В оковах из шрамов

С самого утра настроение Сала было испорчено. Он чуть не проспал будильник, пролил зелёный чай на кофту и вот уже десять минут не может застегнуть протез. Это утро напоминало Салли тот день, когда одиннадцатилетний мальчик первый раз пошёл в школу с новым лицом. То был ужасный день. Только присутствие Лиссы развеивало жуткую тоску и обиду. А сейчас её не было. Не было того, кто смог бы помочь застегнуть надоевшую застёжку на затылке. Ни разу с тех пор не заедала, а сегодня…как знала. Сал смотрел на чёрные мешки под глазами в отражении. Недосып отчётливо прослеживался на бледном лице, делая корявые шрамы ещё заметнее. Не помогало даже снотворное. Сал не знал, что делать. Он грустно вздохнул и принялся снова застёгивать протез, благодаря его, что люди не увидят эту вечную усталость.  Ну и, конечно же, это жуткое месиво на лице. На удивление, он был спокоен. Салли точно знал, что чудес не бывает. И он знал, каким будет этот день. Ему было не страшно вновь ощущать на себе эти прожигающие кожу глаза или слышать тихие гадкие перешептывания за спиной. Но ему было страшно остаться одному. Совсем. Да, конечно Ларри с Эш будут учиться с ним вместе, это правда его очень радовало. Но...Лиссы рядом не будет. Этого осознания хватало для того, чтобы горечь стремительно заполняла рот. Наконец-то он смог застегнуть протез. Последний раз оглядев себя, парень поправил кулон на шее и вышел из дома, даже не услышав никаких слов от отца. На первый же урок Салли бессовестно опоздал. Под пристальные взгляды учеников он невозмутимо продвигался к последней парте, где уже махал ему рукой Ларри. Несколько учеников тут же зашептались, а какой-то смазливый блондин на первой парте уже во всю смеялся, беззастенчиво показывая на Салли пальцем. Видимо, местный Майкл. Салли равнодушно перевёл взгляд на парту. — Пс...ты где пропадаешь, чел? –шепнул ему Джонсон. Салли мотнул головой, безразлично отвечая: — Проспал. Странная, на вид даже миловидная женщина миссис Пакертон, вперила в парня свои маленькие, как у свиньи, глаза. Ларри сказал, что эта учительница немного не дружит с головой, но Салли даже не думал, что ему станет в миг так...холодно под этим взглядом. — Наш новый ученик, – писклявым старческим голосом проговорила миссис Пакертон. — Представься, пожалуйста, классу. Мы все будем тебе очень признательны. Плечи мгновенно напряглись. Благо, протез не позволял видеть того, как сильно начала вздыматься грудь. Парень поджал губы, проговаривая про себя ругательства в адрес учительницы. — Салли Фишер,– как можно спокойнее проговорил Салли. Миссис Паркинсон подозрительно сощурила глаза, пристально оглядывая снизу вверх. Затем, мило улыбнувшись, продолжила: — Расскажи немного о себе, Салли Фишер. Нам всем будет очень интересно с тобой познакомиться. От её мерзко сладкого голоса затошнило. Благо пластмассовая перегородка не демонстрировала, как презрительно Салли скривил губы.  Прочистив горло, он негромко, но уверенно произнес: — Я не хочу. Прошу меня извинить.   Учительница снова мило улыбнулась, так механически и фальшиво, будто робот. — Как скажешь, Салли. Тогда мы начнём урок, – проговорила она, теряя интерес к парню. У Салли словно на душе полегчало. Наконец-то, она от него отвязалась. Теперь он мог снова «наслаждаться» вовсе не пытающимися быть тихими перешёптываниями. К сожалению, среди всех этих серых, совсем ненастоящих людей, он больше не мог наткнуться на родные голубые глаза, всегда смотрящие с неким беспокойством. Они остались там, в Нью-Джерси. Всё осталось там. Слишком многое. Урок математики давно потерялся в ходе развязывания клубка его мыслей, и Салли совсем не заметил, как прозвенел звонок. — Ну как тебе школа, чувак? – спросил Ларри, легонько пихая друга в бок. Синие хвостики покачивались из стороны в сторону, когда Салли лениво обводил глазом по довольно неплохо сделанному ремонту. Совсем не мятые шкафчики, пусть и исписанные, выглядели вполне себе прилично. — Нормально. Моя прошлая школа выглядела хуже, – ответил Сал, открывая дверцу своего шкафчика. — О, здорово, у нас локеры рядом. — Специально для тебя выпросил, бро, – довольно улыбнулся Ларри. — Спасибо. Я оценил. Салли вдруг подумал, что обязательно приклеит внутрь пару фотографий с Лиссой, Эш и Ларри. Дверца шкафчика вдруг резко захлопнулась, прищемив до крови палец. Салли зашипел. Недоумевая обернулся, слыша рядом ругательства Ларри. — Ты ахуел, Трэвис? Съебывай отсюда, тебе здесь не рады. — Заткнись, Джонсон. Пришёл познакомиться с уже местной знаменитостью, – смазливый блондин с острыми скулами нахально усмехнулся. — Ты откуда такой взялся, страшила? Салли безразлично перевёл на того взгляд. Разочаровано вздохнул, чувствуя, как на языке оседает горький привкус. Чудес не бывает. Парень почти физически ощущал, как единственная надежда, что его сегодня оставят без внимания, сгорает дотла. Наивный. — Эй, я с тобой разговариваю, чудила. Чё с еблом? На дверь напоролся? –злобно оскалившись, продолжал блондин. Сал не собирался отвечать и в принципе реагировать на подобного рода выходки. У него к ним иммунитет с пятого класса. Однако вокруг них начали собираться вечно любопытные школьники, желающие поглазеть на что-то новое. Салли расправил плечи. Не хватало мизинца в правой руке, переплетенного с его. — Пойдём, Ларри,– спокойно обратился к другу Сал, желая убраться со столь общественного места. Ах, да, это же школа. Он не может из неё убраться. Не успев сделать и пары шагов, Салли грубо схватили за плечо, разворачивая.  Голубые глаза с прорезей напоролись на перекосившееся от слепой ярости лицо Трэвиса. Он был злой, как чёрт, сжимая до боли кулаки на плечах парня. — Я не закончил, страшила! – сокращая расстояние до минимума прошипел Блондин. — Отпусти,– холод мгновенно окутал Сала, вырываясь через голос. — Ах вы суки! – кричал где-то сзади Ларри, которого держали какие-то придурки. — Салли, я щас! — «Отпусти, ах!» – передразнивал Трэвис. — А то что, мамке расскажешь? Если, конечно, она у тебя есть. Ледяное пламя вспыхнуло в прорезях протеза. Оно гораздо страшнее и хуже обыкновенного. Оно убивающее холодное. Гнев, такой же ледяной, перекатывался по сосудам, отдаваясь в сердце. Зазвенели металлические цепи в груди. Будучи чуть выше Фелпса, Салли мрачно навис над ним, не двигаясь. Слова блондина ударили под дых, прошибая током всё тело. Образ мамы в миг проскользнул перед глазами. Как давно он не видел её лицо? Даже во снах. — Заткнись, – голос Салли низкий, хриплый, до безумия спокойный. Даже Ларри на секунду отвлёкся, поражённо вскинув брови. Толпа глупых школьников одобрительно засвистела. Засунули бы они свое одобрение куда подальше. Для них всё это представление. А для Салли нет. Сердце стучало как бешеное, то ли от ярости, то ли от холода. Трэвис залился злорадным смехом. Скрипучим, дерганным от ярости голосом воскликнул: — Значит, я  прав? И что же с ней случилось? Она сдохла?! Ненавижу. Всё произошло как в замедленной съёмке популярных фильмов про американских подростков. Звонкий удар пощёчины эхом пронёсся по школьному коридору, под поражённые восклики учеников. Блондинистая голова резко дернулась назад. Застыла на секунду с широко распахнутыми глазами. Трэвис перевёл ошарашенный взгляд на Сала. Блондин зверел с каждой секундой. — Тебе пиздец, сука....! Фелпс кинулся на Сала с кулаками, опрокидывая того на пол. Сзади послышался крик Ларри, и кажется, Эш, но Салли уже не слышал. Кулак яростно ударил по пластмассе, впиваясь в кожу на лице в нос с шумным хрустом.  Боль мгновенно прошибло тело с головы до ног. Твёрдое запястье столкнулось с окровавленным кулаком Фелпса, из-за всех сил сдерживая его на весу. Толпа кричит, орёт, ликует. Не спешит помогать. Ларри громким матом пытался скинуть с себя руки других ублюдков, которые не позволяли вмешаться. Нос залила кровь. Протез давил, не давая возможности вздохнуть. Перекошенное от злобы лицо Фелпса продолжало угрожающе нависать сверху, с силой приближая кулаки к лицу Сала. — Сука! Как ты посмел ударить меня?! –озверевший Трэвис вырвал руку из ледяных и твёрдых запястьев Сала. Блондин потянул парня за голубые хвостики с такой силой, что у Сала от боли закатился глаз. Его пальцы схватили парня за грудки, касаясь кулона на шее. Трэвис сократил расстояние до минимума, прошипел, чуть ли не в губы: — Давай покажем этой толпе, что под маской с страшилы? Уверен, они будут в восторге! Нет. Фелпс дёрнул резким движением Сала за тёмную цепочку, что тут же рассыпалась на полу. Чёрный замочек закатился куда-то под скамейки, скрываясь от глаз. Теперь уже звереет Сал. Ни слова не говоря, он поджал колени по себя и швырком скинул с себя Трэвиса под громкие улюлюкающие крики. Тот отлетел к шкафчикам, с громким стуком ударившись головой. Послышались пугливые визги. Трэвис со стоном съехал по дверце шкафчика вниз, ошарашенными глазами смотря на Сала. Салли тяжело дышал, придерживая окровавленный протез одной рукой. Один синий хвостик жалко свисал вниз. Сердце билось как бешенное, разбивалось о рёбра обидой и холодным гневом. Голубой глаз, казалось, превратился в льдинку. Парень, не глядя на жалкого и униженного Трэвиса, упал на колени, шаря одной рукой по полу, чтобы как можно скорее отыскать дорогой сердцу замочек на теперь уже порванной цепочке, а другой с силой вдавливал в кожу протез, молясь, чтобы он не сорвался вниз. Толпа шептала, шушукалась.  Кто-то кричал, смеялся, может быть, даже плакал. Но все звуки затерялись на фоне оглушающей тишины в голове, в которой с оглушительным хрустом сломалось что-то важное. Ларри с Эш подбежали с перепуганными лицами, беспокойно осматривая друга. — Бро, ты как? Прости, я не смог выбраться, этот уёбок Крос чуть руку мне не сломал! – поджав губы, сказал Ларри, глядя на алую струйку на белом протезе. Салли не хотелось говорить. Он судорожно бегал взглядом по полу, ища заветный чёрный замочек. Эш опустилась рядом, чтобы помочь. Но Сал не обратил на это внимание. Ему было больно. Не потому, что сломан нос или выдернуты синие волосы. Наконец, холодный металл привычно лёг в руку. Салли прикрыл глаз, сжал в пальцах замочек. Цепочка совсем порвалась. Досадно поджав губы, Фишер надеялся, что сможет её починить. — Эй, Салли, – осторожно начал Джонсон, кладя руку тому на плечо. —Ты в порядке? Эш тут же наградила того красноречивым взглядом, и Джонсон мысленно стукнул себя по лбу. В полном порядке. Друзья, переминаясь с ноги на ногу, смотрели, как Салли молча встаёт, прижимая цепочку к груди, и, чуть прихрамывая, уходит в противоположную сторону от них.  Ребята непонимающе переглянулись. Эш кинулась за другом. — Салли! Куда ты? Подожди! Сал резко развернулся, заставляя Эшли откинуть руку, не успевшую дотронуться до плеча. Подошедший Ларри пытался прочитать что-то в глазе друга, но не увидел ничего, кроме непривычного холода. Мысли терялись в догадках, но ответа не находили. Сал долго молчал. Затем, хрипло спросил: — Откуда он знал про маму? Ларри непонимающе переглянулся с Эш. По привычке засунув руки в карманы, ответил: — Мы не знаем, чел, это Трэвис. Мы, как бы, с ним не общаемся. — Салли, я не понимаю. Что не так? –взволнованно спросила Эш. — Откуда. Он. Узнал? – Салли холодно чеканки слова, которые сквозились горечью.  Так ужасно, так больно произносить их друзьям. — Не думаешь же ты, что это мы ему рассказали? – выждав долгую мучительную паузу, начал Ларри, резко вскидывая брови вверх. Эш удивлённо захлопала зелёными глазами. Джонсон глядел не верящее, скривив губы. — Почему ты так... — Чел, ты серьёзно?! Ты, блять, сейчас серьёзно?! – перебил её Ларри, скривив губы. — Ну ты и придурок, Салли. Джонсон медленно покачал головой. Кинув на друга злой взгляд, развернулся и ушёл, оставив поникшую Эшли и застывшего, как камень, Салли. Кэмпбелл тяжело вздохнула, посмотрев в сторону ушедшего Ларри. — Я понимаю, почему ты так думаешь, Салли, – тихо начала Эшли, подходя к Салли. — Но мы правда не могли сказать. Не нужно было говорить...так. Ответа она не дождалась. Салли даже не шевелился, лишь поддерживал рукой холодный протез и громко тяжело дышал. Застывшая в носу кровь мешала, неприятно сохла. А на сердце было в 10 раз хуже. Кости ломало гадкое чувство недоверия, неправильного сомнения.  Было гадко от самого себя, но...Сал уже ничего не знал, ни в чём не был уверен. Только в одном человеке. Да, был уверен только в одном человеке, которого рядом не было. Эш внимательно следила зелёными глазами за парнем. Анализировала состояние, как делала почти всегда, прищурившись. Стремительно сократила расстояние между ними и потянулась к протезу. — Давай я помог... — Не стоит. Стальная хватка перехватила её запястье, стоило ей только коснутся пластикового лица. От неожиданности Эшли отскочила, хлопая ресницами. Быстро опомнившись, Сал тут же ослабил хватку. Немного резко, но осторожно скинул её ладонь. — Почему...? – Эшли в замешательстве перевела большие глаза на парня. — Я не снимаю протез. Не перед кем. Не перед кем. — Но...Салли, ты ведь знаешь, я.. — Нет, не знаю.  Не хочу. Прости. Развернувшись на шатающихся ногах, Сал ушёл, оставив подругу одну.  На душе было слишком гадко.