Как приручить вампира или Граф Пидоракула и Ко

Хотя восемнадцатилетие для волшебника и не какая-то особенная дата, за семь лет Ремус уже привык к безумствам друзей, и этот день рождения не стал исключением. Он ужасно смутился, но все равно был приятно удивлен, получив подарок даже от Регулуса – довольно дорогую даже на вид сумку для школьных вещей. И только уже ночью, когда по календарю его день рождения закончился, он лежал в обнимку с Сириусом в их коробочке, и сообразил, что чего-то не хватает – отец его так и не поздравил. Ремус ничего никому по этому поводу не сказал, но, когда через пару дней пришло письмо от Лайелла, он поначалу обрадовался, но прочитав письмо, заметно сник. – Что там, Лунатик? – спросил Сириус, взяв у него письмо. – Что-то случилось? – Ну как сказать, – он безразлично пожал плечами. Конечно же, отец извинялся, и за то, что забыл поздравить вовремя, и за то, что не успел купить подарок, зато положил денег на счет Ремуса в Гринготтсе. Но всему этому есть "прекрасная уважительная причина" – у Ремуса родился брат. Сириус забрал письмо и пробежался по строчкам. – Так ты теперь тоже старший брат? – он улыбнулся ему, но понял, что тот не сильно рад этому. – Лунатик... Хочешь, прогуляем ЗОТИ и пойдем покурим за теплицами? – Хочу, – хмуро кивнул Ремус и, больше никому ничего не говоря, поднялся из-за стола Гриффиндора. Они вышли из дверей замка и направились вниз к теплицам. Солнце уже пыталось пригревать, но пока что снега вокруг было с избытком. Ремус пытался понять, как относится ко всей этой ситуации и приходил к выводу, что никого он особо не интересует в качестве старшего брата. Сириус прикурил ему сигарету и наложил согревающее заклинание, чтобы они не замерзли. – Эй, Лунатик...– позвал он. – Тебе кажется, что они нашли себе замену? – Мне не кажется, – дернул плечом Ремус, вытянув сигарету за две затяжки. – Прости, я злюсь не на тебя! – он не хотел, чтобы Сириус на него обижался. – Я злюсь на него. – Это нормально злиться, ты имеешь полное право на это, – кивнул Сириус. – Хочешь покричать? Или разбить что-нибудь? Что угодно? Сириус вытащил палочку и сотворил из снега ледяной столб. Ремус окинул его изучающим взглядом и в следующий миг буквально разнес столб в ледяную крошку, конечно же, ссадив костяшки до крови. Стоило признать, ему полегчало. – Спасибо, – выдохнул он и снова облокотился на стену теплицы. – Это была хорошая идея. – Ни в чем себе не отказывай, – Сириус наколдовал еще два таких же. – Уверен, ты и с этими справишься. Второй столб Ремус все же разгромил, а вот к третьему его запал поутих, зато костяшки кровоточили в полную силу. – И как я с этим справлюсь, как думаешь? – он взял сигарету изо рта Сириуса и затянулся. Сириус лизнул его костяшки и наложил заживляющее заклинание. – Будет тяжело, но у тебя рядом есть твоя другая семья. Для которой ты незаменим, – ответил Сириус, поцеловав его руки. Ремус тут же прижался щекой к его макушке, убедив себя, что ему насрать на отца, на то, как тот устроился в новой жизни, и что ему, Ремусу, места в этой жизни нет.  У него действительно была самая лучшая семья. Но маленький назойливый червячок все равно грыз где-то внутри, не больно, но противно. – И я тебе признаюсь, – вздохнул Сириус. – Когда Регулус был совсем мелким, я тоже думал, что он замена для меня. И поначалу я его ненавидел. Все внимание было отдано ему, и я не знаю как двухлетка может что-то там испытывать настолько глубоко, но я думал, что мой мир разрушился. Я знаю, что ты чувствуешь. – Ох, малыш, – Ремус в тот же миг устыдился своих пиздостраданий. Он – взрослый человек, с какими-никакими планами и надеждами на будущее, вполне сформировавшийся эмоционально. А главное – окруженный самыми лучшими в мире людьми. – Ты знаешь, что чувствую я, но я не представляю, что чувствовал ты, – он шагнул к Сириусу и прижал его к себе. – И спасибо, что поделился. – Я это к тому, что пацан не виноват, что родился младшим. Можешь злиться на отца и мачеху, но мелкий не выбирал. – Сириус крепко обнял его в ответ. – Да... ты прав, – Ремус понял, что с этого ракурса ситуацию не оценивал, но подспудно действительно настроил себя против брата. – Может, мы познакомимся. Хотя, я даже не знаю, волшебник ли он. – Пока этого никто не знает, раз его мать маггла, – ответил Сириус. – После выпускного съездим в гости, познакомимся. – Ты чудо, знаешь, – Ремус зарылся носом в его макушку и замер так, совершенно отчетливо понимая, что есть не одна и не две причины, почему он не хотел бы ехать один и предпочел бы ехать с Сириусом. – Спасибо тебе, Бродяга. Ладно, думаю, я готов идти на трансфигурацию. – Бываю временами, – согласился Сириус. Они вернулись в замок, и Лили молча протянула ему конспект лекции по ЗОТИ, которую они пропустили. Никто не задавал вопросов, и Ремус был им за это благодарен. Он понимал, что рано или поздно объяснит причину своего протеста, но, наверное, чуть позже, когда уложит все в собственной душе. Отцу он ответил сухим "Спасибо. Поздравляю!", справедливо полагая, что больше тот не заслужил, и должен это знать. К тому же Ремус предпочитал уходить от проблем в учебу. И правильно делал, поскольку экзамены были все ближе, а паника среди студентов только нарастала. Ближе ко второй декаде марта начало теплеть, снег почти полностью сошел за какую-то неделю. Солнце в классах ощутимо пригревало, но на улице радовались теплу только младшие курсы. Пятый и седьмой дружно страдали о том, в каком аду они находятся и почему потратили столько времени впустую. – Надо было начинать готовиться к экзаменам еще в сентябре, – ворчала Лили, обложившись учебниками и конспектами. – А мы что делали? – возмутился Сириус, не отрываясь от пергамента. – Вообще головы не поднимаем. – И она, кажется, сейчас отвалится, – простонал Джеймс, роняя голову на сгиб локтя. – Терапевтический минет? – предложил Регулус. Они впятером разложились в спальне ребят, но Питер как раз был на своем кружке по шахматам, который, кажется, ни разу не пропускал. – У тебя нет чувства стыда, – прокомментировал это Сириус. Правда слышал он это далеко не впервые. – Если у него кровь прильет к члену, в мозг она сегодня больше не вернется, – сказала Лили. – А еще эссе по трансфигурации писать. – Вечером я высосу тебе мозг через член, – пообещал на ухо Джеймсу Регулус, но, поскольку все остальные обладали волчьим или вампирским слухом, обещание стало достоянием общественности. – Надеюсь ты не забудешь про заглушающие чары, – вздохнул Сириус. – Ни разу не забывали, – прищурившись, ответил Регулус и вернулся к своей брошюре по трансгрессии. – Я тебе тоже высосу, – пообещал Ремус своему парню, чтобы подбодрить, правда, сделал это, не отрываясь от конспекта. – Ну вот, все нашли себе занятия на вечер, видимо читать буду только я, – добавила Лили, слушая про эти планы. Джеймс и Регулус оторвались от своих книг, переглянулись и, не сговариваясь, кинулись на Лили. Они завалили ее на пол и принялись то ли целовать, то ли щекотать. – Почему каждый раз, стоит мне выйти, я потом натыкаюсь на оргию? – спросил Питер, вернувшись в спальню как раз в этот момент. – Ну что ты, Пит, какая оргия, – Лили тут же отпихнула от себя парней. – Просто эти придурки мешают мне заниматься. Все свернули в шутку и до вечера вели себя совершенно прилично. А когда после отбоя Регулус проник в спальню, Питер уже спал. Но все равно, чем ближе были экзамены, тем меньше времени у них находилось на развлечения. Даже грядущие Пасхальные каникулы было решено провести в замке, съездив к Поттерам только на уикэнд. А до того предстояло еще полнолуние, которого все безумно ждали, как хоть какой-то отдушины, хотя следующий день и грозил полнейшей недееспособностью. Они даже в хижине собирались чуть ли не по одному, кто откуда освобождался, и кто какие дела заканчивал. – Мадам Помфри прибежала за мной в библиотеку, я совсем забыла о времени, – призналась Лили, запыхавшись и придя последней. – Ох, черт, прости! – Ремус хлопнул себя по лбу. – Я хотел зайти за тобой, но меня перехватил Слагхорн, и потом я чисто на автомате пошел сюда. Хорошо, что есть мадам Помфри. Джеймс и Сириус были взмыленные, они только что вернулись с тренировки. – Так, давайте, времени немного, – напомнил Ремус, сняв мантию и оттягивая ворот рубашки. Лили, забыв о том, что Питер не в курсе, принялась раздеваться при всех, поскольку Джеймс и Рег видели ее во всех видах, а Лунатика и Бродягу она не стеснялась по умолчанию. Питер вспыхнул и так стремительно отвернулся, что не рассчитал, и треснулся лбом о косяк. – Пит, ты что? – охнул Ремус, кинувшись к нему, хотя Сириус уже успел выпустить клыки для привычного укуса перед полнолунием. – Ремус, раздевайся, луна вот-вот выйдет, – Сириус оттащил Ремуса от Питера. – А ты обращайся. Подумаешь, голая Лили, ты ведь свою девушку голой уже видел! – Это другое! – Питер потер ушибленный лоб, но спорить не стал и поскорее обернулся в крысу. – Да, лучше поторопиться, – согласился Ремус, а Регулус уже прижался к шее Лили, чтобы сделать пару глотков. – Питер и его нежные чувства, – проворчал Сириус, торопливо пристраиваясь к горлу Ремуса и кусая его. Он успел сделать несколько глотков до того, как трансформация началась. Через пару минут в комнате уже было два волка – пепельно-серый покрупнее и рыжеватый помельче. Регулус пока обернулся котом и сидел на мощной спине оленя. – Давайте побегаем сегодня? – предложил Ремус, планируя на время отдать контроль зверю, чтобы отключить голову. Его идею все поддержали, всем было нужно просто проветрить головы от учебы и прочего. Все устали морально и хотели вымотаться физически, сбросить это напряжение. Сириус превратился в Бродягу, и они выскользнули из хижины на опушку Запретного леса. Первые пару раз они присматривались к Регулусу, не столько из-за недоверия, сколько просто оценивая его анимагическую форму. Но кот оказался чертовски быстрым, к тому же, ловким, и скоро все привыкли, что оглядываться на него нет необходимости – он не отстанет. К рассвету они загнали несколько кроликов, разделив трапезу на всех, кроме Сохатого и Хвоста. Регулус попробовал едва-едва, зато вылизывался потом так, словно искупался в луже крови. Сириус валялся с уставшим Лунатиком, играясь и покусывая его то тут, то там, поддразнивая, пока луна не скрылась за горизонтом. В хижине они обратились, уставшие, как и хотели, но ощущая некоторое облегчение. Вернув себе человеческое обличье, Регулус снова принялся осматривать себя с ног до головы. – Да чистый, чистый, – рассмеявшись, успокоил его Джеймс и, явно совершенно забывшись и расслабившись, запустив пальцы в его волосы, притянул к себе за шею и поцеловал. – Джеймс! – Питер пискнул, даром что успел превратиться в человека. – Лили! – добавил он, беспомощно посмотрев на нее. – Ох, бля... – Лили едва успела прикрыться, устало привалившись к плечу Ремуса. – Пит, тут такое дело... – Хвост, дружище, – Джеймс виновато посмотрел на Питера. – Ты только не нервничай, ладно? В общем, мы с Реджи и с Лили... вроде как вместе. – Вы прикалываетесь? – Питер сначала не поверил. – Это ваш очередной розыгрыш? – Нет, Пит, мы совершенно серьезно, – Лили улыбнулась ему мягко и чуть виновато. – Хочешь я Лили тоже поцелую, чтобы ты поверил? – предложил Регулус. – Сириус, это ведь все ты придумал? – Питер пропустил их слова мимо ушей. – Ты знаешь, что я всегда нервничаю из-за таких штук, и ты специально это сделал? – Если хочешь знать, меня эта новость, которую я узнал столь же внезапно, как и ты, мой дорогой Хвост, тоже поразила в самое сердце! – пафосно заявил Сириус, но потом, словно сдувшись, вздохнул. – Так что, да, это чистейшая правда. У моего лучшего друга, его девушки и моего брата menage a trois. – Менаж а что? – переспросил Питер, все еще ошеломленный. – А так можно вообще? – Тройничок, Пит, – устало пояснил Ремус и, даже не смотря на свое состояние, не сдержал удивление. – А почему нельзя? Этот вопрос ввел Питера в ступор. – Я слышу Помфри, – сказал Сириус. – Разберемся с вашей семейной драмой потом, валим, – скомандовал он. – Это ваша семейная драма, – проворчал Питер и озвучил примерно то, что предрекал Джеймс. – Я что, тоже геем стану, если продолжу с вами общаться? – Он смирится, – успокоил Лили Ремус. – Поворчит и примет. – Статистически, друг мой Хвост, кто-то должен остаться натуралом. Эта честь выпала тебе, – сказал Сириус, когда они уже шли к замку. – Можешь не переживать. Питер посмотрел на него с подозрением, но Сириус, кажется, был вполне серьезен. И все равно не сдержал страдальческий стон, когда перед дверями замка Регулус обнял Джеймса и снова поцеловал на прощание. – Ты привыкнешь, – сказал Сириус. – Я привык. Почти, – добавил он, глядя как Джеймс стиснул в ладонях зад Регулуса. – Сомневаюсь, – вздохнул Питер, отводя взгляд. А когда они уже втроем шли в башню Гриффиндора, не удержался. – Сохатый, тебе что теперь вообще все парни нравятся? – Нет, только Регулус, – ровно ответил Джеймс. – И только в сочетании с Лили. – А ты... кхм... уверен, что это не воздействие каких-то чар? – он покосился на Сириуса, вспомнив тот пранк над Снейпом, но озвучить свои подозрения более детально не посмел. – Я лично проверил его Хвост, – ответил Сириус, зевая на ходу. – Он чист. Так что отставить панику. – Немного легче от того, что ты тоже в шоке от этой ситуации, – признался Питер, поднимаясь в их спальню. – Попробуем полчаса поспать? – Определенно да. А потом много-много кофе, – сказал Сириус, падая лицом в подушку. – Интересно, через сколько лет мне не понадобится сон, как Арману? – А он что, вообще не спит? – кажется, Питер уже готов был отключиться, но, услышав это, нашел в себе силы оторвать голову от подушки. – Иногда мне кажется, что нет, – отозвался сонно Сириус, едва подняв голову от подушки. – Надо будет спросить, – решил Питер и сдался, уронил голову на подушку. На завтрак они пришли одними из последних и поняли, что Регулус, похоже, решил вообще сегодня не утруждать себя уроками. Так и было – отоспавшись до одиннадцати часов, он заглянул на кухню – Мародеры познакомили его с эльфами, позавтракал сам и, набрав еды, пошел в Больничное крыло. – Вот это сюрприз, – Лили не спала и растолкала дремавшего Ремуса. – Смотри кто опередил наших! – О, привет, – тот чуть растерянно улыбнулся и глянул на часы. – А ты чего не на уроках? – Мне было лень, – пожал он плечами. – К тому же, не у меня выпускной год. – За это тебя иногда хочется убить, – хмыкнула Лили, погладив его по щеке, когда он потянулся, чтобы поцеловать ее, а потом принялся раздавать припасы. Ремус тут же взял шоколадную лягушку и откусил от нее половину. – Питер наверняка все еще в шоке? – спросила Лили, тоже взяв шоколад – он лучше всего восполнял силы. – Судя по его взгляду, который он бросил на меня перед тем, как мы разошлись, он подозревает, что я околдовал Джейми, – кивнул Регулус, разливая для них кофе по чашкам, которые трансфигурировал из больничных кубков. – О, ты сокровище, Реджи, – Лили взяла чашку и с наслаждением сделала глоток. – И как у Сириуса получился такой милый брат? Без обид, Ремус, но Бродяга иногда просто боль в заднице. – Это ты мне говоришь? – выгнул бровь Ремус. – Поймите меня правильно, я люблю Сириуса больше жизни, но это боль в МОЕЙ заднице! Они трое переглянулись и покатились со смеху, но Регулус первым посерьезнел. – Он просто боится потерять вас всех... как и я, – тихо сказал он, опустив голову. – Мы все боимся потерять друг друга, – ответила Лили, протянув к нему руку и ласково заправив прядь ему за ухо. – Звучит чертовски паршиво для подростков. – У меня, по сути, кроме вас, больше никого нет, – решился на откровенность Ремус. Он сам не знал, что в большей степени сказалось – усталость после трансформации, или тема разговора. – У меня родился брат. Из-за этого отец забыл поздравить меня с днем рождения. – О, Ремус! – Лили хотела было поздравить, но испытала смешанные чувства. – Мне жаль, дорогой. А ты...что чувствуешь по этому поводу? – Бродяга... – он перевел взгляд на Регулуса и продолжил, – он дал мне хороший совет – я могу злиться на отца, но не стоит винить в чем-то мелкого. И, да, я чертовски зол на отца. – Похоже Сириус исходит из личного опыта, – сказал Регулус. – Он прав. Твой брат ни в чем не виноват, и когда настанет день, когда родители уйдут, у него останешься только ты. – Слишком много мудрости от братьев Блэк последнее время, – тихо рассмеялся Ремус, мысленно признавая, что и об этой стороне ситуации он не думал. – Сириус тебя очень любит, – добавил он, чтобы Регулус не таил обиду на брата. – Не иначе передалась половым путем, – пошутил Регулус. Но улыбнулся словам Ремуса. – Я знаю. И я рад этому. Думать, что он меня не любит все эти годы было мучительным. – Он не переставал тебя любить, просто думал... что вы больше не нужны друг другу, – вздохнул Ремус. – Ох, давайте, пожалуйста, сменим тему, – всхлипнула Лили. Регулус тут же придвинулся к ней и, обняв за плечи, поцеловал в макушку. – Что у вас тут происходит? – на запах кофе появилась мадам Помфри. Регулус тут же отодвинулся на почтительное расстояние. – Это что, кофе? Откуда вы его взяли? – У меня оказался небольшой пакетик в сумке, мадам Помфри, – тут же ответила Лили. – Просто заварили в чашке. Не такой крепкий, как хотелось бы, но лучше, чем ничего. Кофейник, принесенный с кухни, Регулус загородил собой. – Вам следует отдыхать, а не пить кофе. Лишнее возбуждение нервной системы вам совсем ни к чему. Особенно накануне экзаменов. – мадам Помфри мягко пожурила их. – Пожалуйста, помните об этом. – Мы помним, но перед экзаменами совсем ни на что не хватает времени, – развела руками Лили. И на просьбу уйти пораньше, получила привычный отказ. В итоге, когда Мародеры, вместо обеда, пришли навестить друзей, они застали там идиллическую картину – Регулус сидел на кровати Лили, облокотившись на изголовье и читал им про свойства зелий, голова Лили покоилась на его коленях, а Ремус слушал со своей койки. – Смотрю, вы проводите время с пользой, – улыбнулся Сириус, поцеловав Лунатика. – Мы принесли конспекты, добросовестно записали все. – Нам практически пришлось шантажировать Реджи, – хмыкнула Лили, приподняв голову, чтобы поцеловать Джеймса, когда тот подошел, и чуть повернулась, чтобы видеть, как он поцелует Регулуса. – Не показалось, – пробормотал себе под нос Питер, наблюдавший за этим. – Ох, Хвостик, – Лили улыбнулась ему. – Ну все не так плохо, я уверена. – Если я тоже не начну кидаться на парней, общаясь с вами, все действительно будет не так плохо, – кивнул Питер, подходя ближе. Сириус уже развалился на кровати Ремуса и тискался с ним. К счастью, заглушающие чары они наложили давно, иначе мадам Помфри уже разогнала бы их. – Это не так работает, Хвостик. Иначе мы все бы уже были такими же умными, как Ремус, просто глядя на то, как он занимается. – О, перестань, – закатил глаза Ремус. – Вы все и так умные. А на обед вы собираетесь? – опомнился он. – Не будете же вы голодные до ужина, – тема еды для него всегда была животрепещущей. – Вас уже отпустят? – спросил Сириус. – Или вы здесь до вечера? Мы можем поесть тут с вами. – Пойду, попробую еще разок, – решил Ремус и поднялся с кровати, привычно прочесав пальцами волосы Сириуса, а Регулус пока рассказал, что они уже пытались вырваться, но Помфри не отпустила. – Нам дали добро, – Ремус вернулся через пять минут. – Но с условием, что мы ляжем спать не позже десяти вечера сегодня. – Согласны! – в один голос поддержала вся компания, кроме Регулуса, конечно, который и так прекрасно выспался. Больничное крыло они покинули вместе, но в конце коридора разошлись, чтобы не привлекать внимание. На обеде Ремус и Лили привычно шокировали своим аппетитом Мэри и Марлин, но они это уже никак не комментировали. К тому же, у них была сплетня посвежее. – Говорят, Регулуса Блэка видели на свидании с кем-то из Гриффиндора, – сказала Мэри, сверкнув глазами в сторону Сириуса. – Колись, ты знаешь, с кем? Сириус в тот же момент поперхнулся глотком из своей фляжки. Хорошо, что умереть второй раз из-за такой ерунды он не мог. – Макдональд! Я-то тут при чем? – Что значит при чем? – возмутилась Мэри. – Он твой брат или как? Это Сьюзи Уотерс с шестого? Или Мэделин Брукс с пятого. – Думаю, Мэделин, – предположила Марлин. – Сьюзи тупенькая, сомневаюсь, что Регулус стал бы ее терпеть. Как же у Ремуса чесался язык просто высказать мнение, что, да, тупенькую Регулус терпеть не стал бы. Но он заткнул себе рот кексом. – Какая тебе разница? Ты же не собираешься встречаться с Регулусом, – сказал Сириус, тяжело вздохнув. – Пусть встречается с кем хочет. – Блэк, ты глухой что ли? Она с Гриффиндора! А твой брат со Слизерина! Может, это вообще первый случай в истории, – сверкнула глазами Мэри. – Не первый, об этом можешь не беспокоиться, – отставив от себя пустую тарелку, сказала Лили. – Вражда между факультетами – это глупость. – Ага, во время матча со Слизерином мы прям ощутили их горячую любовь, – фыркнула Мэри, но расспросы прекратила. – Вам надо быть осторожнее, – шепнул Сириус Лили, пока они шли на сдвоенные Чары – последнюю пару на сегодня – Куда еще осторожнее? – тоже шепотом спросила она. – В коридорах мы не пересекаемся, а в спальню он приходит после отбоя. Да и не совсем приходит, если на то пошло. – У Мэри глаза как у кошки. Или у кого-то еще, раз заметили, – ответил Сириус. – Хорошо-хорошо, мы постараемся быть осмотрительнее, – проворчала Лили и вздохнула. – Осталось-то всего ничего. – Это точно. Дожить бы, – добавил он, и они вошли в класс, где следующие два часа потели над зубодробительной теорией и невыносимой практикой. То, что они дожили до пасхальных каникул, уже казалось подвигом. Опять пришлось соблюдать конспирацию, чтобы никто не видел их совместное с Регулусом перемещение, зато в мэноре они хоть немного расслабились и только при Поттерах держались в рамках приличий. – Давайте эти два дня не будем вообще вспоминать про учебу, – попросил Сириус, лежа на диване и сползая с него, как тесто из миски. Лили, которая пришла в гостиную с учебником по трансфигурации, хотела было возразить, но Регулус решительно забрал его, а ее руки занял чашкой с какао. – Поддерживаем, – подхватили Ремус и Джеймс. – Вот завалите экзамены, меня не вините, – сказала Лили, усаживаясь рядом с ними. – Миссис Поттер сказала, что будет небольшой прием в саду. Будут члены Ордена. – И Грюм? – уточнил Сириус, к этому моменту окончательно съехав на пол и устроив голову на коленях Ремуса. – Похоже, что да, но миссис Поттер обещала, что он не будет никого бесить, – ответила Лили. – Я вот подумала, не должны ли мы тоже вступить в Орден после школы? – Вряд ли у нас есть выбор, – пожал плечами Джеймс. – Так нас там и ждут, – одновременно с ним, в один голос ответили Сириус и Ремус. – Кого, нас? – спросил Питер. – Вас что, уже туда позвали? – Нет, Хвостик, я имею в виду нас, – он указал на Лили, Сириуса, Регулуса и себя. – Грюм вполне ясно выразил свое мнение на наш счет. Не думаю, что он верит, что все мы можем себя контролировать. – Это потому, что вы вампиры и оборотни? – спросил Питер. – А мы с Джеймсом? – А вы с Джеймсом – волшебники из добропорядочных семей с безупречной репутацией, – подмигнул ему Ремус. – Да, но у нас нет ничего, что мы могли бы предложить Ордену, – скис Питер. Ребята переглянулись – все подумали об одном и том же, Ордену нужно иногда пушечное мясо, и они на эту роль подходят отлично. Питеру об этом, конечно, говорить не стали. – Давайте об этом тоже не будем, – попросила Лили и поднялась, чтобы поставить пластинку. – Кто-нибудь потанцует со мной? – спросила Лили, когда заиграла музыка. Джеймс встрепенулся, но Регулус оказался рядом с Лили раньше. Конечно же, их с Сириусом обучали различным танцам, чтобы они не "опозорили семью на званых ужинах", но тогда танцы с гостями и многочисленными кузинами были обязанностью и пыткой. Теперь же, в обстановке этой уютной, теплой во всех смыслах гостиной, в окружении друзей – это было в удовольствие. – Отлично смотритесь, – хмыкнул Джеймс, наблюдая за ними. – Потанцуем? – спросил Сириус, посмотрев на Рема. – Немножко? – Похоже, у меня совершенно определённый вкус на парней, – подмигнула Джеймсу Лили. – На всякий случай напоминаю, что я не умею, – Ремус взял Сириуса за протянутую руку и, конечно же, согласился, просто чтобы развлечься. – Никто не осудит, – Сириус засмеялся и взял его за талию. – Я поведу, – предупредил он, прижимаясь поближе. – Разумеется, – рассмеялся Ремус, полностью вверив себя в его руки. Лили и Регулус начали понемногу дурачиться, но и это у них получалось безумно органично и изящно. – Питер, хочешь потанцевать? – Джеймс подколол друга, раз уж они одни остались без пары. – Нет уж, спасибо, – хмыкнул Питер, невольно отодвинувшись от него. – Я все еще не уверен, что ЭТО не передаётся воздушно-капельно-тактильным путём. – А со мной? – прищурилась Лили. – С тобой потанцевал бы, – тут же ответил Питер. Но по дороге он все равно получил смачный шлепок по заднице от Джеймса. Питер подпрыгнул и в объятья Лили буквально влетел. Джеймс рассмеялся и перехватил Регулуса, сразу начиная с ним соперничество за главенство в танце. Сириус, глядя на это, только посмеялся. Но выглядели они хорошо, к тому же, Джеймс уступил Регулусу, просто потому что тот был более хорош в танцах. – Хочешь ты теперь вести? – предложил он Ремусу. – Не-а, меня совершенно все устраивает, – покачал головой Ремус, обнимая его за плечи. Он тоже поглядывал на Джеймса и Регулуса и чувствовал совершенно искреннюю радость за них, и то, что Регулус стал частью их компании. За эти месяцы он очень изменился. – Друзья, кто поможет спрятать яйца в саду для Пасхальной охоты? – к ним заглянул Флимонт, улыбнувшись, глядя на их импровизированные танцы. – Мы все поможем, пап, – тут же отозвался Джеймс. Братья Блэк переглянулись, у обоих в глазах читалась одна и та же мысль: "Нормальная подготовка к нормальной Пасхе в нормальной семье". Все высыпали на задний двор, где Флимонт раздал им корзинки. Яиц было много, к тому же они были волшебные. Как только их распихали по укромным местам в траве и клумбах, Флимонт наложил заклинание и яйца отрастили себе тонкие ножки и стали перебегать с места на место, чтобы их было труднее поймать. К тому же они издавали звуки, чтобы их можно было отыскать даже в густой траве. – Конечно, детей на прием придет не так много, как раньше, но уверен, младшие Уизли будут в восторге, – улыбнулся Флимонт. – Я думал, это для нас, – ляпнул Регулус прежде, чем успел задуматься. – И для вас тоже, – хмыкнул Флимонт. – Но завтра, сегодня они за ночь еще перепрячутся, чтобы все было по-честному. – Да нет, это не обязательно... чтобы мы участвовали, я имею в виду, – смутившись, пробормотал Регулус, возвращая пустую корзинку. – Еще как обязательно. Обычно Сириус выигрывает в каждой охоте, посмотрим, обойдешь ли ты его, – ответил мистер Поттер. – Да-да! – гордо подтвердил Сириус, явно считая это достойным гордости поводом. – Ты что, обыгрываешь детей в пасхальной охоте? – недоверчиво прищурился Регулус, заходя со всеми в дом – миссис Поттер как раз позвала всех ужинать. – Я отдаю весь выигрыш им на растерзание, – ответил Сириус. – Как благородный вор. Все посмеялись над этим заявлением, беззлобно, конечно, и расселись за столом. За ужином миссис Поттер попросила завтра всех спать не очень долго, потому что подготовки предстояло немало. – Я прослежу, мам, – пообещал Джеймс. На следующий день в саду было шумно и весело. Регулус, сказать по правде, немного ошалел от такого размаха. Толпа детей Уизли и чьих-то еще, азартно носились по саду, охотясь за резвыми заколдованными яйцами. – Реджи, всю охоту пропустишь, – Сириус наколдовал себе нелепые кроличьи уши и бегал не хуже семилеток. – Ты уверен, что нам стоит участвовать? – при друзьях Регулус уже почти привык быть открытым, доброжелательным, даже веселым, но тут была масса новых людей. И хотя он не поймал на себе ни одного хоть сколько-то подозрительного взгляда, все равно внутренне был собран. – Абсолютно, – Сириус махнул палочкой и у Регулуса вырос кроличий хвост. – Теперь ты просто обязан! Регулус завертелся на месте, пытаясь его рассмотреть. – Мерлин всемогущий, – оказавшийся рядом Джеймс, замер и облизнулся. – Сохрани его до вечера! – шепнул он и тоже кинулся охотиться за яйцами. – Билли, это мое! – Выражение "трахаться как кролики" похоже, сегодня будет воспринято буквально, – хмыкнула Лили, глядя на это. – Можно вопрос? – Ремус едва заметно порозовел, но подумал, что у Лили ему спросить это проще, тем более что они были наедине, а этот вопрос возник у него уже давно. – Джеймс бывает... принимающей стороной? Лили кивнула. – Мы все меняемся. Каждый может быть как в активной, так и в пассивной роли. А вы с Сириусом? Ремус опешил, пытаясь состыковать ее слова. – А ты... эм... каким образом? – все же уточнил он и кивнул. – Да, но редко. Нам обоим больше нравится, когда я актив. Лили засмеялась. – Магглы давно придумали приспособление, а волшебники его улучшили. Называется страпон. Так что у нас настоящая демократия в постели. Вот тут Ремус вспыхнул до самых кончиков ушей. – Вы самая... самое необычное трио, какое только можно себе представить, – картинка и правда настойчиво и отчетливо нарисовалась перед его мысленным взором, хотя он и не был уверен, что правильно представляет механику. – И я очень рад за вас троих! – Питеру об этом не говори, иначе, мне кажется, мы его потеряем, – Лили прижалась к его плечу, смеясь. – И вообще, мы живем в семидесятых, секс-революция происходит уже десятилетие. – Я хотел сказать тебе то же самое – про Питера, – рассмеялся Ремус и поцеловал ее в макушку. – И все равно, думаю, волшебники более лояльны к таким вещам. Боюсь, магглы все еще не готовы оценить ни наши с Сириусом отношения, ни твои с парнями. Пробегавший мимо Джеймс резко затормозил и ахнул, всплеснув руками. – Средь бела дня девушку отбивают. – Все так и есть, иди охоться за своими яйцами, – Лили обняла Ремуса за талию и показала Джеймсу язык. – И не упусти одного шустрого кролика. – Должен же я хоть кого-то удержать, а то вообще один останусь, – Джеймс обреченно покачал головой, коротко чмокнул Лили в губы и умчался на лужайку. – Если ты расскажешь об этом Сохатому, я буду все отрицать... и поправь меня, если я ошибаюсь, но с появлением Регулуса ваши отношения стали более гармоничными, – негромко сказал Ремус, с улыбкой наблюдая, как Джеймс выхватывает яичко прямо из-под носа Сириуса. – Я должна признать, что иногда Джеймса слишком много. Я люблю его, видит Бог, но его как раз хорошо делить на двоих. Тогда он не страдает от недостатка внимания и не бесит окружающих своей любвеобильностью. Он как ретривер, вечный энерджайзер, а я так долго не могу, мне нужно иногда уйти в себя, – сказала Лили. – Я понимаю, о чем ты, – улыбнулся Ремус. – Я ведь живу с Сохатым дольше, чем ты. При этом, знаешь, мне кажется, Регулусу тоже иногда нужно уйти в себя, но в то же время он очень ценит это внимание со стороны Джеймса. Для него это не что-то привычное. – Да, поэтому у нас никто не обижен, но иногда мы игнорируем Джеймса вдвоем, когда он чересчур расходится. Спасают квиддичные тренировки. Должна признать кроличий хвост выглядит забавно. А как тебе уши у Сириуса? У тебя не рождается волчий инстинкт заохотить этого кролика здесь и сейчас? – Лили Эванс! – шикнул на нее Ремус, потому что именно такой инстинкт у него и пробудился. Не вполне волчий, конечно, но фантазии были вполне определенного свойства. – Не сомневайся, тебе они тоже какое-нибудь дополнение сделают. Уверен, это будет лисий хвост. Лили расхохоталась. – А Джеймсу собачий? – спросила она, утирая слезы от смеха. – Почему собачий? – изумился Ремус, сразу подумав о Сириусе, и прищурился. – Думаю, с ушками он будет смотреться эффектнее. – Думаешь, олений тогда? Забавно получится, что я одна хищница среди этих куцых, дрожащих хвостиков. Жаль, Джеймс понятия не имеет о Бэмби. – Ты вполне можешь его просветить, – подмигнул Ремус. – И – да, ты совершенно точно главная в вашем союзе... что бы там не думал Регулус по этому поводу. – Он будет рыдать как младенец, это же Джеймс, – отмахнулась Лили. – Ну конечно я главная, только им не говори, а то они расстроятся. – О, они и сами это понимают, – заверил ее Ремус. Тем временем, охота почти подошла к концу, и даже визуальный анализ показывал, что лидирует явно Регулус, одно слово – ловец. Разумеется, большая часть сладостей была отдана на растерзание детям, но и остальным кое-что перепало. – Если вы закончили дурачиться, у нас есть, что обсудить, – к ним подошел мрачный Грюм. – У кого это, у нас? – хмуро уточнил Сириус. Он еще улыбался, когда подошел Грюм, и из-за резкой смены эмоций улыбка превратилась в оскал. Ремус встал рядом с ним и коснулся его руки. Грюм не ответил, тяжело посмотрел на Сириуса, развернулся и похромал к шатру, где собрались взрослые участники ордена Феникса. – Похоже, лучше его не бесить, – вздохнула Лили. – Идемте, пока он не испортил всем праздник. Сириус скрипнул зубами, но последовал со всеми в направлении шатра. Ремусу подумалось, если бы не события в Рождество, тогда в доме Поттеров могла бы собраться такая же компания. К счастью, кроме Грюма враждебно на них никто не смотрел. – Спасибо, Эффи, за такую чудесную вечеринку, нам всем не хватало поводов для радости в последнее время, – Дамблдор поднял стакан с лимонадом и посмотрел на миссис Поттер. – Но есть важные вопросы, которые мы должны обсудить. Нам стало известно, что готовится нападение оборотней. Ремус и Лили синхронно вздрогнули и переглянулись. – Что именно известно? – не удержался Сириус. – Пока немного. Скорее всего это случится в апрельское полнолуние. Мы хотим обеспечить защиту семей, которые могут подвергнуться нападению. И нам понадобится ваша помощь. – Мы готовы! – в один голос заявили Лили и Ремус. – Профессор, неужели есть необходимость привлекать детей? – одновременно с ними высказалась Юфимия. – Я бы очень хотел, чтобы этой необходимости не было, дорогая Эффи. Но у нас не так много людей, способных отследить и почуять оборотней в ночь нападения. – Дамблдор с сожалением покачал головой. – Мы готовы, миссис Поттер, правда! – заверил ее Ремус. Сириус говорил ему об этом, и он сам чувствовал, что стал сильнее. С тех пор, как обращения перестали быть пыткой, кажется, даже его человеческая форма стала не такой хрупкой. Он даже забыл о болях в тех местах, которые напоминали о себе после каждого полнолуния. – Я ценю ваш порыв, мальчики, – миссис Поттер грустно ему улыбнулась. – Но война изменит вас навсегда. – Она уже все изменила, мам, – Джеймс обнял ее за плечи. – Теперь мы должны сделать так, чтобы все было по-прежнему, мирно и спокойно. Профессор Дамблдор, что от нас потребуется? – Ты поймешь, что я имею в виду, только когда узнаешь, – вздохнула она. – Мы планируем собрать оперативные группы из опытных волшебников. В каждую из них войдет кто-то один из вас, – он посмотрел на братьев Блэк, Лили и Ремуса. – Вы хотите нас разделить? – нахмурился Сириус. – Это обязательно? Мы не можем быть хотя бы парами? – Тогда мы сможем защитить меньше людей, – ответил Грюм, буркнув это так, словно Сириус виноват в этом. – Но тогда МЫ будем переживать о своих друзьях, – не унимался Сириус. – Проведите нам инструктаж. Вы говорите, что в группе будет несколько волшебников. Перераспределите за счет нас. – Хорошо, мы пересмотрим план операции, – кивнул Дамблдор. – Мы не будем подвергать вас лишнему риску. – Отлично! – выдохнул Сириус, кажется, приготовившийся к длительной баталии. Грюм довольным не выглядел, но спорить не стал. – Я думаю, привлекать Регулуса не стоит, – вмешалась Лили. – Для него это опаснее, чем для любого из нас, если его узнают. – Я думаю, нас всех уже так или иначе знают, – ответил Сириус. – К тому же можно использовать Оборотное зелье или чары. – Я не собираюсь отсиживаться за вашими спинами, – добавил Регулус. Лили хотела еще напомнить, что он, вообще-то, несовершеннолетний, но по его взгляду поняла, что это бесполезно. И все же Юфимия попросила не портить праздник, вскоре пригласив всех за стол. Детали решено было обсудить после. Вечером, когда все гости ушли, и ребята помогали наводить порядок, они все равно не могли успокоиться перед грядущей операцией. Питер переживал, что его мама ни за что не разрешит ему участвовать. Сириус бурчал, что им могли бы дать поблажку на экзаменах. – Могли бы зачесть нам что-то за участие, – ворчал он, вытирая посуду. – Чары или ЗОТИ как минимум. – Мы ведь еще никак себя не проявили, – напомнил Ремус и успокаивающе поцеловал его в щеку. – Если нам дадут поучаствовать, тогда можно будет говорить и о поблажках. – Мы уже готовы рисковать своими задницами, – пожал плечами Сириус. – Регулус вообще предупредил о рождественском нападении. – Члены Ордена явно по-разному оценивают наше участие в предстоящем патрулировании, – вздохнул Ремус. Закончив с посудой, они поднялись в комнату Джеймса и там еще какое-то время обсуждали операцию и рассуждали, как лучше разделиться, учитывая возможность в критической ситуации использовать связь вампир-оборотень. – Думаю тут все просто, я с Ремусом, а ты с Лили, – решил Сириус. – Джеймс тоже с вами, наверное, а Питер с нами, если его отпустят. – А мне кажется, нам наоборот логичнее разделиться, – покачала головой Лили. – Если с вами что-то случится, никому из нас вы не сможете об этом сообщить. Если же Ремус будет, например, с Джеймсом, и с тобой или с ним что-то произойдет, вы сможете обменять сигналами. Как и мы с Регулусом. Смотрите, поскольку существует связь «Ремус-Сириус», «Регулус-Лили», – она решила нарисовать на бумажке, – разделиться нужно так, чтобы части пары были в разных командах, то есть, например, Ремус с Джеймсом, на них нападают – он может ментально призвать Сириуса, и наоборот, Сириус вместе со мной сможет призвать Ремуса, а я – Регулуса. Сириус задумался, вздохнул и кивнул, признавая ее правоту. – Так правда будет лучше. Хоть и более нервно. Остальные согласились с ними обоими и решили по возвращении в Хогвартс, помимо подготовки к экзаменам, потренировать двустороннюю связь. – По идее мы ведь можем использовать нашу связь на экзаменах? – в один из вечеров в библиотеке Сириуса озарило. – Каким образом? – Ремус поднял голову от учебника и потер веки. Был предпоследний день пасхальных каникул, в библиотеке почти никого не было. – Если мы сможем развить ее до передачи мысли, скомбинировать чутье и легилименцию, но на другом уровне, – Сириус перевернул кусок пергамента и принялся чертить схему, сложную и непонятную, как и его объяснения. – Звучит интересно, – задумчиво признал Ремус и улыбнулся. – Только едва ли нам это может понадобиться во время экзаменов. – А вы не могли бы развить эти способности, чтобы так общаться со мной? – кажется, Питер готов был начать биться лбом об учебник. – Что значит, едва ли понадобится? А подсказать? – опешил Сириус. – Прости, Хвост, это так не работает. – Бродяга, что я могу тебе подсказать, ты и сам все знаешь, – Ремус наклонился к нему и потерся о кончик его носа. – Я уже ничего не знаю, – признался Сириус. – В моих мозгах все слиплось в один большой и бесполезный ком. – Тебе так кажется, – Ремус притянул его к себе и стал мягко массировать затылок. – Мы же сдали СОВы. И кое-кто профукал только Зельеварение, да и то не по глупости, а по небрежности. – Кто ж знал, что оно понадобится для поступления в Аврорат, – вздохнул Сириус и замер. – Хотя знаешь, я понял, что не хочу становиться аврором. – Это как? – вскинулся Джеймс, тоже медитировавший над учебником. – И чем ты будешь заниматься? Кидаешь меня? – Я не хочу становиться как Грюм, которому явно костыль забили так глубоко в задницу, что он не может разогнуться. Мы и без этого можем приносить достаточно пользы. К тому же представь, как будут относиться к вампиру-аврору? – Во-первых, Грюм – не пример для подражания, – заметил Джеймс. – Ты и сам на обеде видел, что в Ордене достаточно нормальных авроров. И у тебя на лбу не написано, что ты вампир! К тому же, когда люди поймут, насколько ты сильнее, ловчее и потенциально лучше готов их защитить, им будет плевать, вампир ты или сопля гиппогрифа, – как всегда, Джеймс был поразительно идеалистичен. – Ты никогда не хотел стать как твой отец, мастером Чар? – спросил Сириус. – В детстве хотел, конечно, – пожал плечами Джеймс. – Пока не узнал обо всем... что сейчас творится. Думаю, как от мастера Чар, сейчас от меня будет меньше толку. – Знаешь, я бы предпочла, чтобы ты был мастером Чар, а не оперативником, – призналась Лили, закрыв учебник. – Не хочется каждую ночь сидеть и гадать, вернешься ты или нет. Джеймс жалобно свел брови домиком, открыл рот, закрыл, снова открыл, но лишь вздохнул. – Я буду осторожен, – наконец, сказал он, придвинувшись к Лили. – Кто-то же должен это делать... – Да, но не обязательно для этого становиться пушечным мясом, – добавила она. – Вот-вот, – ворчливо подтвердил Регулус, готовность которого участвовать в операции была обусловлена совсем не благородством и стремлением кого-то защищать, а лишь злостью на тех людей, которые его чуть не убили. – Я знаю, что ты идеалист, Сохатый, – Сириус посмотрел на него. – Но за последний год столько всего произошло, что пора открыть глаза. Дамблдор, конечно, умный, расчетливый, но у него свои интересы. И он пожертвует любым из нас. – Но мы же не можем сложить руки, пока идет война, и ждать, что кто-то иной будет защищать тех, кто не может защитить себя сам, и сражаться с врагом! – запальчиво ответил Джеймс. – Про это никто и не говорит, – ответил Сириус. – Как видишь, от операции мы не отказываемся. – Давайте будем надеяться, что все это скоро закончится, – примирительно предложил Питер, который тоже был не в восторге от их участия. – И тогда все смогут заниматься, чем хотят, а не чем надо. – Отлично сказано, Питер, – Лили улыбнулась ему. – Жаль, что в библиотеке не выпить по этому поводу. – Так пойдемте в Выручай-комнату, – тут же предложил Сириус. – Серьезно, у меня голова и задница уже одинаковой квадратной формы. – Нельзя столько пить, мы сопьемся еще до выпускного, – вздохнула Лили. – Можно не пить алкоголь, но чаю я бы выпил, – признался Питер, потягиваясь. – А если здесь мы достанем что-то льющееся, Пинс нас проклянет. – Есть идея получше, – сказала Лили. – Какао с зефирками. Идемте, – она первой подхватила учебники и вещи и стала запихивать их в сумку. – Ты просто чудо! – улыбнулся ей Ремус, тоже сейчас предпочитающий что-то теплое и сладкое, а не горячительное и горькое. – Нет, серьезно, я начинаю опасаться, что Лунатик отобьет у нас Лили, – с напускной обреченностью вздохнул Джеймс, собирая вещи. – Нет, Лунатик мазохист, ему хорошо с Сириусом, – уверенно ответил Регулус, собираясь быстрее других. Ему не было нужды готовиться к экзаменам, но сидеть в гостиной Слизерина ему тоже было скучно, так что он помогал друзьям. – Эээй! – возмутился Сириус. – И почему это, если Лунатику хорошо со мной, он мазохист? Ты что, страдаешь? – он испытующе посмотрел на Ремуса. – Он же мазохист, ему в радость. И он буквально подставляется тебе под зубы каждый раз, – пожал плечами Регулус. – Меня абсолютно все устраивает, и я не страдаю, я получаю удовольствие, – заверил Сириуса Ремус, поцеловав его в кончик носа. – По твоей логике выходит, что и Лили мазохистка? – не унимался Сириус, хотя, вроде, и расслабился немного. – Лили доминантка, – хмыкнул Регулус. – Альфа-самка, если хочешь. – Еще раз так назовешь меня, Регулус Блэк... я тебе наедине скажу, в чем будет состоять моя жестокая кара, – сверкнула глазами Лили. – Лунатик тоже альфа-самец! – Сириус с нежностью посмотрел на своего парня. – Так, думаю мы это уже успели не раз выяснить, – Джеймс закатил глаза. Выручай-комната предоставила им уютную гостиную, с камином и кофейником, полным какао. Все удобно устроились с чашками и какое-то время просто молчали, приходя в себя после тяжелого дня. – Мне нравится выяснять это регулярно! – Сириус решительно был настроен оставить за собой последнее слово. Он ввинтился под руку Ремуса и заботливо поддерживал ему чашку каждый раз, когда тот подносил ее к губам. – Вы уже решили, в чем пойдете на выпускной? – спросила Лили. – А что, там какие-то особые требования? – напрягся Ремус. Конечно, стараниями Сириуса его гардероб изрядно обновился, но он сомневался, что речь про джинсы и свитера. – Ну парадные мантии, вот это все, – пожала плечами Лили. – Хочу под мантию надеть мини-платье. – Можешь вообще ничего не надевать, – прищурился Регулус, а Джеймс активно закивал. – У меня нет парадной мантии, – пожал плечами Ремус. – Как-то не было в ней необходимости. – В смысле, нет? – Сириус посмотрел на него. – Ты свой сундук до конца разобрал? – Ты что... заказал мне парадную мантию? – опешил Ремус. Справедливости ради, он и правда не все вещи посмотрел. Сириус, по его мнению, слишком уж увлекся, а Ремус никогда не придавал такого уж внимания одежде, поэтому пока что пользовался тем, что лежало сверху. – Ну да, ты ее серьезно не видел? – изумился Сириус. – Я задолбал мадам Малкин с образцами ткани, пока не нашел идеальный цвет горького шоколада с золотой искрой. – Черт... прости, пожалуйста, – Ремус виновато нахмурился. – Я и подумать не мог, что ты заморочишься еще и парадной мантией. Сегодня же вечером я ее рассмотрю. Уверен, она просто потрясающая! – Надеюсь ты примеришь ее при мне, – хитро сверкнул глазами Сириус. – Конечно, я примерю ее при тебе, – рассмеялся Ремус, притягивая его ближе к себе. – Мы ведь живем в одной комнате. – А еще, очевидно, при нас, – поддразнил их Джеймс. – На голое тело, – конкретизировал Сириус, показав остальным язык. – Так что без свидетелей. – Никто из нас ведь не видел Лунатика голым, – не унимался Джеймс. – Значит так, если вы, кучка извращенцев, устроите в нашей спальне оргию, я пойду к Макги и потребую отселить меня до выпускного, – решительно заявил Питер. – Просто приводи свою подружку к нам, Хвост, и все будет окей, – рассмеялся Сириус. – Кстати, Хвостик, а где вы с ней вообще встречаетесь? – спросил Ремус, шлепнув Сириуса по заднице. – Ты говори заранее, если тебе Выручай-комната нужна. Мы-то неприхотливые... – Буду иметь в виду, – ответил он, но явно не собирался так просто сдаваться. – Ты же знаешь, что мы не сможем войти, если вы будете внутри? – улыбнувшись, спросил Ремус. – Правда? – тут же спросил он. – Это так работает? – Чтобы мы могли попасть внутрь, мы должны точно знать, что попросил ты, – охотно объяснил ему Ремус. – Поэтому, если ты сформулируешь что-то вроде... – Будуара в стиле Маты Хари или спальни а-ля Прованс весной, – подхватил Сириус, – мы точно внутрь не попадем. – Я не хочу даже думать о твоих фантазиях, Бродяга, – запротестовал Питер. Но было понятно, что теперь он станет наведываться в Выручай-комнату чаще. – О, Хвостик, ты и близко не представляешь, какие у меня фантазии, – Сириус плотоядно облизнулся, глядя на Ремуса. – Будуар Маты Хари нужно взять на вооружение, – рассмеялась Лили. – Ладно, я думаю, пора идти в башню и ложиться спать. – Реджи, ты с нами? – спросил Джеймс, привычным ласковым жестом перебрав черные волосы Регулуса, когда поднялся на ноги, пользуясь тем, что тот еще сидел. – Я планирую выяснить, кто такая Мата Хари, – он выразительно подвигал бровями. – С вами, ага, – Регулус потянулся и превратился в кота, чтобы не вызывать вопросов. Влез на плечо к Джеймсу и комфортно устроился там. Джеймс потерся щекой о его морду и хмыкнул, перехватив сложный взгляд Сириуса. В спальне они первым пустили умыться Питера, а потом уже по очереди занимали ванную. – Я не усну, пока не увижу тебя в мантии, – заявил Сириус, натянув свою спальную футболку и сидя на кровати, пока Ремус вытирался полотенцем. – То есть, альтернатива – не давать тебе спать или продемонстрировать? – тихо рассмеялся Ремус, хотя и понимал, что и Питер, и троица наложили заглушающие чары. – Хочу посмотреть, я должен знать, угадал ли с цветом, – улыбнулся Сириус. – У тебя идеальный вкус, – подойдя к нему, Ремус склонился для поцелуя, полотенцем обернув бедра, и вытянул сундук из-под кровати. – Я все еще в шоке от того, какое количество одежды ты накупил, – он покачал головой, выуживая со дна отдельно упакованный сверток. Тот был довольно тяжелый, что особо говорило о качестве ткани. Она явно была зачарована на несминаемость – когда Ремус развернул мантию, та заструилась идеальными волнами глубокого шоколадного цвета. – Так, ладно, я не буду думать, сколько она стоит, – пробормотал он, стягивая полотенце. А когда накинул ее на плечи, в первый миг испытал чувство вины – мантия самую малость ощущалась тесноватой в плечах. Но прошло мгновение, и она сама собой будто подстроилась под его тело. – Не зря я издевался над Мадам Малкин. Ты в ней выглядишь так, словно это ты отпрыск древнего магического рода, а не я, – Сириус был в полном восхищении и повернул Ремуса к зеркалу, чтобы и он мог оценить. Эффект и правда был странный, у Ремуса будто расправились плечи, взгляд стал прямее, и даже еще немного влажные, а от того сильнее завивающиеся волосы не портили вид. – Спасибо, – повернувшись к Сириусу, он обнял ладонями его лицо и нежно поцеловал. – Думаю, она станет моим облачением на все стоящие того поводы в ближайшие годы. – Ну вот еще, на нашу свадьбу будет что-нибудь пороскошнее, – ответил Сириус и стянул с него мантию, а потом потащил в постель. Ремус споткнулся от неожиданности, поэтому в кровать буквально влетел. – С-свадьбу? – не совладав с голосом, спросил он. – Ты хочешь, чтобы мы поженились? – А ты не хочешь? Ну не сейчас, конечно, но как-нибудь потом? Когда выиграем войну? – предложил Сириус. – Я... просто не думал, что мы можем, – признался Ремус, обнимая Сириуса, кажется, чуть крепче, чем обычно. – Но я хочу, очень хочу! – Мы не будем никого спрашивать, – ответил Сириус, обнимая его так же крепко. – Никто не посмеет нам запретить. – Я так тебя люблю, – прошептал Ремус, наползая на него с вполне очевидным намерением, но замер, услышав тихий стук совсем рядом, словно кто-то постучал по тумбочке, а потом края полога раздвинулись, и появилась голова Регулуса. – Я глубочайше извиняюсь, но у вас случайно не найдётся смазка? – спросил он. – Мы как-то не рассчитали... – Мы не пользуемся, – улыбнувшись, ответил Ремус и, дотянувшись до тумбочки, вытащил ту самую брошюрку из библиотеки Поттеров. – Страница двенадцать. Я как раз планировал вернуть ее законному владельцу. – Мы пользуемся, просто не во флаконах, – поправил его Сириус, подавив смешок. – Я хочу слышать реакцию Джеймса, когда он поймет, что это придумал его предок! – Ээ... хорошо, – Регулус хмыкнул и чуть отодвинул полог, чтобы стала видна кровать Джеймса. При этом стало очевидно, что для соблюдения приличий Блэк-младший использовал подушку, которую прижимал к паху, а на обратном пути переместил на задницу. Сириус все равно успел увидеть свежий укус на его ягодице, и не сдержал стона. Он видел и слышал больше, чем хотел бы. Но ему пришлось дождаться, пока Регулус скользнет за полог. – Книжка? – до них донесся голос Лили. – Это шуточки Сириуса? Намек, чтобы мы лучше почитали? – Тебе понравится, – тихо рассмеялся Регулус. – Книжку мне отдал Ремус, сказал, что возвращает законному владельцу. Автор – некий Уилфред Поттер. – Что? Не может быть, дай-ка сюда. – Джеймс зашелестел страницами. – Пра-пра-прадед Поттер? Но он был божьим одуванчиком! – Оно и видно, – хмыкнул Регулус. – Гляди-ка, даже заклинание увеличения придумал. Интересно, а Энгоргио нельзя использовать? – Так, все, я услышал достаточно, – сказал Сириус, прячась обратно за полог. – Удачи в освоении наследства! Только теперь обитатели соседней кровати поняли, что их слышали. Джеймс высунулся из-за своего полога. – Откуда у вас это? – шепотом спросил он. – Ремус расхитил вашу домашнюю библиотеку, – ответил Сириус, пожав плечами. – Мы экспроприировали. На время. – И не рассказали раньше?! – возмутился Джеймс. – Лунатик, я начинаю думать, что ты не считаешь меня другом, – он покачал головой. – Давайте вы завтра дуэль устроите, – вклинилась Лили. – Доброй ночи, мальчики, – пожелала она и взмахом палочки задвинула полог кровати Сириуса. Сириус рассмеялся и откинулся на подушки, довольный шуткой. – Лунатик, ты бесподобный. Я тебя обожаю. Восстановив заглушающие чары, разрушенные появлением Регулуса, Ремус улегся на своего парня и спрятал лицо в изгибе его шеи. – Слышать это очень приятно, но все же интересно, что такого бесподобного я совершил. – Ты просто есть, и ты мой, – ответил Сириус, гладя его по волосам. – Этого достаточно. – Для наследника древнего магического чистокровного рода ты преступно невзыскателен, любовь моя, – признал Ремус, втискиваясь между его ног. – Ты ничего не понимаешь в моем тонком вкусе, – ответил Сириус, обхватив его бока коленями. – И с преступно низкой самооценкой. – Главное, чтобы она устраивала тебя, – пробормотал Ремус, слегка прихватывая губами его шею. Он уже был полностью возбуждён, но пока только терся членом о промежность Сириуса. Почему сегодня хотелось быть особенно нежным. Сириус тихонько стонал ему на ухо, медленно покачивая бедрами навстречу его движениям. – Хочу тебя, – прошептал он, поглаживая его плечи и нежно проводя ногтями по коже, оставляя чуть заметные следы. – Сейчас, – тихо отозвался Ремус и потянулся к своей палочке. Он так тесно прижимался к промежности Сириуса, что ощутил, как смягчилась и увлажнилась дырочка, и через мгновение заполнил его, плавно, но сразу на всю длину. – Если что, заклинание увеличения я тоже выучил, – шепнул он. – Хочешь попробовать его прямо сейчас? – рассмеялся Сириус, довольно застонав. – Гораздо важнее, хочешь ли его попробовать ты, потому что меня все более чем устраивает, – Ремус приподнялся и лизнул его разомкнутые губы. – Ну мне теперь интересно, – кивнул Сириус. – Так что давай попробуем. Насколько больше он станет? – Там смысл в том, что, используя заклинание, ты делаешь два движения палочкой – первым обозначаешь диаметр, а вторым – длину, – пояснил Ремус, снова дотянувшись до своей палочки. – Ох, Мерлин, надеюсь, он не отвалится, – хмыкнул он и, невербально произнеся заклинание, сделал два осторожных пасса. – Надеюсь, он не будет конским! – Сириус все равно не удержался от вскрика, ощутив, как член вырос прямо внутри него. – Блядский Мерлин! – Перебор, да? – забеспокоился Ремус, заглядывая в его глаза. Он и сам охнул, ощутив, насколько теснее стало в Сириусе. – Отменю? – Нет, оставь! – пропыхтел Сириус, привыкая. – Тебе самому как? – Мне пиздец, как странно... но охуенно приятно, – сдавленно ответил Ремус, даже не решаясь пока шевельнуться, сейчас это казалось невозможным. – Мерлин, я только надеюсь, что потом оно вернется к обычным размерам, – прошептал в плечо Ремуса Сириус, ощущая себя заполненным, как никогда раньше. – Есть контрзаклятье, – выдохнул Ремус, на пробу делая плавное движение. – Я совершенно не планирую ходить с... ЭТИМ, чтобы меня перевешивало. – Я про себя и то, насколько я сейчас растянут, – прошептал Сириус, задыхаясь на каждом вдохе. – Что-то мне подсказывает, что тебе тоже не понравится, если у меня все будет настолько свободно. – Мы в любом случае найдем способ все исправить, – пообещал Ремус, потихоньку набирая темп. Безусловно, это было приятно, но по-прежнему чертовски странно. – Мы конченные извращуги...– севшим голосом прошептал Сириус, не в силах перестать стонать и всхлипывать, дрожа от напряжения. Но это было приятно. – Не более, чем те, кто сейчас трахается на соседней кровати, – парировал Ремус. И не ошибся. Ранним утром, когда они отсыпались, вымотанные этим необычным, и подарившим во всех смыслах незабываемый оргазм, экспириенсом, Рем проснулся, привлеченный странными звуками. А высунувшись, увидел Регулуса, тихо матерящегося, проклинающего "гребаного Джеймса Поттера и его страсть к экспериментам", и пытающегося одеться со странной скованностью в движениях. Сириус высунулся следом и полностью разделял ощущения Регулуса. Но он ни о чем не жалел. – Реджи, глоток-другой запустит твою регенерацию, – посоветовал он брату. – Глоток-другой чего? – мрачно поинтересовался Регулус, видимо, еще не проснувшись. При этом, он, хотя и шипел на Джеймса, но от его заботливой помощи не отмахивался. – Крови, конечно, чего еще, – ответил Сириус, устроившись щекой на плече Ремуса. – Черт, он прав! – воскликнула Лили, сидевшая на краю кровати, завернувшись в одеяло. – Как мы сами не додумались. – Потому что этот сексуальный террорист нас затрахал, – проворчал Регулус, возвращаясь к кровати. – И я сейчас не только о внешности! – Колитесь, сколько заклинаний из брошюры вы опробовали? – спросил Сириус, подбираясь к шее Ремуса. – Уверен, что хочешь это знать? – выгнул бровь Регулус и, обняв Лили со спины, прижался губами к ее шее. Судя по тому, что Джеймс кинулся натягивать спортивки, зрелище оказывало на него вполне конкретный эффект. – Я видел вчера твой голый зад, мне уже все равно, – ответил Сириус, в свою очередь тоже кусая Ремуса. – Пф, вчера ты не первый раз увидел мой голый зад, – закатил глаза Регулус, облизав губы. – Мы опробовали заклинание смазки, увеличения, отсроченный оргазм, – перечислил он. – И невидимый язык, – добавила Лили, откинув голову ему на плечо. – Никогда не любил отсроченный оргазм, – пробурчал Сириус, оторвавшись от шеи Ремуса. – А вот невидимый язык.... – Вечером попробуем, – пообещал Ремус, запустив пальцы в его волосы. – Если учебный день не выебет нас раньше. – Ох твою ж мать, зачем ты напомнил, – простонал Сириус, зажмурившись. – Я теперь весь день об этом буду думать. – О чем, о том, что у нас сегодня учебный день? – рассмеялся Ремус. Как обычно, после кормления он был приятно расслаблен, для начала учебного дня это было идеальное состояние. – О том, что меня ебут в мозг, не принося никакого удовольствия, – вздохнул он. – Ладно, скоро это все закончится. – Можете поспать еще часа полтора, – напомнил Регулус, глянув на часы. После порции крови он действительно выглядел бодрее, и хотя проворчал что-то укоризненное Джеймсу, но сделал это во время поцелуя на прощание. – Не забудь зачаровать будильник, – зевнул Сириус, утаскивая Ремуса обратно в темноту полога, как хищное животное свою добычу. – Сохатый не даст нам проспать, – Ремус, конечно, позаботился о будильнике, но не ошибся в своем предположении – выключая будильник, спустя заветные полтора часа, он слышал, что Джеймс уже проснулся.