Мучения обжоры

Обычно после одного пописа подгузник ей не заменяли, чтоб не беспокоить лишний раз, материал впитывал влагу очень хорошо — если Даша во сне не сделала «больших дел», ночного подгузника хватало до утра.  Вот только такие «чистые» ночи теперь случались редко. Даша засыпала, а ее набитый перед сном живот продолжал работать, всю ночь напролет бурля и булькая, переваривая огромные количества съеденного. В последний месяц няньки подметили, что и чистой Даша не может оставаться дольше часа. Малейшее телодвижение, или напряжение стали вызывать у нее влажные «грязные» пуки. Даша пукала и почти каждый раз из-за ослабленного «ленивого» сфинктера вместе с газами подпускала порцию мягкого или жидкого кала. Иногда это были просто брызги, а иногда довольно внушительный объем. Работы у служанок прибавилось. Не отдыхали они даже ночью — особенно, когда Даша переедала, а случалось это почти всегда. Бывало, что переполненные и испачканные подгузники приходилось менять по несколько раз за ночь, иначе было не избежать аварии. Однако сегодня утром, когда горничная уже покинула ее комнату, Даша проснулась в почти чистом подгузнике. Сегодня во сне она так полноценно и не покакала, а лишь немного «подкакивала», когда выпускала газы — так это называла Анна Никитишна. Дашу беспокоили неприятные ощущения бурления в животике и неприятное давление и распирание в анальном отверстии. Настроение от этого у нее было отвратительное. Сквозь сон Даша услышала взволнованные голоса шепчущихся нянек и почувствовала что ей проверяют подгузник. Она спала в детском комбинезоне, закрывающем полностью тело и расстегнув кнопки внизу, легко можно было получить доступ к подгузнику. Вся одежда, в том числе джинсы и спортивные костюмы, теперь была у Даши с такой застежкой между ног - для смены  памперса.   — Ничего! – прошептала встревоженно Лера. Пальцем, смазанном в вазелине, второй рукой раздвинув толстые ягодицы, она пропихнула спящей Даше в анус большую слабительную свечку размером не меньше тюбика губной помады - меньшие на обжору не действовали. Даша почувствовала это и застонала, постепенно пробуждаясь. Она все еще дремала, когда Лера пультом приподняла изголовье кровати и стала подпихивать ей под бока мягкие подушки, так, чтоб Даша могла комфортно устроиться полулежа. Анна Никитишна уже ставила рядом с ней поднос с «маленькой» утренней закуской перед полноценным завтраком. На золотом подносе стояло внушительное блюдо пончиков, покрытых разноцветной глазурью, которыми можно было бы накормить целую группу голодных студентов,  и большая литровая бутылка с соской жирных розовых сливок с клубничным сиропом.  Развалившись в куче мягких подушек, и все еще даже не открыв глаз, Даша лениво елозила заплывшими ягодицами, шурша подгузником, и сучила розовыми пятками по пуховой перине, постанывая. Однако вся эта беспомощная возня не принесла ей никакого облегчения — чувство тяжести в животе и распирания в заду лишь усилилось, что очень ее бесило. Свечка, которую поставила ей Лера, уже растаяла, поэтому в глубине ануса чувствовался дискомфорт и зуд.  — Доброе утро, наш пончик сладенький! — проворковала Анна Никитишна, снимая с Дашиной шеи ночной, промокший от слюней нагрудник , и меняя на свежий - белоснежный и накрахмаленный, с оборкой по краю и вышитыми дашиными инициалами с короной. —Как спалось нашей принцессе?  Даша все еще подремывала и даже не думала отвечать, лишь сонно промычав с закрытыми глазами: — Ммм… — Ничего не беспокоило нашу булочку? — засюсюкала рядом Лера, поглаживая Дашу по объемному животу, — Животик? Газики?  Говоря это, она взяла бутылку со сливками, выдавила каплю напитка и размазала его по соске. Затем аккуратно вставила большую резиновую соску полусонной Даше между губ.  — А кто у нас сейчас вкусные сливочки клубничные пить будет?  — Дашенька наша ненаглядная сливочки подудонькает! — отвечала ей в лад Анна Никитишна, — вот и соса уже в ротике!  Даша, все еще не открыв глаз, сразу почувствовала во рту сладкий и жирный клубнично-сливочный вкус, обхватила губами соску и жадно зачмокала, быстро всасывая содержимое бутылки — дырка в соске была большая, чтоб Даше было легко пить густую сладкую жидкость. Няньки с улыбкой переглянулись — некоторое время назад они перевели ее со стаканов на бутылочки и теперь каждый раз откровенно умилялись, когда их откормленная свинка пила из соски.  — Вот умничка! — похвалила ее Лера, — как трудится, как сосет хорошо! Посмотрите только! Ну что за толстенький молочный поросеночек!  Лера придерживала бутылку, наклоняя ее, чтоб все текло без остановки и малейших усилий Даше прямо в рот. Анна Никитишна под Дашиными губами держала салфетку — когда свинка жадно сосала соску, то часть жидкости вместе со слюной брызгала изо рта — надо было следить, чтобы ничего не затекло в жирные складки под подбородком.  — Ой как сладко чмокает наша Дашуля! — приговаривала старая нянька, заботливо подтирая ей щеки и подбородок, — ой какая дудоня вкусная! Ой! Ой! Как же мы сильно слюньки пускаем! Сейчас няня вытрет… Поначалу Дашу раздражала чрезмерная забота и сюсюканье с ней нянек, как с младенцем, но незаметно для себя она постепенно привыкала и начинала принимать это как должное, все больше позволяя себе погружаться в сладкое болото такой гиперопеки. Да и чем Даша становилась толще, ленивее и беспомощное, тем больше ей требовалось ежесекундного внимания и помощи. И вот она уже получала истинное удовольствие от того как сильно с ней носятся, нахваливают, сюсюкают и умиляются! Чем беспомощнее и капризнее она становилась  — тем больше к ней относились как к малышке. Даша не догадывалась, что все шло по плану папочки, думая, что просто живет так, как хочет. Впрочем, никакого противоречия в этом не было!  Как обычно выпив утренннее молочко, Даша с удовольствием расслабилась и обильно смочила подгузник, отчего он оттянулся и разбух еще сильнее между ее разжиревших ляжек. Лера привычно приложила руку к подгузнику и почувствовав что он теплый и набухший, улыбнулась и кивнула второй няне.  — Сливочек напилась и в подгузничек сразу надула! - няньки с умилением и восторгом комментировали каждое Дашино действие, — умничка наша!  После бутылки сливок Лера чуть потянула Дашу вперед в более вертикальное положение, чтобы та хорошенько отрыгнула попавший в желудок во время сосания воздух.  — Давай чуть чуть няня тебя посадит, после сливочек отрыжечку сделать надо!  Сделав громкую и долгую отрыжку воздухом, да еще немного срыгнув молоком, как настоящий младенец, запачкав при этом подбородок и слюнявчик, под похвалы нянек, Даша снова откинулась на подушки и только тогда наконец лениво приоткрыла глаза. Неприятные ощущения свербения и распирания в попе и чувство давления и тяжести в животе после выпитых полутора литра жирных сливок стали интенсивнее. Даше казалось, что тяжелая и огромная гора всего съеденного вчера на ночь фастфуда и сладкого, просто застряла у нее в животе, не находя выхода. Она мечтала об облегчении, но его не было, и потому принцесса не в духе и сразу же начала капризничать: — Не буду я ваши пончики! — Даша пнула поднос толстой ручкой, опрокинув его, и все сладкие пончики полетели на пышный ковер, — НЕ ХОЧУ!  Няньки были давно привычны к Дашиному отвратительному характеру, ругать и отчитывать ее никто не смел, а потому в комнату уже вбегала служанка, чтобы убрать беспорядок. — А чего хочется нашей булочке? — в два голоса залепетали няни. — Пирожочков подать с клубничкой свежей? Блинчиков со взбитыми сливочками? Кашки манной с маслицем?  — НЕ ХОЧУУУ! — Даша задрыгала толстыми и трясущимися как желе ляжками. Истеря и капризничая, Даша от напряжения пускала газы, а оттого звучало это крайне смешно — НЕ ХОЧУ! - ПФФФФФФФРТ- Не хочуууу!!!! -ПФФФФФФРТТТ — капризно повизгивала она, елозя в подушках. — Панкейков с медком? Запеканочки творожной? Кексиков шоколадных? Булочек с шоколадным кремом? — предлагали няни, перебивая друг друга. — НЕ ХОЧУУУУ!!! — завопила Даша на весь дом, и еще сильне залупила пятками. — НЕ ХОЧУ!!! - пфффффрт- НЕ ХОЧУУУУУУ!!!!  — Ну а чего тебе хочется, пупсик? — растерянно спросила Лера.  — Пирожных хочу! Разных! — приказала она капризно, - ХОЧУ!!! - ГРОМКИЙ ПУК- Хочу!!!!! Быстро!!!! Хочу!!!! - ГРОМКИЙ ПУК- Дайте! Хочууууууууу!!!!!! - орала Даша, брызгая слюной. — Уже несут радость наша, уже бегут!  Служанка, которая была тут же, со всех ног ринулась на кухню. Не прошло и пяти минут, как блюдо с разнообразными пирожными уже стояло перед капризной Дашенькой. Не дожидаясь Леры, Даша сама принялась хватать их и пихать их к себе в рот, пачкая кремом руки и лицо. Быстро устав, она опять откинулась на подушки и продолжила кормить ее уже Лера. — Ой какая Даша умничка! Как хорошо мы кушаем! — вторая няня ласково наглаживала ее шарообразное пузо — толстей, наша Дашуля, пусть бочка жирочком наливаются! Пузико пусть еще больше становится! Подгузнички чтоб всем на радость часто-часто и много-много наполнялись!  Няньки знали, что во время этого первого пред-завтрака, да впрочем теперь и во время любой еды Дашенька обязательно пачкает подгузник. Лера немного беспокоилась о том, что за ночь Даша осталось чистой, но очень надеялась, что слабительная свечка поможет избежать запора.  Прожевывая очередное пирожное,  Даша почувствовала что заднем проходе усилился дискомфорт, появилось жжение, нежная дырочка напряглась и запульсировала. Даша снова захныкала, кладя руки на свой массивный живот, который тоже, весь распирало изнутри. На ее глазах выступили слезы, а щеки покраснели.  — Что? Что такое? - всполошились няньки, — чего-то хочется? Болит что-то? Какать хочешь?  — Я… — Даша  почувствовла что в ее анусе началось движение, но медленно, и сама дырочка будто горела огнем от съеденных острых куриных крылышек. Прямо в постели Даше вдруг захотелось присесть на корточки, что няньки и помогли ей сделать, придерживая в четыре руки толстую попу и живот, чтоб Даша не упала. Сегодня ей пришлось напрягаться сильнее, чем обычно и это тоже ее злило. Тужилась и кряхтела она почти десять минут, сжимая кулаки, сильно покраснев и вспотев от такой интенсивной работы. Ведь накладывать кучи  в подгузник — это было единственное дело, где Даше приходилось хоть немного потрудиться.  Даша так долго пыхтела, что Лера уже подумывала прийти на помощь. Но тут ко всеобщей радости из Дашиной разжиревшей попы в подгузник мягко  шлепнулся сначала один тяжеленный и толстый «шоколадный сюрприз», а поднатужившись, под одобрительное квохтание нянек, она выдавила еще два таких же огромных подарка размером с баклажан, практически в руки Лере, которая держала ее попу, а сразу вслед за этим из расслабленного ануса с громкими пуками повалила густая кремообразная масса. Подгузник оттопырился сзади и провис от такого количества «подарков». Закончив, Даша выдохнула и довольная шлепнулась прямо на попу, устроив в своих комбинезоне настоящий взрыв!  Она с размаху раздавила все что было в подгузнике, отчего коричневая масса разлетелась, запачкав и спинку комбинезона и попу и ляжки.   Несмотря на то, что Даша облегчилась, капризы продолжались. Она, с еще перепачканными в креме губками и щеками, вновь капризно и противно захныкала, дергая жирными ножками: — ПОМЕНЯЙТЕЕЕААА меняяяяя! Быстро!! Помойте меняяяяааа!!! Переоденьте меня!!! Из-за своего избыточного веса и лени Даша вынуждена была носить подгузники, а из-за обжорства и нежелания напрягаться пачкала их без конца. При этом каждый раз ее бесило, что она беспомощно сидит толстой попой в куче собственных произведений.  Анна Никитишна, нежно сюсюкая, уже помогла Даше лечь и подстелила ей под попу большую впитывающую пеленку. Лера отклеила липкие ленты перегруженного подгузника, которые были натянуты под тучным Дашиным пузом и уже с трудом выдерживали натяжение.  — Ну ты только посмотри! — проворковала Анна Никитишна, обращаясь к Лере, — как много подарочков наша Даша сделала! - няня отогнула верхнюю часть огромного памперса, который обхватывал толстый живот.  Обе няньки заглянули туда. Масштаб сегодняшних Дашиных утренних дел в памперсе и вокруг был поистине впечатляющим.  — Ой, ну кому рассказать — и не поверят! — восхитилась Лера, вытаскивая из под Даши и взвешивая в руках огромный грязный подгузник.— Даже поднять тяжело!  — Вот и я про тоже! — с жаром поддакнула Анна Никитишна, раздвигая Дашину массивную попу и протирая салфеткой сами ягодицы и особенно между ними, тщательно вычищая все, застрявшее там, — говорю соседке вчера, что наше золотко бывает за ночь нам по три полных подгузничка делает! Да как! Аж до верха накладывает! Так не верит! — Ой ну умничка, ой ну радость наша! Конечно, мы же кушаем много и хорошо! — заливалась соловьем Лера, присыпая очищенные ягодицы ароматной присыпкой и смазывая лосьоном — с утра сама покакала, да как старалась, как тужилась! Расскажем папочке!  — И попукала! — добавила Анна Никитишна, — на славу! Такие канонады сделала! Наверное даже папочка услышал в своем кабинете, — говоря это, пожилая женщина обильно смазала указательный палец в жирном детском креме и погрузила его в Дашин задний проход, активно двигая и вращая им, отчего Даша с удовольствием заелозила попой. Видя, что Даше приятно, нянюшка повторила эту процедуру еще несколько раз, ласково приговаривая: — Надо нашему сладкому поросеночку попочку хорошо смазать, чтобы никаких опрелостей не было! Туда-сюда, туда-сюда, — она задвигала пальцем с кремом вперед назад, погружая его уже на всю длину, — а потом по крууугу! — ее палец двинулся внутри по окружности, — ТРИТАТУШКИ-ТРИ-ТА-ТА! — громко напевала Анна Никитишна потешку в такт движениям пальца в Дашином заднем проходе, — Наша попочка чистА!  Находящаяся в комнате и еле сдерживающая смех служанка исподтишка включила камеру на телефоне — нельзя было упустить такой момент. И не зря — от таких интенсивных движений в заду и ерзанья Даша протяжно и влажно пукнула, выдав на пеленку еще одну порцию жидких какашек, вновь пачкая свои булочки и уделав руку Анны Никитишны. Няньки рассмеялись, а Даша надулась.  Служанка уже скидывала в секретный чат прислуги видео с сообщением: «!!! Срочно всем смотреть!!! Бабка с песнями и прибаутками Дашке в жопе пальцем с кремом наяривала, а свинья неожиданно обделалась и ей руку обосрала! 🤣🤣🤣🤣»  под видео быстро начали появляется комменатрии и смайлы: Посудомойка: «Тритатушки… ой я щас сдохну от смеха»  Горничная: «Лицо Дашки, когда она перданула!😬💩 А-ахах!!»  Водитель: «бедная бабка… хотела тритатушки, а вышли обосрушки💩😜🤣 Бабка еще и без перчаток! Ахаха» Горничная: «пиздец! Девке 19 лет, а они с ней как с младенцем носится!» Горничная: « вот это ЖОПА!!! свинья что еще больше разжирела!? 😳 Служанка: « она только жрет спит и срет, конечно продолжает жиреть» Служанка: « дашка - просто фабрика по производству говна, вы не представляете сколько подгузников она засирает за день. Не успеваю выкидывать» — Утомилось, наверное, наше солнышко? Все-таки большое дело сделала! — похвалила ее Лера, — надо бы подремать еще… Даша гордо кивнула. Она обожала эти похвалы, и чувствовала гордость, поскольку мочить и пачкать пеленки и памперсы — это было единственное дело, которая избалованная девятнадцатилетняя папина принцесса делала сама, хотя и нередко с посторонней помощью.  Несмотря на похвалы, ласки и потешки, капризное настроение все еще не покидало Дашу и она снова продолжала недовольно хныкать и трясти жирными ляжками, дрыгая ногами, и не давая нянькам как следует надеть и застегнуть чистый подгузник. Лера сразу догадалась, чего еще хочется избалованной госпоже. Анна Никитишна так раздразнила ей попку, что Даша желала продолжения ласк.  — Няня, еще хочу в попочку! — приказала она и Анна Никитишна с удовольствием повиновалась. Ей очень нравилось доставлять Дашеньке удовольствие, что бы это ни было.  — Конечно, мой поросеночек! — палец нянюшки, на сей раз в смазанном анальной смазкой силиконовом напальчнике начал двигаться по кругу, лаская и дразня изнеженную дырочку, и только самым кончиком проникая вовнутрь.  — Глубже! — взвизгнула Даша нетерпеливо, беспомощно пытаясь насадиться на палец няни, но это было бесполезно — свою толстую попу она не могла ни приподнять ни сдвинуть даже на сантиметр. — Сейчас, надо размять нашу дырочку, чтоб не больно было! — отвечала няня, так и не давая Даше желаемого, а лишь массируя колечко мышц и потихоньку погружаясь глубже. Тем временем Лера ласкала, оглаживала и нацеловывала Дашин живот, груди и ляжки, вылизывая языком пупочек и проникая им между складок, старательно ублажая капризную госпожу. От этих ласк Даша уже стонала и извивалась в нетерпении, оглаживая пухлыми руками свой огромный живот и грудь, тяжело дыша и вспотев от таких интенсивных движений. Наконец, палец Анны Никитишны вошел на всю длину и Даша довольно застонала и хрюкнула. Няньки с улыбкой переглянулись — во время сильного возбуждения, Даша действительно издавала звуки, очень похожие на хрюканье и это еще больше усиливало ее сходство с раскормленной свинкой. Пока Анна Никитишна делала капризной госпоже анальный массаж, Лера припала губами к Дашиной киске и принялась вылизывать ее, доводя ее до края блаженства. Видя, что она уже на грани, Лера вставила Даше в переднюю дырочку ее любимый большой розовый вибратор. Хватило всего пары минут, чтобы Даша с визгами кончила, сотрясаясь всем своим  тучным телом.  После того, как Дашу снова обтерли влажными салфетками и полотенцами и переодели в чистый памперс и слюнявчик, она заявила: — Я так сильно потрудилась и мой животик уже совсем пуст! Принесите мне бургеров, картошки фри и колы!