остаётся надеяться, что на уроке получится лучше, — и обратился к жене: — Любовь моя, ты записывала все недочёты? — Конечно, дорогой! — и она рукой разукрашенный ровным почерком лист пергамента. — Всё здесь. И замечания, и упущения, всё то, что знаю я. — А знаешь немало, — сказал он, будто механически целуя руку любимой. — Гарольд! Замечания изучить, на уроке не допустить. Всё ясно? — Да, пап! — За собой прибрать. Надеюсь, сам ты здесь справишься, а после марш к себе на боковую.