О сэндвиче, автобусе и сугробе
19 декабря 2024 г., 21:04
Соус от сэндвича был с неприятным привкусом из-за того, что это нечто в виде хлеба-соленого-огурца-курочки-помидора-соуса-ещë-хлеба пролежало в рюкзаке почти сутки.
Но все в любом случае будет хорошо, ведь если оно сдохло стухло, то можно получить больничный и лежать дома дня два точно. А если нет, то это нечто достаточно сытное и, наверное, можно будет профункционировать целый учебный день.А ведь все могло быть совсем по-другому, он мог бы сейчас нежиться в постельке, встать только через сорок минут и спокойно пойти в школу. Тогда Роббу бы не пришлось сейчас сидеть на холодной лавке автобусной остановки и есть холодный старый бутерброд. Нет, он мог бы есть вкусный завтрак, приготовленный мамой, и ржать над тем, как Джон пытается сделать кофе по-меерински и путает пропорции сливок и воды.
Но увы, он ждал автобус ранним утром, не спавши и не жравши ничего, кроме древнего сэндвича, на гребаном холоде.
— Автобус будет через двадцать шесть минут, — произнес ничуть не уставшим голосом Теон.
— Ты так час назад говорил, — пробубнил Робб, жуя размокший помидор.
— Ой, дружище, не душни, — усмехнувшись, сказал Грейджой и плюхнулся на лавку. — Молодость одна, а после двадцати пяти можно биографию писать.
— То есть без вписки на хате у Карстарков ты бы сдох, — Робб бросает на друга ироничный взгляд.
— Да, я неделю не пил и не спал не в одиночестве.
— Ты сегодня... — начал Робб, но Теон перебил.
— До сегодняшней ночи...
— Теон, ты был на хате у Амберов в воскресенье, — возразил Робб.
— Это было на прошлой неделе!
— Сегодня вторник.
— Ой, вчера был пробник по валлирийскому, это нужно было отметить, — оправдался Теон.
— Ты его прогулял, — припечатал словами Робб, давая другу понять, что разговор окончен.
Время шло, бутерброд закончился, а через обещанные двадцать шесть минут приехало большое нихуя, что невозможно взбесило Робба, ведь они начинали опаздывать на урок, и не абы какой, а на сраную историю. Кому вообще может быть интересно читать про то, как Эйгон какой-то заключил брак с дочерью какого-то Блэквуда, а Визерис какой-то назначил наследницей дочь? Ну было и было, че бубнить то.
— Через двадцать минут будет автобус, — тихо сказал Теон.
— Ага, я тебе верю.
— Робб, слушай, я не.. — попытался объясниться Теон.
— Какого я тебе еще верю?
— Ну прости-и-и.
Робб откинулся спиной назад, закрыл глаза и, кажется, задремал, когда его бесцеремонно выдернули из сна и потащили во всë-таки подъехавший, битком набитый автобус.
Две похмельные туши ввалились через автоматически открывающиеся двери, словили на себе все недовольные взгляды бабок, хрен пойми куда ехавших в такую рань, и, облокотились на окошко, изо всех сил старались не блевануть на пол или какую-нибудь из ранних бабок.
Автобус как назло полз со скоростью таракана, который поел, и, собрав все пробки, в кой-то веки доехал до остановки, на которой две тушки, которым стало чуть полегче, выпали на снежок.
— До урока еще полчаса, мы даже не опоздали, — сказал на удивление радостно Теон.
— Да и посмотри, какая вокруг красота, — он покрутился вокруг себя, заставляя и друга оглядеться.
А ведь вокруг было действительно красиво: свежевыпавший, сияющий утром снег был везде, неочищенные дорожки парка блестели, словно на них рассыпались сотни драгоценных камней. Это был прекрасный, ледяной блеск. Деревья, стоявшие под тяжëлыми снежными шапками, напоминали белых ходаков из северных легенд, парни шли, чувствуя себя так, будто они оказались на севере, запах морозного утра придавал бодрости, так что спать им совсем перехотелось.
— Ага, красиво, — задумчиво произнес Робб и спустя несколько секунд молчания заорал во весь голос. — ЗАЩИЩАЙСЯ! — и начал осыпать друга снежками.
Теон, не теряя ни минуты, вступил в великую битву, приняв вызов своего друга. Друзья не заметили, как оказались в опасной близости от сугроба.Теон заметил сугроб первым и задумал использовать грязный метод — столкнуть друга в кучу снега, но его соперник по морозной дуэли не был глупцом, так что в тот момент, когда Грейджой попытался кинуть Старка в снежную массу, тот извернулся и утянул товарища за собой, так что через пару секунд два подростка барахтались в сугробе как маленькие дети.
— И что будешь делать? — спросил Робб, отряхивая уже явно промокшую одежду.
— Меня мать на котлеты пустит, если я домой в таком виде припрусь.
— Погнали ко мне, — последовал спокойный ответ. — Посохнем, пожрем, если будет, что, и ко второму явимся.
— А отец?
— Не знаю, я его уже неделю не видел, — тихо произнес Теон в ответ, и Робб больше ничего не спросил.
Он и так знал, что друг с детства не мог похвастаться крепкими отношениями с отцом, ибо тот между своими «темками» постоянно пропадал хрен пойми на сколько, игнорировал всех детей, не говоря уже о Теоне, как самом младшем, в целом плевал на семью и никогда не извинялся.
— Только сначала в магаз заскочим, сосисок купим, — перевел тему Старк, поднимаясь из кучи снега, и протянул другу руку, помогая встать.
В конце концов два похмельных друга поели сосисонов, попили чай и благополучно забили на школу, вырубившись на диване в квартире у Грейджоев.
