Проклятая красота

       — Так по какому поводу ты нас сегодня тут собрал? — полюбопытствовал Хао Цзе, сидя за длинным кухонным столом, пока Вэй Цзе носился туда-сюда по кухне, расставляя многочисленные тарелки с изысканными блюдами.               — Неужели не помнишь? — возмутился тот, наконец-таки успокоившись и усевшись во главе стола. — Сегодня исполнилась ровно сотня лет с тех пор как мы оказались тут все вместе. Это непременно нужно отметить!               — Разве прошла уже сотня? — удивился Хао Цзе, глядя по очереди то на Пань Аня, то на Гао Чангуна, то на светящегося от радости Вэй Цзе.              Все они кивнули, а Вэй Цзе, откупорив кувшин с вином, весело воскликнул:               — День в день! Между прочим братец Ю специально для меня сделал календарь, и я по нему ответственно высчитывал дни, месяца и года, чтобы не ошибиться в подсчётах.               — Ладно, раз уж календарь сделал для тебя сам Сун Ю, то мы тебе поверим, — хитро бросил Хао Цзе, после чего полюбопытствовал: — А своего братца Ю пировать ты чего не позвал?               — Позвал. Он обещал прийти вовремя, но как всегда опаздывает. Видимо зачитался своими книжками, — обиженно пробубнил Вэй Цзе и Гао Чангун, который до этого уплетал за обе щёки паровые пельмени, отложил палочки в сторону и осторожно погладил того по плечу, дабы успокоить.              В следующее же мгновение дверь кухни с хлопком открылась, и взбудораженный Сун Ю появился на пороге.               — Простите. Надеюсь, вы не начали без меня? — виновато спросил он.               — Начали, — громко чавкая, ответил ему Гао Чангун.               — Ну что поделать. Тогда придётся выпить штрафную чарку за опоздание, — улыбнулся Сун Ю и подойдя к столу, уселся на длинную скамейку, умудрившись протиснуться между Пань Анем и Хао Цзе, и заслужить неодобрительные взгляды от последнего.               — Чего так пыхтишь, может тебе водички испить? — спросил демон, указав на стоящий на маленьком столике в самом дальнем углу кувшине с водой.               — Да нет, вина будет достаточно, — не поняв намёка, сказал Сун Ю и одним махом осушил наполненную доверху чарку с вином, что передал ему Вэй Цзе. — У меня для вас радостная новость, —сказал он, слегка поморщившись от обжигающего алкоголя.               — Ты хочешь сжечь свою библиотеку? — издевательским тоном спросил Хао Цзе.               — Нет-нет, я знаю, он хочет переехать на первый этаж, — бросил Гао Чангун, наслаждаясь злобным выражением лица демона.               — Ты придумал более лёгкий календарь, чтобы я не мучился, да? — с надеждой спросил Вэй Цзе.              — Хорошо, что Сун Ю не занялся календарем для простого народа, а то бы его за это казнили. Если вы не знали, кроме королю всем остальным запрещено пользоваться календарём, — как бы между прочим проронил Пань Ань.               — Нет, календари тут ни при чём, — уверенно ответил Сун Ю. — Радостная новость состоит в том, что я наконец-таки дочитал всю библиотеку!              На кухне воцарилось молчание, а ярко улыбающийся Сун Ю смотрел на недоумённые лица за столом. Каждый из них видел библиотеку на четвёртом этаже и каждый не смог дойти до конца, потому им показалось настоящей дикостью, что Сун Ю сумел прочитать её всю всего лишь за сотню лет.               — Ты уверен, что прочитал её всю? — хитро протянул Хао Цзе.               — Уверен. Я делал записи и помечал иероглифам каждую прочитанную книгу, если не верите, можете проверить! — уверенно ответил Сун Ю, на что демон хитро улыбнулся и спросил:               — А как насчёт второй секции? Ты и её дочитал?               — Там не было никакой второй секции, — нахмурившись, пробубнил Сун Ю.               — Теперь появилась, — ехидно протянул Хао Цзе и щёлкнул пальцами, давая понять Сун Ю, что книг ещё сотню лет ему точно хватит.              Сун Ю успел даже побледнеть лицом, а по его горящему взгляду все вокруг поняли, что тому не терпится вернуться к чтению, но только он было дёрнулся, как Пань Ань осадил его обратно и положил перед ним большую тарелку с жареными овощами и мясом.               — Поешь сначала, — мягко произнёс он. — Книги подождут, а твой желудок нет. Вон уже скоро прозрачным станешь.               — Точно-точно, вон худющий какой, Вэй Цзе не зря называет тебя призраком, — сказал продолжающий активно поглощать вкусную еду Гао Чангун, указывая на излишне худого Сун Ю.               — В мире людей появилось новое интересное слово — диета, — как бы невзначай бросил Хао Цзе.               — И что это слово означает? — полюбопытствовал Вэй Цзе.               — Диета — это когда люди ограничивают себя в употреблении пищи, дабы похудеть. Тебе не помешало бы попробовать, братец Гун, — передразнив Вэй Цзе, промурлыкал Хао Цзе и все за столом рассмеялись.              В последнее время генерал отчётливо стал крупнее, видимо ни разу так и не смог отказать Вэй Цзе, когда тот просил его попробовать очередной кулинарный шедевр.               — Я здоровый мужик, и никакая диета мне не нужна! — сказал тот, ударив кулаком об стол.               — Нет-нет, ты определённо стал пухлее, — сказал присосавшийся к тарелке с мясом Сун Ю, и все вновь рассмеялись, а Гао Чангун насупился, отложив в сторону палочки для еды.               — Да я! Да вы! — возмутился тот, но прежде чем он успел вспылить, к нему подсел Вэй Цзе и нежно погладил его по спине, приговаривая:               — Не слушай их, они просто завидуют. Ни у кого из них нету такого шикарного тела. Вот они и бесятся, что мне досталось самое лучшее.              Вэй Цзе широко улыбнулся хмурому Гао Чангуну и положил ему голову на плечо, и вспыльчивый генерал тут же как по команде забыл обо всех обидах.               — Какие вы слащавые, аж противно, — сказал Хао Цзе, на что Вэй Цзе показал ему язык, а демон, рассмеявшись, принялся угощаться изысканными блюдами, над которыми всё утро колдовал их одарённый повар.               — А вы знаете, вот мне иногда кажется, что эта сотня лет пролетела очень быстро. Как будто и не сотня вовсе, а только год, — через некоторое время задумчиво протянул Вэй Цзе, ставя на стол большую тарелку с фруктовым льдом.               — Я тоже думал, что время будет тянуться мучительно медленно, но как ни странно находил чем заняться каждый день, — согласился с ним Гао Чангун.               — Вы занимались друг другом, потому у вас время быстро и пролетело, — подколол его Хао Цзе, и Гао Чангун снова послал демону ненавистный взгляд.               — Видимо, потому что я старше, время для меня течёт иначе, — еле заметно улыбнувшись, сказал Пань Ань. — Сотню лет я ощутил, как сотню лет, но думаю, оставшиеся девятьсот удастся преодолеть намного легче, в том числе и благодаря вам.               — Ох, это так мило, спасибо, братец Ань, мы тебя тоже очень любим, — расчувствовавшись, протянул Вэй Цзе и пока они с Пань Анем любезничали, а Гао Чангун заедал свое недовольство сладким десертом, Хао Цзе тихо шепнул Сун Ю:               — Если слиняешь отсюда по-быстрому, то у тебя появится и третья секция с книгами.              Сун Ю, который жадно поглощал холодное лакомство, отставил в сторону деревянную ложку и большими глазами взглянул на демона. Тот ему подмигнул, а потом взглядом указал на Пань Аня, и Сун Ю тут же понял, что к чему.               — Понял, не дурак, — быстро выпалил он и ухватив со стола оставшуюся нетронутой тарелку с жареными овощами, быстро вскочил из-за стола и не говоря ни слова, торопливо направился на свой этаж.       Убедившись в том, что препятствие между ним и обожаемым Пань Анем было успешно устранено, Хао Цзе щёлкнул пальцами и на предпоследнем этаже появилась ещё одна секция с книгами, а сам он скользнул ближе к седовласому красавчику.               — Сун Ю уже ушёл? — удивился тот, когда подметил, что рядом с ним уже стоял Хао Цзе.               — Сказал, что хочет полюбоваться закатом. Не хочешь тоже им полюбоваться? — обворожительно улыбаясь, спросил демон.              Пань Ань слегка помедлил, с улыбкой посмотрел на сюсюкающихся между собой Вэй Цзе и Гао Чангуна, потом на спящего на большой корзине с яблоками, что стояла в углу, пушистым пузиком кверху Чжисяо, и повернувшись к Хао Цзе и широко ему улыбнувшись, ответил:               — Хочу.               — Тогда пошли, — воодушевился тот, и встав из-за стола, подмигнул Вэй Цзе, дабы тот попридержал своего угрюмого генерала.              Тот вмиг всё понял и подмигнул в ответ, увлёк Гао Чангуна разговором, дабы тот не порывался последовать за демоном, который, дождавшись пока Пань Ань с ним поравняется, осторожно взял того под локоть и повёл в сторону последнего этажа.       

      ***

             Оказавшись на открытой площадке, Пань Ань и Хао Цзе уселись на небольшую скамейку и в абсолютном молчании наблюдали за закатом. Солнце медленно догорало, погружаясь в бескрайнее море, напоследок освещая небосвод алыми красками, и невероятной красоты небо, напоминало Пань Аню сверкающие алыми огнями глаза демона.               — Закат чем-то похож на тебя, — не раздумывая сказал он.               — Он красный, потому и напоминает меня, — незамедлительно ответил тот и широко улыбнулся, обнажая острые клыки              Вместо того, чтобы любоваться закатом, Пань Ань поймал себя на том, что он любуется демоном. Его улыбка с некоторых пор казалась манящей, лицо хоть по-прежнему и было хитрым, но казалось привлекательным, а ещё, наверное, только несколько лет тому назад Пань Ань понял, что демон был совсем иным рядом с ним. Тот был открытым, по-детски любопытным и жадным до внимания, а ещё по-домашнему тёплым. И взгляд у него менялся каждый раз при виде Пань Аня. Хао Цзе смотрел на него влюблённо, пожирая взглядом, но на дне багрово-алых глаз временами плескалась грусть. Такая же грусть, Пань Ань, сотню лет тому назад, видел в собственных глазах, когда смотрелся в зеркало и потому знал, что её невозможно подделать. Не дождавшись, пока последние кровавые лучи погаснут, он тяжело вздохнул и встал со своего места.               — Ты куда? — слегка обеспокоенно спросил Хао Цзе, продолжая улыбаться.              Пань Ань не знал, откуда у того было столько сил улыбаться при виде человека, которого любил, но который ему отказал.               — К себе. Я немного устал, — ответил он ему.               — А как же закат? — полюбопытствовал демон.               — Тут будет ещё девятьсот закатов. Думаю, успею на них насмотреться, — ответил Пань Ань и взглянув в лицо Хао Цзе, мягко улыбнулся.               — Насчёт остальных девятьсот закатов… Я могу составить тебе компанию, когда ты будешь ими любоваться? — сверкая обворожительной улыбкой, спросил Хао Цзе и Пань Ань понял, что не сможет ему отказать.               — Конечно, — еле слышно ответил он и медленной походкой направился к своей комнате, то и дело оборачиваясь, дабы убедиться, что демон за ним следует.               — Ты не переживай так. Я просто хочу проводить тебя до твоей комнаты, — сказал ему тот, предположив, что Пань Ань волнуется из-за его ненавязчивого преследования.               — Я и не думал переживать, — ответил ему тот, остановившись у своей комнаты.              Пань Ань открыл свою дверь, шагнул в комнату, развернулся, чтобы её закрыть, но взглядом наткнулся на горящие киноварные взгляд.               — Спокойной ночи, красавчик, — пожелал ему Хао Цзе и развернулся чтобы уйти, когда робкий голос Пань Аня его остановил.               — Хао Цзе… Ты… Не останешься на ночь?               — А ты разрешишь к себе поприставать? — оказавшись перед Пань Анем, спросил тот.               — Разрешу, — без раздумий ответил он и потянувшись, коротко поцеловал демона в губы.              Поцелуй получился целомудренным, но всё же был лучше, чем тот, что случился у них около десяти лет тому назад. тогда, поддавшись уговорам Вэй Цзе, Пань Ань испробовал с ним редкое вино из дикой сливы, и они напились в хлам. Гао Чангун позаботился о том, чтобы отнести Вэй Цзе в его комнату, а вот забота о Пань Ане легла на Хао Цзе, который, смеясь, тащил на себе просящего продолжения банкета Пань Аня. Уложив того в кровать, демон в шутку поцеловал его в висок, а он вдруг потянулся и мазнул по губам Хао Цзе. Ему было неловко, потому он старался об этом не вспоминать, а Хао Цзе, хоть и любил подшучивать над остальными, к нему отнёсся с предельным уважением и ни разу не напомнил о том недоразумении.              Но в этот раз Пань Ань точно знал, что делает, и не стыдился этого. Он хотел поцеловать Хао Цзе и поцеловал, чем немало того удивил:               — Та отрубленная рука, которая восстанавливалась целых пять лет, стоила того, — усмехнувшись, сказал демон, с обожанием глядя на Пань Аня.               — Не этим ты меня покорил, — отведя в сторону смущённый взгляд, ответил ему Пань Ань.               — А чем же?               — Своей человечностью.               — Тогда пойдём поскорее, я тебе покажу, что ещё человеческого у меня есть, — весело протянул Хао Цзе и одним щелчком пальца закрыв дверь, быстрым движением ухватил Пань Аня на руки и понёс в сторону кровати.              После бурной ночи следующим утром ни один из них не испытывал сожалений, наоборот, каждый надеялся, что странные отношения между человеком и демоном продлятся как можно дольше. И может, так оно и было, ведь чуть больше девятисот лет спустя в одном крошечном королевстве при весьма странных обстоятельствах на престол взошёл молодой и невероятно красивый мужчина, про которого поговаривали что он был обладателем вечной красоты, а его верным советником был человек с хищной внешностью, которого многие считали демоном. Но это, уже совсем другая история.

КОНЕЦ