Психушка²

      Изрядно вымотав, Агата Дитриховна высадила меня у подъезда дома и как ни в чём не бывало, попрощавшись, уехала. А я стояла в растерянности у подъезда, осознавая всю ситуацию, которая только что сложилась между нами. Вельтш определённо нравилось издеваться надо мной, но могу ли я и дальше позволять делать то, что доставляет ей удовольствие. Она любит жёсткий секс с примесью садомазохизма, но нравился ли он мне, как ей? Определённо, мне доставлял удовольствие сам секс с ней, но без включающих в него «наказаний». Я не знала, что будет дальше, если я позволю продолжаться её изощрённым играм, к чему это может привести в дальнейшем. Вдруг ей захочется большего, и она принудит меня к тому, к чему я априори не готова, например, к фистингу или ещё чего хуже — к ножному фистингу… Нет, пора кончать с этим цирком, пока мне в прямом смысле не прилетело ногой в задницу, ведь Дитриховна и в этом случае сумеет убедить меня, что это была моя идея и я была не против этого. Вот уж чего-чего, а этого у неё было не занимать — она отличный манипулятор, и пора признать, что даже в чрезвычайных и неприемлемых для меня ситуациях я просто не могла ей отказать. В конечном итоге она рано или поздно наиграется со мной, а я с геморроем по колено останусь одна разгребать всё это дерьмо, оставшееся в моей душе после неё. Всё, я точно решила, что Вельтш больше не получит от меня ничего, естественно, кроме рабочих задач, ведь увольняться я так и не собиралась.       Я зашла в квартиру, когда на часах показывало 20:00. Тут же из зала выбежала Светка встречать меня.       — Ты чего так задержалась, вы же работаете до пяти?       Я устало сбросила кроссовки, без слов прошла в зал и бросила своё изнурённое тело на диван. Ох, чёрт, видимо, я не скоро смогу сидеть на своей заднице после приключений, которые я, собственно, на неё и нашла.       — Меня задержала главврач, избегать её оказалось непростой задачей… — подытожила я.       Света уселась рядом, выключая телевизор.       — Давай рассказывай, я вижу, что тебе это нужно.       Видимо, все видят меня насквозь, мои эмоции — как открытая книга для любого желающего, надо бы научиться их скрывать.       — В общем и целом, минут тридцать назад она меня выпорола в лесу, после чего мы занимались с ней сексом. Потом она меня просто довезла до дома, как всегда, не объяснив мне, ЧТО, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, СЕЙЧАС ПРОИЗОШЛО!!! — не выдержала я, проорав последнюю фразу.       Приоткрыв рот от услышанного, Светка удивлённо уставилась на меня.       — Так она всё же садистка! — подтвердила она. — Видимо, палец был только началом, а я подумала, что ты тогда немного преувеличила, рассказывая о ней… я сейчас… — Света ушла на кухню и вернулась с бутылкой красного сухого вина и двумя бокалами. — Я знаю, что вчера мы немного переборщили, но после всего, что ты, видимо, пережила, нам это просто необходимо, — начала она разливать вино по бокалам.       Я взяла бокал и, сделав маленький глоток, ощутила приятное тепло, медленно стекающее по моему горлу.       — Очень вкусно, но, кажется, я тебе говорила, чтобы ты не выходила на улицу! — пыталась я включить учительской тон.       — Да ладно тебе, я очень аккуратно выходила, меня никто не видел! — убеждала она меня. — И мне было просто жизненно важно опохмелиться, я думала, здесь сдохну… — пыталась надавить Света на жалость.       — Я тоже думала, что сдохну на работе, эта садистка ещё заставила нас целый день убирать трупы голубей с чердака, ну не сука ли? Я там пару раз чуть не блеванула! — пожаловалась я на свою горе-начальницу.       Света сморщилась.       — Ужас. И ты действительно убирала?       — Конечно, убирала, разве у меня был выбор? — спросила я больше себя. — Она ещё и, гляди, проверять пойдёт завтра, а ещё одного наказания моя жопа просто не выдержит.       — Она тебя отхлестала по-настоящему? Ну или в качестве игры?       Я встала с дивана, повернувшись спиной к Свете, и, припустив штаны, продемонстрировала своей новоиспечённой подруге свою пятую точку, исполосованную вдоль и поперёк тонкими, неглубокими порезами.       Света ахнула от увиденного.       — Она явно ненормальная, тебе валить надо оттуда, на лицо ведь явный харассмент!       Я запротестовала, видимо, во мне заговорила «жертва», которая старалась оправдать Вельтш.       — Просто ей это приносит удовольствие. Признаться, я и сама в какой–то момент начала его получать. Конечно, это выглядит ужасно, но ведь потом она сделала мне приятно, — не унималась я.       — Видимо, после трудоустройства в психушку у тебя совсем крыша поехала, но ведь и без этого понятно, что она просто извращенка, имеющая тебя так, как пожелает. В следующий раз она, может, вообще привяжет тебя к дереву и заставит заниматься сексом с собакой?       Я ужаснулась, представив это в своей голове.       — Ну а что, вдруг ей и это приносит удовольствие, как ты тогда её оправдаешь, скажешь, что тоже через пару минут соития начала испытывать кайф? Да она же просто насилует тебя, а ты ей в этом подыгрываешь, пойми же наконец! — ругала меня Света, сильно жестикулируя руками в разные стороны.       Я уже давно согласилась с её словами, но никак не могла избавиться от чувства того, что если я прекращу заниматься сексом с Агатой, то потеряю хорошего полового партнёра. Может быть, я сумела бы её изменить?       — Мне кажется, что стоит попробовать поговорить с ней об этом и установить определённые рамки дозволенного, — сказала я Свете, поймав её саркастичный взгляд.       — Твою мать, Венера! По-твоему, ты находишься в книге «Пятьдесят оттенков серого»? Да невозможно договориться с сумасшедшей! Или ты собралась с ней договор заключать? А я позову отцовского юриста, чтобы он заверил бумаги — ты так это себе представляешь? — не унималась Светка.       Я выставила руку вперёд, пытаясь остановить тираду подруги. В конечном итоге только мне решать, с кем и как спать.       — Успокойся, наконец, я же не совсем ещё помешалась на ней, но мне всё равно нужно попытаться договориться. Ну а если ничего не получится, то я просто перестану ей подыгрывать, ведь не заставит же она меня насильно с ней спать! — продолжала я верить в то, что смогу ей сопротивляться.       Видимо, поняв, что объяснить мне, дуре, всё равно ничего не получается, Света махнула рукой.       — Да и чёрт с тобой, только, когда в следующий раз она, к примеру, тебе что-то сломает, не жалуйся, — сказала девушка, опрокидывая залпом бокал вина.       Весь оставшийся вечер мы со Светой просидели, уставившись в телек, больше не обсуждая Дитриховну и мою нездоровую привязанность к ней. Зато мы успели обсудить то, что Свете будет лучше, если она останется жить у меня, пока её ситуация более-менее не прояснится. Плюсом, она предложила пополам оплачивать съём жилья и коммуналку, что не могло меня не радовать, вот только необходимо, чтобы хозяйка квартиры об этом не прознала. Спать я легла с полной решимостью, что завтра непременно поговорю с Вельтш и постараюсь поменять правила игры, ну а если не выйдет, то пора прекращать спать с этой чёртовой немкой, пусть ищет себе другую овечку!       

***

      На работу я отправилась в приподнятом настроении, уверенная в том, что смогу изменить женщину, которая старше меня на десять лет. Да я определённо была оптимистом! Появившись на работе, я первым делом отправилась в приёмную главного врача. Ну а что, я не любила тянуть время, мне хотелось поскорее разобраться с этой дамочкой, пусть не думает, что я какая-то бесхребетная амёба, которая позволит с ней и дальше вытворять все эти извращённые штучки.       — Добрый день, Людмила Александровна! — поприветствовала я секретаря главного врача. — Мне необходимо обсудить некие рабочие вопросы с Агатой Дитриховной.       Людмила Александровна с интересом посмотрела на меня, видимо, проверяя, в своём ли я уме, ведь по факту моим начальником был главный инженер, а не главврач.       — Венера Львовна, а вам назначено на сегодня? — поинтересовалась секретарь.       Я отрицательно качнула головой.       — Нет, но передайте ей, что это вопрос, который нельзя откладывать надолго, думаю, тогда она захочет меня выслушать, — пыталась я убедить секретаря набрать по интеркому Вельтш.       Людмила Александровна, все ещё не отводя от меня взгляда, нажала на кнопку интеркома и произнесла:       — Агата Дитриховна, тут подошла Венера Львовна и убеждает, что у неё вопрос, который не требует отлагательств.       Агата Дитриховна, сперва смолчав с минуту, видимо, ошарашенная моей наглостью, строго ответила:       — Передайте Венере Львовне, что у неё есть непосредственный начальник, с которым она, собственно, и должна решать рабочие вопросы, а не дёргать меня по пустякам! — сказала она и просто отключилась.       Во мне медленно нарастал гнев. Значит, я её по пустякам дёргаю? Да единственное, за что бы я её сейчас дёрнула, а точнее, повыдергивала, — это её блондинистые, аккуратно уложенные волосы, желательно выдрав пару клочков.       Людмила Александровна, заметив мою растерянность, нежно произнесла:       — Не переживайте, Венера Львовна… — и чуть тише добавила: — Агата Дитриховна сегодня с утра не в духе, может быть, она отойдёт к обеду и сама вызовет вас. Если что-то изменится, я дам вам знать! — постаралась она сгладить углы. Я кивнула и, быстро развернувшись, вышла из приёмной.       «Значит, так, Агата Дитриховна? Ну ты ещё за мной побегаешь, немчура проклятая, когда тебя снова припрёт поиздеваться надо мной!» — думала я по пути в свой кабинет, гневно пиная камни с дороги. Я строго для себя решила, что больше не пойду с ней на контакт, прилюдно она бы ничего мне не сделала, а наедине я постараюсь с ней не оставаться.       Как и обещала, целый день я старалась избегать главного врача, в офисе практически не появлялась, чтобы даже если она решит меня выслушать, то на месте меня не застанет. Взяв задание от главного инженера замерить старую библиотеку, я находилась полдня здесь, выполняя порученную мне работу. В обед у меня в кармане зазвенел мобильный. Я недоверчиво посмотрела на экран, отклоняя неизвестный мне номер — уж эти банки меня изрядно задолбали, и неизвестные номера я принципиально не брала. Но тот же самый номер позвонил мне снова. Подумав, что это может быть кто-то из наших, я ответила на звонок.       — Да, я слушаю... — не успела сказать я, как на меня набросились по ту сторону линии.       — Венера Львовна, может, мне всю психиатрическую больницу поднять, чтобы отыскать вас? — отчитала меня Дитриховна.       Я разозлилась, тоже начиная повышать голос:       — Я не смею ДЁРГАТЬ вас, Агата Дитриховна, со своими разговорами, — прошипела я, сбрасывая трубку, и, создав новый контакт на телефоне, записала её как «Садистка». Да пошла она к чёрту! Это мой личный мобильный телефон, и он не для того, чтобы на него названивали и орали на меня! Если ей так надо, дождётся, когда я доделаю свою работу и зайду обратно в свой кабинет.        Я делала чертежи, когда старая входная дверь библиотеки со скрипом отворилась, и на пороге показалась разгневанная Вельтш. Она резко прошла в помещение, заперев замок изнутри.       — Кажется, я ясно дала вам понять, Венера Львовна, что со мной нельзя играть! — пригвоздила она меня к месту своим убийственным взглядом.       Тут моя смелость куда–то испарилась, и, потупив взгляд, я начала рассматривать носки своих туфель.       — Я с вами сейчас говорю, так имейте уважение и смотрите мне в глаза! — продолжала она наступать, будто бетонный каток, который вот-вот превратит меня в лепёшку.       Я с вызовом посмотрела в её тёмные от злости глаза, стараясь сдержать их напор.       — Никто с вами не играет, Агата Дитриховна, я лишь выполняю свою работу! — произнесла я сквозь зубы.       Агата подошла ко мне и, приобняв меня за талию, притянула к себе, начиная медленно задирать подол моего платья.       — Ваша работа заключается в том, чтобы выводить меня из себя? Тогда вам положена премия! — прошептала она мне в шею, нежно прикусывая кожу.       Я понимала, что она пытается сделать, и, начиная терять самообладание, оттолкнула её от себя и твёрдо сказала:       — Нет, я не буду с вами спать, пока мы не обсудим правила!       Агата удивлённо вскинула брови, глядя на меня, и, присев на стул, закинула ногу на ногу.       — Правила, Венера Львовна? Я не играю по правилам, если вы об этом, — сказала она, с прищуром глядя на меня. — Кажется, вас раньше это не останавливало.       Я не могла больше поддерживать с ней зрительный контакт и, отвернувшись от неё, продолжила замерять помещение, которое замеряла уже два раза. Она действовала на меня гипнотически, ещё чуть–чуть — и я согласилась бы с ней спать дальше, без всяких правил.       — Тогда я вас больше не задержу, Агата Дитриховна, всего хорошего! — сказала я, злясь на неё.       После моих слов она спокойно встала со стула и просто ушла, оставив меня одну, как обычно. А чего я ожидала? Установления каких-то рамок? Принятия моих правил? Ну, по крайней мере, я постаралась с ней поговорить. Если она не идёт на контакт, значит, ей плевать на меня, хотя это было очевидно!