Горе одинокому

Дни на базе «Адам» походили один на другой. Лэйн мало что помнила о своей работе в «Сибири», но подозревала, что все выглядело так же: бесконечные часы за столом наедине с Книгой Апокалипсиса в тщетной надежде раскрыть ее тайны. Отряд добрался до базы месяц назад, и с тех пор Лэйн нечасто видела кого-либо из его членов. Их задачи с этого момента различались; она должна была продолжать расшифровку Книги и была не в курсе, чем занимался отряд. Хотелось бы верить, что они искали Орден и вырванные из Книги страницы, но, когда затевала об этом разговор, Донован раздражалась, поэтому Лэйн перестала это делать, предпочитая оставаться в неведении. Чаще всего ребят из отряда можно было встретить в столовой, и Лэйн охотно общалась с ними, но особой потребности в этих контактах у нее не было. Все ее мысли занимала Книга. Анна первое время заглядывала к Лэйн, чтобы поинтересоваться, как та устроилась на новом месте, но со временем стала делать это реже. У Анны хватало и своих забот в лаборатории. Теперь они жили в крошечных комнатах на одного в разных концах корпуса, и у Лэйн больше не было соседки. Единственным, кто с завидным постоянством продолжал ее навещать, был Каин. Вот и сейчас он зашел едва слышно, и лишь по скрипу старой двери Лэйн заметила, что теперь находилась в комнате не одна. Он никогда не стучал: если бы она не хотела никого видеть, просто заперла бы дверь на ключ, как делала всегда, когда ложилась спать. Каин никогда ее не беспокоил, не задавал вопросов, просто едва заметно усаживался на подлокотник кресла и молча наблюдал за ее работой, пока Лэйн, полностью погруженная в свое дело, наконец не отвлекалась на то, чтобы с ним заговорить. Она не знала, зачем он приходил. Хотел убедиться, что продолжает работу над Книгой? Или надеялся, что именно сегодня она наконец поймет, как ее расшифровать? Или ему тоже было одиноко, и он приходил, чтобы побыть с ней рядом? Она не спрашивала его о причинах, цели его визитов не настолько ее волновали. Главное, что приходил. Отчего-то это всегда ее радовало. – У меня ничего не выходит, – сообщила Лэйн, с тяжким вздохом откинувшись на спинку кресла. Правым плечом она случайно коснулась Каина, но он не отодвинулся, и она тоже не стала этого делать. Это прикосновение словно дарило немного утешения в беспросветной череде неудач в расшифровке Книги. – Получится. Однажды ты сумела найти зацепку. Найдешь и в этот раз. Лэйн усмехнулась. На какую-то долю секунды ей показалось, что он пытается ее поддержать, но глубоко в душе знала, что он просто хотел, чтобы она не сдавалась, потому что если у нее не получится, то кто еще возьмется за расшифровку? Других кандидатов на базе не было. Лэйн была его единственной надеждой. – Что это? – спросил он, схватив ее правое запястье и приблизив к себе. Он никогда не спрашивал разрешения, касаясь ее, вот и сейчас стал водить большим пальцем по мозоли на ее среднем пальце, а Лэйн лишь равнодушно наблюдала за его действиями, не протестуя. Его руки были теплыми, и она поняла, что успела замерзнуть, пока сидела за работой, и даже не заметила этого. Корпусы плохо отапливались, было необходимо экономить ресурсы. Согревающие прикосновения Каина были приятны, и Лэйн не хотела, чтобы он отпускал ее руку. – Это от долгого писания. Вот уже несколько дней переписываю разное из справочников в блокнот, чтобы всегда были под рукой. Архив не позволяет брать книги надолго. С непривычки натерла мозоль. С вашей регенерацией такого, наверное, не бывает? – Если и бывает, то слишком быстро исчезает, чтобы я успевал заметить, – ответил Каин. Он отпустил ее руку, слегка подув на палец напоследок. Лэйн выдавила смешок. – Теперь заживет быстрей? – Возможно. – Ангелы умеют лечить наложением рук? Или это земные сказки? – Насколько мне известно, это очень редкий дар. Я таких не встречал. Слева над собой Лэйн краем глаза заметила кончик крыла. Каин словно обнимал ее своими крыльями, погружая в небольшой уютный кокон. Полный их размах был больше этой комнаты, и она задумалась, насколько комфортно ему было находиться в такой тесноте. Впрочем, раз он не жаловался, то и ее не должны были беспокоить такие мелочи. Некоторое время они молчали, и это не напрягало. Молчать с ним было комфортно, он не раздражал, когда наблюдал за тем, как Лэйн работает, и она даже привыкла к его манере усаживаться на подлокотник ее кресла, не спросив разрешения. Сделав еще одну краткую попытку за что-нибудь зацепиться, она отодвинула от себя Книгу и решила показать Каину записи в блокноте, которые делала последние несколько дней. – Раз без вырванных листов не начать расшифровку второй части Книги, я вернулась к вступлению. Искала все, что могло быть связано с лжепророком, с новым богом среди людей. В первую очередь ищу имена собственные, сверяя их со словами, написанными заглавными буквами. Каин одобрительно кивнул, но по выражению его лица Лэйн догадалась, что история лжепророка его мало интересовала. Она потянулась к Книге и перелистнула на страницу, где находилась пентаграмма – та самая, что когда-то всплыла в ее памяти в тот момент, когда она впервые пришла в себя после крушения «Сибири». Она и раньше замечала его интерес к этой странице, вот и сейчас глаза Каина на мгновение загорелись красным. Возможно, эта пентаграмма тоже была ему знакома, и секрет, что скрывался на этой странице, они делили на двоих. – Как ты это делаешь? – спросила Лэйн задумчиво, развернувшись к нему всем телом и привстав так, чтобы их лица находились на одном уровне. Ее глаза были прикованы к его радужке. – Делаю что? – спросил Каин недоуменно, и она почувствовала на лице его теплое дыхание. Заинтересованная тем, как именно его глаза способны менять цвет с голубого на красный и наоборот, она не заметила, как оказалась слишком близко к его лицу. От этого осознания у нее по телу побежали мурашки. «Что за странная реакция, – одернула она себя, но не стала отодвигаться, решив продолжить рассматривать радужку, словно благодаря этому могла что-то для себя понять. – Интересно, что я ожидаю увидеть? Я ведь не Анна, я ничего не знаю о строении глаза. И уж тем более не смогу понять, чем глаз бессмертного отличается от человеческого. Но, бьюсь об заклад, у него острое зрение». – Цвет твоих глаз меняется – замечал? У Анхеи тоже, когда она злится, но они светятся белым. А твои – красные, как у Пилеона. Интересно, почему. – Не знаю, – ответил Каин, ненадолго прикрыв глаза. Когда он их открыл, радужка по-прежнему оставалась голубой. По выражению его лица было сложно понять, сказал ли он правду. Лэйн вновь ощутила на щеке его дыхание, и в голову пробралась еще одна странная мысль: «Интересно, бессмертным нужно дыхание, как нам, людям, или они способны задерживать его на бесконечно долгий срок?» И перевела взгляд на губы. «Можно ли убить бессмертного, просто перекрыв ему доступ к кислороду?» – Ты что, собралась меня поцеловать? – спросил вдруг Каин, очевидно заметив, куда она смотрела. На его губах появилась улыбка, а в глазах можно было рассмотреть легкое удивление. – Разумеется нет, – ответила Лэйн, чувствуя, что вопрос взволновал ее сильнее, чем она ожидала. Она так привыкла к загадкам и намекам в речи Каина, что прямой вопрос о вещах, которые они никогда не обсуждали, вдруг поставил ее в тупик своей неожиданностью. Она вновь взглянула на его губы, но теперь уже с другими мыслями. Не то чтобы она никогда не думала о Каине в подобном ключе, напротив, он давал ей для этого достаточно поводов, просто она всегда была уверена, что они не рискнут преступить черту. – Разумеется… – повторил Каин, слегка растягивая гласные, и на мгновение Лэйн показалось, что он был расстроен ответом. – Почему разумеется? Разве это нечто очевидное? Подобное кажется тебе невозможным? – Мы ведь коллеги. Есть правила. Лэйн не заводила отношений в «Сибири», хотя там хватало симпатичных парней, но не потому, что это было запрещено. Другим запреты не мешали, в первую очередь Донован, просто Лэйн всегда была слишком занята для этого. «Нет, я просто не хотела, чтобы меня там что-либо удерживало», – осознала она вдруг. Она всегда верила, что ее пребывание на базе было временным: вот сейчас она быстро расшифрует Книгу, и ей позволят вернуться домой к близким. А если бы близкий человек появился на базе? Смогла бы она так просто оттуда уехать? А если бы им стал Каин?.. – То есть тебя гораздо сильнее смущает то, что мы коллеги, а не мои крылья? – Мне нравятся твои крылья. Каин улыбнулся, и Лэйн почувствовала, как кончик крыла осторожно погладил ее голень, словно благодаря за комплимент. Эта ласка вновь вызвала у нее мурашки. «Почему рядом с тобой я чувствую себя такой живой? Почему одно твое прикосновение вызывает во мне такую бурю?» – Ты целовался со смертными? – спросила Лэйн. Возможно, этот вопрос был бестактным, но ей просто стало любопытно. В конце концов, он может просто не отвечать. И Каин действительно некоторое время молчал, словно пытался подобрать нужные слова. – Я никогда ни с кем не целовался, – признался он наконец. В его словах не было ни смущения, ни печали, просто сухая констатация факта. Лэйн никогда не задумывалась над тем, был ли Каин близок с кем-то в прошлом, ее это не волновало. Возможно, она почувствовала бы укол ревности, заметив, как он флиртует с кем-то еще, но ей было сложно представить себе подобное. Каин всегда держал дистанцию со всеми в отряде, кроме нее, поэтому она относилась к его вниманию как к чему-то обыденному, и заинтересованность в какой-то другой девушке ее бы удивила. А все те, кто был частью его прошлого, и вовсе не имели сейчас никакого значения, как не имели значения те, с кем она была близка в своей прошлой жизни, в Штатах, до того, как попала в «Сибирь». Их лица и имена стерлись из памяти, они оставались лишь призраками ее прошлого. Возможно, Каин тоже просто позабыл своих призраков? – Бессмертные живут долго, неужели за столько лет не появилось ни единой возможности? – Возможности были, просто мне было не интересно, – ответил Каин, а затем усмехнулся и добавил: – К тому же я священник. Мирские удовольствия для нас под запретом. Он смотрел на нее так, словно заглядывал в самую душу, и это был весьма нецеломудренный взгляд. В голове Лэйн никак не укладывалось, как Каин мог сохранять невинность, но при этом вести себя с ней порой столь порочно. «Сколько смертных мечтало отдаться тебе на исповедях?» Это был опасный разговор, даже опаснее ситуаций, угрожавших жизни. Возможно, именно поэтому Лэйн с такой осторожностью начала вдруг подбирать слова, прежде чем произнести их вслух. – Значит, ни поцелуев, ни… – Ничего. – А если тебе вдруг станет интересно, прервешь свой целибат? Его взгляд коснулся ее губ на мгновение, а затем опустился ниже, словно впервые по-настоящему оценивая ее тело, и Лэйн могла лишь догадываться, о чем он в тот момент думал. Его взгляд опалял каждый участок ее тела. Она даже пожалела, что была сейчас одета в простую униформу «Адама», и почувствовала, что скучает по одежде Анны. В ней она чувствовала себя красивой, и сейчас ей вдруг захотелось быть красивой для Каина. Впрочем, не было похоже, что он выглядел разочарованным ее внешним видом. Глаза его снова загорелись алым, и слегка хрипловатым голосом он произнес: – Я бы пошел на это, только если мне станет по-настоящему интересно. Лэйн интриговала эта странная игра. Они словно были исследователями, столкнувшимися с необходимостью изучать интересующую обоих вещь лишь совместно. Однако никого из них это явно не расстраивало. Как и Книга Апокалипсиса, Каин представлял из себя загадку, которую ей хотелось расшифровать. На крыше заброшенной станции по пути из Роткова, когда Лэйн позволила ему зайти слишком далеко в своем стремлении узнать, чем они отличаются друг от друга, он показался ей скучающим и незаинтересованным. Происходящее сейчас ничем не напоминало тот случай, в этот раз взгляд Каина не был пустым. Он выглядел более увлеченным, и огонь, что горел внутри нее в тот раз, наполнил ее снова. Повинуясь секундному импульсу, она положила руки ему на плечи, приблизилась и накрыла губами его губы. Согласие Каина в этот момент ее не интересовало, в конце концов, он сам напросился. Не стоило играть с огнем, раз боишься обжечься. Он явно опешил, и когда она проникла языком ему в рот, не сразу ответил на поцелуй, но в конце концов она почувствовала его ладонь на своей талии и прильнула к нему всем телом, обхватывая руками за шею. Ее тело охватил жар, хотя несколько минут назад ей было холодно. Ее пьянила эта неожиданная близость, его мягкие губы, крепкие объятия и едва уловимый мускусный аромат его кожи. Чувствуя, что увлекается, Лэйн мягко, но настойчиво толкнула Каина в грудь и отодвинулась. Он нехотя освободил ее из своих объятий. Губы горели от ласки, а в груди бешено стучало сердце. Ей не верилось, что она это сделала. Она боялась, что сейчас он встанет и уйдет, возмущенный тем, что она совершила. Но он лишь мягко улыбнулся и произнес: – Занимательно. – Я рассчитывала на «по-настоящему интересно». – Боюсь, поцелуя недостаточно, чтобы по-настоящему меня заинтересовать. «Ты с таким равнодушием гладил мои губы и ключицы тогда на крыше, словно пытался пробудить в себе хоть какой-то интерес к происходящему. Так что же поменялось сейчас, почему я вижу огонь любопытства в твоих глазах? Не лги, утверждая, будто поцелуя было недостаточно. Ты хочешь, чтобы я умоляла тебя о близости, но я не стану этого делать». – Тогда уходи. Мне нужно вернуться к работе. И в подтверждении своих слов Лэйн уселась в кресло и придвинула к себе Книгу. Она не чувствовала ни злости, ни обиды, была лишь немного разочарована тем, как быстро все закончилось. Находясь в этой тесной комнате наедине с Каином, она вдруг осознала потребность познать его тело и позволить ему познать свое. Она и не помнила, когда последний раз ощущала нечто подобное. Каин не ушел. Он как ни в чем не бывало продолжил сидеть на подлокотнике. Лэйн попыталась сосредоточиться на работе, но ничего не получалось. Ее губы все еще пульсировали, а низ живота ныл от нереализованных желаний. «Теперь понимаю, почему ты все еще девственник», – пронеслось у нее в голове, и она усмехнулась своим мыслям. Что-то мягко коснулось ее левого бедра, вновь пробуждая начавшую было утихать бурю эмоций. Лэйн бросила быстрый взгляд на бедро и заметила, как белоснежное крыло попыталось скрыться за спинкой кресла. «Детский сад какой-то», – подумала она, но произошедшее не вызвало раздражения. На самом деле ей было приятно, что Каин не ушел и даже попытался привлечь ее внимание. Но эти игры все же понемногу начинали утомлять. – Каин, почему ты не уходишь? – Мне некуда идти. От серьезности его тона у нее побежали мурашки вдоль позвоночника. Отложив Книгу, она повернулась к нему, чтобы посмотреть в глаза. На его лице можно было заметить грусть, и все же Каин улыбнулся, встретившись с ней взглядом. – Не прогоняй меня, – продолжил он. – Я пытаюсь сказать тебе, что хочу большего, но, как видишь, выходит паршиво. – Он поднял руку и завел ей за ухо упавшую на лицо прядь волос. От нежности его прикосновения защемило в груди. Взгляд голубых глаз пронзал до самой души, а его слова, сказанные с такой искренностью, затронули что-то глубоко внутри. Что-то, что она успела позабыть и теперь будто открывала для себя заново. – Что скажет бог, когда узнает, что ты нарушил обет? – Он не узнает, – прошептал Каин вкрадчиво и даже несколько пугающе. – Шепфа мертв. Он наклонился к ней за поцелуем, несмело и опасливо, словно боялся, что Лэйн его оттолкнет, но она не собиралась этого делать. Она рассчитывала на новый поцелуй и с большой охотой встретила его губы своими. Несколько секунд они целовались, а потом Лэйн встала и направилась к двери, чтобы запереть ее на ключ. К ним никто не зашел бы, но так было спокойнее. Повернувшись к Каину, она заметила на его лице тень волнения, которая передалась и ей. Он встал с подлокотника, и Лэйн подошла к нему и ненадолго замерла, не зная, с чего начать. Решив действовать по наитию, она вновь потянулась за поцелуем и обхватила его руками за шею. Он прижал ее к себе. Почувствовав, будто свет немного померк, Лэйн ненадолго приоткрыла глаза, чтобы посмотреть, что случилось с лампой, и поняла, что все было в порядке, просто Каин закрыл ее от света своими крыльями, словно пытался обнять и ими тоже. Голод, что Лэйн так старательно подавляла внутри себя последние несколько минут, вновь дал о себе знать, словно пробудившийся после долгой спячки зверь. Она оставила губы Каина в покое и опустилась ниже, осыпая поцелуями подбородок и шею, а затем дернула вниз язычок молнии на его куртке, желая поскорее освободить от одежды. Аромат его тела сводил с ума. Схватившись за края воротника, Лэйн попыталась сбросить куртку с плеч, но вдруг поняла, что ей мешают крылья. – Бессмертных не так-то просто раздеть, – прокомментировал произошедшее Каин, тихонько рассмеявшись. Она вспомнила, что видела на куртке дополнительные молнии для крыльев и попыталась их нащупать, но Каин перехватил ее руки и убрал их ей за спину, а затем прижал ее тело к себе так сильно, что Лэйн была не способна сдвинуться с места. – Куда ты спешишь? – спросил он, выдыхая слова ей в губы. – Я хочу запомнить этот момент. Насладиться каждой минутой. Не торопись. И снова увлек в поцелуй. В этот раз они делали это медленно, смакуя каждое движение. Она почувствовала, как Каин освободил ее руки и принялся изучать ладонями ее тело и лицо, осторожно и неспешно, словно у них было все время мира. Словно она тоже была бессмертной. Лэйн вдруг осознала, что ей тоже была не свойственна торопливость. Возможно, ей просто захотелось поскорее освободить его от одежды. Но раз Каин хотел, чтобы это происходило медленнее, она не станет его торопить, ведь это был его первый раз. Остановившись на мгновение, он заглянул ей в глаза, а потом вдруг слегка прикусил ее нижнюю губу. Лэйн вздрогнула от неожиданности, и он усмехнулся, явно довольный своей проделкой. «Нежность – это не про тебя, да?» – пронеслось у нее в голове. Словно в подтверждение ее слов он начал расстегивать застежки на ее униформе, не особо заботясь об аккуратности, а потом вдруг остановился, положил ладонь ей на щеку и ласково провел большим пальцем по месту, которое прикусил, внимательно осматривая лицо. Нет, он был одновременно и нежным, и импульсивным, все в нем было двойственно, и это выглядело так гармонично, насколько гармоничным могли быть ангельские крылья в сочетании с ярко-красными глазами демона. Расправившись с застежками, Каин принялся снимать с Лэйн куртку. – А вот вас раздевать гораздо легче, – отметил он, с легкостью стаскивая куртку с ее плеч и оставляя Лэйн в майке без рукавов. У нее крыльев не было, и ему ничего не мешало сделать это без каких-либо препятствий. Она закрыла глаза, чувствуя теплоту его ладоней на своих обнаженных плечах. Он водил руками вверх-вниз, словно пытался согреть, раз уж по его вине она оказалась раздетой. А потом вдруг подхватил и понес к столу, одним крылом отодвигая в сторону стул, а другим – содержимое столешницы, чтобы было куда посадить Лэйн. Ее поразило, с какой точностью и слаженностью действовали его крылья, он ничего не уронил в процессе, и она не успела опомниться, как оказалась сидящей на столе, упираясь коленями ему в живот. – Да, на моей кровати мы не поместимся, – согласилась она. – Я не помещусь на ней даже в одиночку, – усмехнулся Каин и в качестве демонстрации слегка распахнул крылья, словно пытался измерить ими комнату. Они были слишком широкими для узкой одноместной кровати, на которой спала Лэйн. – А на чем тогда вы спите? Лэйн была в комнате Анны и помнила, что ее кровать была таких же скромных габаритов. У всех на базе были такие, но бессмертным было бы неудобно на них спать. – Стелим матрасы на пол. Лэйн хотела спросить что-то еще о быте бессмертных в «Адаме», но руки Каина вдруг легли на ее бедра, и у нее перехватило дыхание от неожиданности, а все вопросы мигом позабылись. Даже сквозь плотную ткань брюк она чувствовала, как крепко он сжал ее бедра. Его ладони скользнули выше, а затем медленно поползли вниз. Каин надавил большими пальцами на внутреннюю сторону ее бедер, раздвигая колени в стороны, а затем сделал шаг вперед. Теперь Лэйн касалась его тела внутренней стороной бедер. Сердце заколотилось сильнее от предвкушения того, что последует дальше. И внезапно от страха. Именно страх она почувствовала тогда на крыше, когда Каин расстегнул ширинку на ее брюках и она его остановила. Сейчас она тоже вцепилась в его руки, не убирая их со своих бедер, но и не позволяя им двигаться. – Хочешь остановиться? – спросил он тут же и замер в ожидании ответа. Их взгляды встретились. «Такое ощущение, словно это мой первый раз. Кажется, будто Каин вообще не нервничает. А чего боюсь я? Стать ближе? Это просто секс, нам просто стало интересно попробовать, каково это. И мы всего лишь удовлетворяем это любопытство, поэтому мне не о чем волноваться». – Нет, хочу снять с тебя куртку, – ответила Лэйн, чувствуя себя немного увереннее. Возбуждение вернулось и оттеснило страх. В этот раз она решила начать с поиска молний на его куртке. Каин наблюдал за ее действиями с холодным отстранением: не помогал, но и не мешал. Избавившись наконец от куртки, она потянула наверх нижний край водолазки и нырнула под нее ладонью, касаясь живота. Кожа была гладкой и нежной, а мышцы напряглись под ее прикосновениями, четко очерченные, словно высеченные из мрамора умелым мастером. Она почувствовала, как дыхание Каина стало глубже, и перевела взгляд на лицо, чтобы увидеть его реакцию. Его глаза были полуприкрыты, а внимательный взгляд из-под длинных ресниц безотрывно следил за ее действиями. Внешне Каин оставался спокойным, и лишь по неровности его дыхания она могла догадаться, что на самом деле он тоже нервничал. «Теперь моя очередь тебя изучать», – решила Лэйн, став смелее в своих движениях. Она заметила, что у него тоже был пупок, а значит, этот ангел был рожден, а не создан богом. Ее рука скользнула выше, ощущая твердые очертания грудных мышц и их упругость. В одежде Каин не казался таким мускулистым. От его тела исходило приятное тепло. Решив, что хочет наконец увидеть все своими глазами, а не полагаться на ощущения, Лэйн стала ощупывать его спину, чтобы понять, как снять водолазку. Каин выглядел неуверенно. – Что-то не так? – спросила она, замерев в ожидании ответа. Они словно поменялись ролями, и теперь уже он излучал нечто похожее на страх. – Все в порядке, просто… не спрашивай меня ни о чем, когда увидишь, ладно? Я не отвечу. Время для этого разговора еще не пришло. Ничего не понимая, она кивнула, и Каин сам снял с себя водолазку. И теперь Лэйн наконец поняла, о чем шла речь. На левом предплечье с внутренней стороны было выбито клеймо. Было сложно понять, что означал этот рисунок. Лэйн пробежалась по нему пальцами, ощупывая поверхность. Кожа в этом месте была шершавой. Клеймо показалось ей знакомым, но она никак не могла припомнить, где его видела. Но внезапно вспомнила, что именно это место соприкасалось с ее ногами в тот раз, когда Каин летел с ней на руках искать Анхею и Пилеона. «Неужели я не просто так почувствовала тогда жар? Это клеймо как-то связано с его исчезновением в тот раз?» Как Каин и просил, она не стала задавать вопросов. Ее внимание вновь переключилось на его тело, теперь уже свободное от верхней одежды. Она гладила его торс ладонями, отмечая, что не видит ни шрамов, ни каких-либо других изъянов, лишь идеально ровную кожу и точеные мышцы под ней. В нем скрывалась грация хищника и таинственность существа, принадлежащего другому миру. Атлетично сложенный и идеальный, он казался Аполлоном, сошедшим с небес. Впрочем, он и был тем, кто действительно сошел с небес. Лэйн вновь потянулась за поцелуем, и казалось, Каин почувствовал облегчение, так и не дождавшись вопросов о клейме. «Расскажешь сам, когда придет время», – решила она. И снова смена ролей: теперь уже Каин гладил тело Лэйн под майкой, а затем подцепил за края и аккуратно снял майку через верх. Ему явно нравилось, что процессу не мешали крылья. Он обхватил ее грудь руками, примеряя к своим ладоням. В комнате было все так же прохладно, но тело Лэйн горело от прикосновений Каина, от его поцелуев и объятий. – Ты же не будешь против, если я осмотрю твою спину? – спросила Лэйн, спрыгивая со стола и поднырнув под крыло Каина, чтобы оказаться за его спиной. – Как предсказуемо, – прокомментировал ее действия Каин, но протестовать не стал. Пару минут она потратила на то, чтобы изучить строение крыльев и способ их крепления к спине. Они явно были частью лопаток, и Лэйн провела рукой там, где кожа обхватывала основание крыла и начинала покрываться пухом и крошечными белоснежными перышками. – Щекотно, – рассмеялся Каин, взмахнув крылом так, словно пытался ее оттолкнуть, но Лэйн без проблем увернулась и прильнула к нему ближе, обхватывая руками грудь и прижимаясь к его спине всем телом. Она оставила несколько легких поцелуев на коже меж крыльев, а затем снова поднырнула под крыло, чтобы встать к Каину лицом и поцеловать в губы. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем оба наконец освободились от одежды. Видеть Каина полностью обнаженным казалось одновременно захватывающим и смущающим. Своей наготы она не стеснялась, даже несмотря на то, что он внимательно осматривал ее тело, словно пытался то ли запомнить каждый ее изгиб, то ли изучить, как там все устроено у смертных женщин. Наконец он медленно и нерешительно протянул руку, чтобы коснуться ее между ног. Опираясь одной рукой о его плечо, она чуть было не встала на цыпочки от дрожи, что охватила ее тело в момент прикосновения. Именно этого она ждала последние несколько минут, чувствуя, как там становилось все более влажно по мере того, как они расставались с одеждой. Каин не отрывал от нее взгляда и двигал пальцами медленно и осторожно, словно опасался сделать больно. Но он боялся напрасно: каждое его движение вызывало лишь приятную истому. Становясь все смелее, он скользил пальцами все дальше и глубже, но не погружаясь внутрь, и этого было достаточно, чтобы балансировать на грани. Знал ли он, что так можно, или действовал по наитию? Он долгое время жил среди людей и многое мог видеть. А еще он был внимателен к каждому ее вздоху, к каждому стону, и его движения постепенно менялись, становились более ритмичными, и теперь это не было беспорядочным хаосом прикосновений – он явно стал понимать, как нужно направлять пальцы, чтобы ей было приятно. И наконец Лэйн охватила волна удовольствия, пронзившая от макушки до пят так мощно, что она едва устояла на ставших ватными ногах. Каин вовремя подхватил ее и снова усадил на стол, а она наклонилась чуть вперед, уткнувшись лбом ему в грудь, и пыталась восстановить дыхание. – Тебе было приятно? – спросил Каин, дав ей немного времени перевести дух. Лэйн подняла голову и кивнула. «Неплохо для девственника», – подумала она, пытаясь припомнить, когда последний раз испытывала оргазм не от собственной руки. Впрочем, какая разница, было ли это с ней хоть раз ранее, если прямо сейчас Каин сделал именно то, что ей было так нужно. – Поцелуй меня, – попросила Лэйн и почувствовала прикосновение мягких губ. Внутри все еще оставалось легкое послевкусие, волной бродившее по телу, но в то же время она чувствовала, что этого было недостаточно, чтобы утолить ее голод. Зверь внутри нее немного утих, но не успокоился полностью. Лэйн положила ладонь Каину на живот, отмечая на ходу рельефность мышц, и медленно повела руку вниз, к лобку, и он, словно догадавшись о ее намерениях, стал целовать ее медленнее и рассеяннее, и когда она наконец коснулась члена, шумно выдохнул ей в губы. С его лица наконец спала непроницаемая маска, и Каин позволил чувствам проявить себя в мимике. Скользнув на самый краешек столешницы, Лэйн немного погладила ствол, мысленно сделав пометку, что эта часть тела у бессмертных и смертных ничем особо не отличалась, а затем направила ближе к себе, пока головка не коснулась входа. Направляя член одной рукой, а другой держась за Каина, Лэйн начала насаживаться на него глубже, чувствуя приятную наполненность внутри. Она была такая мокрая, что происходящее не вызывало дискомфорта. – О, Лэйн… – только и сумел прошептать Каин. В этом слове скрывалось нечто большее, чем просто ее имя. Он словно пытался ей что-то сказать, но было сложно уловить, что именно. Смирившись с невозможностью произнести что-то более осмысленное, он просто закрыл глаза и отдался ощущениям. Лэйн легла на спину, чувствуя, как поверхность столешницы неприятно холодила лопатки. – Ну как, тоже занимательно? – спросила она, желая знать, что Каин чувствовал в этот момент. Все эмоции можно было легко считать по его лицу, но ей было этого мало. Она хотела их услышать. Она хотела, чтобы он на нее посмотрел. И добилась своего: в этот момент Каин словно очнулся ото сна, обхватил ее одной рукой за талию, а второй – за плечо, после чего все так же медленно, но настойчиво продолжил входить в нее до конца. – Ты даже не представляешь, что сотворила со мной, грешница. – Будешь самым падшим ангелом из всех бессмертных. – До этого момента я и не подозревал, что был способен пасть ниже, – прошептал Каин, слегка склонившись над ней. Он замер на несколько мгновений, словно вновь погрузился в собственные ощущения, затем осмотрел лицо Лэйн, будто хотел убедиться, что ей не больно, после чего начал двигаться активнее и добавил: – Но мне нравится наш грех. Первую минуту у него получалось так себе: движения были рваными и осторожными, Каин постоянно сверялся взглядами с Лэйн, словно надеялся, что она подскажет, как правильно, но она не собиралась этого делать – ей хотелось, чтобы он дошел до всего сам. Наконец он понял, как именно нужно двигаться, толчки стали более уверенными и ритмичными, и Лэйн наконец могла позволить себе просто расслабиться и переместить внимание на другие более занимательные вещи, например, на то, как красиво выглядели в движении мышцы его пресса и рук, как взмокли волосы у него на лбу, делая лицо в этот момент невероятно соблазнительным, или его едва слышимые вздохи, заставляющие возбуждаться все сильнее при мысли о том, что ему было хорошо рядом с ней. Иногда в его взгляде проскальзывало нечто мягкое, почти нежное, будто это был не просто секс, не просто физическое влечение двух тел. Словно он был рад делить это мгновение с ней и лишь с ней, и больше ни с кем. «А я? Что чувствую я?» – задалась она вопросом и закрыла глаза, позволив эмоциям одержать верх. Ее охватило нечто знакомое, то, что она не испытывала с момента краха «Сибири», то, что у нее отняли. «Отняли? Но кто?» Вопрос остался без ответа, но сейчас ее это не волновало, потому что куда важнее было вспомнить все те вещи, что когда-то имели для нее значение. Необходимость быть признанной в профессиональном кругу, желание раскрыть тайну Книги, страх за жизнь близких, потребность быть любимой… любимой кем? Она раскрыла глаза, вновь встречаясь с Каином взглядом. Он словно прочел ее мысли, и в его глазах появилась тень понимания. Это ее испугало, потому что Лэйн не хотела быть уязвимой в эту секунду, не хотела, чтобы он знал, что втайне она мечтала о том, чтобы он ее полюбил. Сосредоточившись на ощущениях, она отогнала от себя все посторонние мысли. Нет, она просто хотела вновь почувствовать оргазм, это было единственным, что должно было волновать ее в этот момент. Только это. Каин, явно войдя во вкус, вдруг обнял Лэйн за талию, притягивая к себе, а затем обхватил за ягодицы и с легкостью поднял со стола так, словно она ничего не весила. Она лишь успела схватиться за его плечи, но вскоре поняла, что зря переживала – Каин не дал бы ей упасть, он держал ее достаточно крепко. Он продолжил двигаться внутри нее, поднимая и опуская на себя за ягодицы, а она прижималась к нему коленями, чувствуя, как эта поза изменила угол входа и теперь к ней медленно, но неотвратимо приближалась волна нового оргазма. «Только попробуй сейчас исчезнуть, и я никогда тебе этого не прощу…» Расслабленная и податливая, Лэйн не особо интересовалась тем, что делал Каин дальше, ведь она получила свое. Обнимая его за плечи и опустив на руки лоб, она полностью отпустила контроль и позволила ему продолжать самостоятельно. Ему не понадобилось много времени. Лэйн почувствовала, как нечто теплое разлилось внутри, когда он кончил, и подумала: «Интересно, смертные могут забеременеть от бессмертных?» Наверное, такие мысли должны были посетить ее до того, как они приступили к делу. Она понятия не имела, где раздобыть пачку презервативов на базе. И была не уверена, что хочет объяснять Каину, зачем они нужны. Впрочем, беременность ей вряд ли грозила: из-за стрессов и скудного питания у Лэйн уже давно не было месячных. Каин положил ее на кровать, а сам сел на кресло, приподняв крылья так, чтобы те не касались подлокотников. Он глубоко дышал и осматривал Лэйн, любуясь ее телом. – Ну как тебе? – спросила она, чувствуя, что тоже запыхалась. Месяц без тренировок плохо сказался на ее физической форме. Надо бы выбираться иногда в тренировочные залы. – Если снова скажешь, что занимательно, то больше не приходи. Каин рассмеялся и ответил: – Даже лучше, чем «по-настоящему интересно». – Жалеешь, что так долго тянул с тем, чтобы попробовать? – Нет, – заявил он в этот раз совершенно серьезно. – Я не жалею, что ждал так долго правильного человека. В этот момент Лэйн поняла, что ошиблась: это был не просто секс. Каин не сказал этого прямо, но все было понятно без слов: по тону его голоса, по его взгляду, по тому, как нежно он провел ладонью по ее щеке, когда встал и подошел к кровати, присев рядом. – И что теперь? – спросила она, одновременно ожидая его ответа и боясь, что услышанное ее расстроит. Немного подумав, он ответил: – Melius est ergo duos esse simul, quam unum; habent enim emolumentum societatis suae; si unus ceciderit, ab altero fulcietur; vae soli, quia, cum ceciderit, non habet sublevantem se. «Итак, лучше быть двоим вместе, чем одному, ибо они найдут облегчение в общении между собой; если упадет один, то его поддержит другой; но горе одинокому, ибо если он упадет, то никто его не поддержит», – перевела она мысленно, но не смогла вспомнить, откуда были эти строчки. Впрочем, это было неважно. Каин не просто цитировал старый текст, он отвечал на ее вопрос. – Если упадешь – я тебя поддержу, – уверил он, наклонившись к Лэйн, чтобы оставить на ее губах легкий поцелуй. – Больше никогда не сомневайся в этом. Возможно, в том хаосе секретов, неотвеченных вопросов и чувств, которые она потеряла, был некий замысел. Возможно, судьба свела их с Каином на этом пути не случайно. Но теперь они шли по нему вместе. И если упадет один, его поддержит другой.