Магия, ночь и воздух

      Тисс нравилось в библиотеке.       Стены родного королевского дворца или императорского, чужого и враждебного — разница становилась менее ощутимой, когда она оставалась одна, наедине с неудержимой силой колдовства, углубляясь в изучение природной магии, пропуская сквозь себя могущественную стихию, наслаждаясь той мощью, которой она наделяла её саму.       В трёх ровно начертанных кругах она чувствовала себя в безопасности, как дома. Совмещала приятное с полезным. В стане врага, в окружении чудовищ и тварей, она безупречно выполняла свою роль, прикладывая все усилия для достижения мира между Эсшаем и Ро’од, но при этом не забывала быть начеку, восполнять магию и тренироваться в боевом колдовстве.       Хочешь мира — готовься к войне. Так говорили мудрецы.       В этот раз ритуал занял больше получаса. Ноги затекли, кости ломились от неудобной позы. Как обычно, вместе с притоком мощной энергии на Тисс нахлынуло возбуждение не меньшей силы. Первая должна была дождаться своего часа, что же касается второй… Колдунья томно потянулась. Ночная прогулка, подумала она, поможет справиться; холодный ветер, привычный для этих мест, быстро отрезвит.       Через окна тёмных, охраняемых редкими стражниками коридоров она заметила его. Дракона. Должно быть, кто-то из летунов решил развеяться перед сном ничем не принуждающим полётом. И сколь бы не был отвратителен ей вид этих чудовищ, взгляда внимательного и увлечённого она оторвать не могла.       Пройдя ещё дальше, она заметила — чёрный, как ночь, дракон опускался. Не трудно было догадаться, куда. В Огненный хлев — стойло драконов, где их кормили, чистили и подготовливали сёдла для новых полётов. Интересно, многие ли обычные рабочие, ухаживающие за этими тварями, становились их жертвами? Может, закусками?       Тисс кривилась. Пошла шагом более торопливым. Чуть не столкнулась в дверях, ведущих в сад, с тенью, проскольнувшей внутрь.       Судя по перчаткам из драконьей кожи и растрёпанным белым волосам, полуночным летуном был он. Ша’арнез.       Завязался разговор.       — Не спится? — спросил он, скорее из желания подколоть, нежели из вежливости.       — Зачиталась.       Эльф смерил её пытливым взглядом.       — Настолько увлеклись, что ранились о страницы книг? — На непонимающий взгляд её ответил: — На вашем платье кровь.       Тисс невольно коснулась ткани цвета изумруда. Натянула улыбку.       — Вы правы. — Подняла взгляд. — Увлеклась.       Летун в ответ удолетворительно хмыкнул.       — Ночью не сложнее летать? — спросила Тисс, скорее из желания сменить тему, нежели из-за интереса.       — Ничуть. Драконы обладают отличным слухом и зрением, а ночью в них просыпается… зверский аппетит. — Ша’арнез усмехнулся. — Отличное время для охоты.       — И что едят драконы? — вырвалось у эльфийки.       Она не знала, в действительности ли хочет знать ответ.       — Всё, что хотят, — сказал летун, намеренно понизив голос.       Вызвал мурашки. Вместо того чтобы отшатнуться, Тисс, наоборот, сделала шаг вперёд.       — Вы издеваетесь!       — Я бы не посмел.       Долгие, изучающие взгляды, брошенные через длинный стол во время пиршеств, недвусмысленные намёки… Тисс умела притворяться глупой и наивной, но таковой не являлась.       — Не смейте со мной играть!       — Никаких игр. — На её шаг он сделал два. — Коль оскорбил вас, прошу прощения. Но моей целью было лишь привлечь ваше внимание.       Взгляд Тисс на долю секунды сместился на открытую, жилистую шею мужчины, неуместно долго задержалась там.       — Считайте, вам это удалось, — бросила недовольно. — Только зачем?       Ша’арнез пожал плечами, отбросив за спину белоснежный локон.       — Вы привлекательная женщина, я молодой, полный сил мужчина… Мне нужно объяснять?       Секундное замешательство Тисс сменилось явной насмешкой. Наклонив голову вбок, она по-новому взглянула на тёмного эльфа. В этот раз взгляд на шее задержала подольше.       — Так вот, чего вы добивались… — в голосе проскользнул смешок. — Любовных утех со мной?       Она тревожилась о подозрениях, недоверии, а дело оказалось в… Она усмехнулась. Вместе с облегчением, позволившим полной грудью вдохнуть морозистый воздух, внутри поднялось и другое, ненадолго забытое ощущение. Магическая энергия, вспыхнувшая в секунду злости, отступила. Возбуждение осталось.       Не позволив себе податься в долгие размышления и не дав эльфу подумать над остроумным ответом, Тисс сделала последний шаг, разделяющий два тела. Задрав голову, поцеловала его требовательно и настойчиво, словно рокот грозы, обещающей разрушение и хаос.       Ша’арнез обомлел. Его колебание больше раззадорило колдунью, продвинувшись поближе, она положила руки на шею, притянула к себе, заставляя нагнуться. Укусив на удивление мягкую, пухлую губу, открыла себе путь в его рот, хозяйничая там, как дварф в подземных шахтах. Там, в глубине, она и встретила первое сопротивление, хоть и это сопротивление было не рьяным, и не было сопротивлением вовсе. Два языка сцепились, скорее, в танце, нежели в бою. Летун постепенно осмелел, положил руки на её талию, стал гладить через ткань.       Ещё немного — и он уже потянулся бы приподнять подол её платья.       Ша’арнез прервал поцелуй.       — Оконные выступы, конечно, отличный вариант для страсти, — сказал шутливо. — Тем не менее я готов предложить для близости более… интимное место. К примеру, мои покои. Они близко.       Он крепко держал её за руку, ведя по закрученным, мрачным коридорам. Тисс спешила следом, иногда чуть не срываясь на бег. Удивляясь себе, она понимала — происходящее её забавляло. То и дело они проскакивали мимо стражников. Их становилось больше. Покои приближённых к принцу охранялись хорошо. Покои членов императорской семьи и вовсе являлись неприступной крепостью.       Она прошла в тёмную спальню, пока хозяин комнаты возился с дверью. Потянулась бы расстегнуть дорогое платье, подаренное лично принцем, но открывшийся перед ней вид заставил замереть. Что это было в первую очередь? Большое окно, раскрывающее картину величественных снежных гор и чистого, зеркального озера? Тёмно-синие шторы, окружающие постель, на которых золотым искусно были вышиты грациозные драконы, ночное небо и храбрые эльфы и эльфийки? Или сама кровать, подвешенная с потолка на крепких, толстых верёвках?       Ша’арнез подошёл со спины. Щекочуще коснулся губами её шеи, отодвинув в сторону рыжие локоны. Спустился к надплечью. Насладившись сполна ласками, Тисс повернулась к нему, слилась с ним поцелуе. В томном, в этот раз в нежном. Эльф подхватил её на руки, она подметила, что те были сильными, крепкими. У всех летунов так?       Он повёл её к постели, посадил. Кровать под весом, от движения покачнулась. Тисс пальцами схватилась за его плечи.       — Ты даже спишь в воздухе? — с удивлением прошептала.       Он медленно, дав время ей привыкнуть, освободился от хватки, опустился на одно колено. Аккуратно снял обувь с её ног. Погладил мозолистой ладонью стопу. Поцеловал лодыжку.       — Я и умереть хочу в воздухе, — Ша’арнез ответил едва слышно, поднимаясь губами к голени. Поднял глаза. — А ты?       Сгорая от нетерпения и пытливости, Тисс внимательно следила за перемещениями его поцелуев. Вопрос проскользнул мимо ушей.       — М-м? — спросила с лёгким хрипом. — Ах, да… В бою. Хочу погибнуть в бою.       Пальцы, гладящие жёсткую поверхность шерстяного пледа, крепко сжали её. Ша’арнез коснулся поцелуем колена. Языком провёл внутрь бедра.       — И с кем ты собираешься встретиться в бою, воительница? — Его голос звучал глухо, отдавал дрожью между ног.       — Тебе лучше не знать.       Приподняв подол её платья, не потрудившись даже его снять, голова летуна скрылась под тканью. Недолго прошло до того, как, откинув голову назад, Тисс в первый раз громко застонала. Шероховатый язык мужчины находил всё новые места, чтобы коснуться, дурманил, доводя до полного блаженства. Отбросив в сторону край платья, эльфийка уверенно запустила пальцы в его волосы. Покачивая бёдрами, покачиваясь на постели, ощущала его глубже, ловила грубые и нежные движения, ухватилась за волну мучительно сладкого наслаждения. Грудь невыносимо зачесалась, волосы, прилипшие к потному лицу, мешали, но ей удалось подняться к Богам и обратно.       Она лежала на спине, всё ещё в платье, когда Ша’арнез, поднявшись на ноги, предложил воды. Сделав пару глотков, разглядывая фигуру эльфа в полутьме, Тисс тягуче произнесла:       — Снимай одежду.       Почувствовала вкус власти, когда, не сказав ни слова, мужчина разделся до гола. Ещё раз оглядев его с ног до головы, эльфийка мягко улыбнулась. Отложив чашу, приподнялась на постели на коленях, сделала попытку снять собственное платье. Забравшись к ней, Ша’арнез помог.       Кровать под весом двух сильно раскачалась. Тисс всерьёз испугалась оказаться рядом со своими одеждами, брошенными на пол.       — Если я упаду…       — Не дракон, в худшем случае тебе грозит ушиб, — иронично прервал её летун.       Дёрнув бровью, Тисс притянула его за шею, несколько грубо поцеловала. Толкнула его, заставив прилечь на спину, уселась рядом. Рука изворотливыми путями начертила дорогу по жилистым бёдрам, по чистой коже устремилась к его плоти. Тисс бы не назвала себя владычицей страсти, тем не менее кое-какие знания о том, как делать мужчинам хорошо и получать от этого удовольствие самой, она имела.       Балансируя на грани, она игралась с ним, мучила тягостью ожидания, побуждала раз за разом дрожать в её руках и останавливалась, не позволяя дойти до конца. Наслаждалась его уязвимостью, его податливостью. Испивала до дна его хриплые стоны, его молящие стоны, сдавленные, сладострастные и чуть болезненные. Сжимая губы, он не позволял себе слов мольбы, ни когда, убрав руку, она коснулась его естества языком, ни когда зажала его между своими грудьми, заставляя смотреть.       Ша’арнез извивался, мял пальцами одеяла, но гордо молчал. Впрочем, всё имеет свой предел. И каждый.       — Ради всех Богов… — наконец прошептал он.       С лукавой улыбкой, Тисс спросила:       — Что?       — Я… Агх-х… Я сейчас извергну.       — Я тебе не позволяла, — надменно покачала головой колдунья.       Ша’арнез сжал губы так сильно, что те побелели. Тисс добавила грубости к ласкам, которые вконец выбили из эльфа воздух и самообладание. Он громко и хрипло застонал.       — Дай мне… — послышалось. — Позволь мне…       Приблизившись к его лицу, Тисс поцеловала в щёку. Шепнула в ухо:       — Позволить?       Он покивал головой. Эльфийка усмехнулась.       — А может, ты хочешь извергнуть… в меня?       Летун удивлённо заморгал, помутившимся взглядом посмотрел на неё.       — Ты колдунья… или ведьма?       — Я всё, чем хочу быть.       Одним движением устроившись на нём сверху, Тисс рукой направила его плоть внутрь себя, судорожно вздохнула. Со знанием дела удовлетворяя себя и его, она раскачивалась, скакала на нём. Замерла, спина выгнулась, словно тетива. Если бы не громкий возглас мужчины под ней, она бы всё равно узнала, что он извергся: эльфийка чувствовала это внутри себя.       Упав рядом с ним, она позволила себе томно растянуться, расслабиться. Ледяной ветер из полуоткрытого окна трепал по щекам, волосам, голому телу, смахивал пот с кожи. Укутавшись в одеяло, Тисс проворчала тихо:       — Тут всё пахнет им…       — Кем? — отдышавшись, поинтересовался Ша’арнез.       — Драконом.       Эльфийка повернулась на левый бок, прикрыла глаза. Почувствовала, мужчина лёг ближе. Мозолистые пальцы начерчивали узоры, круги на открытой коже спины.       — Прилетел дракон с небес, утащил кого-то в лес, — тихо шептал летун. — Он рычал, и он шипел, а потом кого-то съел.       — Издеваешься? — сонно, но всё равно с долей злости шепнула Тисс.       — Немного, — он ответил. Колдунья услышала его улыбку. Голос сильно контрастировал с серьёзностью, которым он спросил после: — Мне стоит беспокоиться?       — О чём?       — Я извергся в тебя.       — Ах, это… — проговорила устало Тисс. — Я выпью лунный чай.       — Конечно, — чуть растерянно раздалось сзади.       Тисс зло усмехнулась. Не думал же он, что она понесёт имперское отродье? Сама мысль была противна — эльфийка скривилась. Её даже передёрнуло.       «Но ты разделила с ним постель», — напоминал разум.       Сон прервал настойчивый стук в дверь. Едва Тисс проснулась, как заметила знак Ша’арнез рукой — не подниматься. Натянув на бёдра одеяло, он поспешил к двери. Тисс слышала его голос, потом другой, опять мужской. Кажется, принца. На востоке снова поднялся мятеж.       — Мне нужны три дракона.       Ша’арнез обещал скоро выйти.       — Ты не один? — спросил Тай.       — Нет.       — Поторопись.       Летун закрыл дверь.       — Идёшь сжигать и разрушать? — спросила Тисс скорее из желания подколоть, нежели задеть.       — Ты забыла про откушенные головы, — не остался в долгу он.       Быстро оделся в чистое, оставив одежду после ночной вылазки на земле и на стульях. Уверенно подошёл к эльфийке, поцеловал в лоб.       — Останься здесь, я распоряжусь, чтобы утром к дверям принесли завтрак.       Тисс не успела вымолвить и слова. Да и не знала, что сказать.       Когда Ша’арнез уже собирался покинуть комнату, приподнялась на локтях. Её слова догнали его у самой двери.       — Не сжигай невинных.       Он повернулся. Во взгляде мелькнуло удивление и сразу исчезло. Его место заняла решимость.       — Если Боги будут милостивы, мой дракон сегодня никому не причинит вреда, — он усмехнулся. — Ну, кроме испуга и мокрых подштанников, конечно.       После того как за ним захлопнулась дверь, Тисс легла обратно в постель, пропахшей их страстью и… драконом.