Награда за труд

*** - Что ты делаешь? - в последнее время Блу стал реже выходить из комнаты. Эррор, конечно, предполагал, что из-за его присутствия в доме атмосфера немного накалится, особенно после того, что он сделал. Но он даже не думал, что Блуберри будет делать вид, что его нет. Голубоглазый, конечно, помогал, когда это было нужно, спускался поесть, но всë остальное время проводил на чердаке и всякий раз, когда Эрр поднимался к нему, вздрагивал и резко вставал из-за стола, будто бы не хотел, чтобы мужчина узнал о том, что он делает.  - Я... Просто хожу... - это, наверное, был первый раз, когда Оши решился не подыгрывать, а спросить всë на прямую. Его явно волновало поведение парня. И нет, он не злился на него или что-то вроде. Просто побаивался, что из-за его признания всë действительно будет по-другому и Блу больше никогда ему не доверится.  - Зачем ты врëшь, Блу? Я же видел, что ты сидел за столом. Что ты такого делаешь, что нужно скрывать от меня? - паренëк сконфузился, он и вправду понимал, что скрывать это глупо, но ему казалось, что это может вывести из себя Эррора. Он всë ещё помнил то раздражëнное лицо своего друга, когда то исказилось в неком раздражении и злости, когда речь зашла об... Этом...  - Ну это... Письмо... - Ру-ру даже на секунду подвис. Точно, те де два дня вместе с полнолунием он не слышал от парнишки о брате. Да даже сам Папс не писал ему всë это время. Не то, чтобы он из-за этого расстраивался, просто... Ему казалось, что бессмысленная переписка закончилась.  - Оу, я совсем забыл обо всëм этом из-за надвигающейся «беды». Кажется, последнее, о чëм мы говорили, так это то, что Папайрус сильно налегает с просьбами о встрече... Я думал, ты захотел игнорировать его после этого,  - Но я же сказал, что напишу письмо! - Помню, но я подумал, что твоë мнение поменялось за три дня, - Эррор равнодушно пожал плечами, как бы показывая, что эта тема не раздражает его, но и не радует. Кажется, этот жест немного расслабил юношу.  - Дело в том, что я не могу подобрать нужные слова. Они либо звучат как оправдания, либо слишком грубы, либо есть ощущение, что писал я письмо под угрозами... - Эррор задумался. Если он хочет, чтобы Блу был с ним дольше, чем обычный человек, то нужно не допустить сильной привязанности к смертным. Это, конечно, звучит очень жëстко, но Эрр не верит, что Блуберри сможет пережить потерю близкого человека. Но он же не может просто взять и запретить общаться с тем, чьи дни скоротечны. Тогда у каштанововолосого появится только больше причин покинуть его, недели остаться.  - Как бы то ни было, я отнесу это письмо твоему брату, - Блу на это лишь благодарно улыбнулся, теперь уже без страха садясь на своë рабочее место. И почему-то Эррор ощутил себя одиноко. Ноги уже прошли, но вот руки по-прежнему были в бинтах... Значит ли это, что он сможет докоснуться до голого участка кожи, неприкрытого одеждой? Взгляд тут же пал на шею юноши... Можно ли ему до него дотронуться, если тот... Уже дал согласие на их союз? Но тут ему пришла странная, но хорошая идея. Он размеренными шагами двинулся к парню, видя как его плачи чуть напряглись. Он всë ещë боится его? Неприятно, но справедливо.  - Знаешь, Блу, у меня есть предложение... - начал полукровка, положив свои ладони на плечи парня, очень близко к шее...  - Я тебя слушаю, - несмотря на напряжение в тоне, юноша осознавал, что ничего плохого с ним сделать не хотят, из-за чего голос звучал чуть более расслаблено, чем до этого.  - Ты же почти не гулял по лесу... То есть... Выходил только во двор дома, я надеюсь, - как бы невзначай, старший оттопырил большие пальцы, прикасаясь к розоватой коже, по его спине прошлись мурашки, тепло Блуберри чувствовалось даже через бинты, хотелось больше, но если он тронет парня ещë немного, то вылетит на долгие часы...  - Да, я не выходил за пределы двора, ты можешь не переживать, - Ягодка совсем не обратил внимание на мимолëтное касание пальцами. Его сейчас больше напрягало то, что Эррор, похоже, подозревает его в «побегах». Или это просто его воображение?  - Так вот, не хочешь сходить и прогуляться по лесу? Моë состояние не позволяет выходить в город, но вот отдалëнные от человека место пойдут мне только на пользу, - да, Оши хотел с ним прогуляться, и это далеко не из-за его собственного восстановления. Он надеялся, что благодаря лëгкой передышке он сможет лучше узнать Блуберри, но тот скрывается в своей комнате, поэтому нужна причина взаимодействий. Да и Голубике пойдëт на пользу проветриться, сколько он уже по-нормальному не гулял? - Ты... Сейчас серьëзно? - Блу повернулся к нему лицом, смотря такими чистыми глазками, что даже если он бы сказал это ради шутки, всë равно бы повëл этого мальца на прогулку. Столько света и надежды было в его глазах...  - Конечно, пока что я могу блуждать только по лесу и то не долго. Но вскоре, возможно, смогу водить тебя и по другим местам, если будешь спокоен и разумен, - он, возможно, и хотел бы сказать что-то пошлое, по типу «будь послушным» или ещë какая-нибудь хрень, но эти два пункта были куда важнее. Но не успел он сказать ещë хоть что-нибудь, как его... Обняли... Чужие на удивление крепкие руки обвились вокруг груди, сдавливая чуть ли не до хрипоты... И Эррор... Ощущает тепло... Ещë большее тепло этого тела, которое так несвойственно нечисти. На мгновение он забывает обо всëм, и о том, что не любит касания, и о том, что объятия уже болезненные... Он хочет обнять в ответ. Его руки тянутся к парню очень медленно, но с надеждой ответить, но не успевает. Блуберри в неком страхе отскакивает от застывшего в одном положении Ошибки с поднятыми руками.  - Боже, прости, я забылся! Ты же не... Вылетел? - пару секунд он не мог ответить, но это были не те ощущения... Обычно, когда он вылетал, то ничего не помнил, а тут отчëтливо всë видит и слышит, просто не может сдвинуться с места. Через ещë мгновение руки опускаются, а речь вновь поддаëтся ему.  - Всë... Нормально, идëм собираться,  *** Стоит отметить, что настолько высоких деревьев Блу не видел никогда. Если до этого он видел их издалека, то находясь рядом с этими стволами сейчас чувствуешь себя совершенно мелочным по сравнению с природой. Было сразу ясно, что в эти края не вступала нога человека. Ни лесорубы со своими топорами, которые бы часто физически не смогли бы одолеть столь раскидистые и крепкие деревья. Ни браконьеров, которых бы скорее убили даже самые безобидные животные, потому что здесь они главные. Ни туристы, которые бы заблудились в этих могучих стволах и погиб ли бы из-за банального обезвоживания или голода. По деревьям то и дело скакали белки, они боязливо смотрели на нарушителей покоя и будь хоть чуть-чуть уверены в том, что те их тронут, уже бы давно выцарапали им глаза. Блу ощущал, как проваливается его нога в настил из мха, как шишки из под его ног уносят непоседливые рыжие зверьки, совершенно игнорирующие наличие нечисти и человека. Воздух был прохладен, завывания ветра колыхали ветви елей, и раздували тяжëлый запах смолы и шишек. Почему-то хотелось взять Эррора за руку, но банальный страх его вылета не давал сократить между ними расстояние. Под ногами то и дело он натыкался на цветы, которые так и хотелось сорвать, но брат всегда говорил не тревожить природу, брать от неë только минимум и не покушаться на большее. Долгие годы травничества брали своë, почти везде Блуберри замечал то-то, то другое лечебное растение. Хотелось сорваться с места и бежать. Собрать букет из ромашек и колокольчиков, долго рассматривать огромные заросли лопуха, в надежде обнаружить там гусениц или других насекомых и ловить их на палочки, как в старые добрые. Остановиться у большого муравейника, долго наблюдая за тем, как эти букашки, идущие в ровный ряд, каждый выполняет свою работу... Но он боялся нарушить планы Эррора, тот вëл его куда-то целенаправленно и мальчишка не мог не заметить, как задумчиво его лицо. Лучше не вмешиваться в этот круговорот мыслей... Они вышли к поляне и вдруг у Блуберри словно прозрел. Он издал странный, похожий на немое восхищение вздох, рванув с места вглубь поляны.  - Стой! Что я говорил о разумности! - неуверенно, словно не желая ругаться, выкрикнул Эррор, боясь, что его звезда может попытаться исчезнуть. Но он ошибался. Юноша остановился посреди поляны с высокой травой, падая в неë спиной, словно пытаясь сделать снежного ангела. Тогда-то Эррор понял, что у него не было мыслей сбежать... Никогда не было... Этот голубоглазый малец радовался, как ребëнок и наслаждался обычной прогулке... Оши не зря выбрал эту поляну... Именно такого Блу он хотел увидеть... Именно так он себе представлял эту прогулку.