Соблазн на рабочем месте

Прекрасный учебный день окончен, Минхо возвращается домой, вот только выйдя из здания, омега понял, что магическим образом потерял ключи, если вообще не забыл их дома. Он, конечно, довольно ответственный, просто иногда бывает рассеянным, вот как сейчас. Чёрт, и угораздило же его. Впрочем, это единственное, что его немного огорчило в себе и заставило злиться на себя и свою рассеянность. Поняв, что домой теперь точно не попадёт, омега спешит вызвать такси и едет в офис старшего брата, который точно его поймёт и поможет. Сынмин был таким же, когда в учебные годы погрузился в написание диплома и учёбу в целом. Конечно, он поймёт Минхо. Прыгнув в машину и назвав водителю адрес, Минхо пристегивает ремень безопасности и утыкается в телефон, делясь нелепой ситуацией с другом, – Чонином, – который обязательно посмеется с этого, как только жар течки отпустит его и парень вернётся в строй. Минхо просто представить не может, где, как и когда потерял ключи. То, что они выпали из открытого кармана, это понятно, но где и когда – это вопрос большой. Ну, что случилось, то случилось, ничего уже не изменить, а вот к брату в офис ехать нужно обязательно. Поблагодарив водителя и заплатив нужную сумму, Минхо выскакивает из авто, спешит в шестиэтажное здание, где его встречают несколько восхищенных взглядов, улыбается приветливо и на ресепшене спрашивает, у себя ли Сынмин. Получив восхищенный взгляд девушки и положительный ответ, он спешит подняться на третий этаж и пройти к кабинету старшего. Вполне возможно, что Сынмин будет чуточку недоволен, но это лишь для вида, ведь младшего брата он любит, и конечно же, не оставит его в беде. Постучав в дверь, Минхо неловко переминается с ноги на ногу, мнёт пальцами ткань белых джинсов и вздыхает, слыша шаги. Он озаряется улыбкой в ответ на улыбку брата и складывает пальцы рук перед собой вместе, горячо извиняясь за беспокойство. Объяснив всю ситуацию и получив в ответ добродушный смех, он принимает ключи из рук Сынмина и мягкий поцелуй в макушку. У них разница в возрасте всего лишь пять лет, но иногда ему кажется, что все десять: Сынмин о нём заботится так, словно он до сих пор младенец, но Минхо не жалуется, и отдаёт тем же, конечно. Сынмин тоже хочет ласки, любви, заботы, и младший отдаёт всё в полной мере. — Котёнок, тебе нужно немного отдохнуть от диплома. Твоя рассеянность меня пугает, — Ким мягко улыбается, теребя чёрные волосы младшего, обнимает его и гладит по спине, но скоро отстраняется, когда к ним подходит альфа модельной внешности, с пушистыми светлыми волосами и серыми глазами. Красивый. Завидев его, Сынмин поспешно желает мужчине доброго дня, Минхо за ним повторяет и сверлит альфу взглядом, слегка поклонившись. — Что тут происходит, Сынмин? — альфа вальяжно складывает руки за спиной, окидывает подчиненного взглядом, после переводит его на Минхо, улыбается приветливо и кидает взгляд на часы. Сынмин быстро объясняет ему всю ситуацию, представляет парней друг другу и приобнимает Минхо за плечо, когда тот поспешно отвечает, что не хотел нарушить спокойствие рабочего дня брата и офиса в целом, и обещает поскорее уйти, чтобы идиллия восстановилась, только вот альфа – Хёнджин останавливает его. — Всё в порядке, Минхо-я. Да и к тому же, вот-вот наступит время обеда, я как раз искал кого-то, кто разделит это время со мной, — Минхо не видит, – слава богу, – но Сынмин хитро и понимающе улыбается, даже кивает Хёнджину и скрывается в кабинете, ссылаясь на то, что у него работы выше крыши, оставляя парней наедине. Минхо переминается с ноги на ногу, улыбается несколько смущённо от такого предложения, но соглашается.

***

Время за обедом пролетает хорошо. Минхо и Хёнджин много разговаривают, смеются даже, не залезая особо в душу друг другу, обсуждают работу и учёбу. Хёнджина явно привлекает Минхо и его будущая профессия, о которой тот грезит. Омега учится на дизайнера интерьера, а у альфы в компании как раз не хватает человека на данную должность. До защиты диплома всего-ничего, меньше месяца, буквально пара недель, поэтому Минхо усердно готовится. Он должен хорошо его сдать, чтобы без зазрений совести выйти на работу. — Вы прилежный студент, верно, Минхо? — Хван мягко улыбается, потягивая зелёный чай и поедая булочку с корицей, пока Ли коротко кивает, пережевывая салат и запивая всё апельсиновым соком. — Как проходит подготовка к защите диплома? Есть волнения или трудности? — альфа, кажется, совсем не спешит уходить работать, зачем-то выведывая у омеги такие подробности, впрочем, того это не сильно пугает или настораживает, да и Хёнджин не особо напирает, хотя и выказывает интерес. — Да, я немного волнуюсь, но трудностей совсем нет, к тому же… — Минхо кидает в сторону, машет Сынмину рукой, приглашая к себе, и снова переводит взгляд на Хёнджина, который так же приветливо улыбается старшему омеге. — У меня всё закончено, осталось лишь защитить, — продолжает младший Ли, изредка кидая взгляд на Сынмина, который вникает в их разговор и поддерживает его, приговаривая, что он точно защитит диплом на отлично и выйдет из учебного заведения с красным дипломом. Минхо немного смущается этого, хотя Сынмин никогда не обделял его поддержкой, просто взгляд Хёнджина, такой восхищенный и одобряющий, направленный на него, отчего-то смущает, заставляя отвести взгляд. — О, знаете что, — Хёнджин словно что-то вспоминает, в телефон лезет, листает и, убедившись в чём-то, снова обращает внимание на омег. — Минхо, у нас тут казус произошёл. Дизайнер интерьера ушла в декретный отпуск, и нам пока не удалось найти хорошего кандидата, поэтому, если будет желание, жду вас на стажировку, — оповещает Хёнджин и слегка улыбается, видя удивление в глазах омег. Минхо и Сынмин снова переглядываются, говорят что-то друг другу взглядами, кивками и улыбками, выглядят довольными, но младший всё равно немного колеблется. Они только познакомились, а Хëнджин уже работу предлагает. Не сказать, что это странно, тем более, альфа сделал небольшое одолжение, но, наверное, у Минхо всё же будет желание прийти сюда поработать. — Я подумаю над вашим… предложением, господин Хван. Обязательно подумаю, но сначала мне нужно защитить диплом и бежать, у меня скоро занятие, — допив в один глоток апельсиновый сок, Минхо поднимается из-за стола, кланяется Хёнджину, треплет Сынмина по волосам и хватает тарелку и стакан, чтобы отнести их в место для сбора грязной посуды. — Рад был составить Вам компанию, хён. Сынминни, жду тебя дома, не задерживайся, пожалуйста, — омега кланяется снова, целует брата в макушку и убегает, провожаемый взглядами и улыбками старших. Странно, но от Хёнджина он понабрался энергии и теперь готов послушать полуторачасовую лекцию о том, как защитить диплом так, чтобы его точно приняли, это самое то, что сейчас нужно. Минхо не хочет ударить лицом в грязь перед комиссией, поэтому нужно подготовиться, потом защитить и с радостью пойти к Хёнджину на стажировку. Он справится.

***

Защита диплома прошла отлично, Минхо сильно волновался по этому поводу, но груз с плеч упал так же быстро, как и появился, когда преподаватели похвалили его, а оценка в зачётный книжке, кажется, подмигивала парню, будто подтверждая слова Сынмина утром о том, что всё будет в порядке. Как быстро пролетело время, слишком быстро. Омега оглянуться не успел, как сдал экзамены и защитил диплом. Осталось только пройти стажировку и всё будет прекрасно, но конечно же не сегодня. Сейчас у Минхо в планах приехать домой, плотно покушать и похвастаться перед Сынмином красным дипломом, впрочем, у старшего тоже красный диплом. Родители будут довольны младшим сыном. Кстати о них. Мать утром звонила Минхо, желала успехов и просила отписаться сразу же, как отстреляется, что омега незамедлительно сделал. Родители сейчас в другом городе, между прочим, это они отправили сыновей на учёбу и работу в другой город, подсобили хорошей квартирой и помогают обоим деньгами, хотя Сынмин противится, ведь он вполне себе неплохо обеспечивает их с Минхо. Сам же Минхо не противится воле родителей, но всё же не налегает на их помощь, изредка одергивая их и прося слать поменьше денег. К тому же, сейчас он их ошарашил и обрадовал новостью о том, что совсем скоро он идёт на стажировку и у него будет работа, поэтому они вполне себе могут успокоиться. Опустим тот момент, что мать даже пустила слезу, приговаривая как вырос Минхо, потому что омега терпеть это не может. Он понимает, это слёзы радости, но всё равно, не надо этого. К тому же, за сентиментальность в их семье отвечает Сынмин, а мать всегда подхватывает, заставляя младшего сына и мужа закатывать глаза и скептически переглядываться. Нет, Минхо совсем не черствый человек, просто не особо сентиментальный. Он может пустить слезу, когда действительно есть причина, но чаще это слезы грусти, нежели радости. Кто вообще от радости плачет? Это совершенно неправильно и глупо. Доехав до дома на такси, Минхо спешно поднимается на третий этаж, улыбается так, словно готов слепить всех вокруг, к груди прижимая диплом. Чёрт, он слишком рад и не может сдержаться, чтобы не улыбнуться во все тридцать два. Открыв дверь квартиры, омега чувствует посторонний аромат альфы. Аромат ликёра пробуждает в памяти встречу с Хёнджином, вызывает улыбку и заставляет сердце трепетать. Сынмин пригласил его в их скромную обитель? Стоит ли говорить о том, что Минхо этого не ожидал, но отчего-то он очень рад? Впрочем, наверное, это всего лишь радость от очередной встречи. Спустя несколько дней после знакомства, Хёнджин позволил себе вольность, встретил Минхо у места учёбы и подвёз до дома, но особо не налегал с этим, иногда пропуская дни, чтобы не дай бог не наскучить омеге, а тому почему-то показалось, что… Показалось, что он здорово охмурил альфу, хотя не сделал ничего особенного, просто был с ним любезным, поддерживал разговор, спокойно принимал и отказывался от предложений, а тот смотрел на него горящими серыми глазами и улыбался так искренне. Тишина дома слегка напрягает, но Минхо точно знает, что Сынмин здесь, наверное, он занят. Поэтому омега идёт на кухню, где старшие его и подстерегают. Громкий звук хлопушки конфетти, поздравления и объятия брата немного сбивают с толку, но Минхо быстро приходит в себя и обнимает его в ответ, принимая так же поздравления от альфы. — Ну, хвастайся, котёнок, — говорит Сынмин, указывая взглядом на диплом, и улыбается, когда Минхо передаёт вещь ему, после оборачиваясь к Хёнджину, который лично поздравляет его с окончанием учёбы. — Хён, думаю, ты обязан взять такого креативного трудоголика, как Хо, к себе. Ты бы видел его разработки, это же просто бомба! — восклицает Сынмин, вручая диплом Минхо, и снова обнимает его, мягко целуя в щёчку. — Но, ладно, давайте не о работе. Садитесь за стол, я сейчас выставлю горячее, а ты, хён, открой, пожалуйста, бутылку с шампанским, — Сынмин подталкивает Минхо к столу, после чего убегает к духовке и плите, достаёт что-то очень ароматное и раскладывает по тарелкам, пока Хёнджин возится с пробкой от бутылки шампанского. Минхо следит за ними, то оборачивачиваясь к брату, то сверля альфу взглядом, который тот ловит своим, заставляя смутиться и отвести взгляд. Интересно, о чём он думает, когда чуть насмешливым, но отчего-то нежным взглядом смотрит на Минхо? На самом деле, омеге не особо интересно, хотя, надо признать, внутренний омега тянется к альфе и машет своим пушистым хвостом, словно зазывая. Это странно, но в общем-то дискомфорта не доставляет. Когда Сынмин заканчивает с едой и садится за стол, Хёнджин уже разливает игристое по бокалам, себе наливает меньше всех, но омеги понимают всё, завтра рабочий день и нельзя напиваться. Сынмин же, тоже не спешит пить. Когда они чокаются и выслушивают короткий тост, омега делает лишь маленький глоток и отставляет бокал в сторону, отдавая особое предпочтение еде. За едой у парней завязывается непринужденная беседа, Хёнджин хоть и не хотел нарушать спокойствие, всё же упомянул о том, что ждёт Минхо на стажировку на следующей неделе, но заткнулся тут же под пристальным взглядом Сынмина. Минхо же эта ситуация позабавила, и он поспешил заверить брата в том, что всё в порядке. Так, за беседой проходит день и пара часов вечера, после чего Хёнджин вновь поздравляет Минхо и уезжает, оставляя братьев наедине. Не собираясь спать, Сынмин и Минхо решают посплетничать и посмотреть фильм. Странно, но Сынмин довольно сильно налегает на младшего с вопросами о том, понравился ли ему Хёнджин. В каком плане он имел ввиду «нравится» Минхо так и не понял, но всё же ответил, что Хёнджин понравился ему своей харизмой, мягким характером и внешностью, так же добавил, что они точно сработаются, более-менее умерив пыл Сынмина, и продолжил смотреть фильм, пресекая попытки завести эту тему. Да, его сердце свободно, но оно не может ни с того ни с сего забиться чаще из-за какого-то левого альфы, с которым он знаком пару часов. Вообще-то может, но опустим этот факт.

***

Утро встречает Минхо яркими лучами солнца, тёплым ветром и лёгкой болью в шее, ведь спал он в неудобном положении, но это неважно. Важнее то, что сегодня его первый полноценный рабочий день после месяца стажировки. Впрочем, там было даже меньше. Намного меньше, недели две от силы, потому что Хёнджин вдруг сильно захотел видеть его – такого креативного и прекрасного – в составе. Это удивило, несомненно, но и порадовало. Никогда не думал Минхо, что так быстро найдёт работу. Кстати говоря, ему очень нравится работать в компании. Вернее там, где его способности оценивают по существу. Работать креативным дизайнером так же сложно, как и менеджером по поставкам, но очень увлекательно. Отношения в коллективе у омеги сложились прекрасные со всеми, особенно с другом Сынмина – Чаном. Впрочем, что-то Минхо подсказывает, что старший питает к альфе не особо дружеские чувства, но не лезет в это, позволяя вешать себе лапшу на уши о том, какой Бан Чан прекрасный друг, при этом наблюдая с каким восхищением на него смотрит брат. Конечно, возможно, это не любовное восхищение, но Минхо думает иначе. Потянувшись, Минхо выскакивает из под тёплого одеяла, наспех заправляет кровать и спешит в ванную комнату, чтобы принять душ и привести себя в порядок, пока Сынмин, по всей видимости, готовит завтрак, ведь аромат оладушек не перепутать ни с чем абсолютно. Стоя под тёплыми каплями и параллельно чистя зубы, Минхо уже предвкушает, как вступит на своё место работы и будет сидеть над листами, создавая новые дизайны мебели. Кстати, те разработки, о которых Сынмин говорил, альфе очень понравились и он даже взял парочку страничек чтобы показать остальным в коллективе. Честно, Минхо не ожидал такого шкавала похвалы и восхищений, а ещё его почему-то смутила гордость в глазах брата, когда тот наблюдал за столпотворением вокруг него. Просто Сынмин так внезапно возник в дверном проёме с мягкой улыбкой на губах и восхищенным блеском в жёлтых глазах, что Минхо стало неловко. Было дело, да, но сейчас всё прекрасно, хотя некоторые коллеги смущают его своим повышенным интересом и просьбами помочь в новых разработках. Иногда кажется, что они специально просят Минхо помочь, хотя прекрасно справляются сами, особенно альфы. Минхо и рад помочь, только бегать из кабинета в кабинет довольно тяжело, поэтому он сразу всем дал установку: если просите помощи, приносите всё с собой в его кабинет. Кстати, пока что они с Сынмином обитают в одном кабинете, пока кабинет Минхо обустраивают и снабжают всем необходимым, например, столом и интерактивной доской, чтобы ему было удобнее показывать свои разработки. Выйдя из душа, омега, уже одетый и готовый, идёт на кухню, попутно застегивая верхние пуговки рубашки. Он вздыхает, вспоминая о Хёнджине и о том, как тот постоянно таскает его на обед в то самое кафе, приговаривая, что нельзя несколько часов сидеть, сгорбившись над столом. Впрочем, Минхо и не сидит так долго, хотя ему наверное кажется, ведь он занят работой. Хёнджин точно немного ухлестывает за ним, постоянно вынюхивает, что ему нравится из еды и прочее, даже один раз спрашивал, какие цветы ему нравятся, но омега ответа не дал, предпочитая поиграть в угадайку. Хёнджин правила его игры принял, но пока что никаких поползновений в свою сторону Минхо не увидел. Зайдя в кухню, Минхо желает доброго утра Сынмину, который делает то же самое и после ставит тарелку с выпечкой на стол, положив сверху кусочек масла и растопив в микроволновке немного мёда, как младший любит. После он ставит кружки с чаем на стол и присаживается за него, стаскивая с тарелочки оладушек. — Котёнок, я не спрашивал, но тебе нравится работать у нас? Альфы не цепляются? Я же вижу как они на тебя смотрят, — Сынмин улыбается, делая глоток, и усмехается своим же словам. Да уж, кто-кто, а альфы даже близко не станут дышать к Минхо, зная, что у него есть старший брат, готовый оберегать его просто от всего. — И… в целом, как тебе работа? — старший Ли хватает ещё один оладушек, делает глоток чая и из под ресниц наблюдает за братом, который одним своим видом безмолвно отвечает, что его всё устраивает. — Мне очень-очень нравится всё, Мин-и. Да и коллектив прекрасный и никто не цепляется, а восхищенные и слегка похотливые взгляды самцов я и сам замечаю, но давать им ложные надежды не стану ни за что, не волнуйся, — Минхо кладёт руку поверх руки старшего, мягко гладит большим пальцем и улыбается, слыша вздох облегчения и кивок. Он хихикает совершенно по-детски и смотрит на время. Опаздывать нельзя, нужно быть пунктуальным, поэтому омега быстро заканчивает с завтраком и, подгоняя брата, вскакивает из-за стола. Они быстро собираются, прихватывая с собой барсетки с документами, и спешат на автобусную остановку, чтобы не опоздать. Уже на месте парней приветствуют коллеги, особое внимание уделяя Минхо, который является звездой их небольшого заведения. Хорошего парня Хёнджин ухватил – слышит Минхо из разговора парочки альф, и нет, они говорят это не в каком-то похотливом или завистливом ключе, а действительно восхищаются его работой и тягой к труду. Омега усмехается и кидает мимолетный взгляд них, успевает заметить, как они неловко уводят взгляды и убегает вслед за Сынмином. На подходе к кабинету, омеги встречаются с Хёнджином, который, как и всегда, в прекрасном настроении и с букетом цветов, на этот раз белые хризантемы красуются в сильных руках, но сейчас разговаривает по телефону, поэтому они обмениваются лишь кивками и улыбками, и омеги проходят в кабинет, чтобы совсем скоро начать работать. Минхо сегодня предстоит начать разработку мебели для ресторана, с которым компания сотрудничает ни один год. Вернее, она сотрудничает с сетью ресторанов, которой владеет отец Хёнджина. Господин Хван решил обновить столы, стулья и даже барную стойку, узнав от сына о прекрасном дизайнере, которого тот пристроил к себе. Конечно, если вдруг ему не понравится разработка омеги, он не станет его унижать и кричать во всеуслышание о том, что этот парень плохой дизайнер, но тактично намекнет об этом сыну, хотя Хёнджин вряд ли его послушает. — Доброе утро, ещё раз, — в кабинет входит Хёнджин, кивает приветственно, подходит к Минхо вручает ему букет, который тот наконец-то принимает, ведь хризантемы – его любимые цветы, берёт стул, ставит его практически в центре кабинета и оглядывает омег, которые уже хватают нужные вещи для работы. Минхо видит его улыбку и взгляд, направленный в свою сторону, но еле сдерживает свою, копаясь в ящике и на поверхности стола в поисках стилуса. — Сегодня совещание в три часа, — начинает Хёнджин, поправляя часы на запястье и воротник пиджака, после складывает руки в замок и окидывает младших взглядом снова. — Жду от вас начальные стадии ваших работ, но можете не торопиться, времени у вас много, — продолжает он и с лёгкой улыбкой наблюдает за тем, как Минхо крутит стилус между пальцами, готовый прямо сейчас начать и не вылезать из своей каморки. Его тяга к труду действительно удивляет и поражает. Таких трудоголиков Хёнджин не видел ещё ни разу, хотя всегда казалось, что Сынмин тоже горит своим делом, но оказалось нет. Омега часто отлынивает от работы, предпочитая почесать языком с другими, но Хёнджин не видит в этом особой проблемы, ведь Ли-старший всегда выполняет свою работу в срок. — На этом у меня всё. Вопросы ещё есть? — поднявшись со стула, Хёнджин ставит его на место, выжидающе смотрит на омег, улыбается лёгкому кивку со стороны Минхо и подходит к нему, ожидая вопросов. — Хён, пожалуйста, скинь мне вид зала, для которого нужно сделать мебель. Мне нужно на что-то опираться, чтобы всё сочеталось, — просит Минхо, ожидая когда планшет соизволит заработать, и слегка улыбается, видя блеск и обожание в чужих глазах. И почему все так восхваляют его? Да, он ответственно выполняет свою работу, не отлынивает и всё делает в срок, но на него всегда смотрят с таким восхищением, словно он и другим помогает. Конечно, он помогает, но не так уж и часто, но всё равно. — Пришлю на почту, Минхо, — Хёнджин кивает и скрывается в коридоре, пожелав омегам хорошего дня. Минхо и Сынмин переглядываются и заводят непринужденный разговор, не отвлекаясь от своих работ. Они прыгают с темы на тему как всегда, смеются и даже успевают посплетничать о том, кто кому нравится в их заведении. Минхо не выдерживает, расспрашиваает брата о Чане, о его чувствах к этому альфе и ехидно так лыбится, когда Сынмин краснеет щеками, снова уверяя в том, что Чан всего лишь друг, но потом добавляет, что для него альфа, может быть, чуточку больше, чем друг. Вот с этого и надо было начинать. Работа идёт полным ходом, когда к омегам в кабинет заглядывает омега-маляр, чисто чтобы почесать языком, ведь у него работа начнётся чуть позже. Юнхо заводит непринужденный разговор, который братья с удовольствием поддерживают, не отвлекаясь от работы. Юнхо один из немногих омег в компании. Поскольку компания мебельная, большую часть работы выполняют альфы, омегам же достаётся что-то менее тяжёлое, но те и этому рады. Юнхо вообще один из первых, кто появился здесь, поэтому он знает всё-всё и даже больше. Громкий смех прерывается трелью звонка телефона, Юнхо извиняется, прерывая общение, и выходит из кабинета, отвечая на звонок. Сынмин и Минхо же продолжают разговаривать. Старший мечтательно вздыхает, подпирая голову рукой и отодвигая от себя документы с расчётами, смотрит на брата, который увлечённо высказывает свои мысли и что-то рассказывает, и улыбается мягко, так, как всегда делает, когда думает о том, как Минхо вырос во всех смыслах. Минхо действительно вырос, он больше не тот парень, который зарывается в учебники с головой, гуляет раз в год по обещанию и не является книжным червем и домоседом. У него наконец-то появились интересы помимо учёбы, появились настоящие друзья, с которыми он проводит вечера и ночи в клубе или где-то ещё. Сынмина это радует, поэтому он не может не улыбнуться. Когда в кабинете снова воцаряется тишина, Минхо утыкается в планшет, рисует, исправляет, как всегда высунув язык, погружается в работу вновь и вновь, даже не слышит, как Юнхо прощается и как хлопает дверь. Он поглощен работой, чем Сынмин пользуется и выскальзывает из кабинета, убегая в кафе за парой стаканчиков кофе. В кабинет возвращается он минут через двадцать, где ничего не изменилось с момента его ухода: тихое тиканье часов на стене, тихий стук кончика стилуса по экрану, шум города за окном и лёгкий тёплый ветерок, который просачивается в помещение сквозь приоткрытое окно. — Вас вызывает земля, Ли Минхо! — оповещает он о своём приходе и подходит к столу младшего, который наконец-то оторвался от своего дела. — Давай выпьем кофе и отвлечемся от работы. Я уверен, ты уже всё сделал, — Сынмин ставит стаканчик с кофе перед Минхо, улыбается, когда тот хватается за него, словно за спасательный круг, и хватает стул, садится напротив него и присасывается к ободку, в удовольствии прикрыв глаза. — Хён, не хочешь сходить в кино после работы? Я бы хотел скрасить этот вечер с тобой где-нибудь, а не сидеть в четырёх стенах, — спрашивает Минхо, попивая кофе, и косит взгляд на планшет, снова хватает стилус, исправляет что-то, хотя Сынмин уверен, что там всё идеально, и наконец-то выключает гаджет, покончив с работой. — Конечно хочу, котёнок. А если ничего нормального не будет, посмотрим дома, — соглашается старший и вдруг усмехается, видя взгляд брата, направленный на букет цветов. Наконец-то Хёнджин угадал. Минхо очень нравятся хризантемы, ему подари на праздник цветы – он будет рад и никакие подарки больше нужны не будут. И зачем только Хёнджин тратится? Всё равно ведь уносит букеты с собой, потому что Минхо не спешит их принимать. Сегодня просто исключение какое-то, ведь устоять перед любимыми цветами омега не смог. Интересно даже, куда Хёнджин девал другие букеты, которые Минхо отвергал? Возможно, он их отдавал кому-то другому. Минхо никогда не задумывался о том, есть ли кто-то у альфы, но видя его поползновения в свою сторону, понял, что альфа свободен. Да уж, какие ему отношения, если он такой бизнес держит. Хёнджин, кстати, не особо старше Сынмина. Кажется, ему двадцать семь, если память Минхо не изменяет. Ли всегда казалось, что в таком возрасте не то, что муж или жена должны быть, а дети, особняк и дорогая машина, – если, конечно, ты такой же успешный мужчина или женщина, как Хёнджин. — Скоро надо будет идти в конференц-зал, как всегда, — Сынмин смотрит на часы и вздыхает, дёргая плечом, словно скидывает с него усталость. Минхо кивает в ответ, вздыхая, и поднимается из-за стола, чтобы выкинуть стаканчик, и потягивается, кидая взгляд на часы. Наверное, совещание будет долго длиться, иначе не объяснить, почему Хёнджин выбрал столь позднее время для него. Рабочий день длится до шести вечера, наверное, альфа рассчитывает на то, что всё подзатянется, чтобы потом спокойно отпустить всех домой и уйти самому. Это первая конференция для Минхо на самом деле, и он немного волнуется. Мало ли кому-то не понравится, как он проявит себя. Это немного пугает, но нужно успокоиться и не дать плохим мыслям заполонить мозг. Всё будет прекрасно. По крайне мере, Минхо надеется на это. Он садится на стул, подпирает голову рукой и прикрывает глаза, наслаждаясь тёплым ветром, ожидая часа совещания, и уже мечтая уйти домой.

***

В зале шумно, работники офиса разделились на группы и обсуждают свои проекты и вопросы, которые хотели бы задать директору. Минхо и Сынмин обсуждают что-то далёкое от работы, но в разы тише, изредка кидая недовольные взгляды в сторону некоторых групп людей, которые общаются слишком уж громко. До начала конференции ещё десять минут, но большинство людей уже находится в зале. Сынмин и Минхо обсуждают планы на эту неделю, договариваются на выходных обязательно залететь в клуб с друзьями, чтобы пообщаться и отдохнуть. Вся неделя у них рабочая, поэтому они предусматривают какие-либо сдвиги в графике работы, чтобы ничего не нарушить. Вскоре в зал входит Хёнджин в сопровождении такого же статного, высокого и довольно симпатичного мужчины. Тут даже тупой догадается, что этот мужчина является отцом альфы, поэтому все встают со своих мест, чтобы поклониться и поприветствовать важную персону. Впрочем, Минхо пока не знает, насколько Хван старший важная персона здесь, но дань уважения проявляет, ведь мужчина выглядит так, словно весь бизнес сына сосредоточен в его руках, и если ему что-то не понравится, то полетят головы всех. — Доброго дня всем, — здоровается альфа и жестом приглашает присутствующих присесть на места и сам усаживается во главе стола, разделив это место с Хёнджином. — Для тех, кто не знает, я Хван Минхён, основатель сети ресторанов, с которой вы сотрудничаете. Я рад снова присутствовать здесь, на важной для всех конференции и видеть новые лица тоже очень рад, — Минхён кивает Минхо, мягко улыбнувшись, и сцепляет руки перед собой в замок, чтобы продолжить. — Ну, что ж, давайте начнём, по традиции, с проектов и планов, а дальше как пойдёт, — он элегантно машет рукой, призывая работников, ответственных за проекты, пройти к электронной доске, но, кажется, это ему совсем неинтересно, ведь Минхо постоянно замечает на себе его взгляд и еле заметную улыбку, от того не может сосредоточиться на проекте вещании коллег, хотя очень пытается. Вскоре люди сменяются другими, вот уже Сынмин рассказывает о том, как идут поставки мебели и её продажа, радует всех хорошими новостями и заканчивает на этом свои объявления, передавая эстафету Минхо. Вздохнув, младший Ли поднимается из-за стола, не забыв взять планшет и флешку, на которой он уже успел, скажем так, разместить будущую мебель, словно она является залом ресторана. Планшет он отдаёт Хёнджину и его отцу, чтобы они могли подробнее изучить детали, после предлагает отдать гаджет остальным, чтобы они оценили его работу и поняли, с чем им придётся работать. — В данном ресторане довольно приятная атмосфера, я бы сказал, живая, из-за своего обилия зелёных цветов, — начинает Минхо, указывая на экран и выделяя нужные моменты. — Как я заметил, столики и диванчики рассчитаны минимум на два, максимум четыре человека, что довольно… усложняет позиции некоторых посетителей, — на следующем слайде презентации омега показывает то, что разработал и хотел бы предложить к изменению. — К тому же, там слишком много свободного места, конечно, это неплохо, люди не будут толпиться и официантам проще не запутаться, но я вот что хочу предложить, — на следующем слайде Хёнджин и остальные замечают в некоторых, особо пустых местах зала круглые восьмиместные столики в красном цвете, за которым стоят в красной обивке стулья. Для большего понимания омега добавил на стол посуду и столовые приборы, что очень даже восхищается всех. — Ваш ресторан очень востребован, к вам приходят много людей. Особенно те, кто желает отпраздновать юбилей, или просто какую-то годовщину. Вот я и подумал, что было бы неплохо установить несколько столиков, за которыми точно могла бы поместиться полная семья, в любом случае, если человек будет больше, они всегда могут забронировать пару столов, — Минхо еле сдерживается, чтобы не опустить голову и не отвести взгляд от многочисленных восхищенных взглядов в свою сторону, и не сразу вспоминает, что стоит закончить презентацию. Поэтому он берёт себя в руки и спокойно заканчивает свой проект, ожидая вердикта Хванов. Одобрение в глазах Минхёна он видит не сразу, но всё же, когда замечает, мягко успокоенно улыбается и с позволения присаживается за стол. Он слышит переговоры коллег, видит восхищенные взгляды на себе, но цепляется лишь за один: взгляд Хёнджина, уважение, похвала и искрящаяся гордость в нём. Почему-то это смущает, ровно так же, как и мягкая улыбка на его губах. Это не первый раз, когда альфа так смотрит, но всё равно, кровь приливает к щекам и ушам, сердце гулко бьётся где-то под рёбрами, а все внутренности сжимаются, пока естество радостно вопит и урчит от неозвученной похвалы. — Все ваши разработки, новости и проекты очень хороши, — Минхо слышит голос старшего Хвана, поэтому поднимает на него взгляд и складывает руки на столе, ожидая дальнейших его слов. — Некоторые — альфа кидает взгляд на Минхо, отчего тот чуть ли не давится воздухом, хотя в общем-то практически не дышит, и продолжает: — мне очень понравились, это чистая правда. Я приму их к рассмотрению, но, кажется, мой мозг всё уже давно решил за меня, и некоторые моменты я уже принял, — по залу проносится тихий смешок, а Минхо выдыхает наконец-то и может дышать спокойно, поддерживаемый Сынмином, который под столом гладит его по ноге успокаивающе и вскоре укладывает руку на талию. — Вы все очень хорошо потрудились, претензий нет абсолютно. Буду рад работать с вами ещё очень долго, — Минхён слегка кланяется, после чего следует то же самое действие со стороны работников. Ещё недолго все что-то обсуждают, в то время как старший Хван выходит из помещения, а Хëнджин подходит к Минхо, просит отойти к окну, хотя и понимает, что это действие может быть воспринято совершенно не так, как нужно. Впрочем, все остальные негромко прощаются и покидают кабинет, даже Сынмин, который обязательно подождёт брата в кабинете. Минхо переминается с ноги на ногу, ожидая слов альфы. Он смотрит на часы, не желая задерживаться, ведь они с Сынмином хотели сходить в кино, и переводит взгляд на Хёнджина, который отвлекается от разглядывания природы за окном. Хван улыбается мягко, разворачиваясь корпусом к Ли, и вздыхает, опираясь бёдрами и руками на подоконник. — Ты отлично постарался, Минхо-я, — Хёнджин улыбается мягко смущению на милом лице и слегка клонит голову вбок, пытаясь заглянуть в чужие глаза. Он понимает, что такое внимание смущает Минхо, но чёрт, как же этот парень радует его, буквально заставляет смотреть на себя, привлекает своей аурой. Хёнджин наверное, выглядел глупо, когда то и дело утаскивал цветы с собой, до сегодняшнего дня не сумев угадать предпочтения омеги, но остановиться не смог, тем более поняв, что против букетов тот ничего не имеет. Впрочем, Минхо любит любые букеты, но почему-то с Хёнджином он захотел поиграть и немного подействовать на нервы, ведь от ворот повороты на протяжении месяца точно подбесили. Минхо не удивится если Хёнджин обратился к Сынмину за помощью, а тот точно что-то задумал как всегда, вот и помог. — Слушай, если ты и Сынмин не спешите домой… Да даже если спешите, то могу я подвезти вас? — Хван разворачивается корпусом к двери, улыбается мягко и не сводит с Минхо взгляда, пока тот думает над его предложением, отчего-то неловко перебирая пальцами по ногам и вытирая вспотевшие отчего-то ладони о ткань штанов. Он вздыхает, прикусывая внутреннюю сторону щеки, думая о том, что с Хёнджином ехать куда безопаснее, чем в такси и тем более автобусе, но почему-то колеблется, хотя мозг и сердце, впервые сработавшиеся, уже всё решили за него. — Конечно, хён. И если ты сам не спешишь, то можешь составить нам компанию за просмотром фильма, — Минхо вытаскивает телефон из кармана, почувствовав вибрацию от пришедшего уведомления, и усмехается брани Сынмина в их чате. Неужели он настолько долго ждёт? Старший всегда был и остаётся нетерпеливым, он всегда куда-то спешит, всегда ему куда-то надо, но сейчас Минхо его понимает, ведь хочется уже закончить с работой и уехать. — Если ты не против, конечно.. — добавляет Ли и кивает в сторону двери, предлагая пойти уже, иначе есть риск получить папкой с документами по голове. Хван кивает в ответ, после погружается в мысли, когда они уже выходят из зала, кажется, вспоминая есть ли у него дела в ближайшие пару часов. Но к его радости (огромной радости на самом деле) дел никаких не намечается, поэтому он может спокойно зависнуть с омегами в кинотеатре, поедая попкорн и наблюдая за Минхо смотря фильм. Зайдя в кабинет, парни тут же встречаются с лёгким недовольством Сынмина и его явным желанием поскорее попасть в кинотеатр. Минхо хихикает, слушая его тихую брань, и успокаивает одним лишь мягким чмоком в щёку, после чего оповещает о том, что Хёнджин их подвезёт и, возможно, составит им компанию за просмотром фильма, и проходит к своему столу, чтобы собрать вещи. Только вот Хёнджин всё ещё молчит, взгляд его прикован к телу омеги, его миниатюрности и чуть резким движениям изящных рук, но вскоре приходит в себя, смешком привлекая внимание омег. — Минхо, извини, я крепко задумался. Конечно, я составлю вам компанию, лишь надеюсь, что Сынмин не против, иначе, это просто замкнутый круг, — отвечает он наконец-то и поправляет воротник пиджака, кидая взгляд на старшего омегу, который вполне себе не против и отчего даже рад: это видно по его хитрому взгляду в сторону Минхо. — О, хён, не переживай. Мы его высадим где-нибудь, если он против будет, а сами поедем в кино, — Минхо усмехается с удивленного и несколько оскорбленного лица брата, и не видит мягкой улыбки альфы, которую тот совершенно не может контролировать, так же как необъяснимую нежность и восхищение, которые плескаются в серых глазах. Хоть это и не совсем смешная шутка, хотя вряд ли Минхо оставит Сынмина, но к горлу подкатывает комок смеха, который Хван усердно подавляет и вовсе отворачивается, лишь бы не видеть недовольное лицо старшего и хитрое лицо младшего омеги. Минхо выглядит слишком мило и горячо одновременно, когда чуть сужает свои прекрасные глаза и в хитрой улыбке приподнимает верхнюю губу. Наверное, этот омега способен обнажить все слабости Хёнджина, о которых тот и сам доселе не знал. — Ну, идёмте. Время уже, — Минхо наконец-то хватает букет из вазы, не заботясь о том, что стебли мокрые, собирается бежать и старшие, если честно, не особо поспевают за ним, но идут достаточно быстро, чтобы догнать его на выходе из здания, после чего под предводительством альфы они проходят к машине марки Mercedes и вскоре катят к ближайшему кинотеатру, попутно выбирая фильм на ближайший сеанс.

***

Обсуждая фильм, омеги и альфа покидают здание кинотеатра, высказывают свои мысли и поддерживают чужие. Лёгкий, совершенно непринужденный фильм, с небольшим количеством слёзных моментов вызвал в парнях разные эмоции и ощущения. Сынмину вот, вообще не понравилось, он не любитель всего этого спокойствия, ему нужная драма, ужасы и детективы, в чем Хёнджин его абсолютно полностью поддерживает, в то время как Минхо воспаряет духом, придерживаясь своего мнения о том, что фильм прекрасный, а старшие просто не смогли разглядеть и уловить его сути. Младший Ли недовольно фыркает, когда Сынмин и Хёнджин одновременно закатывают глаза, но спорить перестаёт и проходит к машине альфы, ожидая поездки домой. На самом деле, он бы ещё немного подзадержался где-нибудь, но уже хочется есть, а тратиться в кафе не вариант, когда дома есть еда. Вздохнув, Минхо опирается на капот машины бёдрами и руками позади себя, наслаждается прохладным ветром, который теребит волосы, и свежестью вечера. Хёнджин пристраивается рядом, принимает такую же позу, не отвлекаясь от разговора с Сынмином, и наверное, сам не замечает, как кладёт руку поверх чужой, после чего переплетает пальцы, чему Минхо не противится совсем и поддаётся, но потом разомлевшей под теплом вечера, омега приходит в чувства. Да ещё в какие. Ли краснеет пуще помидора, довольно резко убирает руку, тут же прижимает её к покрасневшей щеке и смущённо уводит взгляд, после и вовсе отходит от машины, подгоняя старших поехать домой. Странно, но после этого касания он чувствует лёгкое покалывание в пальцах, пока сердце стучит через раз, либо набирая обороты, либо желая остановиться вообще. Вскоре Хёнджин останавливается возле дома омег, даже вылезает из автомобиля, чтобы попрощаться. Минхо и Сынмин конечно же позволяют себя обнять, хотя кажется, что младший вообще не здесь, он о чём-то сильно задумался, но старшие не спешат расспрашивать. Когда с прощанием покончено, Хёнджин благодарит парней за прекрасный вечер, и даже Минхо наконец-то приходит в себя, благодарит его в ответ и ещё долго машет рукой, пока фары авто не скрываются в глубине города. После он ещё с минуту стоит, прижав руки к груди, пока в чувства его не приводит смешок Сынмина и его подколы о чувствах младшего. О каких чувствах он говорит? Минхо фыркает, отвечая, что нет у него никаких чувств к Хёнджину, на что старший парирует, приговаривая, что у Хвана есть чувства, после добавляет, что в такого альфу сложно не влюбиться. Минхо отчего-то краснеет снова и поспешно скрывается дома, не желая слушать непонятные высказывания брата.

***

Очередной рабочий день тянется, кажется, целую вечность. Единственные кто скрашивают скуку и занимают разговорами – Хёнджин и Сынмин, которым порой бывает так же скучно, как и младшему. Только вот альфу скука настигает чаще, оттого чаще он приходит к Минхо, занимает его разговорами и даже умудряется помогать с работой, беря на себя часть с документами. Кстати, без цветов на этот раз тоже не обошлось. Но сегодня это было более неожиданно, чем раньше. Хёнджин встретил омег у их дома, вызвался подвести и, на удивление, Минхо наконец-то быстро согласился. После того похода в кино омега снова стал сдержанным, все поползновения альфы пресекал на корню и даже бесился из-за этого. Но сейчас он снова стал добрым, милым, прекрасным парнем, которого альфа задаривает не только цветами, но и конфетами, после с удовольствием наблюдая, как сладости пропадают из коробочки одна за другой во время работы. Это радует, его чувства крепчают, а сердце снова и снова отбивает чечетку, когда хитрый взгляд и мягкая улыбка обращаются в его сторону. У Минхо же сейчас всё почти так же. Сидя за столом и то и дело чувствуя на себе взгляд Хёнджина, он чувствует, как сердце трепещет где-то под рёбрами, разум вопит «посмотри в ответ», и он смотрит. Встретившись со взглядом серых глаз, он чувствует как губы не по его воле совершенно растягиваются в улыбке, а мысли о работе отходят куда-то на задний план. И откуда только взялось это желание заговорить снова и узнать Хёнджина получше? Снова. Минхо уже долго пытается и думает о том, чтобы узнать Хёнджина по лучше, дать ему понять, что его интерес совершенно взаимный, но почему-то не решается, не тогда, когда Сынмин сидит здесь и лыбится, словно он главная сваха в этом мире, которая замечает появление химии между ними. Впрочем, он лыбится так с самого знакомства парней. Наверняка он сплетничает с альфой, иначе, откуда бы тот узнал о том, что Минхо любит хризантемы, шоколадные конфеты с цельным фундуком и капучино с кокосовым сиропом. Наверняка они там мутки мутят, и Минхо даже не удивится, если его брат уже рассказал Хёнджину о том, в каких кафе, клубах и ресторанах он любит зависать и все остальные совершенно не секретные секреты. Сынмин не совсем сваха, конечно, но он точно делает всё, чтобы у Хёнджина получилось охмурить Минхо. Впрочем, чтобы охмурить его, омеге даже ничего делать не пришлось, он просто втрескался в него с первого взгляда, как бы глупо это ни звучало. Неловкие переглядки и улыбки прерываются настойчивым стуком в дверь, и Минхо резко переводит взгляд на неё, давая разрешение кому бы то ни было войти. И почему ему подумалось, что случилось что-то критичное, когда вечно пунктуальный Минги просто решил их оповестить о том, что пора отдохнуть и перекусить, с чем все абсолютно согласны. Время действительно тянется невыносимо долго, а до конца рабочего дня ещё два часа. А ведь ещё нужно добраться до дома. — Думаю, действительно нужно перекусить, — Сынмин поднимается из-за стола, поправляя свой пиджак, и кидает взгляд на часы, кивает своим же словам. Хёнджин и Минхо конечно же соглашаются с ним, но не спешат идти вместе, обещая, что нагонят его через пару минут. И снова хитрая улыбка, язык за щекой и тихий смешок: он так всегда делает, когда грязные или шипперские мыслишки посещают его голову. Ему, кажется, больше заняться нечем, только шипперить Хёнджина и Минхо. — Минхо, слушай. Ты сегодня сильно спешишь домой? — Хёнджин слегка сжимает локоть Минхо, не давая ему выйти из кабинета, но омега и не сопротивляется, лишь улыбается мягко и вздыхает, припоминая что-то. Если с работой он сегодня не покончит, то точно будет спешить, чтобы закончить дома и не оставлять на завтра. — Зависит от работы, хён. А что? — Ли и сам не знает почему, но его губы растягиваются в лёгкой ухмылке, а зелёные глаза чуть сужаются, словно хотят просканировать Хвана и узнать его намерения. Не просто же так он спрашивает об этом, но Минхо от этого только радостнее, а сердце снова даёт знать о том, что оно, как бы, живое: бьётся сильно-сильно, вместе с тем пробуждая дохлых бабочек в животе. — Хочу пригласить тебя на… свидание в ресторан отца, наверняка, ты там ещё не был, — неловкость Хёнджина зашкаливает, кажется, передаётся и Минхо через воздух, а ещё заставляет смущаться и слегка покраснеть щеками. Свидание значит? Долго же Хёнджин готовился, видимо. Учитывая ещё, что Минхо пресекал его попытки чего-либо в свою сторону, он точно долго не мог собраться, боясь нарваться на отказ, но у омеги нет причин отказываться, разве что, чтобы побесить его (и себя, своё эго заодно). — Почему-то я подумал, что мы могли бы скрасить этот вечер… там вместе, если ты не занят, конечно же, — альфа сейчас напоминает подростка, который никак не может признаться понравившемуся человеку в чувствах, впрочем, так и есть, и Минхо это немного забавляет, но он не смеётся, лишь улыбается и старательно делает вид, что думает над предложением, хотя его мозг и сердце, снова сработавшись, уже всё решили за него. — О, Сынмин будет рад услышать это, — вместо ответа хихикает Ли и качает головой, после заглядывая в серые глаза своими зелёными, вздыхает. — Я пойду с тобой на свидание хён, конечно же, — отвечает он и кивает на дверь, после роняет смешок, видя как сияет альфа, пока у самого в груди расцветает нежный бутон хризантемы, а опьяняющий ликёр разливается по венам вместе с кровью. Это будет его далеко не первое свидание, но чёрт, как он волнуется и как трепещет его сердце и душа от предвкушения. Наверняка он не пожалеет о том, что согласился, ну а сейчас важно перекусить, ведь на полный желудок работается легче.

***

Когда рабочий день наконец-то окончен, Хёнджин утаскивает Минхо на свидание, по пути в ресторан он заскакивает за цветами, за теми же белыми хризантемами, чтобы вручить их одному самому прекрасному омеге, к которому лежит и тянется его душа, а естество стелится ковриком, лишь бы угодить. Впрочем, Минхо и без этого всё устраивает, и звёзды с неба ему не нужны, пока они расположены друг к другу в полной мере, или хотя бы достаточной для того, чтобы узнать друг друга получше. — Прекрасному парню, который сумел скрасить мою скудную жизнь и… — и влюбил меня в себя, при этом ничего не делая, до потери пульса. Но этого Хёнджин не говорит, делая вид, что закашлялся, после отнекивается, что потерял мысль. Да кто вообще на первом свидании в чувствах признаётся? Точно не он. Отчего-то пока духа не хватает, но главное успеть это сделать до того, как омега объявит, что у него уже кто-то есть. — Минхо, ты прекрасен, — искренность слов альфы практически вызывает слезы омеги, но тот сдерживается и в благодарность касается губами его щеки, отчего выше упомянутая часть лица словно горит, а дыхание Хёнджина сбивается под сопровождением вновь оживших бабочек в животе. — Спасибо, хён.. Ты тоже очень прекрасный человек… — и вполне себе в моём вкусе по всем параметрам. Минхо усмехается мысленному продолжению своей реплики и качает головой, после утыкаясь носом в цветы и втягивая их лёгкий нежный аромат. Он переводит взгляд на Хёнджина, слегка улыбается и вздыхает, очерчивая его профиль лица и руки, покоящиеся на руле, взглядом. Тёмно-серый костюм слишком прекрасно сочетается с серыми глазами и светлыми волосами, а модельная внешность вкупе с высоким ростом и стабильно мягким характером боготворяет мужчину, и кроме него больше ни на кого смотреть не хочется. Вероятно, дело ещё в не совсем дружеских или рабочих чувствах омеги. Хёнджин привлекает его как потенциальная пара, хотя пока что он лишь пытается признаться в этом самому себе, не то что кому-либо, хотя, кому надо, тот уже всё увидел и понял. — Ресторан твоего отца действительно успешен, и я даже рад, что мы сотрудничаем с ним, — омега перескакивает на другую тему, но отвлекается тут же, когда лёгкая вибрация от пришедшего сообщения расходится от ягодицы и немного по ноге. Вздохнув, он достаёт телефон, снимает его с блокировки и заходит в чат с Сынмином, но лучше бы он этого не делал, ведь его лицо тут же краснеет от возмущения и смущения ведь старший пишет: «только не трахайтесь на первом свидании и лучше не целуйтесь даже». Да кто собирался это всё делать вообще?! Глупый Сынмин, всегда найдёт силы испортить всё. Но всё равно Минхо любит своего старшенького, как же иначе. — Всё в порядке, Минхо? Душно, может окна открыть? — Хёнджин видно волнуется и Минхо спешит заверить его в том, что всё в порядке, но всё же ненадолго открывает окно, чтобы вдохнуть свежий воздух и немного успокоиться. Умеет же Сынмин одновременно смутить и разозлить брата, словно всегда специально это делает. Чего он этим добивается? Лишь смертный приговор себе подписывает. Минхо вздыхает, когда автомобиль останавливается возле огромного двухэтажного здания с панорамными окнами, и открывает дверь, поскорее выбираясь на свежий воздух. Хёнджин галантно подаёт ему руку, после берёт под локоть, не встречая никакого сопротивления, и ведёт парня в ресторан, на входе здоровается с охраной, люди которой лишь сдержанно кивают, не удостаивая парней толком взглядом. Наверное, они так же спокойно выпроваживают особенно буйных посетителей из ресторана. Минхён обо всём позаботился как ответственный директор и владелец. Уже в здании к парням подходит девушка в фирменной форме, дежурно улыбается, хотя Минхо видит, как она рада Хёнджину, кажется, альфа не особо частый гость в заведении отца, оно и понятно. Девушка оповещает, что столик, который Хёнджин заказал, – когда только он успел? – ожидает своих посетителей, и провожает их к столику на двоих практически в самом дальнем месте зала – дальше только лестница на второй этаж и вип-залы. Хёнджин благодарит её, пока помогает Минхо усесться и усаживается сам. После, первым делом он спрашивает у омеги, чем бы тот хотел полакомиться и вручает ему один из листов с меню. Минхо не заставляет себя долго ждать, озвучивает заказ, состоящий из салата «Цезарь» и риса с мясом, и переводит взгляд на Хёнджина, который тоже делает заказ, не менее скудный. Альфа заказывает пару салатов, стейк средней прожарки и соус. Девушка принимает всё, уточняет, не будут ли они что-то ещё брать и уходит, обещая вернуться совсем скоро. — Как тебе место, Минхо-я? Вживую выглядит лучше, чем на фото? — пока есть время, чтобы поболтать, не набивая рот едой, Хёнджин решает завести разговор. — Тут очень хорошо, хён. И да, лучше, чем на фото, но всё так же атмосферно, — Минхо не задерживается с ответом, обводит зал взглядом, сканирует барную стойку, которую действительно нужно заменить, и ведёт взгляд дальше, сканируя кучу пустоты в зале. Наверное, Минхён ещё не рассмотрел его проект, либо же ему вовсе не понравилось предложение омеги, но в любом случае, он старался угодить, но как говорится, хозяин-барин. — Как думаешь, твоему отцу… Правда понравилась моя разработка? У остальных были не менее хорошие проекты и предложения, поэтому я немного волнуюсь, — омега вздыхает и хмыкает тихо, ругая себя мысленно за то, что сам всё портит сейчас, но тёплая ладонь на своей отрезвляет и заставляет обратить на альфу внимание. — Знаешь, он просил… не говорить тебе, боясь, что ты сгоришь от смущения, всё же ты слишком близко к сердцу всё принимаешь, но он так хвалил тебя, так нахваливал. Ему очень понравилось твоё предложение и разработка, не загоняйся по этому поводу, — Хёнджин успокаивает, мягко поглаживая тыльную сторону руки Минхо, улыбается убеждающе и переплетает их пальцы. Омега чувствует его крепкую хватку, понимает, если ею альфа зацепился за него, – во всех смыслах – то просто так не отпустит ни за что и никогда. — Меня, кстати, все твои разработки более чем устраивают. Будь я на месте отца, то сотрудничал бы с тобой до того самого дня, пока этот ресторан не закроется и не превратится в руины, — искренность Хвана просто зашкаливает, и Ли действительно теряется в ней, не знает, что ответить, но всё же молвит что-то о том, что такое доверие ему очень льстит и благодарит альфу от всей души за то, что тот так ему доверяет, наверное, важную работу его компании. Ещё недолго парни занимаются разговорами, пока девушка не возвращается с парой подносов, на которых стоят тарелки с едой и бокалы. Рядышком с ней стоит другая девушка, несущая ведро со льдом, в котором красуется бутылка дорого игристого вина. Обе девушки кланяются, желая парням прекрасно провести вечер, и лишь краем глаза Минхо видит, как они отходят в сторонку и о чем-то шепчутся, явно мечтательно вздыхая. Он усмехается и даже как-то смущается. Они ведь с Хёнджином не пара совсем. Просто решили посидеть в ресторане и выпить немного, опустим тот момент, что изначально Хёнджин звал его на свидание. Впрочем, это так и есть, просто Минхо зачем-то пытается обмануть самого себя, хотя получается у него это откровенно плохо, потому что сердце где-то в горле стучит, после ухая вниз и уже стучась о рёбра, когда Хёнджин снова и снова одаривает его улыбкой, которую не позволяет себе показать кому-то другому, кроме Минхо. Уже не раз видел Ли, как Хван общается с подчиненными: на его лице лишь дежурная улыбка, сдержанные эмоции и действия, в то время как с Минхо у него всё совсем по-другому. — Думаю, время сказать тост, прежде, чем вкусить это прекрасное вино, — Минхо поднимает взгляд на альфу, выплыв из своих мыслей, и мягко кивает, принимая из его рук фужер. Он не торопит, давая настроиться, и настраивается сам, не одному же Хёнджину тосты говорить. — Первый тост должен быть в честь такого прекрасного человека, как ты, Минхо, — немного неожиданно, но больше приятно, поэтому тень улыбки пробегает по лицу Минхо, прежде чем Хёнджин продолжает. — Твой талант и умение создавать мебельные шедевры действительно поражают. Ты затмил в офисе всех, включая меня, своей тягой к труду, умением делать очередные чудеса света в сфере мебельной индустрии. Твои разработки поражают всех, и не удивлюсь, если отец растрепал о тебе своим коллегам и конкурентам, — лёгкий смешок слетает с губ Хёнджина, после и с губ Минхо. Снова зрительный контакт, недолгое молчание и тихий вздох омеги, чтобы унять сердце и кровь в венах. Он ещё даже капли в рот не взял, а кровь уже бушует, или это воздействие Хёнджина? Впрочем, аромат ликёра способен опянить и заставить бушевать кровь в жилах быстрее и сильнее, чем выпитый бокал шампанского. — За тебя, Минхо-я, — звон бокалов, беззвучные глотки вина и блаженные выражения лиц. — Я очень ценю тебя.. не только как сотрудника, а как человека, омегу, просто за то, что ты существуешь, — Хёнджин обворожительно улыбается, пока Минхо скидывает с себя вуаль смущения, улыбается искренне и благодарит его вновь, собираясь сказать ответный тост, но сначала его кое что осеняет, отчего он переводит взгляд с лица Хёнджина на бокал в его руке и обратно. — Хён, ты пьёшь? Но ты же за рулём, — высказывает он свои мысли и неловко хихикает, чувствуя себя немного глупо, ведь нарушил такой прекрасный момент, только вот Хёнджин так не считает, совершенно спокойно поясняя, что вызовет им такси, а его машину отгонит знакомый, ну или отец на крайний случай. Минхо спокойно выдыхает и кивает, снова собираясь с мыслями, чтобы сказать тост, но перед этим загребает на вилку немного риса с мясом и с блаженством пережевывает и проглатывает, чувствуя как свинина просто тает на языке, кажется, её даже жевать не надо, она как паштет и очень вкусная. — Кхм, время тоста за прекрасного мужчину, который пристроил меня в индустрию мебели и позволил реализовать все мои разработки в жизни. Иногда мне кажется, что сама судьба свела нас в тот день, хотя это глупо, я не особо верю в это. За тебя, Хёнджин, — очередной звон бокалов, практически беззвучный сюрп и после звон приборов о тарелки. Далее идут непринужденные разговоры, поедание вкусной еды и не особо активное питье алкоголя. Хёнджин не хотел бы, чтобы этот вечер заканчивался, но совсем скоро он заказывает такси, и они с Минхо разъезжаются по домам, довольные тем, что провели его в компании друг друга. Дома Сынмин долго расспрашивает брата о том, как прошло свидание, но тот не спешит делиться, словно это что-то интимное, и в итоге старший уходит спать ни с чем, но всё же добивается ответа на вопрос: «вы хоть там не целовались?». И почему его это так волнует? Впрочем неважно, главное, что он получил тот ответ, который хотел получить, после чего они разошлись по комнатам. Только когда Сынмин уже спал, Минхо ворочался, то и дело прокручивая вечер в голове и в итоге он уснул только ближе в двум часам ночи, но от того не хуже: он вдоволь насладился воспоминаниями минувших часов.

***

Снег кружит в воздухе, снежинки, словно воздушные принцессы, плавно спускаются в неба на землю, укрывая всё и вся снежным мягким одеялом. Декабрь в этом году совсем не радует: очень холодно и скользко, передвигаться невозможно, а страх сломать себе что-нибудь возрастает в геометрической прогрессии, поэтому Минхо нагло пользуется с удовольствием принимает помощь Хёнджина и ездит в тёплой машине, не боясь рухнуть где-нибудь, пока будет добираться до остановки. Ладно, это всё неважно. Важно то, что отношения (не любовные естественно) Хёнджина и Минхо активно развиваются, а свидания в кафе, кино и ресторанах стали частью их жизни, от которой они просто не могут отказаться. Чувства Минхо, кажется, окрепли достаточно сильно, но всё равно крепчают до сих пор, а он пока так и не нашёл в себе силы признаться, хотя точно знает, что не получит отказа. Хёнджин тоже не спешит, но пытается хоть что-то предпринять: обнимает за талию, держит за руку, целует в щёку с позволения, конечно же, но пока что не может. Минхо его и не торопит, его пока всё устраивает, но всё равно надо уже что-то делать. Нельзя оставить чувства неозвученными и ходить на свидания при этом, как парочка. — Тук-тук, Минхо? Я стучу уже минут десять, а ты всё молчишь, — в кабинет проходит Минги, кивает приветственно в ответ и кидает взгляд на пустующее место Сынмина, который так неудачно слёг с течкой в самый разгар проектов и подготовки отчётов. — Извини, погрузился в работу. Что-то случилось? — Минхо откладывает стилус, выключает планшет и складывает руки перед собой, ожидая. Время обеда уже прошло, хотя обычно Сон только по этому поводу заглядывает в его скромный уголок, хотя не сказать, что отношения у них плохие. Просто бегать с первого этажа на третий такое себе удовольствие, мы опустим тот факт, что есть лифт и сделаем вид, что он сломан. — Тебя вызывает Хёнджин-хён к себе. Он так же попросил передать, чтобы ты взял свои разработки, — оповещает Минги, а у Минхо лицо в удивлении вытягивается. То есть как вызывает? Так ещё и с незаконченными разработками. Дедлайн ещё ведь не скоро, но ладно, это неважно, просто это немного сбило с толку. — Но у меня ведь ещё не закончено.. Может быть, он что-то напутал? — Минхо вздыхает, постукивая пальцами по краю стола, и прикусывает внутреннюю сторону щеки. — Спросишь у него сам, Хо-я. Но в любом случае, он очень хочет видеть тебя сейчас в своём кабинете, — Сон скрывается в коридоре, оставляя Ли наедине с мыслями и тишиной кабинета. Минхо пожимает плечами, бурчит что-то себе под нос, хватая планшет со стола, и покидает кабинет, направляясь к Хёнджину. Пока идёт, мысленно бранится на альфу за то, что спешит с проверкой. Да к чему вообще эта спешка? Если честно, это немного настораживает, хотя Хёнджин не отличается каким-либо бзиком, да он даже не гоняет никого, давая всем спокойно распределить время на выполнение проектов и прочего, поэтому это немного странно, но делать нечего, ведь Минхо уже стоит около его кабинета и заносит руку, чтобы постучать в дверь. Хёнджин впускает его без каких-либо колебаний и просит щелкнуть замком чтобы ненароком в кабинет кто-то не зашёл. Теперь становится ещё более боязно, но Минхо вытягивается по струнке, поднимает голову, сжимая планшет в руках, и оповещает о том, что он принёс всё то, что альфа просил. — Я рад, что ты зашёл, Минхо. Присядь пока, мне не нужны твои разработки, это лишь предлог, — предлог? Для чего и зачем? Минхо нервно стирает напряжение с лица ладонями и вздыхает, наблюдая за тем, как Хёнджин сверлит город взглядом через окно. Даже на расстоянии полутора метров омега чувствует волнение и горчинку в его аромате, потому успокоиться не может. В голову закрадываются странные мысли, но мысль о том, что альфа вызвал его, чтобы сказать о том, что увольняет его, и мысль о том, что сейчас самое время признаться в чувствах борются между собой, но никто так и не побеждает, ведь Хван отходит от окна, наконец-то удостоив омегу взглядом и даже улыбкой. Что ж, мысли об увольнении нужно отмести точно. Хёнджину будет невыгодно лишиться такого прекрасного сотрудника, как Минхо. — Расслабься, я ничего… страшного не скажу, и уж тем более, увольнять я тебя не собираюсь, — Хёнджин так легко распознал волнение и мысли Минхо и прогнал их одним предложением. Омега вновь выдыхает спокойно и кивает, принимая его слова к сведению, даже слегка улыбается, ожидая последующих слов. — Минхо-Минхо.. Мы знакомы с тобой полгода, если брать месяцы работы вместе, то чуть меньше, но всё же, — усмехается Хван и потирает переносицу, заглядывая в зелёные глаза и считывая в них лёгкое, еле уловимое напряжение, но не акцентирует на нем внимание, продолжая: — Возможно, я не достаточно много о тебе узнал за это время, за время наших свиданий, конечно. Может быть, ты вообще не тот, за кого себя выдаёшь… — разрядить обстановку было просто необходимо, поэтому смех парней разлетается по кабинету, и Минхо хитро смотрит на старшего, играя бровями и удобно располагаясь на диване, сложив руки на груди. Он ожидает дальнейших слов молча, лишь бы не спугнуть мысль и самого альфу, хотя это вряд ли получится: Хёнджин вцепился в него словно клещ и не собирается отпускать ни под каким предлогом. А вот под предлогом проверки разработок он вполне себе мог затащить его к себе в кабинет, чтобы что? Правильно, чтобы излить душу и признаться в том, что чувствует. — Ладно, шутки в сторону, — Хван возвращается к более насущным делам и моментам. — За это время, что проводил с тобой в и вне стен офиса, я чувствовал необъяснимое притяжение к тебе. Ты скажешь, это глупость, и я не отрицаю, но мне кажется, я втрескался в тебя по самые уши ещё при первой нашей встрече, — действительно глупость – любовь с первого взгляда полная чушь и глупость, но отрицать её существование так же глупо, как спорить о том, кто появился раньше: курица или яйцо. А Минхо и не отрицает, но он долго шёл к тому, чтобы его сердце откликнулось на зов сердца альфы, но это произошло, и, наверное, это прекрасно. — А ведь я тогда знал только то, что ты всего лишь брат Сынмина, не более. Впрочем, ты и сам был не против раскрыть себя, как прекрасного человека и дизайнера, — верно, Минхо совершенно не был против, ведь его стремление показать себя со всех или почти со всех сторон лилось рекой, что абсолютно никому не мешало. — Ладно, это всё вода. Я к чему веду… Необъяснимым образом ты заставил моё сердце и душу трепетать, я засыпал и просыпался с мыслью о тебе, о том, что увижу тебя снова, а потом и на следующий и через день я буду лицезреть тебя такого очаровательного и прекрасного в здании офиса, — впрочем, на этом признание в любви можно закончить, ведь Минхо не дурак и уже на словах о трепещущей душе и сердце всё понял, точнее подпитал свои догадки и удостоверился во всём, что его интересовало. К тому же, желание признаться в ответ вольной птицей стучится в грудь, слова подкатывают к горлу, но Хёнджину наверняка есть ещё, что сказать, поэтому омега бережёт слова напоследок. — Не думал, что банальное признание так растянется.. Но ты мне очень нравишься, Минхо, совсем не как подчинённый. Не знаю, имею ли я право сказать, что люблю, боюсь ошибиться, но то, что я чувствую к тебе не просто повышенный интерес, а вселенское притяжение, наверное, можно к этому приравнять, — на этом речь альфы точно заканчивается, его неловкость и волнение зашкаливает, но Минхо пытается этому не поддаться. Он встаёт с дивана, подходит к Хёнджину, заглядывает в его глаза, улыбается мягко и вдруг поддаётся странной воле, целует его в уголок губ, всё ещё боясь спугнуть, и обвивает руками его талию, лицо прячет на груди, недолго собираясь с мыслями, пока старший выходит из лёгкого шока и обнимает в ответ. — Ты ходячий соблазн, хён. Соблазн на рабочем месте, знаешь. Ты даже, когда ничего не делаешь, умудряешься соблазнить, и мне это жесть как нравится, — хихикает Ли, дабы разрядить обстановку, и поправляет ворот пиджака альфы, хотя тот выглядит идеально, и поднимается на носочки, чтобы дотянуться губами до его уха. — Я тоже чувствую вселенское притяжение к тебе, Хёнджин. Твои чувства взаимны на все сто процентов, — говорить о любви нельзя во всеуслышание. Это нужно делать лишь на ушко и только тому, кого действительно любишь. Ладно, наверное, это просто Минхо горе-романтик и любитель всяких любовных цитат. — Ты можешь представить, насколько я окрылён сейчас? Я и не надеялся на взаимность, если честно, — Хёнджин крепче обнимает Минхо и с позволения целует его, мягко накрывая пухлые губы своими. Простой поцелуй, можно даже сказать, детский, без языков и слюней, но в нём столько любви, нежности и счастья, которые кружат вокруг парней, не собираясь покидать их ни за что. Если бы их кто-то увидел сейчас, им было бы всё равно, но Хёнджин оказался предусмотрительнее, когда попросил закрыть дверь намертво. Когда поцелуй разрывается, Минхо и Хёнджин ещё недолго стоят, крепко обнимаясь, пока омега снова не возобновляет поцелуй, но выходит он ещё более коротким, чем первый, хотя кого это сейчас волнует. — Кстати, забыл ответить. Роль ходячего соблазна в нашем заведении играешь ты. Все альфы, да и омеги как бы тоже, запали на тебя с первых секунд, такого ажиотажа не было уже очень давно, я бы даже сказал никогда, — лёгкая усмешка и короткий поцелуй в висок заставляют Минхо улыбнуться и прижаться к груди Хёнджина сильнее. Он слушает размеренный стук его сердца и прислушивается к своему, с удовольствием подмечая, что они бьются в унисон, и это отчего-то так прекрасно… — Хён, мы теперь... ну.. будем вместе? Ты этого хочешь? Потому что я однозначно да, — короткие заминки и смущение омеги вызывают у Хёнджина умилённый вздох, поэтому он целует парня в макушку, отвечая на вопрос «однозначно да», словно пытается передразнить, но на самом деле нет. Свои желания, которые сошлись и объединились в одно, парни закрепляют поцелуем и крепкими объятиями. Минхо даже мечтать о таком не мог, но сейчас он понимает, что нет человека счастливее него.

***

Вступающее в свои полные права лето радует людей тёплым солнцем и жарким днями. Всё как всегда, поэтому никто не жалуется. Поправив край футболки и затянув ремень на шортах, Минхо выходит из спальни, направляясь на кухню, чтобы выпить чай и перекусить. Сегодня выходной, но день по истине прекрасный, потому что годовщина свадьбы Минхо и Хёнджина постучалась в дверь довольно неожиданно. Год пролетел слишком быстро, омега даже оглянуться не успел. Кажется, только недавно они признались друг другу, а уже состоят в браке, живут вместе и у них всё прекрасно. Вздохнув, омега потягивается и кидает взгляд на часы, отмечая про себя, что Хёнджин слишком долго катается по делам. Конечно, альфа сразу предупредил, что задержится, но не на полтора же часа. Минхо уже скучает, и вообще, очень нагло со стороны Хёнджина вот так бросать его в такой день, прикрываясь делами. Ну, ладно, всё не так критично, по крайней мере, Минхо сможет не торопясь подготовиться. Поэтому, быстренько перекусив, он бежит в комнату за кошельком и телефоном, после в коридор, чтобы обуться, и совсем скоро выбегает на улицу. У двери подъезда он сталкивается с Сынмином, который выглядит удивлённым, но всё же радостным. Кстати, у него на личном фронте всё тоже очень хорошо: недавно он узнал, что ждёт ребёнка от любимого альфы, которого данная новость ошарашила почти до обморока, но конечно же обрадовала. Минхо тоже в стороне не остался и очень обрадовался положению старшего и теперь ждёт рождение племянника, хотя, кажется, это будет ещё не скоро, ведь у того только второй месяц идёт. — Привет, котёнок. Куда спешишь такой довольный? — Сынмин крепко обнимает брата и целует его в щёку, после треплет по волосам и отстраняется, растягивая губы в улыбке. — Поздравляю, кстати, с первой годовщиной. Вижу, живёте вы хорошо, сияете ярче звёзд, это радует, — старший приобнимает брата за талию, медленно следует за ним в сторону магазина, пока тот крепко держит его в ответ, отчего-то боясь, что он упадёт, отвечает на вопрос и принимает поздравления. Между омегами завязывается разговор, они много обсуждают семейные жизни друг друга, пока идут до магазина. Минхо много интересуется у брата о том, как он подошёл к решению зачать ребёнка, надеясь получить разносторонний ответ, чтобы выяснить что-то для себя, хотя пока что никакие дети ему не нужны. Это так, на всякий случай. Сынмин же с удовольствием рассказывает обо всём, что чувствовал и чувствует по отношению к мыслям о зачатии и о самом ребенке в утробе. Он действительно на седьмом небе от счастья, хотя раньше волновался из-за этого и больше боялся того, что тяжело будет, но всё хорошо, за исключением некоторых признаков беременности, которые преследуют омегу, но от этого не убежать. — А что это вдруг ты спрашиваешь? Ребёночка хочешь? — старший Ли улыбается мягко, пока следит за тем, как младший берёт нужные ему продукты с полок, и хватает молочный коктейль, когда они приходят в соответствующий отдел. — Да нет, совсем нет, хён. Это так.. на будущее, — усмехается Минхо, проходя между стеллажами с продуктами, и подходит к кассе, думая, что больше ничего не нужно, ведь главные ингредиенты имеются. Сынмин в ответ на его слова лишь усмехается, закатив глаза, но не напирает, принимая такой ответ. «На будущее». Минхо уже о будущем думает, это так прекрасно, наверняка Хёнджин его горячо поддерживает в этом, ведь он вполне себе приличный семьянин, который наверняка мечтает о полной семье с любимым омегой. Когда всё куплено, Минхо и Сынмин идут домой к младшему, по пути встречают Чана, который помогает им сумками, параллельно поздравляя младшего Ли. Когда они вваливаются в квартиру, то сразу же спешат на кухню, где моют руки и Минхо принимается делать быстрый ужин, не особо на широкую ногу, всё же, их всего четверо, а потом давиться едой в течение недели не очень-то хочется, поэтому он решает запечь мясо в духовке и отварить рис с лёгкой подливкой чтобы сухим не был. Сынмин всё порывается ему помочь, но его попытки пресекаются, а сам он недовольно бухтит на брата, но вскоре радуется тому, что ему доверили настругать салат. — Хёнджин когда обещал вернуться, Хо-я? — Сынмин вдруг кидает взгляд на часы, Минхо делает то же самое и кривит губы неопределённо. Прошло уже более двух часов, а альфы всё нет. Он даже не пишет и не звонит, что напрягает достаточно для того, чтобы омега сорвался и схватил телефон, но зря, ведь по квартире разлетается хлопок входной двери, и Минхо срывается с места, несясь в коридор, чтобы сказать Хёнджину пару ласковых обнять мужа и прижаться к его губам в мягком коротком поцелуе. Недовольный вздох и вопрос всё же слетают с его губ, пока альфа вручает ему небольшой тортик, букет и шарики, наполненные гелием. Хёнджин извиняется за задержку, но в причину её образования не посвящает, лишь снова мягко целует и обнимает, поздравляя с знаменательным днём. Минхо всё же тает и прижимается к нему сильнее, утыкается носом в широкую грудь и поздравляет в ответ. Они проходят в кухню, где Хёнджин здоровается с Сынмином и Чаном, принимает поздравления и расспрашивает будущих родителей об ощущениях и прихотях беременности. Сынмин всё всегда переводит в шутку, поэтому и сейчас отшучивается тем, что не беременный Чан капризнее, чем он, на что получает лишь смех и хитрое «ну-ну» со стороны альф и явно одобрительный взгляд Минхо. Вскоре они садятся за стол, на котором уже выставлены посуда и горячее, а блеск бокалов манит своей красотой. Хёнджин открывает бутылку с шампанским, разливает по бокалам, конечно же, несколько обделяя Сынмина, ведь он в положении и лучше не рисковать, хотя омега и не жалуется. Далее следуют тосты, громкое «горько» от Чана и долгий поцелуй женатиков, который ещё немного и перешёл бы в горизонтальную плоскость: так сильно Минхо соскучился по альфе. Но они займутся этим позже, лишь бы не нервировать Сынмина, которому такое смотреть и заниматься таким не положено. Далее идут разговоры, немного сплетен между омегами, ведь последние несколько дней Сынмина не было на работе по случаю беременности и её прихотей. Всё это сопровождается звоном приборов о тарелки и редким звоном бокалов в руках мужчин. Бархатистый смех Хёнджина разлетается по комнате, когда Минхо ластится к нему, словно кот, и приобнимает его за плечо, оставляя на макушке лёгкий поцелуй. Сынмин и Чан, наблюдая за ними, тоже сливаются в объятиях, омега укладывает голову на широкое плечо, счастливым взглядом наблюдая, как брат нежится в объятиях любимого человека. Для него это отрада и он от всей души желает парням счастья, любви и детишек конечно же. Ему же нужно будет с кем-то нянчиться, когда их с Чаном сын вырастет и не будет требовать сюсюканья от старших. Но всё же главное, чтобы они просто были счастливы, чего Сынмин им желает одними губами и после снова заводит непринужденный разговор, посчитав молчание неприемлемым в их компании.

***

Когда за Сынмином и Чаном захлопывается дверь, Минхо опирается на неё спиной и притягивает Хёнджина к себе для настойчивого поцелуя, который буквально вышибает весь воздух из лёгких обоих. Омега отдаётся страсти, позволяет альфе сжать свою талию и опустить одну руку ниже, на ягодицу и чуть сжать. Он удовлетворённо мычит в поцелуй и тихо урчит, когда чувствует сильную хватку на бёдрах и то, как ноги отрываются от пола. Явно довольный, Хёнджин отстраняется и делает шаги в сторону спальни, довольствуется тихим, тяжёлым дыханием омеги и коротко целует его, когда вваливается в комнату и прикрывает дверь. Быстрая махинация, и комната озаряется приглушённым светом прикроватной лампы, пока Минхо в ожидании растягивается на кровати, внимательно наблюдая за каждым действием старшего. Хёнджин нависает над ним, целует снова и снова, руками скользит по телу и сжимает мягкие бока, удовлетворённо мычит и позволяет обнять себя за шею. С тихим мычанием Минхо разрывает поцелуй и приподнимается, чтобы уткнуться носом в его ключицу и слегка прикусить нежную кожу, отчего шумный вздох слетает с губ альфы. — Хо-я, ты такой прекрасный.. Люблю тебя так сильно, как никого не любил, — Хёнджин обцеловывает милое лицо, не избегая губ, в итоге в который раз сливаясь с омегой в поцелуе полном нежности и любви. Минхо отвечает ему тем же, хоть и выглядит слишком уж нетерпеливым сейчас, цепляясь изящными пальцами за широкие плечи и силясь прижаться ближе, насколько это возможно, чтобы телом к телу, душой к душе. Оба утопают в любви и ласке, которые дарят друг другу, и чувствуют лёгкое возбуждение, которое распространяется по телу активнее, стоит Минхо ткнуться носом в запаховую железу на чужой шее, а Хёнджину сжать его бёдра. Не спеша избавляться от одежды, Хёнджин пробирается пальцами под одежду омеги, оглаживает и чуть сжимает его член. Более ничего не делая, он ведёт рукой по телу Минхо выше, в итоге стягивает с него футболку и склоняется над его грудью, захватывая в жаркий и влажный плен своего рта бусину соска. Другую бусину он оглаживает и стимулирует пальцами, пока Минхо крепко сжимает его плечи и закусывает губы, чувствуя как дрожь то и дело бегает по телу от прикосновений влажного языка к эрогенной зоне. Он шумно выдыхает, когда ряды зубов слегка прикусывают бусину, и сжимает плечи Хёнджина, пока его действия становятся только активнее, а шаловливые губы уже целуют кожу в области паха, дыхание щекочет, а узел скручивается стремительнее, заставляя омегу вздохнуть и откинуть голову назад. Хёнджин быстро рассправляется с шортами Минхо и с бельём соответственно, обхватывает рукой его член и проводит по нему вверх-вниз, устроив большой палец на головке, на которой слегка поблёскивает капелька предэякулята. Ли предовольно мычит, даже одобрительно, и разводит ноги чуть в стороны, доверяясь действиям альфы целиком и полностью, как всегда. Их половая жизнь, не сказать, что частая, но насыщенная, хотя оба удовлетворяются больше компанией друг друга после самого акта, когда омега лежит, практически свернувшись калачиком, на груди альфы, а тот в свою очередь ласкает его тело нежными поглаживаниями и короткими поцелуями в макушку. Им обоим это очень нравится, так сказать, продолжение расслабления; комфорт и уют. Не переставая ласкать плоть омеги рукой, Хёнджин обхватывает головку губами, тут же толкается языком в щелку на ней и продолжает обводить языком и посасывать. Минхо ёрзает, сминая одеяло под собой, и приподнимается на локтях, хотя тут же жалеет об этом, ведь горящие возбуждением и удовлетворением серые глаза немного смущают, поэтому он предпочитает улечься обратно, чтобы поберечь своё сердечко. Пока ртом Хёнджин ублажает Минхо с внешней, так сказать, стороны, свободной рукой он ползёт по его бедру вниз, оглаживает ягодицу и подбирается к сжатому, чуть влажному колечку мышц, оглаживает контур по окружности большим пальцем, распределяя смазку, но не спешит проникать, ведь омега достаточно узкий и пока что недостаточно влажный, чтобы можно было так легко проникнуть в него хотя бы одним пальцем. Минхо же лежит совершенно спокойно, наслаждаясь всеми его действиями, поскольку пальцы ничем не хуже члена: они узловатые и длинные, самое то, лишь бы до простаты доставали. — Думаю, нужно добавить лубриканта, Хо-я, ведь ты недостаточно влажный, а я не хочу тебе навредить, — Хёнджин поднимается, убирая руку от задницы Минхо, склоняется над ним для поцелуя и улыбается, слыша положительное мычание и видя такую же мягкую улыбку. Он отходит к тумбочке, чтобы достать баночку со смазкой и презерватив и возвращается к кровати, снова устраиваясь между ножками омеги. — Только не медли, хён, — просит Минхо, хлопая глазами-бусинками, и облизывает губы, когда слышит щелчок крышки. Хёнджин отвечает ему кивком, разогревает смазку и подносит пальцы к колечку мышц, оглаживает контур и совсем немного разводит края в стороны, толкаясь одним пальцем внутрь. Не медлить? Минхо уверен в Хёнджине и знает, что тот не сделает больно, к тому же, они оба учили биологию и знают строение омег. Только Хёнджин это Хёнджин, несколько робкий, нежный, тот, кто боится даже случайно сделать любимому человеку больно. О комфорте Минхо он думает в первую очередь, от чего бы он не зависел. Когда один палец свободно двигается внутри тугого колечка, Хёнджин добавляет второй, немного разводит их в стороны, двигает туда-сюда, ища комочек нервов, пока Минхо тихо мычит от приятных ощущений, перебирая пальцами одеяло под собой. Омега громко стонет, чуть ли не до хруста костяшек сжимая одеяло, и сжимается вокруг пальцев альфы, прикрыв в удовольствии глаза. Когда он расслабляется, выпуская пальцы из своего плена, Хёнджин поднимается, склоняется над ним и целует в губы, позволяя крепко обнять себя за шею. Альфа вздыхает, когда Минхо в нетерпении шепчет, прося поторопиться, и усмехается, наблюдая какой скептический взгляд он косит на его тело. Впрочем, он всё ещё полностью одет, и согласитесь, это немного несправедливо. Под проницательным и удовлетворённым взглядом омеги Хван избавляется от одежды, вздыхает удовлетворённо и накрывает ладонью свой уже достаточно твёрдый член, ласкает его недолго, прежде чем натягивает презерватив. Он уточняет у мужа, в какой позе тот хотел бы этим заняться, и кивает с лёгкой улыбкой, распределяя небольшое количество смазки по длине, чтобы проникновение было максимально комфортным. Подхватив Минхо под коленями, он закидывает его ноги на свою талию, руками сжимает мягкие бёдра и подставляет головку члена к колечку мышц, слегка нажимает, чтобы прочувствовать почву, и под нетерпеливое мычание толкается, заполняя узкое нутро омеги. Протяжный стон, полный удовлетворения разлетается по комнате, сопровождается шлепком кожи о кожу и шумным вздохом альфы. Дав омеге привыкнуть, Хёнджин осторожно подтягивает его повыше, ноги закидывает на свои плечи, тем самым меняя угол проникновения, и тихо выдыхает, чувствуя приятную узость и тепло стеночек. Когда поступает короткий кивок и вздох, альфа начинает движения бёдрами, параллельно обцеловывая ступни мужа. Он делает размеренные глубокие толчки, довольствуясь пока что тихими стонами удовлетворения, и шумно выдыхает, когда Минхо специально сжимается, при этом смотря на него снизу-вверх так невинно, словно котёнок, который только что вылакал миску молока. Это подстёгивает к более резким движениям, но он не спешит, продолжая ловить и дарить удовольствие. Скоро, когда угол снова меняется, а головка упирается прямо в простату, Минхо громко стонет, сжимаясь конвульсивно, и откидывает голову назад, сжимая пальцами одеяло. Он выдыхает, продолжая ронять стоны, и прикрывает рот рукой, заглушая их, ведь думает, что слишком громкий. Толчки Хёнджина становятся резче, головка постоянно бьёт по простате, что подгоняет оргазм обоих. Омега обхватывает свой член рукой, ласкает практически в такт чужим толчкам и поднимает голову, когда Хёнджин склоняется над ним для поцелуя, который выходит несколько смазанным. Они стонут друг другу в губы, пока гонятся за наслаждением, Хёнджин сильно сжимает бёдра омеги, пока тот покачивает ими, часто сжимаясь вокруг члена. Движения бёдер Минхо замедляются, толчки Хёнджина практически выходят за пределы возможного, пока их стоны смешиваются и отбиваются от стен комнаты, сопровождаемые шлепками тел и хлюпаньем смазки. Громкие стоны Минхо практически переходят в урчание, когда белёсые капли спермы окрашивают его руку, а возбуждение уходит вместе с лёгкой усталостью, оставляя после себя удовлетворение. Хенджину немного нужно времени, чтобы прийти к кульминации, после чего он недолго приходит в себя, стирая капли пота со лба, и вскоре покидает тело расслабленного Минхо, опускает его ноги на кровать и подтягивает расплывшееся тело в центр, чтобы устроить комфортно. После он выкидывает презерватив, укладывается рядышком и, приобняв Ли, украшает поцелуями его грудь и немного шею. Явно удовлетворённый омега слегка улыбается и кладёт чистую руку поверх его, мягко поглаживает и вздыхает, поворачивая голову в сторону. — Люблю тебя, хён. Мой личный ходячий соблазн, — воркует Ли, прижимаясь к Хвану ближе, чтобы получить поцелуй, и невольно хихикает, когда получает его, чувствуя крепкие объятия. — И я тебя люблю, мой личный демон-искуситель, — свои слова альфа закрепляется поцелуем, в котором они оба растворяются, после чего ещё недолго нежатся в кровати, совершенно не взирая на липкость между телами. Сердца бьются в унисон, дыхания смешиваются, а трепетные чувства укрывают тёплым облаком их тела, позволяя ещё немного утонуть друг в друге.