Награда за труд

*** Они тупо смотрели друг на друга. Кажется, никто из них ещë не осознал, в каком положении находится и кого встретил. Только сейчас Блу стал понимать, что прошло больше года с его отсутствия. Если ещë изменения в большом городе его не так задели, ведь это могло произойти и за неделю и за три, но вот изменения во внешности брата казались колоссальными. Во рту у него уже как пять минут тлел бычок от сигареты, лицо исказилось настолько, что чуть ли все мимические морщины стали прорезать, казалось бы, молодое лицо признаками старости. Не верилось, что человек может так поменяться за какой-то год. Чужая одежда ни чуть не изменилась, разве что теперь она была заштопана явно женскими заботливыми руками. Всë же, Папс слишком любил эту оранжевую кофту, чтобы так просто от неë отказаться. До ужаса странное ощущение, словно перед тобой странный сон и, несмотря на то что в образе есть явные не состыковки, ты всë равно осознаëшь, что перед тобой именно тот самый человек.  - Блу... - казалось, это было единственное, что сейчас был в состоянии произнести Папайрус. В один момент юноша испытал абсолютно весь спектр эмоций. От неожиданной радости и до бледного страха. Эррор же... Не хотел, чтобы братья встречались, сейчас тот может повести себя абсолютно неожиданно и, возможно, даже подумает о том, что Блу попытался сбежать. Уводить куда-то брата или уходить с ним было бы самым глупым решением: Эрр знает, где они живут и даже попытайся они сбежать, всë равно нагнал бы быстрее. То, что Эрр оставил его одного на пороге пекарни - уже огромный указатель доверия. А если сейчас старший брат схватит его и потащит куда-то в сторону переулков и это увидит Оши? А если... Блуберри сделал боязливый шаг назад, от чего в карих глазах Папса проскочила такая печаль, из-за которой захотелось сделать хоть пять шагов на встречу, лишь бы тот так не смотрел на него.  - Что происходит? - со стороны двери донëсся знакомый голос под аккомпанемент из милого звоночка. Ягодка дëрнулся, поворачивая голову настолько резко, что мог бы сломать себе шею. Мужчина хмуро наблюдал через стекло витрины эту немую сцену и когда вместо прыжков навстречу и братских объятий увидел боязливое отшатывание, понял, что теперь и ему можно выйти. Первая реакция голубоглазого пусть и очень огорчила Ру-ру, ведь тот точно уже во всех подробностях представил, что с ним сделает Эррор в случае предательства, но при этом полукровка теперь мог с уверенностью сказать, что даже в такой эмоциональной ситуации Блу действует по разуму. В руках у тëмнокожего был небольшой пакетик с выпечкой и тот спокойно вручил его в руки чуть дрожащего парня. Кажется, тот слегка успокоился, увидев спокойное выражение лица Оши.  - Что всë это значит? - наконец вышел из транса Папс, чувствуя, как его слегка потряхивает и как радость встречи перемешивается с больным осознанием того, что всë это время Блуберри ничего не угрожало. Точнее, так можно было подумать с первого взгляда. На деле же он не знает чем этот человек запугал его брата, чтобы вместо того, чтобы хотя бы подойти к Папсу, тот в страхе отходит в сторону...  - Брат, это мой... - но он не смог сформулировать мысль... Кто он? Что лучше сказать брату? То, что этот «человек» - полукровка, спасший его из кровяного плена? Что он его хороший друг? Сожитель? Парень? Последнее, скорее всего, подкосит и без того нервного брата. Поэтому он лишь сказал. - Я тебе рассказывал о нëм в письмах, он... Очень хороший, - Эррор лишь по-доброму улыбнулся, укладывая свою ладонь на плечо парня. Сейчас тот явно нервничает, но это прикосновение никак не отразилось на младшем. Тот лишь слегка расслабил плечи. Очень приятно осознавать, что от твоих касаний не сжимаются.  - Но... Почему ты сказал, что нам лучше не видеться? Разве ты сейчас... Не прогуливаешься с ним? - говорить правду о том, что это, по сути, первый раз, когда он вышел в люди, не стоило. Жители города абсолютно не обращали внимание на двух мужчин и юношу, пока дело не дошло до драки или громкой ругани людям вообще на всë плевать.  - Я думал... Так будет правильно, - Эррор абсолютно не вмешивался в этот неловкий разговор. Они должны обсудить всë сами и Оши не собирается вести себя как ревнивый муж или что похуже. Его прикосновение к Блу было настолько невинным и обыденным, что даже Папайрус не увидел в нëм ничего криминального, а это многого стоило. - А это... Ты считаешь правильным вот обрывать связь с родными братом? Взял, пропал на год, потом объявился, всколыхнул надежду и заявил, что мы должны идти разными дорогами?! - а вот сейчас Эррор вмешается. Даже не потому, что крики привлекают много внимания или что это его оскорбляет, нет... Он просто чувствует, как напрягся юноша. Представьте, вас забирают в плен на год, где вы не имели никакой связи с реальностью, и как только вы выбрались, то всеми силами стараетесь найти брата, но боитесь встречи. И тут дело даже не в запугивании и запретах Оши, просто именно из-за таких вопросов он, возможно, так просто и соглашался с условием Ошибки.  - Послушай, не дави на него. Ты не знаешь, что он пережил, чтобы вот так обвинять, - казалось, сейчас к ним куда больше внимания и вся троица это прекрасно чувствует. Они многозначительно переглядываются, но Папс не собирался так просто их отпускать. Никогда брат ещë не был так близко... Казалось, он уже совсем забыл о том, что было между ними до несчастного случая.  - Вот именно, я ничего не знаю! Во всех письмах писалось, что ты его спас, но как и от чего? Прошу, Блу, не бросай меня, когда я только-только увидел тебя, - тон он, всë же, понизил, и позволил чуть расслабиться парочке, которой мало было нужно лишнее внимание. Блуберри обернулся в сторону Эрра и, о господи, эти чистые голубые глаза, смотрящие прямо в душу и которые, скорее всего, пытались даже не блеском, а вводили в транс своим чистым блеском.  - Я тебе ничего не запрещаю, что произошло, уже не миновать, так что давайте-ка сходим в библиотеку, а дальше...  - Так всë таки ты запретил ему видеться со мной? - казалось, мужчина сейчас набросится на Эрра и попытается просто убить. Но Оши был совершенно спокоен, на своë удивление, Блу так же не выражал лишних эмоций.  - Это было нужно, чтобы он пришëл в себя... - безбожная ложь, за то как звучит! Мало того, что заставил этого мужчину заткнуться и наконец подумать, а чтó именно случилось с его братом, что того пришлось спасать и как ему вообще удалось всë это пережить. Папс заткнулся, а в дело вступил каштанововолосый.  - Давайте отправляться скорее. На нас уже люди смотрят, - на этом всë и порешали.