Психушка²

      — Ну вот так я и живу. Это, конечно, не твои хоромы, но существовать можно, — сказала я, как только мы зашли в квартиру.       Агата огляделась, рассматривая потолок с лепниной в моей «сталинке».       — Неплохо, когда мы с моим… — замялась она, — бывшим мужем подыскивали квартиру, тоже искали исключительно «сталинку»: потолки высокие, комнаты большие. Но потом передумали, когда увидели планировку в новостройке, так там и приобрели. Я, конечно, ни о чём не жалею, но люблю дома с историей, хотя Миша всегда твердил, что не хочет жить в доме с чужой энергетикой. — Она мило улыбнулась, вспоминая своё прошлое, чем меня немного насторожила: в её словах было столько тепла, осталось понять — такие эмоции вызывали дома с историей или же её бывший муж.       Я постаралась сейчас не думать об этом, переключив своё внимание на квартиру.       — Я, как инженер–строитель по образованию, не разделяю твою любовь к «сталинкам». Трубы и электропроводка подлежат замене, межэтажные деревянные перекрытия необходимо демонтировать, так что хорошо, что и не купили, проблем не оберёшься, хотя сейчас и новостройки строят из говна и палок… Ладно, хватит тратить время на обсуждение строительных работ, конечно, если тебе это интересно, можешь прийти к нам в отдел, я расскажу тебе всё об этапах строительства, — сказала я, проходя в спальню.       Я заметила, как Агата, будто бы борясь сама с собой, аккуратно переступила порог комнаты, нервно сжимая в руках сумку.       — Знаешь, наверное, было плохой идеей заявиться сюда, пожалуй, я пойду! — начала она отступать назад.       — Тише, тише, мы не будем ничего делать, пока ты сама этого не захочешь, — старалась я её успокоить, в её глазах явно читалась паника, даже и не поверишь, что эта женщина столько раз трахала меня на грани насилия. — Хочешь, я налью нам чай, и мы просто посидим и поговорим? — медленно подходя к ней, произнесла я.       Конечно, мне хотелось тут же наброситься на неё с поцелуями и показать ей всё, на что была способна, но её неуверенность немного охладила мой пыл, и я просто решила сдаться.       — Я люблю зелёный, хотя буду любой… — тут же немного расслабившись, переключилась она.       Я улыбнулась и направилась на кухню. Теперь настала моя очередь переживать, потому что я не помнила, когда в последний раз покупала что–то из продуктов, я даже засомневалась в том, был ли у меня вообще чай, не говоря уже о закусках. Быстро пошарив по шкафам, я нашла лишь упаковку чая из ромашки, которую покупала себе ещё год назад, во время простуды, и, пожалуй, на этом всё — даже сахара не было, какой позор…       Заметив моё замешательство, Агата спросила:       — Когда ты ела в последний раз?       Я равнодушно пожала плечами.       — Я ем на работе, мне хватает.       Я старалась держаться уверенно под её проницательным взглядом. Агата покачала головой.       — Так дело не пойдёт. Сейчас мы с тобой куда–нибудь съездим и поедим, я тоже немного проголодалась, — сказала она уже в приподнятом настроении. В согласии с её предложением мой живот заревел со звуком умирающего кита.       — Агата, понимаешь, я только устроилась… — старалась я подобрать слова своему бедствующему положению. — В общем, у меня нет свободных денег на это!       Я отвела взгляд в надежде, что меня не засмеют. Было крайне неудобно, ведь у кого–то туалеты мраморные, а у кого–то даже поесть нечего. Но, на моё удивление, я не заметила с её стороны никаких смешков и не услышала едких замечаний, она просто взяла мою руку и потянула за собой.       — Я тебя приглашаю позавтракать со мной, составишь мне компанию?       Сейчас она походила на озорную девчонку. Мне стало так уютно с ней, что я просто не могла ей отказать. Ну и будем честны с собой, что я действительно хочу есть.       — Вот только где в шесть утра найти открытое кафе? — вопросительно посмотрела она на меня. — Может быть, ты знаешь какие–нибудь забегаловки?       Я начала быстро соображать, где и что можно купить в такое время. Обычно в Казани данные заведения работают с десяти утра, ну, максимум — с девяти. И тут я вспомнила беспроигрышный вариант.       — «Макдоналдс»! — воскликнула я, сверкая глазами, словно ребёнок.       Агата звонко засмеялась. Да, такой она мне нравилась определённо больше, она была настоящая, без своей извращённой маски конченой суки.       — Венера, Макдоналдс покинул российский рынок уже пару лет назад, теперь он называется «Вкусно и точка». Бургеры, конечно, у них слабоваты, но есть можно.       Почему–то я была удивлена, что Вельтш вообще может знать о забегаловках больше меня, ведь это я последние месяцы «бичую». Я наигранно надула губы.       — Печально, а я так любила «Биг Тейсти Чураско», ну, знаешь, с таким острым соусом, от которого мозги закипают, — изобразила я руками взрыв над головой.       — Ты не поверишь, но я тоже его любила. Когда они выпускали бургеры с этим соусом, я почти каждый день к ним заходила, — счастливо произнесла она. — Ты, получается, тоже любишь острое?       Я быстро закивала, как болванчик.       — Просто обожаю. Думаю, поэтому я на тебя запала… — посмотрела я на её губы, желая сейчас поцеловать её именно такую и запечатлеть этот момент на всю жизнь.       Агата смутилась.       — Запала? В смысле — влюбилась? — спросила она, приподняв бровь.       Ой, ну и зря я это выпалила, теперь придётся объясняться, я сама не поняла, зачем это сказала. Я ведь имела в виду, что она сама острая как перчик, ну в том смысле, что из–за неё у меня жопа горит, блин… да что со мной творится? Я влюбилась? Не может быть, но, когда она на меня так смотрит, я таю, как эскимо на солнце. А теперь мне нужно предугадать её реакцию и ответить так, как она этого хочет, а я ни хрена не знаю, что она от меня хочет. Ответить ей утвердительно? А если она скажет, что ей это не нужно? Ну а если опровергнуть? Обидится? Чёрт бы побрал лесбийские отношения, с мужиками гораздо проще!!!       Глядя на мою внутреннюю перепалку, Агата засмеялась.       — Да расслабься ты, сделаем вид, что я ничего не слышала, — и, посмотрев на свои наручные часы, добавила: — Если мы хотим успеть позавтракать, нужно торопиться. Давай переодевайся, я подожду тебя в машине, — сказала она, разворачиваясь к двери.       

***

      Мы забрали еду из окна и припарковались на парковке возле «Вкусно и точка».       — Зачем ты заказала «Кидз комбо»? — спросила я удивлённо, разбирая пакеты.       Агата криво улыбнулась, едва сдерживая смех.       — Ну, ты заказала молочный коктейль, и я подумала, что малыши любят игрушки… Открой коробочку, что тебе попалось? — нарочито нежно спросила она, словно моя мама.       Я слегка ткнула её пальцем в бок, от чего та захохотала.       — Да иди ты… Я обожаю молочные коктейли, особенно шоколадный, ну не вижу я смысла брать кофе, я его и дома попить могу…       — Я же сказала — ребёнок… — потрепала она меня по голове. — Ешь давай, через полчаса начинается рабочий день, а я не могу опоздать, сегодня замминистра приезжает с проверкой трат государственного бюджета.       Я начала послушно набивать рот, и вправду как маленький ребёнок. А она время от времени ласково на меня посматривала, аккуратно надкусывая чизбургер, словно была в ресторане.       

***

      Агата высадила меня за поворотом от работы, не так далеко, чтобы опоздать, но и не так близко, чтобы нас кто–то мог заметить. Я была согласна с этим, ведь ей так было спокойнее, а я старалась, чтобы она от меня больше не отворачивалась, мне просто очень хотелось продолжать и дальше с ней общаться. Оказывается, она такой же обычный человек, как и я, правда, со своими тараканами в голове, но кто сейчас без греха? Взять, к примеру, меня, помешанную на одноразовых половых связях. Конечно, сейчас я и не задумывалась о быстром перепихоне, когда рядом со мной была она, но, если Агата снова меня оттолкнет, я за себя не ручаюсь!       Сияя от счастья, я зашла в кабинет. Я была рада тому, что Агата начала открываться передо мной. Конечно, пока это для меня недостаточно, но начало положено.       — Доброе утро, — произнесла сонно Лена. — Ты такая счастливая, прямо светишься изнутри. День рождения сегодня, что ли? — спросила она.       — Привет, — натянула я улыбку до ушей. — Нет, не день рождения, он у меня в следующем месяце. День просто сегодня прекрасный.       В кабинет зашёл Константин Геннадьевич, здороваясь с каждым по отдельности.       — Ребята, надеюсь, не забыли, что мы сегодня собираемся у меня. Думаю, никто не будет против, я к нам пригласил Людмилу Александровну.       Санёк многозначительно поиграл бровями.       — Конечно, нет: нам приносит счастье то, что приносит счастье вам, даже если её зовут Людмила Александровна! — заулыбался он.       Константин Геннадьевич смущённо нахмурился.       — Вот не можешь ты, Саш, просто промолчать, обязательно всё тебе прокомментировать надо!       Все заулыбались, даже Лена, хотя из–за всех сил старалась сдерживать улыбку.       — Да, я, собственно, зачем зашёл. Саша, Ринат, покажете сегодня Венере подвальные помещения, ей будет полезно узнать, что у нас там да как, а вы заодно проверите коммуникации под зданием, там трубу надо подлатать, под кабинетом Ольги Вячеславовны начинает течь. Как–нибудь протянем до следующего года, потом, может, смету на замену составим, тендер проведём. Давайте, работайте, вечером сбор, — сказал он и вышел из кабинета.       — Всё, все слышали, работаем! — весело произнёс Саша. — Пойдём, Венерка, покажем тебе наш лабиринт Минотавра.       Мы выбрались из здания и зашли через уличный спуск в подвал. По пути парни объяснили мне, что есть несколько входов-выходов. Один был краше другого, так как находились они в самых непредсказуемых местах. К примеру, один из них был даже в кабинете главного врача, не знаю, для чего он там, надеюсь, не для того, чтобы скидывать туда провинившихся…       Оказались мы в тёмном узком тоннеле со множеством разветвлений во все стороны. Света не было, парни надели на головы налобные фонари, и мы направились вглубь. Находиться здесь было крайне некомфортно — темно, холодно, сыро, пахло плесенью. А я ещё думала, что чердачные помещения выглядят пугающе, там хотя бы свет был.       Мы продолжали продвигаться всё глубже и глубже, сворачивая то в правый, то в левый коридоры. Уже через пять минут я перестала запоминать повороты, и, если бы парням взбрело в голову пошутить надо мной, я бы никогда отсюда не выбралась.       — Жутко здесь, — сказала я, и мои слова эхом разнеслись по подвалу.       Саша хмыкнул.       — Не боись, ты же сейчас с нами, а я вот в основном хожу здесь в одиночку, иногда мне даже мерещится, что за мной кто–то идёт. Ходят слухи, что во времена Второй Мировой здесь расстреливали немцев, и теперь их призраки здесь бродят. Возможно, Дитриховна поэтому в больницу и устроилась, чтобы отомстить за "своих": теперь день изо дня пьёт нашу кровь, наслаждаясь вкусом победы.       Изображая Вельтш, Саша обнажил свои клыки и укусил себя за руку. Я посмотрела на него как на сумасшедшего, после чего он заржал как конь.       — Дурак, не смешно, — сказала я, но улыбнулась, представляя Агату вампиршей. — Если ты хоть немного изучишь историю, то узнаешь, что тогда немцы не дошли до Татарстана, так что их попросту не могли здесь расстреливать, ну а вот во время гражданской войны, может быть, убийства и были, но тогда немцы тут вообще ни при чём, — с интонацией зубрилы проинформировала я.       — Эх, такую классную теорию запорола. Отличницей, что ли, была? — вздохнул он.       — Нет, просто читала всё, что под руку попадалось, — оправдалась я.       Ринат остановился у стены с дырой.       — Давайте, пролезайте, — указал он на дыру размером примерно сорок на сорок сантиметров.       Я остолбенела.       — Куда пролезать — туда? — испугалась я, глядя на отверстие размером с мышиную нору. Я, конечно, никогда не страдала от клаустрофобии, но перспектива нахождения в тесном пространстве не вызывала у меня восторга.       — Ладно, я лезу первый, ты за мной, Саня, замыкаешь — если что, Венеру протолкнёшь, — деловито проговорил он и с лёгкостью хорька нырнул в дыру.       — Протолкнёшь? Вы совсем спятили, я туда не полезу! — отказывалась я до последнего.       Саша чуть подтолкнул меня вперёд.       — Давай, не бойся, мы рядом, — старался он подбодрить меня.       Я замотала головой, рассматривая возможность подождать их здесь.       — Я не смогу, это вы с Ринатом как два палочника — в любую дыру пролезете, а я наверняка застряну, потом МЧС вызывать!       Саша засмеялся.       — Про любые дыры ты, конечно, права, — многозначительно посмотрел он на меня. — А вот про палочника обидно было! Давай уже лезь, пока я тебя силой туда не протолкнул, — улыбнулся он.       — Ну вы там скоро? — вынырнула из дыры голова Рината с недовольным лицом.       — Чёрт с вами, если что, это останется на вашей совести, — сказала я, начиная протискиваться в дыру. На мою радость, фигура у меня была по типу груша — плечи узкие, тонкая талия, но вот попа… за неё я переживала больше всего. Я вылезла уже на половину бедра, когда поняла, что не могу двинуться дальше с места. Сначала не впадая в панику, я решила отползти в обратном направлении, но моя жопа конкретно засела в кирпичной кладке стены. Вот тогда я начала паниковать, да с такой силой, что у меня случилась паническая атака, и я просто начала задыхаться. Ринат постарался меня успокоить и в то же время схватил за руки и с силой потянул на себя, но всё было безрезультатно.       — Твою мать, я здесь умру! — заскулила я, стараясь сильнее вдыхать воздух.       Я почувствовала, как Саша пытался протолкнуть мои ягодицы, подозрительно долго задерживая свои руки на них, а потом по ту сторону стены услышала его голос:       — Не волнуйся, Венерка, если что, мы тебе с корпоратива шашлык принесём, голодной не останешься.       — А ну убрал свои грабли с моей жопы! — изо всех сил рванула я, всё же протискиваясь вперёд. — Ты офигел вкрай, Саня? — возмутилась я.       Саша тут же следом пролез через отверстие в стене и в примирительном жесте поднял руки.       — Извини, Венера, но тебе была жизненно необходима шокотерапия. Видишь, сработало!       — Да чтоб я ещё хоть раз сюда пришла! — зареклась я.