Тебя мне послали звезды

      Намджун пропал, и не один, а с тремя охранниками. Почему не предупредил, почему остальные хранили молчание, Сокджин мог только догадываться, но эти догадки не несли ничего хорошего. Еще и Тэхён вился вокруг своего омежки, забыв дорогу домой. С одной стороны хорошо, что брат был вдали от темной стороны бизнеса Намджуна, а с другой - теперь приходилось надеяться только на себя и на подчиненных финансиста.       Омега устал упрашивать подчиненных и стал приказывать. Те повиновались беспрекословно, но держали язык за зубами. За неделю подобной нервотрепки Сокджин перебрался в кабинет Намджуна, зарывшись полностью в дела, чтобы отвлечься.              Но однажды он увидел бледного Чонгука в гостиной и угрожающе зарычал, разгоняя зрителей. Альфы поспешно разошлись, а Ким увел гостя на кухню.       - Гуки, Тэтэ что-то сделал… тебе? С тобой?       - Н… нет, - слабо улыбнулся Чон. – Я просто только что из течки. Не восстановился еще.       - Но ты пришел… ко мне… сразу, - не понимал Джин. – Что-то случилось? С Хосоком?       - Я узнал, - склонил голову Чонгук, - и пришел сознаться.       - Что? – схватился за сердце старший. – Я не переживу, если братец виноват. Прости нас, - бухнулся он на колени.       - Это вы простите меня, - всхлипнул Чонгук и сполз со стула в объятья старшему. – Я, наверное, бесплодный.       - Что? – сжал объятия Джин, желая защитить омежку.       - Течки у меня начались раньше положенного, и хён всегда обращался к врачам, - шептал Чон. – Я от боли мало что помнил, но мне стало легче, когда… Тэхён появился. А теперь он не приходит, и мне снова очень плохо было. И я слышал разговоры врачей. Наверное, детей иметь не смогу. Потому брат и влез в долги, - всхлипнул он громче. – Он меня, оказывается, все это время таблетками закармливал под видом витаминов. А я отказывался, и из-за нерегулярного приема…       - Стой, Гуки, - перебил его Сокджин. – Ты теперь знаешь, для чего таблетки. Надо просто перейти на регулярный прием и поправить здоровье. А вот о том, что Тэхён к тебе не приходит, поподробнее. Как давно? Мы с этим мальчишкой каждый день созваниваемся, и он говорит…       - Его нет в городе уже месяц, - испуганно выдал Гук. – Вы не знали?       - Месяц? – моргнул старший. – И где же он?       - Не знаю, он не говорит. Может, решил избавиться от меня…       - Тихо, - резко велел Сокджин, и Чон замолчал. – Месяц, - стал расхаживать тот по кухне. – Месяц… Если узнаю, что они вместе, шкуру спущу с обоих, - зло топнул ногою Джин. – Пусть только вернуться.       - Кто… вместе? – опасливо поинтересовался Чонгук.       - Ким Намджун и Ким Тэхён, - отчеканил старший омега. – А сейчас давай разберемся с твоим здоровьем. Звони брату.       Рассказ Хосока шокировал обоих омег.       - Он умер, истинный Гуки, - вздохнул альфа. – Ты его помнишь? Длинноногий такой Сон, – жалостливо посмотрел на младшего Хосок. – Погибли всей семьей. И все, и здоровье моего омежки пошло под откос. Но я не сдавался, - сжал челюсти мужчина. – Мальчик еще не достиг половозрелости, и я надеялся, что какой-нибудь другой альфа ему поможет. И вроде даже сработало. С Тэхёном. Если бы регулярно пил таблетки…       - Он будет, - жестко выдал Джин. – Мой будущий зять будет следить за своим здоровьем.       - Но хён… Но я ведь… Дети… - мямлил Гук.       - Открою тебе секрет. Вам обоим, - придавил слушателей липой Сокджин. – У меня и самого проблемы с воспроизводящей функцией, но я рад, что жив остался. С больниц не вылезал… год, - смущенно соврал он. – Потому и оставил Тэхёна без присмотра, пока вы о нем заботились. А потом меня нашел Намджун и старается помочь. И я тоже пью таблетки, тоннами. Я хочу порадовать своего альфу.       - Но вы истинные… - печально выдохнул Гук.       - Тэхён не хуже, чем Намджун, - вступился за брата Сокджин. – Пусть он не истинный тебе, но любит. И я думаю, что эти двое альф пропали сообща. Скрывают что-то от меня, - прищурился Ким. – И можете не сомневаться, получат по заслугам. Оба. Так что, Гуки, следи за своим здоровьем, слушайся брата и… приходи. Посекретничаем. Про альф, - зыркнул он на Хосока.       Тот поворчал для приличия, но брата увел осторожно, будто хрустального. А Сокджин велел секретарю Чхвэ подать ему список встреч Намджуна.       - Господин не хотел, чтобы контактировали с этими людьми, - сказал мужчина.       - Но кто-то же должен вести дела, - недовольно огрызнулся омега. – Поверьте мне, я знаю, чего ждать от нарушителей закона.       - Мы все будем рядом, - тут же подобрался секретарь.       Сутенеры пытались над ним надсмехаться, но Сокджину понадобилась минута, чтобы доказать выскочкам, что бандитский жаргон знает не понаслышке. Пригрозив сдать полиции весь нелегальный бизнес, Ким потребовал возврата всех денег через десять дней.       С торговцами оружием омега зашел с другой стороны. Оделся вычурно, надушился, подвел глаза и накинул на плечи пиджак Намджуна. Гераневый феромон витал в воздухе всю встречу, что заставило криминальных авторитетов прислушаться к речи омеги и подписать договор о повышении кредитной ставки при не выплате в срок.       Секретарь почтенно склонился перед Джином в конце дня и выдал:       - Кимы достойны друг друга.       - Пусть только появится, -прошипел омега.       Пытаясь изображать из себя делового и хваткого, Джин пропустил несколько приемов у врача, потому на его пороге возникло все Чиминово семейство. Омега пришел с ребенком, а Юнги, как наседка, суетился вокруг.       - Хён, тебе снова надо сдать анализы, уже середина цикла. Течка скоро, - заявил Пак при всех.       Сокджин фыркнул и пригласил гостей в кабинет, отслеживая не улыбаются ли охранники. Но те не улыбались, а тревожными тенями бегали от окна к окну.       - Намджун по делам уехал, - врал старший Ким, - а дела не ждут. Мы с ним полноправные партнеры. Приходится.       - Ты никогда не будешь моим полноправным партнером, - шипел на Пака Юнги. – Детьми занимайся, - и он погладил спящего сына по макушке.       - Таблетки я пью, - заверил молодого папу Ким, - неприятных ощущений нет, так что не беспокойся. Лучше подыщи няню. Вижу, ты не высыпаешься. – Мин согласно закивал.       - Я боюсь его оставлять одного, - округлил глаза Чимин. – Вдруг упадет? Он знаешь, как нос себе царапает, а ноготочки маленькие совсем, стричь страшно.       - Вот, и заведи няню, которой не страшно, - настаивал Сокджин. - Усони нужен должный уход, а ты будто растерял все свои медицинские навыки.       - Я же не акушер, - насупился Чимин. – И я дам своему сыночку…       - Всю любовь, - закончил за него Ким, - но позволь позаботится о нем специалистам.       Переведя умоляющий взгляд с одного на другого, Чимин прижал закряхтевший сверток к груди.       - Он только твой, - заверил Юнги. – Вернее, наш. Пусть медбрат приходит, если няню не хочешь.       - Да, медбрат лучше, - согласно кивнул Пак. – Я позвоню в омегологию.       «Спасибо» одними губами прошептал Юнги Сокджину. Тот однобоко улыбнулся и пригласил гостей к столу.       И снова эти страшные сны. Запах крови тошнотворно ворвался в сознание Сокджина, заставив вскрикнуть. Однако, спустя секунду омега понял, что в доме стоит гул, и запах вполне реален. В одной пижаме он сбежал вниз. Ворвавшись в кабинет, ноги ему отказали, и омега осел на пол.       Бледный, как полотно, Намджун с крупными каплями пота на лбу бредил на кожаном диване. Всю его грудь украшало кровавое пятно.       - Хён? – испуганно обернулся к брату Тэхён. – Его нельзя в больницу. Как мы объясним, почему у него огнестрельное ранение? Он велел не привлекать внимание полиции. Велел даже дать ему умереть, но я не смог бросить…       - Правильно сделал, - сглотнув, поднялся на ноги Сокджин и сурово посмотрел на младшего. – Что с ним?       - Пуля прошла навылет. Я не медик, я не знаю, - поник Тэхён.       - Господин Чхвэ, - стал распоряжаться омега, - вытащите из постели того хирурга, которого мы финансируем, и под страхом смерти притащите сюда. А я позвоню Чанбину, парень он смышленый и к пулевым ранениям привыкший. Где ваши сопровождающие? – зло посмотрел на брата Джин.       - Они…       - Они погибли, - донесся из гостиной доклад. – Мы их похороним, не волнуйтесь, господин. Они выполнили свой долг.       - Ты хоть цел? – устало спросил Тэхёна омега, подсаживаясь ближе к сипящему Намджуну.       - Я неудачник, - винился младший альфа. – Ногу подвернул, упал, когда охранник навалился.       - Зато выжил. Неси воды в кастрюле, - велел Джин. - И гостей встречай. Встречай как хозяин, - предостерег он.       Что творится в сердце омеги, лучше никому не знать. Он будет также тверд, как сам Намджун… до полного его излечения. И пусть только попробует не поправиться.       Чанбин сорвался с ночного дежурства и появился раньше хирурга, но тут же напугал Сокджина.       - Наверное легкое пробито, отек. Он не дышит одной стороной.       Борясь с дурнотой, Джин смотрел на расползающееся пятно крови.       - Что же делать?       - Ждем врача, - отрезал медик, - а пока поставлю капельницу. Надо же восстанавливать кровопотерю.       - Я готов дать кровь, - взбодрился омега.       - Ему бы альфьей крови, а не предтечной омеги, - поморщился медбрат.       - Течка еще не скоро, - окрысился Сокджин, - я только в середине цикла.       - Не мое дело, - отмахнулся Со.       Когда в кабинет втолкнули молодого хирурга, комната уже больше походила на больничную палату.       - Опа, смазливый омежка, - хмыкнул Чанбин.       - Для вас я доктор, - задрал нос гость. – Доктор Хван Хёнджин.       - Доктор, - встревоженно позвал Сокджин, - Чанбин говорит, что легкое прострелено.       - А где его?... Ладно, не мое дело, - тряхнул волосами хирург и поспешно собрал их в хвостик.       Борясь с тошнотой, наползающей дурнотой, Сокджин смотрел, как медик оголил торс Намджуна и сделал прокол. Сукровица с кровью ударилась о дно железного лотка.       - Гемоторакс, - нахмурился хирург.       - Что?... Что это? – лепетал Сокджин.       - Видимо, повреждены сосуды, кровь заливает плевру и сдавливает легкое. Надо его освободить, - пояснил Чанбин, удобнее укладывая раненого на спине.       - Резать будете? – побледнел Ким.       - Сначала дренаж, - собранно пояснил Хёнджин. – И за давлением следите, - велел он помощнику.       На то, как стекает кровь, Сокджин смотреть не смог, но кабинета не покинул. Он спрятался за бортиком дивана в ногах своего благодетеля, привалился к нему спиной и вслушивался в переругивание медиков.       - Надо резать, - сказал Хёнджин.       - Один? – возмутился медбрат.       - Вы мне поможете, - в голосе Хвана зазвенел вызов.       - Я не помогаю на операциях, я лишь выхаживаю после них.       - Придется начать новую ступень в обучении. Мне запретили обращаться за помощью к другим. Раз господа Кимы вам доверяют, то вы просто обязаны…       - Ладно, - цокнул языком Чанбин. – Господин Ким, спирта надо. Много, - наклонился он к Джину.       - Я распоряжусь, - с трудом поднялся тот. – Спасите его.       Медработники так и не смогли вытолкнуть омегу из кабинета. Тот стонал, жмурился и отворачивался, глубоко дыша, но оставался рядом с врачами. Понимая, что операция в походных условиях более опасна, чем в больнице, Сокджин молился Луне, чтобы помогла. Омега решил, что не отойдет от благодетеля, как тот когда-то сам его оберегал.       Он все же потерял сознание и пришел в себя от удара чего-то едкого в голову.       - Это нашатырь, - послышался голос Со. – Сейчас полегчает. Операция прошла успешно. Теперь следим за больным. Я у вас остаюсь, господин Ким договорился в больнице.       - Господин Ким? – не понял Сокджин.       - Я, - подал голос Тэхён и появился в поле его зрения. – Я распорядился. Чимин помог.       - Ты их побеспокоил, - укоризненно посмотрел омега.       - Нам нужна помощь. Помощь друзей, и я обратился к друзьям.       - А Чоны? – испуганно подскочил Джин и застонал от боли в виске.       - Да, - подтвердил догадку Тэхён. – Чанбин говорит, брату Намджуну нужно переливание крови. Нас немного, но мы готовы. Юнги, Хосок и я.       - Брату Намджуну? – растерянно замер омега.       - Ну, да. Он мне такой же брат, как и ты.       - Господин Хван? - встревоженно обернулся к хирургу Сокджин.       - Капельница уже в вене, - отозвался тот. – Физраствор это, конечно, хорошо, но живая кровь лучше. Прямое переливание сейчас почти не делают, это средневековая дикость, но раз вы лишаете меня других возможностей, надо попробовать.       - Средневековая дикость, - обвинительно бросил брату Сокджин.       - Ты готов отпустить его? – тряхнул брата Тэхён. – Позволишь ему?...       - Нет-нет, - замотал головой старший Ким.       - Значит, осуществим средневековую дикость, - ехидно усмехнулся младший.       За перетеканием крови по трубочкам Сокджин следил с тампончиком нашатырного спирта, которым отрезвлял себя, если сознание заволакивало туманом. И каждый раз со страхом смотрел на повторение пробы на гемоторакс. Луна была благосклонна к финансисту, потому что кровь из полости больше не вытекала.       Последующие дни Чанбин прытко бегал до аптеки и вкалывал раненому все назначения хирурга. Медики уже не конфликтовали и сменяли друг друга на посту. Сокджин примостился спать за столом, куда Тэхён принес ему небольшую подушку. Шея и спина болели, кости ломило, но омега не покидал своего поста, вслушиваясь в свистящее дыхание Намджуна. Альфа заставил их понервничать в минуты кризиса, когда начал стонать, и испугал Сокджина до смерти, когда затих.       - Он не умер, - успокаивал Чанбин. – Просто стал стабилен. Антибиотики и гормоны действуют, я свои обязанности знаю.       - Спасибо, - тихо прошептал Сокджин, роняя голову на руки.       Все встречи в доме Кима прекратились. Тэхён отвечал на звонки и переносил аудиенции. Секретарь Чхвэ проводил сделки за пределами дома, а охранники таскали Сокджину еду на вынос. Омега жевал мясо, не чувствуя вкуса, хлебал рамен, не обращая внимания на уровень остроты, и мог даже голодать целый день. Потому-то альфы суетились вокруг него. Сил не хватало даже на благодарность, поэтому омега только кивал.       Однажды его из дремы вырвал шум в коридоре. Действуя инстинктивно, Джин прихватил пистолет из сейфа и вышел навстречу опасности, которой оказался красивый крикливый омега… с горьким запахом калл.       - Кто вы? – жестко спросил Сокджин, обращая внимание гостя на себя.       - Я его советник. Советник Ким Намджуна, - выкрикнул парень с лисьим разрезом глаз.       - У Намджуна никогда не было советника. Секретарь Чхвэ? - вопросительно обернулся к помощнику Джин.       - Он не советник, он экстрасенс, во всяком случае, сам так заявлял, - отозвался альфа. – Крутил хозяином, как хотел, пугал его какими-то ужасными предсказаниями, срывал сделки… И господин его выгнал…       - Я предсказал, что его истинный умрет, - выкрикнул пришлый омега, и альфы дружно окрысились. – И раз ты здесь, значит, я оказался прав. Ты жив, и ты ведь тот самый?       - Кто? – опешил Джин, припоминая подобный вопрос от Намджуна.       - Тот, кто заменит ему истинного и сделает сильнее. Поплатился за свою глупость он сполна, пора вытаскивать его с того света.       Быть разоблаченным перед людьми Намджуна да еще каким-то выскочкой было унизительно. Будто он коварно пользовался привилегиями своего положения и обманул альфу. Отдавать теперь им приказы язык не поворачивался, зато совсем не комплексовал Тэхён. Он вытряс из незваного гостя его имя и его пророчества.       Ян Чонин поведал:       - Нельзя Намджуну быть с истинным, никак нельзя. Потому, когда узнал, что они могут встретиться, всячески отговаривал. Этот омега нес ему беду, а он шел на эшафот, сам того не осознавая. Только другой омега мог его спасти. Ну, и надоели ему мои вопли, велел провести полноценный ритуал. Черной магии, - усмехнулся омега.       - Я запихаю тебе твою же улыбку в горло и заставлю проглотить, - абсолютно спокойно проговорил Сокджин. – Ржать будешь, если он встанет на ноги. Если он умрет, отправишься к тем душам, которым приносишь кровавые жертвы.       Экстрасенс скис и обиженно фыркнул.       - А я ведь ему предсказал твое появление. Мог бы выразить благодарность.       - Благодарить тебя должен Намджун, а он сейчас ничего не может выразить. И пусть я не его истинный, но я полноправный партнер. Ребята трупы прикапывать умеют. Прочтешь последнюю молитву? Или чернокнижники не молятся?       - Я не чернокнижник, я экстрасенс, - обиделся Чонин. – Просто кровь животных открывает портал информации…       - Думаю, кровь людей открывает его еще лучше, - потянулся за пистолетом Ким.       - Не надо, омега! Он выживет! Я клянусь тебе, он поправится! – верещал испуганный гость. – Я это и пришел сказать.       - Долго что-то ты шел к цели своего визита, - склонил голову на бок Сокджин.       - Нужно сложить башню из камней и молиться, - пятился от душной липы экстрасенс.       - Вот сам пойдешь и сложишь, и сидеть рядом будешь, советничек, - оскалился Джин. – Сунешь свой нос в дом, станешь ровно на нос короче.       Это была и не ругань вовсе, но Ян паниковал так откровенно, что альфы зауважали Сокджина еще больше. Пусть и не истинный хозяину, но стоял за него горой. Подхватив незваного гостя под локти, охранники утащили его во двор.       Чанбин слышал все из кабинета, но никак не прокомментировал услышанное, когда Джин появился в комнате и склонился над раненым.       - Давление поднялось, - лишь доложил он, - пульс стал наполненным, и желтушность сходит. Ему бы переливание плазмы, но это делают только в больнице. Может, в клинике доктора Хвана…       - Никто не вывезет Намджуна из его дома, пока он не встанет на ноги, либо пока он не умрет, - отрезал омега. – Если можно, тащи плазму сюда.       - Это противозаконно, - буркнул медбрат.       - Значит, возможно.       Чанбин ни о чем не спрашивал, когда плазму доставили люди с подозрительной внешностью, а просто подготовил все для переливания. Хёнджин нарушению закона повозмущался, но выразил надежду на улучшение.       А Сокджин обдумывал свое положение. Слово Намджуна его прикрывало в глазах его людей, но об их тайном уговоре никто не знал. Оставаться властным хозяином, пока истинный хозяин не придет в себя, виделось единственным выходом. Эти люди привыкли к сильной руке омеги, и только случайный провидец подмочил его репутацию. Однако «лис» сказал «жить будет», и Сокджин надеялся. Он готов был выхаживать финансиста не из-за денежного долга, а из-за желания снова посмотреть в его драконьи глаза и увидеть милые ямочки на щеках. Ощутить влажные губы, руки… Предтечный мотнул головой, отгоняя наваждение и концентрируясь.       Хёнджин все понял по запаху.       - Может, блокаторы? – предложил врач.       - Брат запретил, - тут же возник за спиной родственника Тэхён.       - Я ничего…       - Брат Намджун, - пояснил младший Ким. – Тебя промывали от химии не для того, чтобы ты снова сел на нее. Он взял с меня слово, что ни за что не допущу…       - Он знал? – грустным этом произнес Сокджин.       - Он знал, что в опасности, и поручил мне заботиться о нашей омеге.       Джин фыркнул и хлопнул брата по мягкой точке, но фраза ему понравилась, поэтому он не смог скрыть улыбку.       - А теперь я дам тебе поручение, - решил старший. – Пока я буду метаться в течке, ты никого к нему не подпустишь, кроме врачей. Никого! Никаких секретарей, экстрасенсов-советников и даже меня. Ну… если Чимин придет, его можно, он в медицине разбирается. И этих двух, - указал он на слушателей.       - Неправильное решение, - раздался от окна елейный голос, и Сокджин зашипел на Чонина. - Не вхожу - не вхожу, - поднял руки тот. – Но, если хочешь, чтобы он очнулся, свою течку ты должен провести с ним. Духи сказали…       - Сдурел что ли? Я же с ума сойду от его запаха. Медики устанут меня от него оттаскивать, - залился краской старший Ким.       - Ты не безрассуден в течку, - улыбнулся односторонне экстрасенс. – Она же твоя собственная. А вот твой усилившийся запах выведет Намджуна к нам… - Сокджин снова собственнически зашипел. – Господина Кима, - тут же понятливо исправился Ян и исчез из оконного проема.       - «Намджуна», - презрительно фыркнул Джин и выкрикнул охранникам в коридор: - Этого мракобеса в дом не пускать, пока я в течке.