Суицид не выход

После оказания собаке первой помощи, врач вышел к её маленькому хозяину и дал распоряжения по её уходу, а его опекуну, то есть Цзян Чэну, направление на узи почек и печени. На листке с врачебным заключением выделялась жирным шрифтом надпись " Предположительно эпилепсия". Уже в машине Цзинь Лин побольше прочитал про этот диагноз и подумал, что это действительно похоже на то, что происходило с Феей прежде чем произошел её припадок. Он стал сильнее нервничать, когда прочитал, что некоторые хозяева усыпляют питомцев с таким недугом. –Мы же не усыпим Фею?.. –Если твоему отцу не понравится её поведение, я ее заберу и сам позабочусь, а ты будешь навещать. Если у Феи начнется агрессивное поведение, то она запросто может тебе навредить, мне бы и самому этого не хотелось. Цзинь Лин выслушал его, потупив взгляд, и кивнул. Во всяком случае дядя его немного успокоил. Он посмотрел на спящую в переноске Фею и тяжело вздохнул. Её даже гладить запретили! –Другую собаку я не хочу, мне нужна только Фея, – на всякий случай предупредил мальчик. Цзян Чэн вдруг усмехнулся и повернулся к нему с переднего сидения, чтобы потрепать по голове. –А тебе никто и не предлагает. Фея в любом случае останется твоей собакой, – вдруг о чем-то вспомнив, он добавил: – ты хоть ел сегодня что-нибудь? –Ну... Цзян Чэн посмотрел на молчаливого водителя и тот, поняв без слов, завернул к ближайшему супермаркету. *** В какой-то момент из суицидника Лань Сичень превратился в персонального водителя для очень своенравного человека. За весь вечер Цзян Чэн ни разу его не поблагодарил, вместо него это делал его маленький племянник. Зато сам мужчина на всякий случай взял его номер телефона. В обмен за адрес, который Лань Сичень случайно узнал, чтобы подвезти до нужной точки. Оставшись один на один с собой, он ещё некоторое время не сдвинулся с места, оставаясь во дворе довольно дорогого жилого комплекса. Кажется, Цзян Чэн тоже был представителем элиты. Но сейчас Сичень думал не об этом. Он набрал номер телефона своего брата и дождался, пока тот ответит. На удивление, тот ещё не спал, хотя время было достаточно поздним. –Брат, – послышался спокойный голос по ту сторону телефонной линии. –Ванцзи, доброй ночи. Как твои дела? –... Я должен тебя спрашивать об этом. Лань Хуань посмеялся. Разве кто-нибудь когда-нибудь интересовался, каково ему? Он ведь всегда был чище всех и добрее каждого, разве ему может быть плохо? Конечно же нет. –Мы с тобой давно не общались, вот и решил позвонить. Ответишь мне? – доброта его голоса могла согреть любого, однако от голоса младшего брата всегда разило холодом. Сичень хорошо его знал, прекрасно понимал, что и за этим холодом скрывается тепло сердца. Пусть и не каждому дано его ощутить. –У меня всё хорошо, – наконец ответил Ванцзи. Рядом с ним послышался шорох и чей-то очень активный шепот, только слов было не разобрать. –Ты не один, я помешал? –Нет, всё в порядке, – Лань Ванцзи не умел вести праздных разговоров. Не имея подходящей темы, он не знал как подступиться к родному брату, поэтому долгое время молчал, пока у него из рук не выхватили телефон. –Алло? Ваш брат очень о Вас переживает, аж морщится и язык прикусил, – сообщил бодрый голос. – Он удивился, что Вы позвонили, потому что думал, что Вы хотите остаться в покое и уединении, – последнее он еле промямлил. Видимо, Ванцзи зажал ему рот рукой и обратно забрал телефон. – Брат.. Это так. Надеюсь, этот разговор тебе не досаждает. На лице Лань Хуаня застыла нечитаемая улыбка. –Не досаждает. У меня тоже всё в порядке, потому не буду вас отвлекать. –...Мг.. **** Накормив своего племянника наспех приготовленной стряпнёй, Цзян Чэн отправил его спать в отдельную комнату, а сам ушёл на балкон перекурить. Мысли находились в достаточно уравновешенном состоянии. Проанализировав произошедшее за вечер, он справедливо подумал, что не слетел с катушек и не разбился на машине лишь потому что рядом с ним находился оплот спокойствия в лице нового знакомого. И всё же нужно было что-то делать со своей агрессией. Как бы он ее ни выплёскивал на других или на себе самом, запас не истощался. Цзян Чэну порой приходилось резать самого себя, чтобы как-то унять гневную дрожь в руках и огонь в сердце. Просто сходи к психологу, неужели это так сложно? Сложно, когда не способен открывать кому-то свои чувства. Сложно, когда не умеешь их правильно озвучивать. Сложно, когда никому не доверяешь и подсознательно видишь злой умысел практически в каждом человеке. Иногда Цзян Чэну казалось, что он блуждает во тьме, а его грызут тысячи демонов, а весь его гнев – боль от кровоточащих укусов. Цзинь Лин и правда был огоньком света в его жизни, но он настолько сильно боялся его потерять, что проявлялось это не менее нездорово, чем всё его поведение. И что по итогу? Ему было невыносимо мерзко от самого себя. Хотелось биться головой об стены, разбивать в кровь локти о кафель ванной комнаты и кричать в небо: " за что я такое ничтожество?!". Цзян Чэн сам не заметил, как докурил сигарету. Затушив ее, он опустил взгляд на парковку во дворе. Белой машины, на которой он сюда приехал, уже давно не было, зато в кармане смятым лежал листок с номером телефона её водителя. –"Он говорил, что из-за него кто-то умер? Хотел убить себя из-за чувства вины? Или просто чтобы присоединиться к умершему? Какая-то сопливая история", – подумал он, пока доставал новую сигарету. Прошлую он даже не ощутил, поэтому пришлось травить себя снова. – " Что бы я сделал, если бы кто-то умер из-за меня? Наверное, смотря кто... Хотя, даже Вэй Усяня мне бы было немного жаль, да и Цзинь Лин любит проводить с ним время. Но не убивать же себя из-за кого-то ". Поразмышляв немного, Цзян Чэн пришёл к выводу, что его новый знакомый либо очень чувствительный молодой человек, либо беспросветный идиот. Хотя, не исключено, что всё вместе, судя по его дальнейшему поведению. Помывшись и обработав незажившие раны на теле, Цзян Чэн пошёл спать.