The dawn of her brown eyes

Выстрелы. Очень много выстрелов. Неужели наступил град из свинца? Неважно. Сейчас главное вывести инженеров Хизуру и Киёми Адзумабито из здания Йегеристов и стараясь не понести как их потерь, так и своих. Огонь..Взрыв произошёл в подвале и в одной из частей коридора, заполняя собой проход заточённым внутри Йегеристам. Их глаза, которые смотрят в душу Зоэ, полные агонии и ужаса.. Как глаза тех, кого ей приходилось называть семьёй.Все полные страха, желанием жить, предательства и крохотной надеждой на спасение. Но ни сородичи Ханджи, ни её бывшие товарищи не получили желаемого.Все сгорели до тла. Сколько бы Ханджи не вдалбливала себе в голову, что ей плевать на тех, кого уже нет, она не может не вспоминать выражение чистого страха на лицах погибших членов семьи. Она не чувствовала ни капли сожаления к ним, но этот взгляд.. Взгляд подонков, которые даже не смотря на свои мерзкие деяния ещё не оставляли надежды на то, что Ханджи спасёт их из горящей хижины. Это было так глупо с их стороны. А теперь ей приходиться видеть это же отчаяние в лицах своих бывших соратников.. Её на мгновение охватили сомнения. "— Может, если я их спасу, они согласятся работать с нами и всё будет хорошо?.." "— Может, они передумают уничтожать мир вместе с Эреном и в них проснется человечность и жалость к невинным людям?.." "— А может будет лучше, если огонь унесёт и мою жизнь в качестве платы за то, что я не щадила бывших друзей и убивала их, не сводя с них взгляда?.." Видеть то, как гибнут бывшие разведчики, которые чуть ли не стали для неё родными детьми, которых она учила и тренировала, просто невыносимо. — Ханджи, быстрее, берегитесь! - окликнул её Магат, пихая в сторону и стреляя в Йегеристов, которые наводили ствол в сторону командира. Она едва успевала реагировать, когда красная пелена сомнений и тревоги застилала ей глаза, из-за чего её действия становились машинальными, роботизированными. "— Я не вижу этой крови.." - уверяла себя она, когда пробегала мимо багровых пятен. "— Я не слышу этих криков.." - внушала она себе, когда слышала мучительный вой Йегеристов, душу которых высасывал огонь. "— Твою мать, я не хочу броситься в этот огонь прямо сейчас! Нет!" - неестественно быстро билось её сердце, когда она, Оньянкопон и Тео выводили членов Хизуру из здания, оставляя после себя только бездыханные вражеские тела, что когда-то ещё жили и смеялись. Руки крепко сжимают ружьё, голова поворачивается из стороны в сторону, дабы отследить их преследователей, и если те являлись, то они были в ту же секунду убиты или серьёзно ранены. "— Мои руки снова по локоть в крови.. В их крови.. Хочу отмыться от неё, но отмою ли я свои грехи?.." - сиреной взвывала эта мысль у неё в голове, что она не слышала почти ничего, что происходило вокруг. Глаза боятся, руки делают, убивая одного Йегериста за другим. В конечном итоге, патронов для ружья не осталось и оно стало бесполезным, его пришлось выбросить и взяться за клинки. — Ханджи, вон там четверо солдат на крыше. - громко сказал маршал, указывая в сторону крыши одного из зданий.Он не может бесконечно пользоваться своим ружьем, боеприпасы ограничены. В их троице только Зоэ владеет умением пользоваться устройством пространственного маневрирования.Оньянкопон и Тео же проводят Адзумабито и инженеров в место, которое не подвергнется нападению . Ответа со стороны командира не последовало, но она помчалась к крыше с недругами.Её глаза застекленели, но ни одна мышца на её лице не дрогнула. Только внутренний, сдерживаемый вопль разрывает её грудь. "— Простите, простите меня, мои дорогие.. Может, в другой вселенной, всё будет иначе.." - было её единственными неозвученными словами, перед тем, как она ловко и быстро перерезала сонные артерии бывших друзей.Её лицо было абсолютно спокойным. Ни слезинки, ни нервного тика. Просто ничего. Тела, словно мешки с картошкой, катились с крыш на землю, наваливаясь друг на друга. Зоэ даже взглотнуть не могла от этого зрелища.До такой степени было трудно дышать, что у неё появилось ощущение петли на шее, которая медленно, но верно стискивала её трахею и сосуды до невозможности. Она даже не понимала, что делала, до того момента, как добралась до укрытия Адзумабито, после чего услышала неприятную новость.. — Нам нужно около полудня, чтобы провести техосмотр летающей лодки и завести механизм.. - с неловким выражением лица сказал один из инженеров. Эти слова не переваривались у неё в голове. Ханджи чувствовала лишь гнев, разочарование и отчаяние одновременно, но придерживалась спокойного тона. -То есть Вы хотите, чтобы мы еще пол дня сдували с Вас пылинки, кромсая всё больше вражеских солдат, пока Вы возитесь с техникой, когда Йегеристы будут раз за разом вызывать подмогу, а гул земли уничтожать всё больше людей? Как Вы себе это представляете, когда мы и за эти десять минут уже убили большую часть Йегеристов, а на помощь уже едет новый состав солдат? - на удивление спокойным тоном спросила Зоэ. Оньянкопон и маршал же терпеть не стали. — Да Вы хоть представляете, сколько наших людей может полечь на поле боя за эти пол дня, пока Вы, поджав задницы, над летающим судном заморачиваетесь?! - громко возмущался маршал, запугивая механиков. И, как назло, разведчики услышали звук приближающегося поезда с подкреплением Йегеристов. В нём человек 50, не меньше, и что теперь делать? — Я задержу этот поезд. - только и сказала Ханджи, но её во время задержал Оньянкопон, когда прогремел громкий взрыв.Стоило им выглянуть, как сердце командира съёжилось от увиденного. Поезд, поглощённый дымом и огнём, повалился на бок. Рельсы и шпалы разлетелись в стороны. Кто уже успел заминировать железнодорожный путь? Какая сейчас разница, что там с железной дорогой, но сколько же солдат сейчас погибло за считанные секунды? Может, кто-то выжил благодаря Всевышним силам? Зоэ уже на эмоциях позабыла о том, что эти люди стали ей врагами, и чуть ли не собралась рваться им на помощь в поисках выживших, но рука Оньянкопона не дала ей сделать этого. — Госпожа Ханджи, Вы в порядке? - обеспокоенно спросил темнокожий, заметив, что она непрерывно смотрит на горящий поезд уже несколько минут и неожиданно потянулась в его сторону.Его напугало её пустое выражение лица, но её глаз метался, глядя на происходящее с чистым ужасом, и при этом она так спокойно себя ведёт. — А? Да-да, Оньянкопон, всё нормально. - небрежно ответила она. " — Нормально? Можно ли это назвать нормальным? Да я готова рвать и метать всё и всех, а он спрашивает, всё ли у меня нормально! Хотя.. он ведь не виноват, он просто беспокоится.. Сама ведь напугала всех уже небось.. " Задумалась она, всё же подаваясь назад, чтобы снова не поддаться порыву своих эмоций. Это плохо сказывается на её действиях, но она ничего не может с собой поделать. — Нам нужно отправиться в порт Ребелио, чтобы провести в нём техосмотр. Мы доберёмся на корабле, только нужно уничтожить оставшихся здесь Йегеристов. - возобновил свою речь один из инженеров, выглядывая из укрытия. Титаны уже выдохлись и покинули свои оболочки. Не все. По крайней мере, Леонхарт и Браун. Титан перевозчик старется отвлечь титана Грайса, чьё первое превращение оказалось не слишком удачным. Он не в себе и без чужой помощи не сможет выбраться из челюстного титана, поэтому маршал Магат не стал терять время и поспешил вытаскивать своего подопечного, в то время как Зоэ, Оньянкопон и члены Адзумабито отправились к кораблю, и по пути Зоэ устраняла редко нападающих выживших солдатов вражеской армии, без дрожи в руках, но с болью в груди.Браун младшая побежала проведать своего юного друга, который едва в сознании, чтобы реагировать на реальность после превращения. Он настоящий герой, который осмелился пожертвовать своими силами, чтобы спасти своих товарищей, из которых бой также выжал все силы. Жан, Микаса и Армин присоединились чуть позже, когда поквитались с несколькими Йегеристами, отняв их жизни. Конни убежал в сторону Елены и капрала, дабы предупредить их о том, что отплыв до Ребелио не ждёт. Ранее Ханджи бы и не подумала, что первым и последним её желанием будет хорошенько помыться в душе. А еще при этом снять с себя весь слой кожи и выскребать душу мочалкой, но даже после этого она не станет чище после содеянного. В её голове всё ещё звенит отдалённое эхо, в котором смешано всё. И крик, и смех, и слёзы. И самое страшное, что это принадлежит не ей, а убитым ею солдатам. В это же время ей кажется, что она поступила правильно. Защитила членов Хизуру, обеспечила безопасность своим товарищам, но ей всё ещё не даёт покоя написанное ею клеймо убийцы. Тик. " — Они просто хотели спасти Элдию от её ненавистников.." - пульсировало в её голове это утверждение. Так. " — Они просто хотели вернуть отнятую у Элдийцев свободу.. " - трещало в её сердце. Тик. " — Они отдали свои сердца службе, чтобы стать освободителями своей Родины.. " Так. И только сейчас её руки начали дрожать и цепляться за одежду, перебирая ткань между пальцев, а в животе всё неприятно скручивалось от болезненного осознания. " — Я собственными руками убила тех, кого должна была защищать, учить и служить им наставницей.. " Она чувствовала, словно её вот-вот стошнит прямо на месте, и она не стала медлить, потому и отправилась на поиски душевой, что обычно есть на каждом корабле. Хорошо, что большинство пассажиров сейчас разбежались по разным каютам, кто-куда, а некоторые всё еще сверху. Она не хочет, чтобы её увидел кто-то в таком состоянии. Снова. Она проходила около трёх минут в поисках душевой, и в конечном итоге нашла её и сразу закрылась, чтобы никто к ней не зашёл. Её трясущиеся пальцы сдирали с груди пуговицы рубашки, чтобы освободить дыхание. Окровавленный плащ улетел куда-то под скамейку. Эмблема крыльев свободы теперь больше напоминала багровые крылья изодранного коршуна, что после долгих сражений со своими жертвами давно переломал свои крылья. От ткани исходил неприятный запах железа из-за запёкшейся на ней крови. Зоэ не хотела долго возиться с рубашкой, поэтому пуговицы поотлетали в разные стороны, отрываясь от некогда белой ткани, что теперь в районе рукавов и груди покрыта алыми пятнами устрашающего и неприятного происхождения. Но даже после того, как Ханджи избавилась от своей верхней одежды, она всё равно не могла правильно дышать. Что-то перекрывало ей кислород. Она шаткой походкой добралась до раковины, принимаясь умываться холодной водой из под крана, чтобы унять жар, но и это не выходит. Пальцы находят на груди амулет, который королева Хистория когда-то вручила ей за верную службу Элдии. Может, это он так сильно мешает ей сделать желанный глоток воздуха? " — А может ты просто не достойна носить этот амулет?" -насмешливый голос в голове Ханджи ощущается ею как удар током исподтишка из-за своей правоты. " — Почему?! Я ведь так старалась, я делала всё возможное, чтобы угодить разведкорпусу и Элдии!" - мысленно оправдывала она себя, крепко сжимая в ладони тот самый амулет. " — Так сильно старалась, что больше половины твоих подчинённых сейчас гниют под землёй вместе с Эрвином? Это ты так хорошо старалась?" - настойчиво продолжал чужой голос в голове. — Нет, это совсем не так! Я ведь не хотела этого!.. - кричала она на своё отражение в зеркале, совсем забыв о том, что её может услышать кто угодно. "— А чего ты хотела? Чего ты добилась и чем ты помогла Элдии? Убила несколько десятков её жителей, подвергла опасности жизни ещё нескольких десятков своих товарищей во благо своих исследований? Наплевала на их жертвы и продолжила жить и вести научные исследования дальше?" - этот настойчивый и многоголосый поток мыслей не давал ей и вздохнуть. Она не выдержала и сорвала со своей шеи заветный амулет. — Н-но.. я же помогла Эрену раскрыть себя и суть титанов!.. - её громкий голос теперь срывался на хриплые вдохи и выдохи, сопровождаемые головокружением и слезящимся глазом. "— Так помогла, что он от безысходности решил уничтожить не только титанов, но и весь мир?" - и эта фраза окончательно добила её, из-за чего она не выдержала и ударила кулаком в зеркало. Последнее расползлось в трещинах, искажая лицо кареглазой. Этот голос прав. Всё, что она делала, это то, что она лишь возложила все свои надежды на пятнадцатилетнего подростка, который сам ведь ещё мало что понимал, давила на него своими экспериментами, лишая его сил, и ни разу не помогла найти другой выход, чтобы тот обрёл свободу, вместо этого она даже не убедила его в том, что внешний мир за стенами может быть не таким уж и ужасным. Это по её вине он разочаровался в мире и принял решение уничтожить его, вместо того, чтобы искать в нём прелести и строить своё будущее вместе с другими жителями Земли. — Дерьмо, ты так чертовски прав.. - чуть слышно шептала она, затыкая рот левой ладонью, из которого доносятся рыдания, смешанные с криком, который она так сильно сдерживает, а кровь с костяшек пальцев её правой руки, той, которой она разбила зеркало и порезалась, стекала в раковину по водостоку. Когда амулет свалился на пол с её шеи, она смогла сделать глоток воздуха, чему были рады её горящие лёгкие. Ханджи взяла влажную мочалку, которую она предварительно натёрла мылом, а потом начала сильно тереть ею свои руки. Вверх-вниз. Туда-сюда. Вверх-вниз. Туда-сюда. И так словно по замкнутому кругу. В её вгляде всё мутнело и сверкало красными искрами, пока она наблюдала за тем, как чужая засохшая на её руках кровь стекает вместе с водой и мыльной пеной. Она тёрла до такой степени, что поверхность её рук обрела ярко-красный цвет, словно пытаясь стереть с себя собсственную кожу. Ханджи уделяла внимание ногтям, вычищая их от грязи и той же крови, что получалось не всегда из-за того, как сильно дрожали её ладони. Никогда её руки не казались ей настолько уродливым и страшным орудием убийства. Покрытые шрамами, ссадинами от мочалки с довольно грубой текстурой, едва зажившими порезами и синяками.Сколько людей из-за них полегло? Сколько ещё жизней ляжет в будущем? А будет ли у неё это будущее? — Почему же люди, которые полностью посвятили себя своей Родине, должны были умереть, а я, отвернувшись от собственной страны во благо внешнего мира, всё еще дышу и чувствую ногами землю, а не разлагаюсь по частицам в братской могиле? Не честно, не честно, я не заслужила.. - бессвязно бормотала она, продолжая уже около семи минут беспощадно натирать свои руки, пытаясь избавиться от ощущения чужой крови на своей коже. Или ей теперь суждено каждый день жить с этим ощущением? Или может она просто недостаточно трёт? — Этого мало. Слишком мало. Им было больнее, чем мне, я могу и потерпеть. -сквозь зубы прошипела Зоэ, глотая свои слёзы и отбросив свои очки на край железной раковины, а затем принялась натирать свои руки с ещё большим усердием, до звука скрежета и крови из-за открывшихся порезов. — Этого недостаточно, я всё равно не могу почувствовать, насколько им было больно.. Она ткнулась лбом в разбитое зеркало, впиваясь ногтями в поверхность раковины и кусая губы, сдерживая отчаянный рёв, но вместо этого льются только безудержные слёзы, из-за которых у неё скоро появится икота. Мочалка упала на пол из-за своей ненадобности, да и какая Ханджи сейчас разница до неё? Искажённые голоса заполняли её разум, обвиняя её во всём возможном, а темные силуэты вырисовывали фигуры её бывших союзников, а особенно чётко явились Эрвин и Моблит. " — Я разочарован, Ханджи. Ради этого ли я отдал свою жизнь, чтобы наблюдать, как из-за тебя мир разрушается ещё больше, чем раньше? " - говорил ей Эрвин не своим голосом, потому что она почти забыла его за несколько лет после его кончины. Её сознание играет с ней злую шутку.. — Нет, нет, Эрвин, всё совсем не так, я пыталась.. - задыхаясь, лепелата она, пятясь назад и обнимая себя руками, вытирая лицо от слёз. — Кхм, Госпожа Зоэ, мне действительно жаль, что я пожертвовал своей жизнью ради вашей. Вы действительно достигли своего дна. Я правильно полагаю, госпожа Ханджи, что Вы даже с должностью учёной ничего не добились? - заговорил искаженный образ Бернера. — М-Моблит, нет, это не так.. Мне действительно жаль, что это всё происходит, но я не.. - она с трудом могла связать пару слов. Их грубые и холодные голоса слишком сильно заглушали её, от чего она с силой прижимала ладони к ушам, чтобы не слышать их разочарованных выговоров. — Ханджи. - пронеслось откуда-то отдалённо. Вдруг ещё кто-то сейчас явится и будет вываливать на неё свои недовольства? — Нет-нет, не надо, пожалуйста, я всё поняла, не нужно больше ничего говорить! - зажмурившись и сползая по стене до пола шептала она, отказываясь снова выслушивать очевидное мнение погибших о ней. — Ханджи. - в этот раз прозвучало мягче, но в то же время настойчиво.. Слишком спокойный голос для её тревожных мыслей. — Да что опять?! Я признаю свои ошибки, я устала слушать и видеть это снова и снова! - в пол голоса заверещала она, царапая ногтями свою кожу на руках. — Ханджи, клянусь, если ты не откроешь мне эту дверь, я снесу её к чёртовой матери. - и тут все сомнения как рукой сняло, когда она узнала этот голос. Да что на неё вообще такое нашло, что она даже не услышала ничего, что происходило в реальности?Да и как она сразу не узнала голос Аккермана? — Сейчас, сейчас.. - шептала она себе под нос, пока с тяжестью вставала на ноги и с трудом дошла до двери. Как только она открыла эту дверь, отворив замок, её встречает недовольный взгляд Аккермана. Не похоже, что он так долго пытался достучаться до неё только потому, что захотел принять ванну. В этом взгляде нет ничего обвиняющего или разочарованного, как было с Смитом и Бернером несколько минут назад.. Да даже если Леви снова принялся за своё, она сейчас никак не в состоянии спорить с ним. За всё это время, что они провели вдвоём в лесу, она осознала, что Леви тот человек, которому она может рассказать обо всех своих демонах, которые мешают ей спокойно жить, есть и спать. Она не может найти сил на то, чтобы перечить ему. И прежде, чем капрал успевает что-то спросить, Зоэ прерывает его своим тихим, робким и хриплым голосом. -Леви, помоги мне, пожалуйста.. Это подействовало на него как рычаг, по которому у него включился режим, полный заботы и внимания. Он, не медля, закрыл за ними дверь, входя в душевую, и предстоящий перед ним вид действительно напугал его. Разбитое зеркало, капли крови на полу, раковине и стенах, испорченная одежда под скамейкой. Но это волновало его не больше, чем сама Зоэ и её изнеможённый вид. Засохшая кровь на прядях волос. Красные, кровоточащие и саднящие руки. Заплаканное лицо. Опухшее веко. Искусанные, чуть ли не в мясо, губы. Это насколько сильно нужно было довести себя до такого?.. Неважно. Сейчас важно только одно - успокоить, поласкать Ханджи и привести её в порядок, а после и вовсе спать отправить. Ей слишком тяжело дался этот день, а впереди её ждёт ещё больше трудностей.. С трудом, но он привёл хнычущую и икающую Ханджи к ванне с левой стороны душевой. Чёрт, да она вся дрожит! Не смотря на то, что Аккерману самому всё ещё тяжело передвигаться, он превозмогает себя и готовит для женщины горячую, успокаивающую ванну. Этот прием водных процедур не будет похож на те, что были раньше. В этот раз он не будет насильно тащить её в ванну, ударив её, чтобы её было проще мыть в бессознательном состоянии. Леви не будет ругать и отчитывать её, как было раньше. Он не будет её упрекать за неспособность заняться гигиеной и тому подобному. Ей сейчас нужно совсем другое.. Он неоднократно видел её обнажённой, когда лично раздевал её и чуть ли не закидывал в ванну, так ещё и потом стирал её вещи после каждого "заплыва", поэтому капрал не будет чувствовать себя неловко, если увидит её голой. Он что, зелёный подросток, что даже боится взглянуть на очертания женского тела и сразу впадёт в истерику? Да и гормональный всплеск наблюдаться не должен. Он ведь уже взрослый, серьёзный мужчина. Леви не в том возрасте, чтобы гоняться за любой юбкой и пускать слюни по виду женского декольте. Когда ванна была наполнена почти до краёв, настало время шатенке раздеться и окунуться в неё. Видя, что её всё ещё трясёт после произошедшего, мужчина берёт дело в свои руки, усаживая её на скамейку и тихо попросив её вытянуть ноги вперёд, чтоб ему было удобней стянуть с её стройных ног испорченные брюки. Штаны из грубой ткани сразу отправились туда же, где лежит рубашка и плащ, которые явно уже также мечтают о принятии ванны, чтоб избавиться от грязных следов бойни. Ботинки за ними. А за ботинками отправилось и нижнее бельё Зоэ. Леви раздевает её аккуратно, словно боясь сломать её, как фарфоровую статуэтку с тонкими и хрупкими деталями. Надавишь на неё слишком сильно - и она треснет на две половины. Безвозвратно. Повязка на левом глазу тоже покинула своё место. Ханджи, конечно, не любит смотреть на себя без неё, и её можно понять. Глаз полностью отсутствует, а веки срослись, имея при себе кучу шрамов после того, как врачам одного из городских лазаретов пришлось сшивать ей веки после утраты органа. Чудо, что её правый глаз всё ещё способен видеть, хоть у неё по прежнему ужасное зрение без очков. Когда, наконец, с одеждой Ханджи было закончено, пришло время заняться самой Зоэ. Уже через десять секунд она сидела в ванне, обхватив колени ладонями и отдавшись рукам брюнета, что уселся позади неё за пределами ванны, закатав рукава. Он взял в руки ковш, чтобы им поливать голову учёной и отмыть её слипшиеся от крови локоны волос. Повезло, что в этом корабле есть средства для гигиены, такие как твёрдое и ароматное жидкое мыло. Всё же марлийские технологии более продвинуты, чем элдийские. Оно и понятно - цивилизация. Когда каштановые волосы женщины стали влажными, Леви нанёс на них небольшое количество жидкого мыла с цветочным ароматом. В Элдии это было бы роскошью для высокопоставленных джентльменов и дам, которые проживали за стеной Сина. Нежными круговыми движениями пальцев, Аккерман принялся намыливать её голову, не забывая иногда выливать на волосы женщины небольшое количество воды, для удобства. Их молчание могло бы кому-то показаться странным, но не им. В нём они находят своё утешение, наслаждаясь даже таким простым и немногословным обществом друг друга, но Леви был вынужден первым нарушить тишину, которую ранее разбавлял лишь звук всплесков воды. — Тепло? - тихо спросил он, локтем проверяя температуру воды. Мало ли она остыла. Не хватало ещё, чтобы Ханджи в ледяной воде сидела, а потом ещё и слегла больная. — Тепло.. - коротко ответила та, шмыгнув носом. Неважно где, но именно с Леви ей всегда становится тепло.Даже будь они одни в зимнем лесу, они бы согревали друг друга такой нежной, но в то же время откровенной близостью. Движения Леви были настолько лёгкими и осторожными, что Зоэ немного насторожилась. В последнее время он с ней слишком мягок и нежен. Может, он действительно о ней беспокоится и что-то к ней чувствует в другом плане? "— Да не может этого быть. Он оттолкнёт меня при первой возможности." - мысленно отмахнулась учёная, но потом задумалась глубже обычного.Он ведь не из тех, у кого с юмором всё хорошо, да и просто так бы не стал с кем-то нежиться, а потом бросить. А может у него есть другие намерения? Её мысли снова затянули её в болото из раздумий, что она даже не заметила, как капрал удалился на десять, или чуть меньше, минут, но затем не заставил себя долго ждать и вернулся, чтобы продолжить намывать Зоэ. — Ну-с, расскажешь, что тут произошло и из-за чего ты решила разнести ванную? - монотонным голосом спросил Аккерман, поливая её волосы тёплой водой из ковшика, а затем вновь растирая мылом. — А-а.. Эм-м.. Леви, знаешь, это немного сложно объяснить, я не могу.. — она пыталась отклониться от ответа, ей действительно сложно говорить об этом. — Слушай, Леви, а я могу задать тебе один вопрос? — Задавай. — беззаботно сказал он, ожидая её дальнейших слов, насторожившись. — А зачем ты всё это делаешь? - едва слышно пролепетала Ханджи, слегка поддавшись головой назад.Она почувствовала, как капрал остановился, а её ушей достиг его тяжёлый вздох. — Ну как это "зачем"? Ханджи, подумай, пожалуйста.Ты действительно не понимаешь? - нахмурился он. То есть, его знаки внимания и заботы оказались незамеченными? — Нет, не понимаю. Объясни мне. - настояла шатенка, повернувшись к нему лицо, а не спиной. Ей было важно узнать, что он задумал.Ладони Леви повисли в воздухе перед её личиком, из-за того, что она повернулась довольно быстро. Зато теперь Ханджи видит его серьёзное и напряженное лицо. — Ханджи, я вот сомневаюсь теперь, насколько плохое у тебя зрение, чтобы не заметить меня. Не в том смысле, что я ростом не вышел, конечно. Имею в виду, не заметить моего влечения к тебе. - он недовольно свёл брови, что образовали на его лбу небольшие морщины.Такое красивое лицо бы даже морщины не испортили. — Какое такое "влечение" ? - всё ещё не понимала Зоэ. Вот же дурак, сразу сказать всё не может, а только мозги ей пудрит! — Тц, ну вот что за наказание.. - фыркнул тот. Леви явно не ожидал, что она задаст ему такой вопрос прямо в лоб, не в той обстановке и не в то время. — Да потом меня отчитаешь, скажи уже наконец! Я же простой вопрос задала. - теперь нахмурилась уже командир. "— Простой вопрос?! Я должен ей просто так взять и сказать, что она мне не безразлична? Я думал, она уже сама сотню раз догадалась! И когда это я стал так неловко себя чувствовать? Вот же очкастая, что же ты творишь со мной.." - он хотел прикрыть ладонями своё нервное лицо, но в этот раз ему помешали ладони Ханджи, что не дали ему вот так скрыться от ответа. — Коротышка, если ты не ответишь, я.. — Да нравишься ты мне, очкастая. Как девушка парню. Как женщина мужчине. Ханджи, я удивлён, что такой умной головушке нужно ещё и это объяснять.. - он отвёл взгляд, чтобы не смущать её. Она ведь и так голая сидить перед ним, а потом получает вот такое странное признание в свой адрес, ей наверняка не по себе. — Чего.. Коротышка, что ты несёшь.. Ты головой ударился, или что-то ещё?.. - она растеряна из-за его ответа. Значит, её опасения были напрасны, и он лишь симпатизирует ей, а не замышляет что-то ужасное? — Да посмотри ты уже на меня! - она аккуратно положила свои ладони на его щёки и потянула в свою сторону, обращая его внимание на себя.Ей нужно услышать это снова. Очень нужно. Вместо ответа он притянул её лицо ладонями к своему и прижался лбом, заставив её замолчать. Между ними появился нестабильная зрительная связь. Её карий глаз метался от изумления и шока, пока её щеки начали пылать из-за этих тесных и тёплых прикосновений, а его серый глаз словно насильно притягивал её взгляд и утверждая, что шуткам здесь места нет и он полностью серьёзен. — Всё ещё думаешь, что я шучу? - его непоколебимость даже как-то напуганапугала Зоэ, от чего она задрожала. — Т-ты.. Т-ты просто невозможен.. - запинаясь, шептала она, желая отстраниться, но что-то, помимо рук, держало её на месте. — Это я то невозможен? Давай продолжим. - пробубнил Аккерман, немного отдаляясь. — Что продолжим?.. - едва ли не пищала женщина. — Отмывать тебя продолжим от всякого дерьма. - строгим тоном ответил Леви, всё ещё недовольный из-за того, что Ханджи не приняла его слова всерьёз.Это даже как то расстроило его. — А ты на что надеялась? — Да ни на что я не надеялась, и вообще, я сама помыться могу! Будь джентльменом, оставь женщину привести себя в порядок. - отвернулась Ханджи, всё также красная из-за его поведения. Сначала ласкает её, потом открыто говорит ей, что Зоэ ему нравится, а потом руки вот так распускает, что тянется к ней! Хотя, последнее командиру очень даже понравилось. Она была бы не против повторить это. — Остра на язык, как раньше. Моя Ханджи вернулась? - уже более расслабленным тоном спросил Аккерман.Ему больше нравиться видеть её задорной, вспыльчивой и колкой, чем расстроенной и испуганной, но он готов видеть Ханджи в любом виде. Как бы плохо ей не было, он постарается её вытащить из этой рокового состояния. — Я никуда и не пропадала. - буркнула она, плюхнув ладонью по воде. — Я бы так не сказал. — Да мало ли что бы ты не сказал.. Ты что творишь?! - заверещала она, когда он вылил ей на голову полный ковш тёплой воды и вода попала ей в рот и глаза. — Если тебе утопить меня захотелось, то так бы и сказал! — Тц, вот сказанула же. Меньше рот открывать надо было. - вздыхает Леви, протягивая ей полотенце. — Ногу поднимай. — Зачем это? - её глаз открылся в недоумении. — А ты бы предпочла только голову помыть? Я не хочу, чтобы ты как свинья..- он прервался, когда учёная сама облила его водой, сделав своеобразную волну. — Очкастая.. - зарычал недовольный капрал. — Теперь мы квиты. Только вот дальше я помоюсь сама, спасибо за предложение. Иди пока отоспись, постель мне согрей.. - Ханджи резко закрыла рот ладонями, когда поняла, что сказала. — Чертовка.. Сама на голого меня посмотреть захотела, да?Водой то зачем облила? - капрал сделал вид, что не услышал её последней реплики и только ухмыльнулся про себя. — Чего я там не видела, я тебя лично заштопывала и перемывала. А облила я тебя за твой грязный рот.Ой всё, иди уже! - не могла перестать возмущаться Ханджи. А то вдруг мелкий ещё разденется тут, потом уже одними красными щёчками не отделаться. Не смея больше перечить этой мадемуазели, Аккерман покинул купальню, довольствуясь тому, что смог успокоить и раззадорить женщину. Лучше пусть она краснеет и визжит от возмущения, чем плачет и истерит. Конечно, его спина, ноги и руки этому порадоваться не могут. Он старался игнорировать ноющую боль в отсутсвующих фалангов на его правой руке, когда мыл волосы своей очкастой. Он пытался не пыхтеть от дискомфорта, когда ему пришлось носиться туда-сюда, приготавливая Ханджи воду.А сейчас он терпит тяжесть своих собственных больных ног, пока опираясь о стену Леви добирается до последней каюты, чтоб отдохнуть.Хвала небесам, эта комната находится поблизости. Но главное, что сейчас Зоэ спокойна, а про свой нервный срыв она сама расскажет. Когда он вошёл в комнату, его не впечатлила простота помещения, но придираться не к чему. Две койки, две тумбы, два шкафа вдоль стен, явно обустроенные и предназначенные для двух бывших мореплавателей этого корабля.Чужих вещей здесь не видно, значит, никто ещё эту комнату не занял. Это Леви на руку.Хотя на вряд-ли Зоэ будет лежать на отдельной койке. Он и сам расстроится, если она будет лежать напротив, а не под его боком. — Тьфу, что за свиньи тут спали, я бы им руки переломал.. - бубнит он, когда замечает небрежно разбросанные по кроватям подушки и одеяла. Страшно представить, что творится на простынях..О, Великие стены, хоть бы там не было пятен и следов инородного происхождения.. В это же время, Зоэ почти завернулась в полотенце, но тут же вспомнила, что её грязные вещи должны валяться под скамейкой. Было бы неплохо их состирнуть, но как только она повернулась в сторону скамьи, её вещей под ней не оказалось, а стоило ей поднять взгляд, то увидела, что её, теперь чистые, вещи висят на верёвке, что, судя по всему, служила сушилкой для одежды. Некоторые пятна на ней ткани всё же остались, но они уже не настолько яркие, чтобы тревожить взор. "— Тц, коротышка, я бы и сама могла постирать их.. Ведёт себя как личная нянька, ей богу.." - помотав головой, подумала она, а после покинула купальню. Вещи должны высохнуть ближе к середине ночи, так что время ещё есть. Сейчас ведь день только начинает сменяться вечером, торопиться до прибытия в Ребелио незачем.Леви ведь говорил, что будет ждать её в последней каюте, верно? И уже спустя четыре минуты, Ханджи отворила дверь, и её глазам предстал довольно интересный вид. Леви, без рубашки, заправляет постельное бельё, недовольно кряхтя над неподдающейся тканью, а после он обратил внимание на звук скрипящей двери. — Ого, быстро ты. А что за вид.. - томным голосом проговорил Аккерман, окидывая её тело взглядом. Стройные загорелые ноги, по которым ещё стекали капли воды, тонкие руки, придерживающие полотенце, что скрывает бёдра и небольшую, но округлую грудь, которую также слегка закрывают влажные каштановые волосы, чьи кончики слегка завились из-за своей текстуры. — Да ну тебя с такими шуточками, мистер куриная лапка. - буркнула Зоэ, пройдя в помещение и скрывая своё такое же влажное и красное после ванны лицо. — Вот я ей комплименты делаю, а она.. - заворчал капрал, укладываясь на койку. — Я на вторую постель тебе рубашку сменную положил. Нашёл в одном из шкафов. Она чистая, да и по размеру должна тебе подойти, только она чуть больше будет смотреться на твоём костлявом теле. — Спасибо, мамочка. А теперь могу ли я надеть её без лишних глаз? - Ханджи помолчала секунд пять, а потом ухмыльнулась и сделала наигранно удивлённое лицо. — Ой, извиняюсь, то есть, без лишнего гла́за. — Тц, зараза.. - отвернулся капрал, делая вид, что пропустил подкол мимо ушей. Джентльмен.. — И я тоже тебя люблю, Леви. - ярко улыбнулась кареглазая, повернувшись спиной к мужчине и накидывая на себя действительно большую по размерам рубашку. Плевать, насколько она большая, главное, чтобы спать в ней можно было, ведь её одежда сейчас сырая, сушится в другой комнате, а голой даже она спать не ляжет.А одевшись, она собралась лечь на свободную койку и уснуть. И тут же разнёсся серьёзный голос капрала. — И куда это ты ложишься? Я что, зря постель грел, тебя дожидаясь? - начал возмущаться Аккерман, слыша, как шелестит постель напротив, и повернулся в в сторону своей очкастой. — Ты что, реально постель нагревал телом, пока я мылась? Коротышка, я же пошутила тогда.. - она посмотрела на него потупленным взглядом, как бы пытаясь узнать, что он ещё придумал. — А я сейчас шучу по твоему? — Леви, но сейчас же кровати две, можно и отдельно поспать.Или боишься, что монстр из под кровати тебя примет за ребёнка и утащит в свой мир? - говорит она так, словно сама бы не хотела лечь рядом с ним. — Сейчас один кроватный монстр стоит напротив меня и не хочет ложиться в мою специально нагретую для него постель. - он словно собирается испепелить её своим серым взглядом. На самом деле он просто не хочет, чтобы ей снова снились кошмары и её не накрыл панический приступ посреди ночи. Если же это случится, он сразу почувствует, как она шевелится и откроет глаза. Если она будет лежать напротив, то она будет делать всё возможное, чтобы Леви её не услышал. Этого не хочется. — Ну и ладно. Сам напросился. Потом не жалуйся, что я тебя снова невзначай испинала во сне и лишнего наговорила. - надменно задрав голову сказала она, подходя к нему и скрестив руки на груди. А Аккерман и не думал жаловаться, ведь сейчас ему достался поистине прекрасный вид: стройную фигуру женщины облегает большая белая рубашка, что прекрасно подчеркивает её натренированное тело в нужных местах. Нет, конечно, Леви не податлив своим похабным желаниям и мыслям, но когда перед ним стоит такое золото, у которого под рубашкой нет абсолютно ничего - это настоящий рай для глаз.Ему доводилось видеть много красивых женщин в своей юности, особенно в борделях, в которые он ходил всего пару раз за жизнь, но естественную красоту Зоэ не переплюнет никакая расфуфыренная барышня, что раздвигает ноги перед каждым, кто ей заплатит.От лампы позади неё кажется, что вокруг Ханджи витает яркий ореол, что заставляет её кожу блестеть, словно на солнце, что только делает её прекрасней. Хорошо, что их тела будут разделять друг от друга мешковатые штаны капрала, которые он также нашёл в одном из шкафов. А ещё этот искусный запах цветов и трав, который исходит от Ханджи за милю.. Настоящая пытка. Не медля, женщина улеглась рядом с капитаном, ведь ей самой после горячей ванны не хочется долго стоять в прохладном помещении. А вот тело Аккермана вполне подходит для роли обогревателя. Очень горячего самого по себе обогревателя.Вот как, сама пообещала себе держаться подальше от этого коротышки, а теперь сама в постель к нему полезла? Нехорошо, Зоэ, нехорошо. Но как бы это ни было странно с её стороны, она сейчас находилась в восторге, пока она слушала сердцебиение обнажённой, крепкой и гладкой груди капрала, от которого в добавок всё ещё тонко пахло отварами из трав. — Вот же мелкий засранец, тебе обязательно нужно так шикарно пахнуть? - не поднимая головы фыркнула Ханджи, слегка сжав в руке одеяло. — А тебе обязательно быть такой горячей? Серьёзно, ощущение, что я скоро сгорю, пока лежу рядом с тобой. - он даже бы не отказался сгореть из-за неё. Он бы даже наслаждался этим. — Засыпай давай, очкастая. — Тебя это тоже касается. - бубнит учёная, которая улеглась на груди своего коротышки как на подушке. Возражений со стороны второго нет, значит можно.Как же она уже облюбовала эту позу, спала бы так всю жизнь. До первых замечаний Аккермана, конечно, хотя, кто его будет спрашивать? Его забота - не получить по носу от спящей Ханджи, которая этого даже не заметит и не узнает, потому что Леви предпочтёт промолчать, зная, на что он согласился. Между ними воцарился настоящий покой и контраст, ведь Зоэ лежит на нём как попало, чуть ли не наваливаясь на тело мужчины, а он спит в одной позе всю ночь, приобнимая своё отныне трёхглазое чудо, оберегая её и без того беспокойный сон. Когда она спит с ним в обнимку, ей сразу становится легче и спокойнее окунуться в мир сновидений, где одни кошмары не сменяются другими на протяжении всей ночи. — Леви, я ведь даже не знаю, чем поблагодарить тебя за всё то время, что ты терпишь меня.. - робкий голос женщины заставил Леви открыть глаза. — В будущем как-нибудь отблагодаришь. — А у нас будет это совместное будущее? - ещё тише и неуверенней спросила Ханджи, не осмелясь поднять на него взгляд. — Для тебя устрою. Ложись спать. - и закрепив своё обещание невесомым поцелуем в лоб, он поглаживал её по спине до тех пор, пока до его ушей не донеслось мирное сопение, а затем он и сам уснёт с чистой душой.