Обстоятельства смерти

*Около 6 лет назад* — Мой предварительный диагноз — острый коронарный синдром!* *(п/п: Острый коронарный синдром представляет собой обострение стабильного течения ишемической болезни сердца и клинически проявляются формированием инфаркта миокарда (ИМ), развитием нестабильной стенокардии (НС) или внезапной смерти.) Этот вид экзамена называется OSCE* — особый метод тестирования, хорошо известный большинству студентов-медиков. Хотя многие из них испытывают ужас, как только речь заходит о нем. Экзамен включает несколько ключевых этапов, включающих общие вопросы о: сборе анамнеза пациента, проведении физикального осмотра*, назначении процедур, интерпретации рентгеновских снимков и лабораторных исследований — все это в предельно отведенные сроки для каждой задачи. По истечении отведенного времени для каждого этапа экзамена звучит сигнал в виде звонка, указывающий на завершение текущего этапа и необходимость перехода к следующему. (п/п: OSCE - Объективный структурированный клинический экзамен – представляет собой метод, используемый для оценки клинической компетентности. В основе OSKE лежит комплексная оценка посредством прохождения испытуемыми определенного количества станций, моделирующих различные аспекты профессиональной компетентности. Физикальный осмотр – осмотр пациента, перкуссию (выстукивание), пальпацию, аускультацию (выслушивание)) Многие студенты-медики ненавидят экзамены OSCE, но для меня это самое интересное — гораздо большее, чем вопросы с несколькими вариантами ответов. Излишне говорить, что тест обеспечивает надежную оценку способности студента применять клинические навыки. Как только экзамен окончен, я поспешил взять сумку, оставленную у экзаменатора, скомкал халат и запихнул его внутрь, бегом отправиться к лестнице. Сегодня у меня назначено свидание с Чомпу, студенткой фармацевтического факультета, к которой я пытаюсь подкатить. Она согласилась поужинать со мной сегодня. Нам нужно встретиться у главных ворот в 16:00, но сейчас я опаздываю на полчаса из-за экзамена. Я спустился на первый этаж, где было полно народу, и добираюсь до места назначения длинным и быстрым шагом. За дверью я вижу Чомпу в коротком лабораторном халате. Она смотрит на часы на запястье, как мне кажется, с досадой... И тут я увидел, как появился молодой человек в студенческой форме и заговорил с Чомпу. Мои шаги тут же замедлились, и я остановился. У этого молодого человека было красивое лицо, крепкое телосложение и высокий рост. Он кажется выше, чем я запомнил, но эти острые глаза все еще казались знакомыми, хоть и прошло уже более четырех лет... Тарр! Что он здесь делает?! Чомпу указала налево, Тарр поблагодарил ее легким кивком, прежде чем пойти в направлении, указанном Чомпу. Я долго смотрю, как она следует за ним взглядом, пока не хлопаю ее по плечу сзади. Чомпу немного удивленно оборачивается: — А-ай, Банн! — Извини, я опоздал, только что закончился экзамен. — О да, не волнуйся. Я все понимаю, — Чомпу слегка улыбнулась мне. — Ладно... давай найдем место, где можно перекусить, — я повел Чомпу дальше от входа, но заметил, что, пока мы не вышли из здания, она все время оглядывалась по сторонам. Мы с Чомпу общались еще около недели, но потом постепенно отдалились друг от друга, пока не перестали общаться вовсе. С того дня я больше никогда не видел Тарра... *** В коридоре передо мной темно. Лампочка на потолке вспыхивает, и коридор погружается во мрак. Воздух вокруг с каждой минутой становится все холоднее и холоднее. Мое тело кажется тяжелым и неподвижным. Затем я вижу силуэт мужчины, приближающегося ко мне. В правой руке он держит пистолет, звук его шагов эхом разносится по коридору. Страх проникает в мое сердце. Свет на потолке вновь мигает и освещает лицо таинственного посетителя. Тарр… А потом я почувствовал, что вокруг моей шеи обвилась веревка. Прежде чем я успеваю издать хоть один звук, земля исчезает у меня из-под ног, и я падаю в темноту с петлей на шее… *** …Я проснулся в испуге от громкого звука будильника на мобильном телефоне, быстро откинул одеяло и сел в постели. В комнату струился свет раннего утреннего солнца. Я почувствовал, что мое сердце бьется слишком быстро, что весь мой организм покрыт потом — несмотря на прохладу. Поняв, что это был всего лишь сон, попытался медленно вдохнуть и выдохнуть, затем поднял руку и вытер лицо, стараясь вернуться к реальности. Хотя моя ночь и прошла спокойно, мне все равно приснился кошмар, когда пришло время проснуться. Это было столь реалистично, как будто я видел во сне то нападение, когда мне делали инъекцию в больнице. Но почему Тарр приснился мне именно сейчас? Я выключил будильник и поднялся с постели. После завершения утренних процедур в ванной, я обмотал полотенце вокруг бедер, готовясь покинуть помещение. Пройдя сквозь утреннюю прохладу, я направился к шкафу. Внезапно раздался звук открывающейся двери гостевой спальни... — Оиии! — воскликнул я и оперативно прикрыл себя дверцей шкафа. Благо, шкаф стоял под углом к двери, что позволило мне полностью скрыться за дверцей. — Прости! — голос Тана звучит громче, а я схватил с полки футболку и надел на себя. — Я знаю, что этот дом принадлежит тебе, но в следующий раз постучи, пожалуйста! — Мне действительно жаль. Я хотел сказать тебе, что завтрак уже готов. Не забудь спуститься и поесть. — Спасибо, но… ты можешь уйти? Я оденусь. — Конечно-конечно... Я услышал, как закрылась дверь. Украдкой выглянул за дверцу шкафа, чтобы убедиться, что Тана нет в комнате. Я смог переодеться в мгновение ока. Схватил пистолет, который оставил перед сном в изголовье кровати, положил его в сумку и направился вниз. До моих ноздрей донесся знакомый запах еды. Я подошел к обеденному столу, расположенному в центре кухни. И когда я увидел блюда, то сразу понял, почему запах показался таким знакомым. — Рисовая каша из 7-Eleven?* — я посмотрел на Тана, который наливал в миску разогретую в микроволновке кашу. *(п/п: Крупнейшая сеть небольших магазинов) — У меня нет таланта к кулинарии; я умею только пользоваться микроволновой печью, — сказал Тан, ставя на стол две миски с рисовой кашей. Неудивительно, что его кухня выглядит просто безупречно. К счастью для него, я не придирчив. Мы вместе сели за стол и начали завтракать: — Только не говори мне, что питаешься только полуфабрикатами? — спросил я. — Я не ем их часто. Обычно я ем вне дома, где-нибудь в кафе или ресторане либо беру что-нибудь на местном рынке неподалеку… Но сегодня в моих шкафах пусто. Рынок, должно быть, совсем небольшой, раз находится так близко к его дому. — Ты же поранил рот. Почему ешь что-то настолько горячее? — удивился я, обратив внимание на то, с каким усилием мужчина пытается проглотить злосчастную кашу. Я смотрел на молодого человека передо мной... Его манера держаться передо мной была воистину восхитительно милой... Будто он — мой младший братик, только со взрослым телом. — Здесь все равно больше ничего нет, кроме этого, — Танн кладет ложку в миску, как будто уже отказался от попытки ее съесть. – Не нужно смотреть на меня с такой жалостью. Я качаю головой и возвращаюсь к еде, в то время как Тан просто продолжает смотреть на свою еду, от которой валит горячий густой пар, как будто так она быстрее остынет. — Ты собираешься пойти на работу, не так ли? — Да. — Ты хочешь, чтобы я отвез тебя туда? — Не заморачивайтесь, — быстро ответил я. – Со мной все будет в порядке. Разве у тебя нет других дел, кроме как отвезти меня туда? — Есть. Но мои занятия начинаются только после того как у школьников закончатся уроки, а еще мне хотелось посетить храм рядом с больницей. Кроме того, это для твоей же безопасности. Хорошо? Некоторое время я молчал, потом закрыл глаза и фыркнул: — Делайте, что хотите. — Знаешь, — Танн кладет подбородок на руки и смотрит на меня. — Ты редко улыбаешься, доктор. Я взглянул на Тана: — Двое моих друзей пропали без вести, и на меня дважды нападали в моем собственном доме. Сомневаюсь, что кто-то сможет улыбаться после всего этого… *** В конце концов Танн получил то, что хотел — стать моим водителем. Я прошу его высадить меня перед отделением неотложной помощи. Затем я поспешно вылез из машины и вошел внутрь. Первое, что я увидел, войдя в приемный покой, была Фай, которая стояла рядом с кроватью пациента и изучала его карту. — Фай!!! — я выкрикиваю ее имя так громко, что все взгляды людей в приемном покое обращены на меня. Фай обернулась, посмотрела на меня и широко улыбнулась. В этот момент мне показалось, что весь мир мгновенно озарился светом. Я бросаюсь к ней, беру ее за плечи, смотрю на нее с облегчением. – Где... где ты была вчера? Почему мы не могли связаться с тобой?!? На лице Фай появилось неловкое выражение, когда она услышала мои слова. — Э..э..э... Очевидно, она не хотела мне говорить. Из моих уст вырвался глубокий вздох. Я никогда не испытывал такого облегчения с тех пор, как родился. Я действительно хочу знать, что случилось с ней вчера - что бы это ни было, это может помочь мне в моем расследовании. — У тебя есть что-то, что ты хочешь мне сказать? Только сейчас осознал, что моё поведение некорректно. Она на работе, в окружении пациентов, а я пытаюсь заставить её делиться информацией, которую она не желает раскрывать. Я немедленно извинился перед её пациентом, заверив, что мы поговорим позже и что я рад её возвращению. Я отвернулся, но Фай потянула меня за свитер: — Подождите... можем поговорить попозже, в полдень? Я киваю: — Конечно, я подойду. Я направился в кабинет судебной экспертизы. Медсестры из приемного покоя смотрят мне в след и шушукаются, провожая взглядами. Я стараюсь игнорировать их, пока иду в кабинет. Сажусь за стол с Пи'Тик, медсестрой, заведующей моим отделением, последовавшей за мной в кабинет. — Прошлая ночь была действительно страшно нервной, не так ли, доктор Банн? — спросила Пи'Тик. — Это точно. Когда вернулась Фай? Пи'Тик что-нибудь известно об этом? — Дежурная медсестра вчера сказала, что доктор Фай позвонила в отделение неотложной помощи около 11 вечера. Она извинилась за отсутствие, у нее возникли какие-то проблемы в последнюю минуту. Но я больше ничего не знаю. Она сказала, что ее не будет только в этот день и что она вернется на дежурство сегодня утром. Медсестра, которая приняла ее звонок, пожаловалась, что Фай хотела связаться с вами, но не смогла дозвониться. Номер моего телефона, который имелся в отделении неотложной помощи, это номер того телефона, который был украден... — Спасибо, Пи'Тик, я понял... Пи'Тик посмотрела на меня, скрестив руки на груди: — Доктор Банн, могу ли я поговорить с вами свободно? — Да? — я поднял голову и с любопытством посмотрел на медсестру, которая бросила на меня гневный взгляд. — Доктор Банн вы знает, что о вас говорят медсестры? Думаю, что знаю… да... — Я не хочу, чтобы такая милая девушка, как доктор Фай, попала в объятия такого мужчины, как ты. Мы с Пи'Тик были весьма близки, но никогда не обсуждали личные дела. Она впервые столь откровенно высказалась о подобных вещах. — В прошлом году вы встречались с Кай очень короткое время, а после этого снова пошли на охоту. Если вы не ищете серьезных отношений, оставьте доктора Фай в покое, пожалуйста. — Ах... — я поднял руки и потер виски. Почему, Кай никому не сказала, что это она рассталась со мной... — Я не собираюсь обманывать Фай... И у меня нет по отношению к ней серьезных намерений. Теперь Пи'Тик довольна? Пи'Тик счастливо улыбнулась: — Примите свою судьбу, раз уж вы решили стать Казановой. Если я снова увижу тебя рядом с доктором Фай, я вас отшлепаю, – затем она протянула мне карты пациентов. — Не хотите ли принять первого пациента? *** …Чтобы избежать угрозы со стороны сестры Пи'Тик, в полдень я попросил одного из сотрудников передать Фай, что буду ожидать ее в лапшичной напротив больницы. Я хочу знать, что с ней случилось вчера. Лицо миниатюрной девушки, сидящей напротив меня, выглядело бледнее обычного. Закончив заказывать еду, я начал разговор: — Что случилось с тобой, Фай? Ее плечи резко опустились, на лице появилось выражение ужаса: — Вчера в полдень ко мне домой пришли четверо подростков. В тот момент, когда я, не посмотрев кто там, открыла дверь, они ворвались внутрь... — она глубоко вздохнула и продолжила. — Они забрали мой телефон и бумажник, а затем позвонили моему старшему брату. Мой брат как оказалось задолжал людям, ростовщикам... несколько сотен тысяч... А с процентами долг вырос до миллиона бат... Они сказали ему выплатить долг, а до тех пор держали меня в заложниках. Мои брови хмурятся, когда я слушаю историю Фай. — Фай* давно знала, что ее брат задолжал крупную сумму людям, занимающимся незаконным оборотом денег. Однако кредиторы ни разу до этого не беспокоили Фай. Почему Фай не пришла вчера на работу?... Эти люди отключили телефон Фай и держали ее до трех часов, пока им не сообщили, что их босс получил деньги от брата Фай. После этого они покинули дом Фай, унесши с собой телефон и сумку. Фай попыталась позвонить Пи', но, вероятно, Пи' не желал, чтобы его кто-то преследовал... (п/п: Фай начала говорить о себе в третьем лице. Это очень распространенное явление в Тайланде, люди часто говорят о себе в третьем лице) — Фай уже заявила об этом в полицию? — спросил я. — Полиция уже приняла мои показания, и я составила фоторобот на каждого из них. Офицеры сказали мне, что подростки были частью той же банды, которая нападает на байкеров по ночам. Они их будут искать. Подростки устраивают засаду на мотоциклистов по ночам?... Эти молодые люди работали на кредиторов, которым задолжал брат Фай... Некто, также внезапно, приказал задержать Фай, хотя раньше он никогда не беспокоил ее... В этом деле все выглядело как-то... не так: Фай исчезла через день после того, как я рассказал Тану о Джанеджире. Но они лишь временно заперли ее в доме, а не похитили, как Пэда. Но почему? Я не знаю, связаны ли эти инциденты. Но, мне кажется, я начинаю складывать кусочки головоломки вместе… — А Фай знает, кому задолжал ее брат? Фай покачала головой: — Я не знаю. Но, скорее всего, он довольно влиятельный человек. Я откидываюсь на спинку стула, пытаясь привести в порядок свои мысли. Мне нужно подумать о следующем шаге. Одно можно сказать наверняка: я собираюсь ввязаться в дело в котором замешаны самые разные люди, от полиции до уличных головорезов. Соравит, парень, торгующий сладостями и пришедший ко мне на консультацию... похоже тоже встречал их… Думаю, пришло время заказать еще немного этих сладких булочек...