Honor thy Father (Почитай отца своего)

Когда Эмма сидела, свернувшись калачиком, в приемной больницы, она знала, что винить в этом нужно только себя и только на себя можно положиться, возвращая все сердца обратно. Она не собиралась просить Джефферсона о помощи, не рискуя нарвать его на неприятности. Не плачь. "Эмма?" Она подняла глаза на голос отца, и слезы все равно навернулись. Румпельштильцхен тут же изменился в лице, как это всегда бывало, когда Эмма была расстроена. - Папа, я облажалась, - прошептала она так, чтобы никто другой не мог услышать. Любой присутствующий, вероятно, сказал бы, что она плакала, потому что именно она нашла Грэма: - Я думала, что, поскольку она контролировала сердца, которыми владела, я могла бы забрать этот контроль у нее и спасти всех, и я упустила одно, потому что оно было у нее, и теперь Грэм чуть не умер из-за меня. Он положил руку ей на запястье: - Она что-нибудь тебе сделала? Эмма покачала головой: - Нет, папа. Она ничего не сделала. Румпельштильцхен выдохнул с облегчением, и, казалось, немного лучше собрался с мыслями. Он провел рукой по волосам и посмотрел на нее: - Ты украла сердца. -Ну, не так, как она делает, но да, - Эмма сглотнула, готовая к лекции о безрассудстве, - я сделала это. Румпельштильцхен посмотрел вперед: - Ты должна была сказать мне. -Если бы я тебе сказала, ты бы никогда не позволил мне это сделать. Его молчание было подтверждением того, что он бы этого не сделал, и Эмма поняла, что, возможно, ей следует обсудить с ним свои идеи, прежде чем действовать в соответствии с ними. -То, что ты сделала, было очень глупо, - сказал он ей, - И это было безрассудно. Ты могла пострадать, и что-то могло случиться с Джефферсоном или Грейс, потому что я знаю, что это втянуло его в твой план. Но ты должна знать, что я тоже считаю тебя смелой. Ты решилась на это, хотя знала, на что способна Реджина. И то, что ты спасла всех, — это настоящий подвиг. Я очень горжусь тобой. Эмма напряглась, он несколько раз говорил ей, что любит ее, но за исключением ее оценок или обучения, или того дня, когда она защитила Грейс…он почти никогда не говорил, что гордится. - Однако я потерпела неудачу. - И это очень прискорбно, - сказал он, и она услышала, что он расстроен за нее, - Но, в конце концов, тебе придется усвоить, Эмма то что, хотя добро всегда, в конце концов, побеждает зло ... тебе придется проиграть несколько битв. Это была большая битва, которую можно было проиграть, и я знаю, как больно, что ты не спасла всех, но разве недостаточно знать, что однажды ты это сделаешь? - А что бы ты сделал? - Спросила Эмма и посмотрела на него. Она наблюдала, как застыло его лицо и напрягся каждый мускул: - Это не имеет значения, Эмма. Эмма знала ответ: - Ты бы позволил Грэму умереть? - Да, я бы пожертвовал одним, чтобы спасти многих. Эмма нахмурила брови, прокручивая это в уме. Она часто пыталась понять образ мыслей своего отца, но ей часто это не удавалось. Она знала, что он был очень старым и на самом деле не был ... хорошим. В их понимании этого термина, он не был хорошим человеком. Однако она никогда не могла понять, как работает его мозг. И это обычно пугало ее так же сильно, как и завораживало. Она подтянула колени к груди: - Ты думаешь, это не правильно, что я хочу пощадить Грэма, жертвуя всеми остальными? Сначала он не ответил на вопрос, и молчание затянулось на несколько минут: - Я думаю ... что тебе суждено стать героем. И пытаться спасти всех - это то, что сделал бы герой. Это не то, что я бы сделал, но я не претендую на то, что ты хоть отдаленно близка к тому, кем ты станешь, а ты готовишься стать сейчас. Какое бы решение ты ни приняла, я поддержу тебя. По лицу Эммы скатилась слеза, и отец поцеловал ее в щеку. Эмма слегка улыбнулась: - Открыто поддерживаешь меня? Это впервые. Он обхватил ее лицо рукой и вытер еще одну слезу. Теплый взгляд, которым он одарил ее, заставил ее забыть ... всего на секунду о своем затруднительном положении. - У меня есть кое-какие дела, - сказал он ей, - Хочешь, я отвезу тебя туда, где ты спрятала эти вещи? Но пожалуйста, скажи мне, что ты не прятала их в подвале Джефферсона. - Нет, мы спрятали их в лесу. - Хорошее укрытие, - отметил он, - где? Эмма выдавила озорную улыбку: - Как будто я рассказала бы тебе о Джефферсоне и моем тайном месте встреч. Его улыбка исчезла: - Это не смешно. - По-моему, у меня истерика. - Я не хочу, чтобы он был моим потенциальным зятем, Эмма. - Почему? - поддразнила она, несмотря на неподходящее время, - Потому что он слишком много знает? - Эмма. Они оба подняли головы, когда услышали голос Уэйла с другого конца комнаты. Эмма поджала под себя ноги и встала: - Да? - Он спрашивает о тебе. Эмма почувствовала облегчение, и, по крайней мере, одно бремя было снято с ее плеч: - С ним все в порядке? - С ним все будет в порядке, повезло, что ты была там. Хотя, возможно, тебе стоит перестать кормить его так часто едой из бабушкиной закусочной; Я думаю, именно это придает ему мужества .... Эмма прошла мимо Грэма и вошла в комнату. Увидев его, она остановилась как вкопанная. Он выглядел таким бледным, не таким бледным, как Арчи, но еще более болезненным. Его глаза запали, и он выглядел изможденным. Его рот был слегка приоткрыт, как у мертвеца. Эмма поняла, что это была ее вина, и почувствовала себя ужасно. Она никогда раньше не видела больного человека. Ну, она видела много больных людей, это было неправдой. Но ... у них были боли, и они заболели простудой и пневмонией ... или с ними происходили несчастные случаи, которые можно было легко исправить ... не такие. Не до того, что они чуть не погибли. И это было из-за нее. Грэм открыл глаза и выдавил из себя улыбку: - Привет. Она засунула руки в карманы и подошла к нему: - Интересный способ провести отпуск. -Ну, когда твоя зарплата ничтожна, а ты живешь в штате Мэн, ты начинаешь отчаянно пытаться сделать что угодно, лишь бы получить несколько выходных. Улыбка Эммы дрогнула, когда она увидела, каким разбитым он выглядел, и слезы снова потекли по ее лицу: - Мне жаль. -Они говорят мне, что я мог бы умереть, если бы тебя не было рядом, - сказал он с улыбкой. - говорят, что ты спасла мне жизнь. Тебе не нужно ни о чем просить прощения. Эмма опустила свой взгляд и ей стало стыдно, что она не подумала о том, чтобы послушать своего отца и позволить Грэму умереть. Нет, только не после всего, что он для нее сделал. Жизни, которые не принадлежали ей, могут быть расходным материалом для ее отца, но они не были расходным материалом для нее. - Как бы ты отнеслась к работе на станции? Эмма резко посмотрела на это, и когда она поняла, что будет больше общаться с Реджиной, она покачала головой: - Я не знаю.… не думаю, что это хорошая идея. -Эмма, кто-то всегда должен быть на станции. И мне не помешала бы помощь в управлении делами. Тебе будут платить, а когда ты станешь достаточно взрослой, и закончишь школу, ты сможешь стать помощником шерифа. Эмма посмотрела на дверь, ей действительно не следовало там быть. - ... и есть еще стоматолог, - продолжил он, как будто это было чем-то, что могло зацепить ее. - Эмма, - ее окликнул Уэйл, - Ему нужен отдых. Эмма сглотнула: - Я не думаю, что это нужно мне. - Почему бы тебе не подумать об этом?- он сказал: - Это был тяжелый день. Думать было не о чем, но она поддакивала ему, потому что он сегодня чуть не умер: - Я подумаю. Я подумаю, я подумаю об этом. Да, потому что Реджина ТОЧНО позволила бы этому случиться. ****** Перед выпиской из больницы Эмма, как это всегда было у нее в привычке, нанесла визит своему биологическому отцу. Она не села поговорить с ним, как делала это иногда. Единственный способ, которым она могла по-настоящему "узнать" его, - это сделать это. Ее отец вроде как немного рассказывал ей о нем, но знал он не так уж много. Джефферсон его даже не знал, так что вряд ли от него можно было ожидать помощи. Но сегодня она не зашла в комнату; она просто стояла, глядя в окна: - Привет, Прекрасный. Она не называла его "папой". Она никогда этого не делала. По ее мнению, даже если он не был биологическим то Чарминг ни в чем не был виноват ... Румпельштильцхен был ее отцом. ж Там Реджина и нашла ее: - Мисс Свон, я не вижу вас с лопатой или ключом в руке; должна ли я предположить, что вы отказываетесь от нашей сделки? Эмма стиснула зубы, ее темпераментной стороне ничего так не хотелось, как схватить Реджину и затолкать ее в стеклянное окно, которое было почти похоже на стеклянный гроб, в котором когда-то давным-давно была похоронена ее мать. Однако она не считала это особо героическим: - Нет. - Я так и думала, - высокомерно сказала Реджина. - Ты приняла мудрое решение. - Это не закончится, - пригрозила Эмма. - Ради Грэма я надеюсь, что это так, - сказала Реджина и вместе с ней посмотрела на её биологического отца. Ухмылка Реджины превратилась в хмурый взгляд, по мере того как тянулись секунды: - Ему не суждено было пережить проклятие. Эмма почувствовала, как у нее кровь застыла в жилах. Она не могла отреагировать, иначе либо Грэм умрет, либо ее биологический отец, и она не могла смотреть, как это происходит. Реджина проверила свои ногти: - Он лежал на полу, истекая кровью. Это было идеальное решение.…Белоснежка никогда не могла быть ПО-НАСТОЯЩЕМУ счастлива со своей настоящей любовью, за смерть которой она так упорно боролась. И это было бы немного поэтической справедливостью, насколько я понимаю, но я отвлеклась. Она уже потеряла твое детство, и теперь у нее не было бы его с собой, если бы проклятие было снято. Кстати, я бы не узнала, что тебе суждено снять проклятие, если бы Румпельштильцхен ничего не сказал мне, когда был в тюремной камере, так что ты должен поблагодарить его за это. Кстати, проклятие тоже создал он. Реджина лгала, она наложила проклятие. Эмма знала это, ее отец и Джефферсон сказали ей. Реджина была известна как лгунья. Это был не первый раз, когда она пыталась запудрить мозги Эмме. - В любом случае, - сказала Реджина, - у меня тоже был приятный маленький счастливый конец для твоих приемных отца и матери. И я ЗНАЮ, тебе бы это понравилось, учитывая, что у тебя никогда не было своих ... - Один что?- Спросила Эмма. - Чарминг должен был умереть, я собиралась поженить твою мать и твоего приемного отца в этом мире. Разве это не интересная мысль? Эти двое были в объятиях друг друга 28 лет, в то время как твой биологический отец был мертв, как и его настоящая любовь? Каким-то образом твой отец поменял концовку, я полагаю, что это был позор, потому что теперь меня не развлекают последствия. Эмма почувствовала, как её захлестнули эмоции. Мысль о том, что люди, которых она считала своими родителями, могут вести себя так… Это было невыносимо. Они были другими людьми, которые не любили друг друга. Муж её матери был при смерти, а Румпельштильцхен потерял свою настоящую любовь. Это было ужасно. Как и многие люди, они могли проснуться однажды и понять, что человек, с которым они связаны узами брака или родства, вовсе не был тем, кого они любили… - Теперь, когда я думаю об этом, конечно, было бы еще восхитительнее, если бы Прекрасный был жив, мне удалось бы свести твоих приемных отца и мать вместе, но, я полагаю, этому не суждено было случиться. О, Эмма так сильно ее ненавидела. Реджина искала гнев в глазах, но Джефферсон научил ее оставаться бесстрастной. Это было странно, потому что он был одним из самых эмоциональных мужчин, которых она знала, и, очевидно, он хорошо ее обучил. Реджина разочарованно вздохнула: - Я ожидаю, что все будет на своих местах, когда я приеду после заседания совета, мисс Голд, - сказала Реджина, - Что, вероятно, означает, что вам следует начать расставлять их по местам прямо сейчас. Эмма почувствовала, что самообладание покидает ее, и Реджина ухмыльнулась: - Спасибо, Эмма, сегодня ты показала мне, насколько ты слаба. Эмма подождала, пока она уйдет, прежде чем осмыслить сказанное Реджиной. Она едва добралась до ванной, где ее вырвало. ***** Эмме уже было больно, когда она схватила лопату и начала копать землю. Внутри нее нарастал стресс, и слезы снова подступили, когда она поняла, что, что бы она ни решила, она проиграла. Эмма? Эмма подпрыгнула и обернулась, услышав голос своего отца. Он все еще был в своем костюме и в том маленьком фартуке. Она вытерла слезы и улыбнулась: - Что ты здесь делаешь? - Шел за тобой, - он тоже держал лопату. - Давай покончим с этим, хорошо? Эмма кивнула и снова воткнула лопату в землю: - Папа? - Хм? Она хотела спросить его, права ли Реджина. Если бы он наложил проклятие и начал все это. Если бы он знал, что все это произойдет, и поощрял это. Но что-то подсказывало ей не спрашивать; иногда она забывала, что он был самым могущественным существом в зачарованном лесу. Она забыла, каким ужасным он казался в историях, которые рассказывал ей, когда она была ребенком. Если он знал, что это произойдет, и он знал, что Реджина разрушит свою семью, когда была маленькой... значит ли это, что он планировал прибрать ее к рукам, когда она родится? Он сказал, что планировал только помочь Белоснежке выжить, когда они приедут сюда, но что, если это было ложью? Что, если он с самого начала планировал, что у Белоснежки начнутся схватки и она родит заблаговременно, чтобы она принадлежала ему?Или, что еще хуже, что, если бы ее мать приехала сюда и Румпельштильцхен финансировал ее только в том случае, если бы мог заполучить Эмму? Эмма выбросила эти мысли из головы. У нее буквально не было сил думать об этом, пока она пыталась исправить свой собственный беспорядок. -Ничего, - закончила она, когда вспомнила, что он ждал, что она что-нибудь скажет. -Вы, серьезно, решили начинать без меня? Эмма подняла глаза и лучезарно улыбнулась, увидев Джефферсона с его собственной лопатой: - Что ты здесь делаешь? - Я тоже в этом виноват, - сказал он и улыбнулся ей в ответ. - Я подумал, что у нее есть запасной план, когда увидел машину скорой помощи у офиса шерифа. Я подумал, что это ты пострадала. Я чуть не набросился на Реджину, но потом увидел, что это всего лишь был Грэм. Просто Грэм. Неужели жизни мужчин так мало значили для этих двоих, пока она была в безопасности? Она вдруг перестала чувствовать себя такой счастливой, увидев кого-то из них. Джефферсон понял, что она расстроена: - Ты в порядке? Ей удалось кивнуть: - Просто устала. -Понятно, - сказал он, - у меня обычно было такое же выражение лица, когда я имел дело с Реджиной. Он радостно потрепал ее по руке, как будто ему было наплевать на весь мир, и оставил Эмму стоять там. Она опустила глаза и попыталась сосредоточиться на работе, но не смогла заставить свой разум работать со скоростью миллион миль в час. Она знала, что в какой-то степени была пешкой в игре ... но она никогда по-настоящему не задумывалась о том, насколько сильно ее отец, Джефферсон, Реджина и все остальные могли играть с ней. ****** Они все были там. Реджина улыбнулась, когда посмотрела на ящики перед собой. Она предположила, что должна была заставить их тоже возместить ущерб, каким бы незначительным он ни был. Но тогда ей пришлось бы заплатить людям, которые пришли бы сюда и все починили, и они могли бы задавать вопросы. Кроме того, ущерб был не так уж велик. Во всяком случае, это напомнило бы ей о ее победе над Эммой и попытке этого маленького сопляка одержать над ней верх. Она ухмыльнулась и вернулась к своей машине. Она открыла багажник и достала коробку, в которой находилось сердце Грэма. Эмма теперь будет хорошо себя вести. Реджина была уверена в этом. Она открыла коробку, просто чтобы убедиться ... ей никогда не следует недооценивать Румпельштильцхена, она все еще была уверена, что у нее были синяки на горле в тех местах, где Румпельштильцхен схватил ее. По мнению Реджины, это было неуместно. Не то чтобы она пыталась причинить ей боль, и если Эмма должна была бороться с ней, то все, что Реджина делала первой, было самообороной. Когда она увидела, что было в коробке, она чуть не выронила ее от шока: - Что- как? Там был только сложенный лист плотной бумаги. Она схватила его и развернула, чтобы увидеть вырезанное красное сердечко с прикрепленной запиской. Теперь мы тоже знаем, насколько ты слаба -Р Реджина выругалась, швырнула коробку и покинула мавзолей. ***** Румпельштильцхен ухмыльнулся, когда увидел бьющееся сердце в коробке: - Ты получил его. -Очевидно, - сказал Джефферсон и закрыл коробку, -Замечательно, - пробормотал он, - Она не ожидала, что из всех людей именно ты с надеждой залезешь в ее сундук. -Ты думаешь, она сумасшедшая? - Джефферсон сказал с энтузиазмом: - Тебе понравилось, что я подслушал, что сказала Реджина, и пересказал это тебе, чтобы ты мог использовать это против нее и таким образом иронизировать? -Надеюсь, она в ярости, - сказал Румпельштильцхен и взял коробку ... не снимая перчаток. Ему нравилось думать, что теперь у него есть хоть какой-то класс. Джефферсон вздрогнул и засунул руки в карманы: - Что помешает Реджине пригрозить нам другим сердцем? -Она этого не сделает, - сказал Румпельштильцхен и посмотрел на свою дочь, спящую на пассажирском сиденье. - Она знает, что у меня есть сердце, и я не буду так милосерден, как Эмма, к Грэм, если кто-то, кто мне дорог, окажется в опасности. Джефферсон кивнул: - У тебя нет желания вернуть его сердце, не так ли? -Пока на кону безопасность моей дочери и это мой единственный реальный рычаг воздействия? Нет. -И ты выполнишь свою сделку? Когда Эмма получит свою силу, ты отправишь Грейс и меня в наш родной мир без воспоминаний об этой жизни? -Конечно, дорогуша, - сказал Румпельштильцхен, по старой памяти немного гнусавя, - Просто убедись, что выполняешь свою часть сделки и не отвечаешь взаимностью на чувства Эммы к тебе до такой степени, что тебе захочется взять ее с собой. Джефферсон покачал головой: - Этого никогда бы не случилось. -Сомнительно, - практически прорычал Румпельштильцхен. - Я знаю, как ты относишься к блондинкам.