ur mine, love

Минги никак не ожидал, что в какой-то момент он начнёт посещать мероприятия с большим количеством серьёзных дядь в костюмах, когда у самого в голове лишь вопросы о том, какое аниме ему посмотреть следующим. Но так уж вышло, что жизнь свела его с одним из таких, так что теперь приходится соответствовать статусу своего альфы. Между возрастом самого Сона и Чон Юнхо — именно он и является виновником, из-за которого Минги приходится выбираться в подобное общество — не совсем большая пропасть, шесть лет, но вот ментально эта разница очень чувствуется. Младший ещё действительно ребёнок в свои двадцать четыре и взрослеть пока не собирается, а Чона именно это и очаровывает. Нет, у него нет каких-то странных наклонностей насчет возраста, его просто поражает та наивность, которая присутствует в Соне, ведь самому пришлось рано повзрослеть.  Поэтому ему приходится терпеть тиктоки в сообщениях с шутками про то, что у младшего реально есть «sugar-daddy», его шутки про бумеров и то, что Юнхо родился в эру динозавров. Он бывает несносным, но старший слишком любит его, чтобы злиться. И к тому же, у него есть свои рычаги влияния на парня, так что тот прекрасно его слушает, когда это нужно.  Правда Минги вот наоборот кажется, что его пара точно так же ещё не вышла из детского возраста, потому что именно он имеет коллекцию из различного вида фигурок — будь то коллекционные, какие-то редкие или увиденные на витрине в отделе игрушек — человека паука, часто дурачится в постели перед сном и очень любит мармеладных мишек. Но Сону лишь приятнее из-за того, что только его глазам позволяется видеть мужчину таким, ведь вне их дома он — всё такой же серьёзный дядька в костюме.  Юнхо работает в крупной компании, связанной с иностранным бизнесом. Какое-то время он часто был в разъездах, оставляя Минги одного в городе, но сейчас мужчина закрепился на месте, не требующем командировок, ведь обсуждения с ним проводятся на территории Кореи. Сон тогда был рад этой новости, ведь ему не нужно больше долго скучать за альфой, которого из-за работы иногда даже во время течки рядом не было — это время младший ненавидел больше всего на свете. Сейчас же он рад каждый вечер встречать Чона, крепко его обнимать и слушать о рабочем дне и том, какие все несамостоятельные и нужно уволить чуть ли не весь отдел. В такие моменты старший забавно хмурится и жестикулирует, ведь достаточно эмоционален.  И Минги очень гордится своим мужчиной, ведь тот смог самостоятельно дойти до того, чтобы зарабатывать очень приличную сумму, жить в благоустроенном жилом комплексе и иметь хорошенькую машинку. Но Сон бы любил его и в одном порванном носке, с доеденной пачкой лапши быстрого приготовления, потому что изначально даже не знал о чужой работе и состоянии. Тот очень умело уходил от ответов и вообще сказал, что работает в цветочном магазине, где и берёт букеты на каждую их с омегой встречу. Минги до сих пор припоминает это, когда старший дарит ему цветы, а тот лишь улыбается, говоря, что как-нибудь в будущем он обязательно купит собственный небольшой магазинчик. Сону иногда неловко от того, что его буквально решили содержать, даже не спрашивая его согласия. Он переехал в чужую квартиру, Юнхо любит ходить с ним за одеждой, дарит не совсем дешёвые подарки. Всё это Чон всегда объясняет тем, что просто очень его любит и поступки его идут из самого сердца, ведь ему приятно ухаживать за ним. В то же время он остаётся простым романтиком, любящим выехать на свидание не в какой-то люксовый ресторан, а на природу, либо же просто остаться дома и провести вечер в компании фильмов и мягкого одеяла.  И Минги очень ценит его. Так ценит, что замечает любые взгляды в сторону альфы от различных омег, а потом, совершенно не стесняясь, целует его в щеку, мурча что-то на ухо. Юнхо всегда смеётся и говорит, что ревновать его ни к кому не нужно, ведь всё его внимание приковано только к одному Минги, но тому всё равно, он хоть на всю улицу готов заорать, что этот альфа занят им, и чтобы все глаза позакрывали. Действительно по-детски, пускай парень и понимает этого, но, на самом деле, его возлюбленный испытывает совершенно те же чувства, пускай и проявляет их немного по-другому. И этот вечер стал очередным доказательством этому.  Юнхо оставил Минги возле бара по причине необходимости посетить уборную. Сегодня был очередной корпоратив в компании альфы, куда многие могли спокойно привести свои пары, чем и пользовался Чон, ведь ему совершенно не хотелось оставлять любимого дома одного. Да и делать ему одному здесь особо нечего, честно говоря.  — Ох, это ведь спутник господина Чона, верно? — из некоторых раздумий Минги вывел низкий голос мужчины, что явно был шире его в плечах, уступал лишь в росте. — наконец и я Вас встретил.  — У Вас была необходимость увидеть меня? — Сон не совсем понимал, что за ажиотаж крутится вокруг его персоны, и почему многим так и хочется увидеть его хотя бы глазком.  — Просто стало интересно, кто смог покорить его сердце, — мужчина взял со стойки два стакана с алкоголем, один протягивая омеге. — выпьете со мной?  — Боюсь, это не совсем правильно, — Минги уже мысленно ругал Чона за то, что вообще оставил его здесь одного. — сами расцените, как это смотрится со стороны.  — Господин Чон очень ревнив? — на чужих губах появилась усмешка, оголившая зубы. — в этом ведь нет ничего такого. Я просто хочу разделить по стакану с таким красивым и, как оказывается, верным омегой. Не чудо ли?  — Много хочешь, — со стороны послышался низкий голос, такой родной для Минги, пока его обладатель подошёл, цепляя талию парня рукой, чтобы крепко прижать к себе. — как ты сказал, я очень ревнив, так что позволь мне забрать моего омегу с собой.  Кинув на коллегу — как мог бы предположить Минги — суровый взгляд, Юнхо повёл Сона куда-то подальше от него. Но как оказалось в итоге — не только от него, ведь пришли они в какой-то тёмный коридорчик, ныряя в первую попавшуюся открытую дверь. Чон парня стиснул в своих руках, прижавшись к его виску своим.  — Что он от тебя хотел? — голос прозвучал прямо рядом с ухом, заставив парня мелко вздрогнуть.  — Просто выпить, — Минги обнял его за шею, свободную ладонь опустив на щёку, чтобы успокоить. — спрашивал о том, что я твоя пара ну и.. дальше ты сам слышал.  — Мудила, — грозные слова совершенно не сопоставлялись с тем, как мужчина начал ластиться об эту руку, словно кот. — стоит мне отойти всего на пару минут, как к тебе уже кто-то клеится. — Не думаю, что у него действительно была такая цель.  — Ну да, он просто решил меня позлить.  Юнхо расстегнул вторую пуговицу на белоснежной рубашке Минги, чтобы открыть себе доступ к мягкой коже. Носом он провёл от щеки к изгибу шеи, утыкаясь в ароматическую железу, ему это было необходимо для того, чтобы агрессивные позывы в нём спали. Приятный дождливый аромат хорошо освежал, проветривая голову и расставляя всё по полочкам. Ладони правильно лежали на чужой талии, крепче прижимая к себе, словно сейчас кто-то зайдёт и попытается забрать у него парня. Такая уж натура у Юнхо — собственническая, и делиться ни с кем он ничем не собирается. Поэтому, возможно даже не задумываясь об этом, мужчина мягко прикусил участок кожи, чтобы оставить новый след.  — Ю-Юнхо.. — на выдохе, запинаясь, Минги попытался отстранить его от себя. — мы ведь не дома, что ты делаешь?  — Пускай ни у кого больше не будет вопросов, мой ли ты, — хмыкнул альфа, отстранившись для того, чтобы посмотреть на свою работу.  Укус был не совсем яркий и заметный — какие он обычно оставляет во время их уединений. Но он точно значит многое, ведь теперь от Сона пахнет чужим запахом ещё сильнее. Юнхо знает, что поступает глупо и совершенно эгоистично, вот так присваивая парня себе, но уж больно ему не хочется, чтобы кто-то ещё пытался донимать их.  — Дурак ты.. — вздохнул Минги, заглядывая ему в глаза. — пойдём давай, сейчас ведь организационная часть начнётся.  — Тебе здесь явно больше нравится, чем мне, — усмехнулся Юнхо, коротко целуя напоследок.  Домой они добрались лишь ближе к полуночи, всё же решили отставить всё напряжение и приятно провести время, подобных инцидентов больше не случалось. Минги хорошо пообщался с некоторыми приятелями Чона, да и в целом лучше узнал суть его работы — возлюбленный рассказывал, но намного интереснее узнать об этом «изнутри». Да и старшему на душе стало спокойнее, алкоголь несомненно помог в этом, так что никаких поводов к тому, чтобы уехать раньше у них не нашлось, стоило разнообразить их домашние вечерние посиделки.  — Как тебе вечер? — решил задать интересующий его вопрос Чон, наблюдая за тем, как парень устало плюхнулся на кровать в их спальне.  — Вообще, довольно интересно, — Минги слабо улыбнулся, задирая голову, чтобы встретиться с чужим взглядом. — прям как в фильмах про всяких бизнесменов!  — Ну.. считай, ты в фильме оказался, — Юнхо мягко улыбнулся ему и подошёл ближе, подцепляя подбородок своей ладонью. — ты там явно был звездой.  — Что странно. Но уверен, что лишь из-за тебя. Знаю я о том, как влиятельно твоё имя.  Минги прелестно сузил глазки, пока на губах его растянулась улыбка. Полностью очарованный своим возлюбленным, Юнхо наклонился к нему, втягивая в нежный поцелуй. Ладонь с подбородка опустилась к шее, в привычной манере мягко надавливая. С закрытыми глазами он почувствовал, как парень лишь шире улыбаться начал, что значило лишь то, что ему это определенно нравилось. Отстраняться никто из них не спешил, с каждой секундой распаляясь сильнее, из-за чего  и поцелуй становился более глубоким и влажным. Стоило Чону почувствовать, как чужая ладонь сжала его ягодицу сквозь классические брюки, как он сразу оказался над младшим, прижав его к постели.  — Тебе чертовски идут костюмы, знаешь? — выдохнул в пухлые губы мужчина. — тебе стоит носить почаще.  — Что, лучше моих пижамных шорт с покемонами? — Минги игриво хихикнул, проведя ладонью по щеке альфы.  — Нет, все твои шорты ничто не переплюнет, — Юнхо наклонился к его уху. — мне слишком нравится трогать твои длинные ноги, милый. А ещё, когда они задираются…  — Так, что это начинается, господин Чон? — Сон попытался отстраниться, но сильные руки не дали ему этого сделать. — кто-то выпил слишком много?  — Я готов признаваться в любви ко всему в тебе и без алкоголя, и ты прекрасно об этом знаешь.  — Знаю.  Большего Минги говорить не хотел, поэтому вновь прижался своими губами, начиная новый поцелуй. Он чувствовал, как ладони мужчины начали оглаживать его бока, медленно вытягивая концы рубашки из брюк. Отставать парень не хотел, поэтому нащупал на чужой груди пуговицы, освобождая каждую по очереди из петель. Его ноги уже давно разъехались настолько, насколько позволяет не совсем эластичная ткань, давая альфе удобнее устроиться между согнутых коленей и прижаться сильнее.  Ладони омеги скользнули по подтянутому телу, как только рубашка распахнулась. Ему всегда нравилось щупать-трогать-сжимать мужчину — всё, до чего он мог дотянуться, а доступ у него уж точно был ко всему. Он откинул голову назад, как только почувствовал прикосновения губ к своей шее. Альфа оставлял укусы-поцелуи, после которых появлялись небольшие синяки. Минги уже высказывал своё недовольство по этому поводу, ведь ему приходится пользоваться различными косметическими средствами, чтобы их перекрыть, но Юнхо очень часто забывается в подобные моменты, теряясь в ощущениях от предстоящей близости. В их отношениях это не что-то редкое, но от каждого раза всё внутри сводило, как в первый.  Одежда постепенно откидывалась куда-то в сторону, а сердца бились быстрее, пока их владельцы начинали задыхаться друг от друга. Комнату заполнили перемешавшиеся запахи, которые были слышимы сейчас намного ярче из-за охватившего их возбуждения. Альфе пришлось оторваться лишь на мгновение, чтобы кинуть рядом с ними открытую упаковку с презервативами и смазку. Он сильно сжимал бёдра парня, расцеловывал его грудь, живот и ключицы, чувствуя, как в ответ омега уже начал двигать бёдрами так, чтобы получить хоть какое-то трение, раз уж внимания ему пока не уделяли. Минги любил быстро, пока Юнхо предпочитал растягивать, чтобы насладиться всем так, как ему нужно, даже если ему всегда будет мало.  — Если ты сейчас же не приступишь к делу, Чон Юнхо, то я встану и уйду дрочить в ван-  — Каким ты дерзким становишься, когда не получаешь того, что хочешь.  Омегу прервало внезапное прикосновение к уже истекающей предэкулятом головке, заставляя резко вздохнуть. Ему очень нужны были прикосновения сейчас, так что он, не медля, начал толкаться в кулак, из-за чего альфа над ним низко посмеялся.  — Какой же ты нетерпеливый, Минги, — свободной рукой Юнхо прижал его бёдра к кровати. — так сильно хочешь моего члена в себе, да? Чтобы я вытрахал тебя до звёзд в глазах, и ты не мог встать утром из-за больной задницы? Ты настолько нуждающаяся во мне омега, да?  — Д-да.. — Сон искренне ненавидел его в те моменты, когда он прибегал к подобным грязным словечкам, зная, как это заводит сильнее. — молю, Ю, я очень хочу тебя, прошу..  — Мне кажется, ты сейчас ведёшь себя очень плохо, Минки, — Юнхо нарочно медленно повёл ладонью к основанию. — разве я должен поощрять тебя за такое?  — Но ведь весь вечер я был таким хорошим, — его голос звучал слишком жалко. — ты не можешь сейчас всё вот так перевернуть, ты же хочешь этого не меньше.  — Ты такой наблюдательный, как я смотрю, — Чон отгладил чужую ягодицу, а после раздался звонкий хлопок, заставивший омегу крупно вздрогнуть. — такой умный, Минги.  А потом он шлёпнул его ещё раз, оставляя за собой жгучие ощущение за собой. И ещё несколько, пока Сон уже готов был расплавиться прямо на этой кровати. Ему реально будет стыдно, если он кончит лишь от одного петтинга, так что держался из последних сил.  В конце концов Юнхо сдался первее, после того как с рыком оторвался от расцеловывания упругих бёдер, потянувшись за смазкой. Минги уже казалась она бесполезной, ведь он сам ужасно мокрый. Первый палец вошёл легко, так что уже скоро Чон двигал двумя на манер ножниц, растягивая парня. Он нащупал особенно чувствительную точку, массируя и потирая, чтобы доставить больше удовольствия младшему.  Растяжка не заняла много времени, Сон уже начинал хныкать, ему было недостаточно этих длинных пальцев, нужно было что-то большее. Он даже невольно облизнулся, наблюдая за тем, как старший натягивал презерватив на свой член, а после смазывал его гелем — это определённо та картина, на которую он готов залипать сутками. Минги притянул к себе Юнхо, чтобы вновь слиться в поцелуе, когда тот закончил с подготовкой, и промычал прямо в губы, почувствовав, как его медленно заполняют. Не сумев сдержать стон, парень запрокинул голову, оставив рот открытым, ведь чужой член сейчас вошёл под совершенно точно правильным углом. Мужчина был доволен, ему нравилось слышать этот надрывистый голос Сона, особенно, когда с его губ начинало срываться его имя. Минги долго привыкать не нужно было, так что Юнхо сразу начал двигаться, практически полностью выходя из него, чтобы потом резко толкнуться обратно. Сегодня он мог позволить себе некоторую грубость — так считал альфа —, но только лишь потому что знает, что его партнер не будет против. Эта квартира повидала многое, так что они оба уже точно знают о предпочтениях друг друга и границах, которые не стоит переступать.  Стоны Минги начали отскакивать от стен всё чаще, голос начинал немного срываться, как только Юнхо начал набирать темп, переходя к хаотичным толчкам, буквально вбивая парня под ним в постель. Одной рукой он держал скрещенные кисти младшего над его головой, пока вторая до синяков сжимала бедное бедро. Сон выгибался под ним, грудью встречаясь с чужими губами, ореолы переодически подвергались терзаниям зубами, но сразу же были зализаны в извинительной манере. Минги чувствовал, что уже вот-вот дойдёт до пика, когда ноги начало сводить, а в груби сдавило, но так просто отпускать его никто не собирался, ведь Юнхо, заметив это, резко остановился, практически полностью выйдя из него, лишь головка осталась внутри.  — Ты что… что такое? — омега посмотрел на него затуманенным взглядом, но в голосе слышалось беспокойство.  — У меня такая красивая принцесса, — Чон провел ладонью по чужой щеке, высвобождая его кисти из захвата. — видел бы ты себя, когда близок к оргазму.  — Ты.. ты реально остановился только для того, чтобы сказать мне это? — Минги начал сильнее задыхаться от охватившего его недовольства. — твою мать, Чон Юнхо, ты грёбаный садист!  — Ну не ругайся, — альфа наклонился к нему, оперевшись локтями по обе стороны от его головы, чтобы их лбы соприкоснулись. — дай мне побыть нежным.  — Ты всегда нежен со мной, — Сон обхватил его шею руками, чтобы он больше не отстранялся. — но в постели мне нравится твоя властность и грубость. Давай продолжим в том же темпе, хорошо?  Минги заговорщически шептал в самые губы, подбираясь пальцами к волосам, чтобы сжать их. Юнхо сдался в очередной раз, ведь не может по-другому, он всегда готов пойти на уступки, если дело касается его любимого. Впиваясь в губы для нового поцелуя, Чон толкнулся бёдрами, но уже не медля, чтобы они оба могли дойти до конца. По комнате начали разноситься шлепки двух тел друг о друга, ведь альфа двигался резко и быстро. Он то и дело шептал, словно в бреду, что парень под ним только его. Его и больше ничей. Мужчина каждому готов был заявить о том, что те не имеют никакого права смотреть на его мальчика. Он точно сумасшедший, ему не сложно признать это. Особо протяжный и сладкий стон вырывался из горла омеги, когда его тело поразила судорога, а в шею с рыком вцепились зубами, оставляя новый след. Юнхо вошёл в него так глубоко, как только мог, задерживаясь в этом положении на какое-то время, пока перед глазами мерцали искры, а сердце билось словно после марафона. Они оба тяжело дышали в попытках успокоиться, даже не думая пока отлипать друг от друга. Альфа из последних сил держался, чтобы не свалиться на парня под ним, поэтому, как только оргазм отступил, плавно вышел из него и помог собрать младшему колени, чтобы выкинуть использованный презерватив, а после устало упасть рядом.  Какое-то время они лежали в абсолютной тишине, было слышно лишь их дыхание и, возможно, биение сердец. Юнхо отходил быстрее, поэтому повернулся боком к возлюбленному и приподнялся на локте, внимательно рассматривая его лицо.  — Как ты? — он улыбнулся с того, как Минги сразу же начал ластиться рукой к его щеке. Он всегда становился особенно нежным после их секса.  — Я.. не знаю, — Сон хотел бы перевернуться и вжаться в чужие объятия, но его, в отличие от мужчины, беспокоил испачканный торс, даже если постельное бельё всё равно придётся менять. — ты выжал из меня всё. Как и всегда.  — Я рад, что тебе понравилось, — Юнхо нежно поцеловал его. — пойдём в душ? — У меня нет сил идти куда-то, — устало покачал головой Минги. Его организм требовал какого-то времени, чтобы хоть какая-то энергия появилась в нём.  — Я знаю, — мурлыкнул Чон и поднялся, подтягивая к краю кровати парня. — потому, как настоящий принц, я отнесу свою принцессу, а потом помогу ей помыться.  — Прекрати, — омега хихикнул, смущённый таким прозвищем, даже если оно ему очень нравилось, и позволил поднять себя на руки, обвивая чужую шею руками.  В душе им пришлось пробыть немного дольше, чем планировалось, ведь Минги, совершенно неожиданно для Юнхо, решил его отблагодарить и для этого спустился перед ним на колени. Только в этот раз он немного издевался над старшим, в отместку за то, что тот делал с ним ранее. Так что после такого насыщенного вечера они, полностью довольные, уснули в объятиях друг друга почти сразу же, как попали в чистую постель.