Аделия. Ярость в крови

Агония. Она поглотила его, забрала с собой, пережевала и отвергла, словно бы ненужный мусор. Даже боль. Такое простое чувство оказалось недоступно. Лишь пустота, наедине с мыслями, подобными жутким монстрам, что казались намного ужаснее Фиар. Ори раздирали его, прогрызая себе путь наружу. Вгрызались в сердце, легкие, и другие внутренние органы, желая уничтожить его изнутри. Вэйн не помнил себя. Не ощущал ничего, когда все же нашёл в себе силы подняться. Голова кружилась, тело, казалось, оказалось абсолютно полностью сломано. Но какое-то глупое, бессмысленное упорство все же заставило его двигаться вперёд. Он огляделся — многие из Фиар покинули Даркрат, хотя те что находились в Эверфир, кажется, все ещё доставляли проблемы. Многие стражники оказались ранены, некоторые убиты, и их тела все ещё лежали на холодной земле, пока все пространство вокруг приходило в себя. Пожары понемногу начинали тушить, кое-где люди даже стали возвращаться в дома. Многое оказалось разрушено, и все ещё ожидало восстановления. Не обращая внимание почти ни на что вокруг, Вэйн пошёл вперёд. Прямиком к лесу. Сил передвигаться быстро оставалось не особенно много. Холодный воздух давил на лёгкие, заставляя их болеть лишь сильнее. Или же это было из-за удара Фиар? Вокруг было слишком тихо. Снег укрывал пространство, а Вэйн пытался понять, куда направился Мирч. Этот вопрос должен был пояснить, куда тот решил забрать Хориию, а значит это было важно. Для чего Мирчу понадобилась Хоррия? Этот вопрос, как и множество других, оставался без ответа. Вэйн пытался понять, связать происходящее, пока бесцельно шёл вперёд. Но получалось до ужаса плохо, ведь мысли путались. Но ещё более отвратительным самому Вэйну казалось то, что он оказался даже не в состоянии оценить, в какую сторону направился Мирч и другие Фиар. А значит это все придется выяснять, тратя время. Хотя в первую очередь Вэйну хотелось уложить в голове то, каким образом оказалось, что, как он считал, обычный парень, мог оказаться замешан во всем произошедшем. Подобная дикость ворвалась в реальность, рассекая осознание. Но при этом, многое, казалось, стало на свои места. Вэйну стало понятно, почему парень казался таким странным, непонятным, словно не вписывался в картину Даркрата. Жестокость и Фиар его не пугали, потому что он был одним из этих существ. Стало понятно множество весьма неочевидных вещей. Только вот вопросов, появившихся с неожиданным открытием, стало лишь больше. Где сейчас оказалась Хоррия? Вэйн слишком неожиданно осознал, насколько сильно страх поглотил его. Сковал, приковал к месту острыми шипами реальности. Его мозг то и дело прокручивал воспоминания. Вот, ее окружают, она падает, он пытается успеть, но ее забирают. То, что держало его в сознании, заставило Вэйна пройти весьма большое расстояние. Сначала часть пусти в человеческом обличии, пытаясь понять хотя бы направление. А дальше он спрятал облик человека, став Фиар. Выносливое массивное и сильное тело позволило преодолеть ещё один, весьма большой отрезок пути. Но он ничего не нашёл. Даже намека на то, в какую сторону они направлялись. Казалось, они испарились среди деревьев. Через время размышлений о том, почему Мирч организовал похищение Хоррии и куда, в конце концов, они направились, в его голове стали появляться догадки. Но вскоре остался единственный вариант, что оказался наиболее логичным. Блэкморт. Действительно ли они могли они направиться туда? Это предположение показалось наиболее вероятным, ведь казалось очевидным, откуда родом оказался сам Мирч. Только вот почти сразу возникла ещё одна весьма ощутимая проблема — Вэйн совершенно не представлял, где именно находилась империя Блэкморт. Лишь знал, что весьма далеко и пробраться на такое расстояние небезопасно. Прошло почти четыре часа поисков и скитания по пустому лесу. Показалось, словно все одичалые Фиар исчезли вместе с Мирчем. Вэйн же, понимая, что попытки найти Хоррию результатов не принести, пытался осознать, что ему делать дальше. Он казался совершенно потерянным в том, что было вокруг него. Единственное, что оказалось возможно — пытаться найти выход из сложившегося положения. Придумать решение, план действий. Только вот подобное давалось Вэйну катастрофически плохо. И все же он пробовал. Но самое очевидное безрассудство, в виде попытки добраться в одиночку к Блэкморту, в данном случае он посчитал совершенно неоправданным Он не понимал, что мог сделать, добравшись туда. Он совершенно ничего не знал. Да и не мог быть уверен, что Хоррию выкрали и потащили именно в империю Фиар, хотя это и был самый очевидный вариант. Вскоре некоторое подобие смутного, неявного плана стало вырисовываться. Он никогда не был в столице, но добраться к ней было легче всего из того, что он мог сделать. И он понимал, что Фиар из лагеря, вероятно, направились именно туда. В Даркрате, как и в Бладспеле, делать ему было нечего. В конце концов, лагерь вблизи этих двух городов оказались разрушены, а значит… Ему следовало все же поступить так, как они и планировали с Хоррией до случившегося. Найти лагерь вблизи Остфир, узнать больше информации, а после составить очередной план, но на этот раз для того, чтобы спасти Хоррию. Мужчина, наконец-то словно осознав, для чего ему стоило действовать, изменился. Теперь он наконец-то нашел, куда двигаться и зачем. А вскоре он направился вперёд, но на этот раз в облике Фиар передвигаясь более уверенно и целенаправленно. Перемещаясь максимально, насколько это оказалось возможно, быстро, Вэйн весьма легко преодолел большое расстояние. Усталость не чувствовалась. Хотя что-то ему подсказывало, что стоит ему стать вновь человеком — придется сполна ощутить на себе последствия сложной дороги. Медленно, укутав абсолютно все пространство, наступил ранний вечер. Первой его задачей оказалось найти себе укрытие. В конце концов, ночевать среди леса не было хорошей затеей, а до Бладспела или Остфир оставался еще довольно большой отрезок пути. Он потратил слишком много времени, пытаясь отыскать след Мирча и других Фиар. Нужно было принимать решение, и весьма быстро. Именно в этот момент Вэйн вспомнил о месте, в котором они с Хоррией остановились на пути в Бладспел. Мужчине было сложно сориентироваться в лесу, но он все же сумел отыскать то самое место, когда потратил еще почти час. Дерево. Оно все оставалось на месте, словно могло бы ожидать появления Хоррии, которая самостоятельно сделала это укрытие. Вэйн некоторое время задержал взгляд в одной точке, теперь замечая среди раскидистых веток то самое укрытие. Действительно, если не знать, что оно именно здесь, заметить это место было довольно сложно. Было сложно представить, как Хоррия самостоятельно могла все это сделать, однако ей каким-то образом удалось. Не говоря о том, что это укрытие она сделала довольно давно, что казалось еще более удивительным. И вскоре Вэйн забрался наверх. На этот раз, со второй попытки, но ему удалось приноровиться, чтобы забраться вверх быстро. Небольшое пространство оставалось таким же, как они его оставили. Даже записная книжка, потертая и потрепанная, оставалась там же — небрежно брошенной в углу. Он довольно осторожно, словно эта вещь была опасной, приблизился и взял в руки дневник. Хоррия почему-то считала, словно эта вещь была неважной. Вэйн даже не мог предположить, когда писались эти записи. Вещь выглядела изрядно потрепанной. Осторожно проведя рукой по шершавой поверхности, Вэйн задумался о том, что для Хоррии это казалось несвойственным. Дневник — что-то весьма романтичное, мягкое. Это не вписывалось в образ той Хоррии, которую он знал. Первая же страница. Он заметил, что записи делались карандашом, а не чернилами. Что мгновенно давало понять — дневник писался в спешке. Вероятно, просто способ быстро записать какие-то мысли или произошедшее. О чем говорил и почерк. Знакомый Вэйну, но небрежный, не настолько разборчивый. Однако взгляд мужчины уцепился за вещь, которая заставила его замереть. Пораженно и с неверием уставившись на угол первой страницы. Буквы были не совсем понятны, размыты. Но он все же различил запись. Имя. Хелин. Оно было зачёркнуто, тогда как рядом с ним было написано другое, знакомое ему имя. Хоррия. Знал ли об этом хоть кто-то? Вэйн не мог ответить. Так же как и не мог осознать бушующие внутри него эмоции. Это была личная вещь. Имел ли он право читать ее? Однако, желание знать все же победило. Поэтому он начал читать. Большая часть из написанного — лишь короткие мысли или наблюдения. Редко эмоции или чувства, но они легко читались в том, что было написано. Некоторую часть разобрать не удалось, но то что он успел прочесть заставило поражённо уставится в одну точку. Его одолевала смесь гнева, на себя самого, удивления, от осознания, насколько эта вещь все же была важной. Не для Хоррии, а для Хелин, которой та была ранее. И стало очевидно, почему Хоррия посчитала записную книжку ненужной. И все это переполнялось осознанием того, кем все же была Хоррия. Ее история читалась в написанном. Она, как и он сам, детство провела в чужой семье. Только вот они не приняли ее, именно по этой причине она ушла. И почему-то все это непостижимо перекликалось с тем, какой путь был у Вэйна. Ему пришлось легче, и все же им обоим пришлось нелегко. Да, дороги у них в итоге оказались все же разными, но привели они их в одно место — Эверфир. Это представлялось странным, невозможным, почти иллюзорным. Но это оказалось не опровержимо. Хелин. Теперь ещё одна мысль утвердилась в сознании — он должен был отыскать ее несмотря ни на что. Даже если сейчас он находился в весьма жалком положении. Фактически сейчас он должен был искать лагерь и оставшихся в живых Фиар исходя только из каких-то обрывков информации, что у него оказалась. Лишь после этого он мог продумать полноценный план. Глаза начали закрываться. Медленно сон проникал в сознание, захватывая мысли по крошечному участку. Глубокой ночью Вэйн все-таки поддался сну, прислонившись к дереву и все ещё сжимая в руках дневник, который он наглым образом прочёл. *** Очередное утро. Оно пробудило его тонкими, робкими лучиками солнечного света, что все-таки проник между веток. Вэйн почти сразу сориентировался, вспоминая произошедшее. То, что произошло и то, что он должен был сделать. Гнев невольно отразился уколом где-то в грудной клетке. Он был зол, что все произошло именно так. Злился и на себя, что не смог помешать произошедшему, и на обстоятельства, и на Мирча, который оказался предателем. Эти чувства оказались настолько отчаянными, что раз за разом напоминали о себе. С трудом приведя свои мысли в порядок, мужчина направился дальше. В конце концов, он преодолел лишь малую часть дороги, а до столицы нужно было добиться ещё довольно долго. А он даже не знал, каким образом ему нужно было искать лагерь. Конечно, он мог бы обойти территорию леса недалеко от той местности, но шансы на то, что ему все же удастся найти лагерь быстро, оказались не настолько большими. Особенно если брать в расчёт то, что ему даже никто не мог помочь с поисками. Однако он все же упрямо продолжил путь, надеясь, что у него все-таки будут шансы добраться к лагерю. Лес. Мужчина все ещё не мог привыкнуть к нему. Однако он пытался, подобно Хелин, запоминать и внимательно наблюдать. Через какое-то время дороги, пеший путь утомил, так что облик Фиар оказался более удобным способом передвижения. Большое крепкое тело птицы, как всегда, едва ли ощущало усталость или холод. Передвигаясь так быстро, насколько это позволяли силы, мужчина вскоре ощутил изменения. Он, передвигаясь, оказался в другой части леса. Это ощущалось в том, как чувствовался воздух. Еще какое-то время прошло на попытки изучить территорию. Но его попытки не принесли результата. Он все ещё не нашёл лагерь, и лишь приблизительно понял, где именно находилась столица. Но без единой монеты в карманах он едва ли имел шанс хоть что-то узнать или даже, банально, напросится на ночлег. Собственное положение оказалось весьма жалким. Теперь, когда его прошлое оказалось отброшено, ещё раз, он окончательно осознал, насколько сильно был привязан к лагерю. К тому, что происходило в нем, к тому, чем занималась Хелин до того момента, как ее похитили. Вскоре Вэйн набрёл на одну из дорог. Немногочисленных, но все же упрямо пересекающих лес, словно имели право тревожить его. Все ещё находясь в облике Фиар мужчина задумался о том, каким ему образом все-таки поступить. Постараться добраться к городу, к которому так очевидно и призывно вела дорога, либо же постараться дальше продолжить поиски лагеря. Он поднял взгляд на небо, замечая, что солнце ещё не успело приблизиться к вечеру, но было близко к этому. Вероятно, у него оставалось лишь несколько часов до того момента, пока не станет темнеть. А значит, ему стоило действовать быстро. Осознавая, что шансов на успех в городе весьма мало, Вэйн все же принял решение продолжать поиски. Ещё некоторое время. Ему пришлось несколько раз пройтись по территориям леса, находящейся достаточно близко для того, чтобы там мог располагаться лагерь, но в достаточном отдалении от города. Все ещё с трудом ориентируясь в весьма мрачном пространстве чёрного леса, мужчина пытался сконцентрироваться и понять, куда ему стоило передвигаться. У него не было даже малейших ориентиров, которые могли бы ему помочь, и все-таки спустя время он заметил некоторые странности в окружающем пространстве. Слух подсказал, что вокруг стало значительно тише. И звук его передвижения казался едва ли не оглушающим в тишине полувечернего леса. Это ему подсказало, что любая живность в этой местности словно убежала, ведь чего-то боялась. Даже некоторые виды других мелких птиц, что в другой части леса время от времени взлетали с веток, когда он проходил мимо, тут исчезли. Он, словно чувствуя, что уже рядом с целью, медленно сменил облик. Это было болезненно, словно кости крошились и собирались заново, а тело словно бы выкручивал наизнанку невидимый кукловод, но боль каждый раз отказывалась достаточно термипой. Ещё небольшой промежуток времени — и он все же заметил то, что так долго искал. Лагерь. Ему едва ли удалось приметить его среди деревьев, он был весьма умело замаскирован в окружении, среди мелких кустарников и стройного ряда деревьев. Волнение, словно тонкой паутиной, охватило его всего. В человеческом облике приближаясь к тому месту, куда он так долго направлялся, он все же боялся встретиться с реальностью. Узнать, сколько из тех, кого он видел, было мертво. Выжил ли его отец? Кажется, он не видел никого похожего на него среди тех птиц, что безжизненно лежали в снегу, окрашивая его в алый. Но он даже не задумался о том, что он мог просто не заметить всех умерших. И все же, уважая стремление Хоррии, он хотел помочь лагерю. По крайней мере, информацией, что он узнал. Ему стоило сообщить все то, что стало ему известно, после чего постараться разобраться в случившемся и создать план. План по тому, чтобы вызволить Хоррию из плена. Все казалось довольно сложным, но достижимым. Он обязан был справиться с этим. — Стой на месте! — голос. Звонкий и громкий, явно принадлежащий девушке. Вэйн замер на месте, даже не сразу осознавая, кто обратился с нему и откуда. Он осторожно поднял руки, показывая, что не намеревался никому вредить. Обернулся. Именно в этот момент Вэйн заметил совершенно незнакомую девушку. Та стояла, целясь в него человеческим оружием. Если бы не место, где он встретил девушку, Вэйн бы решил, что она человек. Но сущность Фиар, кажется, погладывалась даже в том, как она держала оружие — словно больше привыкла полагаться на свою собственную силу, нежели чем на оружие. — Кто ты, и что тебе здесь нужно? — Вэйн не успел заговорить и что-либо пояснить, ему уже задали вопросы, на которые ждали ответ. — Меня зовут Вэйн. Я один из вас, — начал было Вэйн, в попытке найти подходящие слова, чтобы пояснить произошедшее. Но его перебили, и знакомый голос послышался где-то за его спиной. — Все в порядке, Роан. Это Вэйн, он такой же сбежавший, как и остальные, — Ричард оказался тут, неожиданно и вовремя, помогая Вэйну. — Почему он не был вместе с вами? Может он предатель и вскоре наш лагерь, как и ваш, найдут, — излишняя подозрительность читалась в прищуренном взгляде и откровенно выдающем себя недоверии к персоне Вэйна. Девушка сделала несколько шагов вперёд, все ещё держа в руках оружие. Именно теперь мужчина наконец-то различил ее внешность. Весьма низкий рост, она была почти на голову ниже самого Вэйна, хотя он никогда не считал себя особо рослым. Рыжие волосы девушки были небрежно собраны вместе, большие глаза смотрели то на Вэйна, то на Ричарда. — Потому что ему пришлось отвлечь внимание тех, кто напал на нас. Что позволило нам сбежать, — спокойно, словно маленькому ребёнку очевидные вещи, Ричард продолжал объяснять. В какой-то момент девушка все же пожелала услышать доводы, хоть и, прежде чем убрать оружие, недовольно фыркнула, будто делала и Вэйну и Ричарду большое одолжение своим поступком. Когда девушка развернулась, собираясь вновь скрыться в тени деревьев, возвращаясь, как можно было понять, на место патрулирования территории, Вэйн заметил как Ричард кивнул в направлении лагеря. Мужчина понял молчаливое указание, и они вскоре оказались на территории огражденной территории. Он очевидно был больше, нежели те два, что довелось видеть Вэйну ранее. Вэйн оглядывал пространство, с интересом и любопытством, пытаясь улавливать детали. Палатки, служащие жильём для всех в лагере, Фиар, занимающихся вполне привычными делами и просто разговаривающих. Некоторые подростки веселились, устраивая тренировочные бои. Ему в какой-то момент показалось, словно он оказался в одном из двух, лагерей, что сейчас были разрушены. Но это было не так, и различия тоже можно было заметить: этот лагерь жил по своим правилам. Незаметно зрительно, но ощутимо. Вэйн приметил, что лагерь был словно поделен на тех, кто обитал тут ранее и тех, кому пришлось сбегать. Первые чувствовали себя, словно дома, тогда как вторые собирались группами, держась обособленно. Все обсуждали какие-то свои вопросы, и почти никто не заметил появления Вэйна. Хотя Вэйн и заметил несколько знакомых фигур среди одной компании, но не решился спросить у Ричарда о том, кто выжил. — Где Хоррия? — вопрос, адресованный Вэйну, выбил его из колеи. Хотя он и был очевиден, учитывая, что они с Хоррией сбегали вместе. У Вэйна даже нашлось слов, чтобы ответить. Мог ли он сказать, что ее похитили? Способен ли был Ричард помочь ему? Эти вопросы крутились в голове. — Я и сам не уверен, что знаю точно, — в конце концов честность оказалась единственным решением, которое пришло в голову Вэйна. Он не был уверен, где сейчас оказалась Хоррия. Наверняка ему было известно, что ее похитили. Но ни то, с какой целью это было сделано, ни то, куда её собирались доставить, мужчина не знал. Ричард обернулся, некоторое время задумчиво посмотрев на самого Вэйна, пытаясь оценить его ответ. Но спустя несколько мгновений он уже обернулся, продолжив путь. Вэйн же снял капюшон, что скрывал его облик, хотя сразу же ощутил как снежинки легли на лоб и макушку головы. Но Вэйн не особенно беспокоился из-за снега. Ричард привел его к одной из палаток, кивков указав, чтобы Вэйн зашёл внутрь. Когда они прошли, то взору Вэйна предстало пространство, своей обстановкой слегка напоминающее кабинет. Стол, стул, стеллаж с какими-то записями и даже небольшим количеством книг. Но больше его внимание, несомненно, привлёк мужчина, сидящий за столом. Его суровое беспристрастное лицо пересекал довольно большой протяжный шрам, что едва не задел глаз, но прошёлся выше, над бровью, спускаясь к щеке и заканчиваясь на линии скул. Спокойный взор янтарно-карего цвета глаз обратился на Вэйна, отчего он не сразу нашёлся с ответом. Но его выручил Ричард, заговоривший первым. — Это Вэйн, я рассказывал тебе о нем, Торен. Внимательный взгляд некоторое время изучал профиль Вэйна. Пока мужчина не отложил в сторону книгу, которую держал до их прихода. — Что же, Вэйн, я многое, слышал о тебе. Хотя, кажется, тебя нельзя считать одним из нас в той степени, как это относится к остальным. Но я в любом случае рад нашему знакомству, — усмешка, беззлобная, но раздражающая самого Вэйна, заставила его невольно поморщится, отведя взгляд. Рука Вэйна непроизвольно сжалась в кулак. Он ощутил боль от ногтей, что больно впились в кожу ладони. — Возможно я не был рождён Фиар изначально, и все-таки сейчас я один из вас, — Вэйн поднял руку, демонстрируя удлинившиеся ногти, что стали когтями, и руку, что покрыли тонкие алые перья. — Это весьма любопытно, — Торен задержал взгляд на руке Вэйна. А в его взгляде мелькнуло какое-то осознание, которое заставило того ухмыльнуться ещё шире. — Что же, завтра мы обговорим с тобой произошедшее в лагере, мне в конце концов нужно знать всю информацию. А пока я узнал все, что мне нужно было, ты можешь отдыхать. Ричард проведёт тебя. Вэйн едва ли не оскалился от пренебрежения и снисхождения, сквозящих в тоне голоса Торена. Но он вовремя сдержал себя, коротко кивнув и молча, не дожидаясь слов или действий Ричарда, покинув палатку. *** Выйдя на свежий воздух Вэйн приметил, что заметно стемнело, и небольшая группа собралась у разожженного костра, разговаривая и выглядя беззаботно. — Торен хотел увидеть тебя с тех пор как услышал, что ты стал одним из Фиар. Прости, я не мог не привести тебя к нему. Думаю, он также захочет услышать произошедшее с твоей стороны. Вэйн отмахнулся от слов Ричарда, скривившись. Ему не хотелось обсуждать неприятный разговор. Однако его отвлекла появившаяся возле одной из палаток Ирис. Она рассмеялась, держа в руках нечто вроде фляги, в которой очевидно находилась не вода. Девушка неожиданно подняла взгляд на него, и ее удивление, вперемешку с искренней радостью, и обидой, на мир поразило мужчину. Девушка приблизилась к Вэйну так стремительно, что сам мужчина опешил. Обвиняющий, яростный, и вместе с тем облегченный взгляд не оставил ему шансов даже на оправдания. — Где тебя носило?! Ты понимаешь, что я успела решить, что ты погиб? — девушка встала напротив Вэйна, грозно ткнув того в плечо и глядя на него большими глазами. Вэйн опешил, не сразу принимая и понимая эмоции девушки. — Мне пришлось скрыться, чтобы дать возможность остальным сбежать, — голос Вэйна прозвучал глухо. Он и сам не до конца осознавал, что кто-то действительно мог беспокоиться о нем. — Я поняла это, когда Рич рассказал, — именно в этот момент девушка кивнула на названого отца Вэйна, который все ещё стоял неподалёку от самого Вэйна. Вэйн усмехнулся. Кто-то из компании позвал ирис, и она оглянулась, помахав рукой. Таким образом она давала понять, что сейчас присоединится с ним. — Все собираются у костра, так что присоединяйся, если захочешь, — девушка кивнула в сторону центра лагеря, где сейчас собралась небольшая компания. Кто-то переговаривался между собой. И все выглядело настолько беззаботно, что Вэйну увиденная картинка показалась нереальной. Удивительной, странной, нереалистичной. Его мир буквально сломался на две части, но, конечно же, это не имело значения ни для кого, кроме самого Вэйна. Вэйн кивнул, давая понять, что услышал Ирис. После чего девушка подмигнула ему, развернувшись и последовав к остальным. Ричард в свою очередь, повел Вэйна дальше, показав одну из палаток, в которой ему предстояло жить. Она выглядела вполне привычно для Вэйна, так что он лишь поблагодарил своего названого отца. Ричард вскоре ушел, и мужчина остался в одиночестве. Через время, все-таки вспомнив слова девушки, он все-таки решился направиться к остальным. Когда Вэйн все же оказался со всеми рядом с костром, он время от времени ловил на себе испытующие взгляды. Кто-то с подозрением, а кто-то с откровенным раздражением. Не все обитатели лагеря, лидером которого ранее была Хоррия, отнеслись хорошо к тому, что женщина пропала. Тем более, что никакой информации им не сообщалось. Вэйн понимал их недоверие, хотя и хотел бы, чтобы все сложилось иначе. — Эй, ты будешь пить? — Ларк ткнул его в бок моим острым локтем, отчего Вэйн на миг поморщился, принимая предложенную парнем кружку с выпивкой. А это был именно алкоголь, а не традиционный радмери или чай. Вэйн с сомнением смотрел на поверхность какой-то настойки, название которой он даже не запомнил. Но чувствовал запах спирта и ягод. Сделав глоток, Вэйн слегка поморщился от крепости напитка. Это оказалось не по вкусу ему, так что спустя несколько минут он лишь наблюдал за происходящим держа в руках кружку, но не делая глотков. Он поднял взгляд вверх, на небо, что светилось звездами. Ночь. Он по крайней мере сумел найти лагерь, хотя его мысли с трудом могли сформировать точный план дальнейших действий. Но Вэйн точно знал, что завтра ему будет необходимо еще раз поговорить с Ричардом. В конце концов именно он мог по крайней мере выслушать его и, возможно, подсказать каким образом стоило действовать. ** Прошел почти час, после которого Вэйн все же ушел от компании. Вэйн даже не заметил, что все-таки произошло то, чего он не ожидал. Он успел, хоть и невольно, но все же привязаться к лагерю. Или же к его обитателям? Хоррия, Ирис, Ричард, мальчишка Ларк. Теперь, когда он в очередной раз оказался в лагере, это осознание стало четким. Он все ещё не мог сказать, что у него был точный план. Но он по крайней мере знал, что собирался делать, а с деталями, вероятно, ему мог помочь Ричард. Он должен был разузнать больше о Блэкморте, после чего постараться выяснить, где именно находилась Хоррия. Спасти ее. Все звучало ошибочно просто, но Вэйн понимал, что на самом деле для этого ему снова понадобится приложить много усилий. Вэйн, поднявшись с лежанки, сделал несколько шагов по направлению к комоду, стоящему в палатке и предназначенному, очевидно, для вещей. Ричард сообщил, что кое-какие вещи ему нашли, правда немного, но этого тоже было достаточно. Тут у него тоже была отдельная палатка, что можно было бы считать даже роскошью. Мужчина шагнул ближе, теперь наконец-то обратив внимание на небольшое зеркало, также находящееся тут. Сомнение и недоверие тоже оказалось заметно в его отражении. Вэйн редко имел возможность использовать зеркало, но свое отражение показалось уставшим, напуганным. Он поморщился, осознавая, что хотел бы избавится от этого. Мужчина провел рукой по темно русым волосам, приглаживая их. Рука невольно опустилась ниже, к шее, где был отчётливо заметен шрам, перетекающий в большое родимое пятно, похожее на ожог и доходящее почти до груди. А вот шрам выглядел уродливо, пересекающий горло, словно его хотели убить, перерезав горло, но у кого-то не получилось. Обычно он прятал свой недостаток за одеждой хотя иногда, конечно, шрам замечали, что вызывало ненужные вопросы. Мужчина совершенно не помнил, откуда взялся этот шрам. А когда спрашивал у приютивших его родителей — те отвечали, что он уже был с ним, когда они нашли. Резкий вздох. Вэйн все ещё помнил свое прошлое. Оно было его единственным якорем. Хоть он и не знал, кем были его настоящие родители и каким образом он оказался именно у Бладспеле.