Сборник с волчьими ушками

      Магнус извиняется и покидает комнату для собраний своих братьев. Нет никакой великой причины, просто чтобы облегчиться. Им нечасто приходится делать это — ходить в туалет.       Когда он вошёл в помещение и встал перед писсуаром, приподняв мантию, то услышал, как открылась дверь и за его спиной послышались тяжёлые шаги, но не обратил на это внимания. Завязав мантию в узел, он стягивает набедренную повязку… Как кто-то хватает его за талию.       Скользкий член скользит между его бедер, а спина прижимается к чьей-то груди. Пьянящий запах меха и грязи витает вокруг него, и прерывистое дыхание наполняет его уши.       — Леман! — восклицает чародей, вырываясь из хватки брата. — Какого ху…       Его прерывает стон в шею и линия языка до ключицы, которую явно оставляет Леман.       — Я не мог перестать думать о том, как сильно я хочу тебя выебать. Будет быстро, я обещаю.       Леман отстраняется и толкается между его бедер. Всё в совершенно быстром темпе. Обещал же. Рука скользнула к паху Магнуса. Колдун затаил дыхание, пытаясь сдержать поток, который так грозил вырваться из-под контроля.       Резкое дыхание Лемана и ощущение его члена, крепко сжатого между его бедер, было достаточно, чтобы его собственный член затвердел. И он ещё больше твердел, когда Лемана поглаживал его с каждым новым толчком. Стоны, пыхтение, назад-вперед. Магнус уже не знал, чего он больше хотел: облегчиться или получить удовольствие. Хотелось большего, хотелось кончить.              — Просто вставь уже! — стонет примарх. Леман плюнул в руку и вставил два пальца. Немного больно, но Магнус терпит.дыхание прерывается, и он вздыхает с наслаждением, когда Леман вместо пальцев вставляет свой член.       Леман хватает его за волосы и отдëргивает назад, после чего ритмично долбит. Это заставляет чародея прикусить губу и сжать бедра, чтобы, не дай бог, не излиться прямо сейчас. Он сможет выдержать и не опозориться.       Он наклонился вперёд, упираясь руками в стену. Волчий король жёстко трахает, рыча, берет своего брата так глубоко, как только это возможно. С каждым сильным толчком по простате Магнус боялся, что он всë-таки хоть немного, но не сможет не облегчится. И да, это произошло, один или два раза. Но пока это было уместно.       Он держался, постанывая, тяжело дыша, принимая толстый член своего брата. Возможно, Леман входил в свой гон и нуждался в теплой дырке на следующие несколько недель. Магнус был бы не против стать этой теплой дыркой, если Русс этого хочет.       Русс переходит от длинных тягучих толчков к коротким, начиная рычать. Магнус синхронизировался с его дыханием, которое явно начинало учащаться. Волк приближался к оргазму. Наклонившись над ним, Леман прижал свою грудь к спине, схватив колдуна за запястья.        — Скажи мое имя, — хрипит примарх, сжимая всё сильнее. — Магнус, я хочу услышать, как ты его произносишь.       — Леман… — голос Магнуса дрожит из-за дыхания и хватки брата, — Леман, Леман, Леман…       Русс отрывает запястья брата от стены и зажимает их за спиной. Колдун задыхается, борясь. Леман продолжает долбить по простате, и он чувствует, как его мочевой пузырь не выдерживает натиска.       — Леман, п-подожди… — ещё один толчок, и Магнус кусает губу. Нет, нет, слишком тяжело сдерживаться!       — Повтори, давай, — и ещё один толчок.       — Л-леман, — ноги дрожали, а мочевой пузырь хотел просто взорваться. Но он должен…       — Ещё раз.       — Леман, ПРОШУ ТЕБЯ.       Леман швыряет его обратно к стене, трахая задницу Магнуса не переставая без устали. Псайкер почти кричит, теряясь в невыносимом удовольствии, но резко приходит в себя, когда чувствует, как ещё одна капля мочи вытекает из его члена. Он пытается остановить Волка, но его снова отвлекает его партнёр.       — Вот оно, — ехидно говорит Леман, даря свои последние толчки. Глаза Магнуса расширились, чувствуя, как узел набухает внутри него. Магнус даже не может сформулировать просьбу, чтобы Русс остановился, как чувствует набухающий узел. Затем один толчок, и чёртов узел окончательно набухает, закрепляясь внутри.       Примарх не может сдержать свой стыд и кричит, когда бурным потоком водопада урина изливается из него. Он не может, черт возьми, остановить это! Единственная был плюс был в том, что его всё попадает в писсуар, а не на стену или пол, и даже не на ноги. Его лицо вспыхнуло, и он застонал, когда, наконец, всё закончилось.       Хуже всего было то, что Леман наблюдает за этим.       Он упал на грудь, безвольный, в объятия Лемана. Оба брата стояли, тяжело дыша, измученные и потные. Магнус закрыл глаз, стараясь не думать о том, что он только что сделал. Вместо этого он сосредоточился на уменьшающимся узле внутри.       — Заебись, — это было единственное, что сказал Леман.