▪︎ ЧОНГУК ▪︎
26 августа 2024 г., 20:09
Я вот думаю: ведь, наверняка, человек, который писал этот учебник, старался, вкладывал в него свои бесценные знания, надеясь затолкать их в мою голову. В мою, потому что я теперь этот учебник читал. Точнее, держал в руках, закинув ноги на спинку дивана. Были ли у меня в голове умные мысли? Я до сих пор пытался представить, чем пахнет лакрица, из-за которой у меня обломался секс. Ладно, если бы она сказала, что я пахну нечищеными зубами или горелой пластмассой, но лакрица… Что это? Почему этот умный человек, что писал учебник, не упомянул где-нибудь на полях, почему лакрица перекрыла мне доступ к сексу. Вот та омега пахла для меня ирисками. Это, конечно, не бананы, но тем не менее! Приятно полизать, пососать… Аааа! Зачем альфам придумали гон и то, что они могут пахнуть этой дебильной лакрицей?!
— Сядь нормально. И иди читать в свою комнату.
В глазах потемнело, потому что умный, в отличие от меня учебник, упал мне на лицо, пока я упал в глазах своего старшего брата, ну, судя по тому, как он это сказал. Вообще, мне уже двадцать, но родители почему-то думают, что двенадцать, если разрешили мне жить отдельно только в обществе брата, который постоянно следит за…
— Хо, чем пахнет лакрица?
Я сел, потом встал и прижал учебник к себе — вдруг что-то само впитается?
— Что это?
Вот и он, умный и взрослый, старше меня на пять лет, смотрел с недоумением.
— Я бы не спрашивал, если бы знал. Но Джи сморщила нос, когда я подставил ей шею.
Это было обидно, при том, что она всё это время пускала слюни на мой пресс. У меня там… Один, два, три, четыре, пять… Шесть. Шесть кубиков. Да и вообще… Хотя, для альфы накачаться — это не подвиг. Хотяяя… Вот мой старший брат не любил это дело. И не пах лакрицей.
— Давай, дуй наверх.
Вроде квартира, а этажа было два. Хотя, вряд ли это можно было назвать прям этажом, если к нему просто вела лестница.
— Ты кого-то ждешь?
Брат никогда со мной не делился подробностями своей личной жизни, в отличие от меня, но мне было простительно — я только начинал постигать радость серьезных отношений после того, как у меня окончательно нормализовался естественный цикл. Гон приходил как по часам, а уходил расстроенный, потому что почти всегда я провожал его с членом в ладошке, а не в красивой и вкусной омеге. В которую я влюблюсь с первого взгляда, как полагается романтикам. Ладно, мне пришлось прикрыть глаза на то, что я романтик, иначе я бы до сих пор оставался девственником. Довольствуюсь тем, что мне омега приятна. Во всех отношениях. Колокольчики любви пока не звенели — только у меня в трусах, от недостатка в моей жизни секса.
— Друга.
Хосок плюхнулся в кресло, а потом резко поднялся, когда в дверь постучали.
— Ну, я пошел.
Вероятность того, что мой старший брат ждал в гости вкусную и красивую омегу, с которой при этом дружил, а не… Хотя, может, что для меня вкусно, для него лакрица, кто знает… Но в любом случае, вряд ли там была моя первая и последняя любовь, которую я уже устал ждать. Банан? Я не собирался останавливаться, но ногу поставить на четвертую ступеньку не удалось — слишком запахло бананом. Банановым молочным коктейлем, со льдом. Неужели…
— Проходи, Джинни. Чувствуй себя как дома.
Джинни? Это кто — девочка или мальчик? Мне стоило уйти, но не шлось, и я просто замер. Потом одумался, быстро положил учебник на ступеньку, выпрямился, снова замер и зачем-то поджал плечи. Скорее всего, их стоило расправить, потому что так кубики будут виднее, и я сразу приготовился оправдываться по поводу того, почему ходил по дому полуголым. Привычка. Вдруг бананом пах… Он же сказал, что друга! Значит, там парень. Или мужчина. Или дедушка — я понятия не имел, с кем обычно дружил мой старший братец. Мужчина… Нет, ну в сексе можно было полагаться только на инстинкты, при том, что и с мужчиной можно…
— Это твой брат?
В глазах потемнело, но теперь потому, что я, судя по тому, как заколошматило о ребра сердце, находился на грани сердечного приступа. В гостиной появился красивый парень — что вообще они так долго делали в прихожей?! Вот это плечи… Широченные. И тонкая талия… Он специально заправил футболку вот так, чтобы… А бедра?! Это было что-то за гранью дозволенного, потому что нормальный человек не мог вот так бессовестно сочетать в себе всё лучшее сразу.
— Да. Он самый. — Хоби подозвал меня. — Это Гук.
Блять, лишь бы не споткнуться, но я смотрел только на этого Джинни, который улыбался… А какие губы… И милые щечки, и глаза блестят, и…
— Рот закрой.
Хоби ткнул меня в бок, прошипев это на ухо, чтобы не позорить, а я… Нет, я вообще не был таким уж впечатлительным. Ну красивый, ну… Ну, шея длинная, которая торчала из широких плеч и кончалась маленькой коротко стриженой головой. Кажется, с него писали стандарты красоты. А как он пах?! У меня через десять дней должен был начаться гон, поэтому обострялся нюх (чтобы я успел найти омегу, ага), но не настолько же! Значит… У него тоже скоро должен был начаться гон? Почему он перестал улыбаться?
— Лакрица?
Оно само вырвалось, но я теперь пристальнее вглядывался в своего нового знакомого, который слишком явно удивился. Блять, я идиот.
— Что?
— Я лакрицей пахну? Извини. Я… — Опустил глаза, быстро глянув на член — от такого запаха он вполне мог первым ответить на рукопожатие, особенно через эти тонкие штаны. — Чонгук. Гук. Приятно познакомиться.
— Взаимно, Гук. Я Джин.
А я открыл рот, смотря на то, как он улыбался. Неизвестно, были ли ангелы на самом деле и улыбались ли, но у него точно была ангельская улыбка. Он теперь был весь такой мягкий, уютный, как плед, который обычно усыпляет тебя, стоит только неосторожно взяться одновременно за него и за учебник… И его тонкая рука, тонкое запястье… Он точно был омегой. Он точно был омегой моей мечты. Или нет? Плечи всё же смущали. Нет, омеги тоже были разными! Как и альфы…
— Чонгук…
Джин, вежливо улыбаясь, пытался выдернуть свои пальцы из моих. Его захотелось закинуть на плечо и уволочь к себе в комнату. Всё равно, если не захочет заниматься любовью — можно просто смотреть… глазами и чувствовать носом. Заниматься любовью. Вот и романтик проснулся, под зазвеневшие колокольчики.
— Прости. Хочешь… кофе?
Нужно начинать ухаживать, потому что это лишние очки, если вдруг мой запах ему понравится… ну, не очень. Что там говорил папа? Хорошие омеги любят крутить хвостом, а хорошим альфам это нравится, потому что хороший омега долго выбирает и присматривается, прежде чем полностью открыться. Полностью открыться… Джин уже открывался полностью? Хоби, вроде, не ревновал, хотя… Не было похоже, что я Джину хоть сколько-нибудь понравился. О, он еще и сделал шаг назад, класс.
— Нет, спасибо.
Наверное, там была не лакрица, а что-то отвратительнее.
— Иди в свою комнату.
— Я посижу с вами.
Хороший альфа идет до конца, а я сел на диван и откинулся на спинку, для солидности расставив ноги и разложив руки. Потом одну всё же убрал на колено. А еще чуть позже как будто от скуки взглянул на Джина. Он смотрел на меня без намека на улыбку. Кажется, его глаза были до этого не на моем лице, потому что… Оценивал?
— Я смущаю тебя?
Хотел показать, какой я крутой альфа и добавить в голос брутальности, но этот падла задрожал и выдал, что я волновался. Лишь бы не встал, потому что штаны… Нет, сразу станет понятно, что мне есть, что показать, но вряд ли это прилично при знакомстве — показывать стояк, при том, что меня об этом не просили.
— Нет. У тебя отличное тело, Гук. На него приятно смотреть.
Как запел… Запел так, что у меня уши заложило сладкой ватой, а мозг покрылся глазурью. Его пухлые губы чуть растянулись, как будто он хотел посмеяться надо мной и не хотел обидеть. Хитрый. Точно. Глаза блестели, руки с двух сторон подпирали талию, еще больше подчеркивая умопомрачительные изгибы… Я почувствовал, как у меня загорелись щеки. Как будто я успел перебрать с бананами в его запахе и опьянел.
— Ты омега?
Тупой вопрос и абсолютно бестактный. Особенно при знакомстве, и не потому, что это была секретная информация — опытные альфы всё определяют по запаху. Я не знаю, как это работает, потому что от опытного альфы у меня пока только альфа, но… Я просто хотел убедиться, это же безобидно. И тупо. Но я точно был пьян, поэтому заранее себя простил.
— Нет, Джин. Я же представился.
Я смотрел на него и не мог ничего понять, пока он тоже, кажется, удивлялся. Куда вообще пропал Хоби? У меня резко вспотели ладони, и одну я вытер о спинку, а другую о колено. Сейчас точно встанет. Сразу вспомнился разговор с отцом после того, как у меня случился первый гон, и я чуть не свалился в обморок, пытаясь прикрыть внезапно затвердевший член. Организм адаптируется к новому гормональному фону. Придется потерпеть. Ну, я потерпел уже, что опять…
— Я пойду в свою комнату. Спасибо.
Блять, нужно было сказать Приятно было познакомиться! Или просто Приятно, но Спасибо… Я вскочил и сразу развернулся спиной, пытаясь скрыть то, как на самом деле меня это знакомство впечатлило. И черт меня дернул задержаться на лестнице…
— А где Гук?
— Ушел к себе. Кажется, я его смутил.
— Поосторожнее с ним — у него слишком мало опыта, а ты…
— Омега. Не волнуйся, я не ем детей.
А где вся эта елейность в голосе? Откуда эта нежная издевка и ласковая самонадеянность?! Он реально говорил так, как будто и стелил мягко, и сразу на это мягко укладывал, чтобы потом накрыть подушкой и придушить. И с чего вообще Хоби взял, что у меня слишком мало опыта? Да откуда он вообще может знать, чем я тут занимаюсь, пока он на работе?! А, я же ему всё рассказываю. Ну да. Блять! Детей он не ест… Зато я буду не прочь полакомиться таким… наивным омегой.
* * *
Я честно пытался читать и вникать, но я не мог сосредоточиться. Точнее, мог, но не на учебнике, а на тех словах, что нечаянно услышал. Не ем детей. Слишком мало опыта. В конце концов, когда-то нужно начинать, а мой план был гениален и прост. И с этой уверенностью, перескакивая две ступеньки, я оказался в гостиной. Пустой. Хм… Они в кабинете? Дверь была приоткрыта, но я постучал. — Да. — С тобой мама хочет поговорить. Джин сидел за столом, а Хоби над ним нависал, и судя по их сосредоточенным лицам, они на самом деле работу работали, а не пытались друг другу понравиться. Как вообще брат не мог не замечать его запах? Или это всё из-за того, что запах воспринимается по-разному? Мне почти нос сломал, а его даже не волнует. Класс. — Скажи, что… Хоби выпрямился и посмотрел на Джина, который повернул к нему голову и вдруг нежно улыбнулся. — Иди. Вдруг, что-то важное. — Давай. Брат требовательно протянул руку, я отдал ему телефон и поспешил занять его место. Бананов в воздухе стало чуть меньше, даже на таком близком расстоянии, а я, для эффектности, уперся одной рукой в стол, другую остановив на высокой спинке. Может, у меня случилась галлюцинация? Или этот омега теперь был очень сосредоточен. Когда мы заняты делом, инстинкты и всё природное уступает место разуму. Мозгу, если он, конечно, есть. — Что это? — Проект. — Джин ответил спокойно, также спокойно продолжая щелкать мышкой, пока я даже не пытался вникать в буквы и цифры на экране. — Твой старший брат согласился меня выручить. — Хоби крутой. Я кивнул, пока внутри что-то скребнуло по задетой гордости — если ты альфа, даже своего распрекрасного брата перед омегой лучше не рекламировать. — А ты на кого учишься? Джин неожиданно резко отодвинулся от стола и развернулся ко мне, пока я так и остался с дебильно зависшей в воздухе рукой. Той самой, которая держалась за спинку. — Ты хочешь поговорить обо мне? Чим говорил, что залог успеха — это флирт. Мы чувствуем омег на расстоянии, а у них не такой тонкий нюх, и вот чтобы они получили возможность принюхаться, нужно подобраться как можно ближе, и при этом не спугнуть. Привлечь. Ну, или случайно столкнуться — я предпочитал этот вариант. Но не теперь. — Я уже говорю о тебе, Гук. — Пухлые губы (я не мог перестать на них смотреть) растянулись снисходительно, и теперь прямо на его красивом лбу можно было прочитать Такой маленький и такой неопытный. — Можем поговорить обо мне. — У тебя гон скоро? — Захотелось перейти к делу, но… — Извини, просто я почувствовал твой запах. Очень. Джин смотрел на меня почти равнодушно, хотя я ждал, что он хоть немного смутится. Хотя зачем смущаться ему, если для этого есть я. — Ты хочешь предложить мне свою помощь? Он стал… Смотрел в его глаза и одновременно не его. Они как будто стали глубже, не знаю. Вглядываешься, а тебя затягивает и при этом присыпает сверху бананами, которые, о спасибо, были в кожуре. Скорее всего, омегу мой вопрос разозлил или расстроил, и поэтому запах изменился. И во взгляде появился холод, но было в нем что-то… Холод, который тут же отогревается теплыми ладонями и перестает быть колким. Глаза смотрели холодно, но были теплыми. — Я… — Растерялся. А Джин улыбнулся, прикрыв глаза, как будто считал меня виноватым, но сразу простил. — Ты же не ешь детей. Я всё слышал. Разве у меня есть шанс? — А ты разве ребенок? Он двумя руками сжал подлокотники и подался вперед. Немного выгнулся, немного свел лопатки, и острые ключицы стали заметнее под скромным вырезом футболки. В улыбке появился вызов, но не тот, который покушается на гордость альфы — что-то более игривое и менее болезненное. И его глаза сразу заблестели, когда он прикусил нижнюю губу, а я сглотнул. Почему у него это получилось не пошло, а… Альфа в таких ситуациях теряться не должен. И краснеть, но Джин уже засмеялся. — Ты прелесть. — И вновь он стал пледом. — У меня уже есть приятная компания на этот гон. — Альфа? Всё-таки природа внутри зашевелилась. Всё-таки у меня был шанс, что всё это только от неопытности, да и… Он сейчас вертел хвостом, а я убедился, что мне это нравится. — Разумеется. — Джин вновь откинулся на спинку кресла и закинул ногу на ногу. Длинную ногу на длинную, и по пути он случайно провел ступней по моей щиколотке. И чуть выше — Хоби забыл предложить ему тапки, а я готов был скончаться на месте. Он знал, что делал. Блять, я уверен в этом, потому что он слишком пристально смотрел на меня, как будто чего-то ждал. — Я встречаюсь только с альфами. — Встречаешься с альфами-мужчинами? — Это был прямой вопрос, и я решил максимально уточнить его формулировку, чтобы Джин не смог уйти от ответа, как до этого. — Смотря, по какому поводу — иногда нужно видеться с женщинами. Выкрутился, разумеется, при этом даже растерянно пожав плечами. И сразу как будто заскучал, отвернулся, а потом посмотрел на меня искоса с многообещающей полуулыбкой. Он не вертел хвостом, а водил им у меня под носом, потому что знал, что я не смогу клацнуть зубами. Я мог только кипеть от негодования — даже не знал, как это выплеснуть так, чтобы он принял всё за флирт, а не за угрозы. Но нужно было идти до конца. — Может, дашь мне свой номер телефона? Я выпрямился, засунул руки в карманы и приподнял голову. Ну, чтобы показать, что я не ребенок и вообще, вполне себе уверенный мужчина. Джин встал и поравнялся со мной. Смотрел прямо и, кажется, не разделял мое мнение, что я здесь был главным, потому что альфа. — Гук, ты красивый парень. — Он с нежностью улыбнулся, а я сократился, когда почувствовал на своем животе палец. Палец едва касался, а у меня внутри все скрутилось в узел — к горлу подкатило от волнения. — Очень красивый, но… — Я альфа вообще-то. Я максимально напряг пресс, и палец заскользил дальше, пока Джин задумчиво следил за ним. Палец был всё выше, и я напрягся весь, когда он подобрался к груди — сейчас он случайно (или нет) заденет сосок, и я кончу в трусы у него на глазах. Но нет. Джин мягко сжал мое плечо. — Альфа, разумеется, но не потянешь такого омегу, как я. Не потому что слабый, а потому что неопытный. И в этом нет твоей вины. Он говорил со мной как с ребенком, который капризничал, и которому хотелось отказать так, чтобы не обидеть. Бесит. Я вмиг забыл о смущении. — Пока не попробуешь… — Не знаю, имел ли ты дело с омегами во время гона, но… — Джин, намеренно, точно, пропустил мое замечание, увел глаза и убрал руку, но та не опустилась, а зависла в воздухе — он теперь что-то искал в голове. — Это очень длинная дистанция. С препятствиями. На большой скорости, и тебе нельзя будет выдохнуться раньше меня, а я… очень вынослив. И для меня важно провести гон… качественно. То есть, заниматься сексом пока не надоест. — Красивые губы растянулись в улыбке, виноватой или снисходительной, я не мог разобрать. — Я уверен, что ты встретишь омегу, который или которая будет не такой требовательной и опытной, как я. Договорились? — То есть, чисто теоретически, ты бы мог со мной встречаться? А как же твой альфа? Твоя альфа. Разве так можно? Джин только то и делал, что улыбался. И качал опущенной головой, потирая затылок той самой рукой, что касалась меня. — Пойду, найду Хоби. Он собрался отойти, но я не договорил и поэтому взял его за руку. Это было слишком нагло, и я вполне мог получить за такое по лицу, но Джин только с недоумением посмотрел на меня. Он ведь даже не принюхался. Может, конечно, что-то почувствовал, когда я над ним нависал, изображая альфа-самца, но… Мне нужно было убедиться. — Отпусти. Пожалуйста. Ласка в голосе теперь скрывала раздражение, а я просто перехватил его пальцы и прижал к своей шее, там, где примерно бился пульс. Надавил и чуть потер — запах точно останется. — Вот. — Я отпустил его, а он, кажется, был застигнут врасплох. — Прости, что коснулся тебя, но ты первый начал. Я ждал, что он поднесет руку к носу, хотя бы из любопытства, но он не сделал этого. А потом в комнату вернулся Хоби. — Прости, Джинни — надеюсь, Гук тебя развлек. Старший брат виновато улыбался, и омега, повернувшись к нему, в одно мгновение изменился в лице. Мягкий и уютный, как плед, который теперь накрывал плечи моего брата. Кажется, они на самом деле дружили. Между ними чувствовалась близость и симпатия, но ничего сексуального, точно. — Я пойду. И я пошел. Мне нужен был план, и он созрел очень быстро — у меня не было номера телефона омеги, зато я знал, что они с Хоби работали вместе. Если Хоби помогал ему с проектом, значит, они работали в одном отделе и заканчивали примерно в одно время. И этого было достаточно для того, чтобы начать действовать.* * *
Джин видел меня полуголым, ему понравилось, но теперь нужно было что-то посолиднее. Джинсы, чтобы издалека было видно, как я люблю приседания со штангой, и рубашка, которую я, конечно же, расстегну больше приличного. В конце концов, на улице лето, и я подкатал рукава, чтобы видно было натренированные предплечья. Чем можно было тренировать предплечья? Неустанной дрочкой, когда вены вздувались на лбу, на руках и на несчастном пенисе. Хоби работал в крупном рекламном агентстве, где обычно всегда было много народу. Все ходили туда-сюда, кто слонялся без дела, кто специально перекрывал мне обзор, и я уже не знал, как сильнее вытянуть шею, чтобы ничего не пропустить. Брат предупредил, что задержится, но я решил понадеяться на удачу — возможно, Джину повезло больше, и его рабочий день… Я заметил его. Сразу забыл как дышать и поэтому, как идиот, открыл рот, чтобы не задохнуться. Просто на Джине был костюм, который тааак хорошо на нем сидел… Издевательство. И этот жемчужный цвет, который так хорошо контрастировал с облегающей черной футболкой… Общение с Тэтэ не прошло даром — я уже превратился в художника и уже готов был рисовать с натуры. Голой. — Джин! Я бросился к нему в тот момент, когда омега попрощался с какими-то своими коллегами — я не разглядел, потому что не мог отвести взгляд. Скорее всего, я реально выглядел как идиот, потому что, заметив меня, омега не удивился, а как будто умилился. Я не понимаю, неужели для того, чтобы в тебе видели мужчину, ты должен знать, как долго можешь не кончать?! Или… — Что ты тут делаешь? Теперь стало заметно, что он выглядел устало (мне приходилось принюхиваться), но при этом, кажется, находился в хорошем настроении — расслабленная, нежная улыбка, теплый, чуть прикрытый ресницами взгляд — если он не был рад меня видеть, то как минимум был не против этого. — Ты так и не дал мне номер телефона. Свой. — Гук, мы же выяснили с тобой этот вопрос. Я старательно вслушивался в его голос, пока он деликатно взял меня за локоть и потянул к выходу. Я быстро перегруппировался, и вот уже его талия была в моей руке — она идеально туда помещалась. Он не отшатнулся. Не ускорил шаг и не позвал на помощь. — Ты собираешься меня проводить? Джин остановился и развернулся ко мне — он был невозможно красивым, когда успел немного устать. Сработал инстинкт, и я уже представил, как он лежит у меня на плече, дует губы, жалуясь на то, как устал и как хочет, чтобы его пожалели и размяли, начав с ног. У него были красивые узкие ступни, и… — Гук. База вызывает Гука. Я дернулся, когда почувствовал на своем подбородке пальцы, которые мягко, но всё равно настойчиво привлекли мое внимание. Джин смотрел прямо на меня. Прямо в меня, и от этого взгляда у меня всё внутри переворачивалось. Осторожная и при этом небрежная, необязательная ласка, которая в любой момент могла дополниться игривой улыбкой, очаровательной ухмылкой, после которой прекрасные глаза прикроются и… — Ты так долго ждал меня? Я резко развернулся, потому что от прогремевшего внезапно баса у меня волосы зашевелились на затылке. — Хиро! Джин был всё таким же, только теперь его талией завладела огромная ручища, приделанная к огромной обезьяне метра два ростом. На меня пахнуло сыростью заколоченного подвала, в котором прорвало канализацию. У этого альфы были узкие, злые глаза, которыми он меня буравил. Ха! Такое мне удавалось лучше, чем флирт, поэтому я лишь увереннее расправил плечи. — Познакомься, это Чонгук. Младший брат моего друга. — Хиро. Альфа протянул мне свою огромную ладонь. На вежливость нужно было отвечать вежливостью — так учил отец, поэтому я ее пожал, а потом посмотрел на Джина — ему было любопытно. — Я заказал столик в твоем любимом месте. Ох, как этот альфа заурчал… У меня сахар заскрипел на зубах от того, насколько приторным был этот тон. Он пытался к Джину подлизаться, совершенно точно. А Джин позволил ему нагнуться к своей шее, при этом улыбаясь. Но, кажется, в этой улыбке не было чего-то… горячего. Ему было приятно, но не более. — Мы не договорили. — С кем? Хиро смотрел на меня как на блоху, а я… Что я мог сделать? Взять омегу за руку и отвести в сторону? Джин явно такое не одобрит, при том, что к этому альфе он относился с большей симпатией — этот совсем был не похож на ребенка, да и, судя по всему, кончал как пулемет. — Со мной. — Джин повернул к нему голову. — Я скоро. Ого, а вот это было неожиданно, и я не заметил, как воспрял духом. Я не заметил, а вот Хиро заметил. — Я сам с ним поговорю — я знаю, что ты слишком вежливый для того, чтобы отказать. — Хи… Наверное, Джин собирался что-то сказать, но альфа уже сделал ко мне шаг. Ко мне, который занимался боксом и имел черный пояс по тхэквондо. Я не боялся драк — боялся красивых омег, это правда, но открытого соперничества — никогда. — Тебе нечего здесь ловить. Малыш. Если у омеги снисходительность получалась необидной, то этот гамадрил теперь явно пытался меня унизить, при том, что я и так был на пол головы меньше. — Это ты решил, дядя? Дядя я выделил особенно ядовито — сейчас молодость выигрывала у опыта, и я… О, это был запрещенный прием, но я хотел произвести впечатление и перестал замечать, что мы в приличном месте. Я что-то смахнул с его плеча. По-хорошему, за такое сразу можно получить по роже, потому что альфе на взводе не нужен повод, когда перед ним другой альфа, который его явно провоцирует. Я вошел во вкус, а Хиро перекосило, когда он посмотрел на мою руку. А я ее не убрал — оставил, как будто мы были друзьями. Он сделал ко мне шаг. Это так же избито, как то, что сделал я — нависал, давил авторитетом и запахом, но у меня был нормальный статус, чтобы не упасть в обморок. Он это чувствовал, точно. И стал еще злее. — Хиро, перестань, или мы поссоримся. Я посмотрел на Джина, а тот, кажется, не испытывал никакого удовольствия, наблюдая за нами. Вроде омеги любили, когда из-за них закусывались альфы, но Джин… Мне показалось, что он переживал за меня. Ну конечно, я же слабак, ребенок и вообще ни в чем не опытный! — Я не люблю, когда мне дерзят. Напряжение всё нарастало, и прежде чем я придумал, как на это ответить и довести всё до демонстрации силы (наконец-то достойный соперник), я почувствовал толчок. Точнее, меня резко дернуло в сторону, и по направлению можно было понять, что это был не Хиро. Я понял, что это был не Хиро, когда почувствовал на губах… Так мягко и сладко, что больно. И всё равно, что в нос ударил горьковатый запах банановой кожуры, треснувшей от переспелой мякоти — Джин злился. И при этом прижимал меня к себе, к своим невозможным губам, схватив за затылок. — А такое любишь? Он отступил и смотрел только на Хиро, который теперь не мог понять, что произошло. Наверное, меньше всего он ожидал, что его омега на его глазах поцелует другого альфу, с которым он уже успел влезть в конфликт. Джин спокойно направился к выходу. А Хиро резко и грубо, как мне показалось, схватил его за запястье, дернув к себе. — Руку убрал. Я знал один болевой прием, который сразу же продемонстрировал, выбив из альфы матерное шипение. Это тоже был инстинкт, и я прикрыл собой Джина, который теперь скрывался за моими плечами. Хиро вдыхал и выдыхал как необъезженный жеребец — только что губами не делал как все кони. Он был зол, но почему-то его запах становился тише. Я напрягся, а другой альфа стал заглядывать мне за спину. Я тоже обернулся, и увидел, что омега скрестил на груди руки. — Извини меня, Джин. Мне жаль, что я тебя расстроил, но я готов это исправить. Я даже замер от того, насколько этот свирепый гамадрил… Он в один момент превратился в ручного кота, который, будь он реально котом, сейчас бы виновато разложил по голове уши. Это было… Пиздец! Какую власть должен иметь омега, чтобы альфа вот так послушно сложил перед ним лапки?! — Я подумаю. — Я растерянно посмотрел на недовольного в этот момент Джина, который вытянул ко мне руку. — Дай свой телефон. Всё происходило как в тумане, и если бы теперь омега сказал Отдай мне свою жизнь, я бы тоже не задумывался. Джин что-то набирал, а потом с очаровательной улыбкой вернул телефон мне. — Мой номер. Только не нужно мне звонить. — Когда он повернулся к Хиро, его красивое и до этого расслабленное какими-то нежными эмоциями лицо вмиг стало острее и агрессивнее. — Ты хотел соперничества? Оно должно быть честным. — Как скажешь. Альфа сказал это сквозь зубы, а Джин, вопреки моим ожиданиям, подошел к нему и встал так, что амбалу было легко и просто вновь взять его за талию. Омега потянулся и поцеловал его в щеку, до этого что-то сказав на ухо. А потом повернулся ко мне. Один взгляд — тяжелый, прямой, но слишком короткий, чтобы я мог понять, появился ли у меня шанс или шанс был только у Хиро. Зато у меня был телефон, который я впервые догадался проверить. Он записал новый контакт. Номер, а вместо имени — Вкусно пахнешь. Я… Если бы меня кто-то случайно не пихнул плечом, я бы точно упал в обморок. Неужели, это всё-таки шанс?
