Обстоятельства смерти

Соравит открыл дверь смотрового кабинета с загадочной улыбкой на лице. Он все еще был одет в школьную форму, белую рубашку с коротким рукавом и шорты цвета хаки. В руках парень держал пакеты с десертом Кхао Том в еще большем количестве, нежели в прошлый раз. Скрестив ноги и руки, я сидел на стуле и ожидал его. — Здравствуйте, доктор, — Соравит поднял руки, чтобы сделать мне «вай». Я также поприветствовал его. — Уже закончились уроки в школе? Ты быстро приехал. — спросил я, улыбаясь и поглядывая на парнишку. Соравит поднял руку и застенчиво почесал затылок. — Да. Я заехал за Кхао Том Мад, который вы заказали сразу после занятий. Я посмотрел на пакеты с десертом: — Я не заказывал так много. — Ээээ... это добавка. Мама сказала, что это акция «Купи один - получи второй бесплатно», — ответил Соравит, хоть и запнулся при ответе. — Неужели? А я думал, что просто нравлюсь тебе, поэтому ты таким способом решил поухаживать за мной, — сказал я, продолжая улыбаться. Слегка розоватое лицо молодого северянина сразу же становится ярко-красным: — Д-д... доктор... — Как насчет того, чтобы положить свою сумку, чтобы мы могли немного поговорить, — я указал на стул перед собой. Соравит застенчиво идет вперед и садится, ставя свою сумку на стол рядом. — Как дела? Твои раны все еще болят? — я взял Соравита за руки, и осмотрел его раны, которые уже начали подсыхать. — Н... нет, уже нет... — его щеки все еще красные. — Хм, тем лучше, — я осмотрел те самые синяки, возникшие от удара возможно железного прутка. — Могу я тебя кое, о чем спросить? Ты знаешь людей, которые избили тебя в тот день? Молодой человек сделал задумчивое лицо: — Я догадываюсь, кто бы это мог быть, но я не могу сказать, кто именно ударил. Я выпрямился, услышав, как Соравит говорит, что знает их, но не хочет никому говорить из страха. — Ты можешь сказать мне, кто это был? — Я знаю одного из них. Он младший в моей школе. Он хулиган и близок к отчислению. Он редко приходит на занятия и все такое. Но остальных я не знаю. — Не в курсе, на кого они работают? — кивнул я. — Я имею в виду: кто их босс? Соравит покачал головой: — Я не знаю. Но они, вероятно, так делают, потому что люди их боятся. Один из моих друзей сказал мне, что даже полиция ничего не предпринимает, что бы они ни делали и всегда их отпускают. — Оох, даже так... Это прискорбно... Сочувствую местным жителям, ведь я и сам стал жертвой преступников. Тебе следует быть осторожным, Соравит, — я протянул руку, чтобы коснуться бедра мальчика, — Если ты узнаешь что-нибудь еще, ты должен рассказать мне об этом. Как ты уже знаешь, я столкнулся с множеством подобных случаев. Поэтому я обязан предупредить своих пациентов, я хочу, чтобы они были в безопасности. Соравит отвечает мне широкой улыбкой, он выглядит счастливым: — Конечно, я спрошу своих друзей, знают ли они что-нибудь еще. *** Когда я собрался выходить из приемного покоя, часы показывали без пятнадцати пять вечера. Как только я вышел, то увидел, что мой водитель уже ожидал меня перед больницей на скамейке. Высокая фигура в черной рубашке поднялась ко мне на встречу. — Почему ты сегодня работаешь так поздно? — спросил Тан, пытаясь обнять меня за плечи. — Пойдем к машине. Я делаю шаг вперед, спасаясь от его длинных рук, падающих на пустое место: — В это время я обычно заканчиваю. Но если тебя это беспокоит, в следующий раз я могу поехать домой один. Тан спешит меня догнать: — Я думал, ты заканчиваешь в 16:00, а у меня урок начинается в 17:00, я опаздываю. Тан поднял руку, чтобы посмотреть на свои часы, и я заметил, что часы Тана — это умные часы. Похоже, у этого мужчины есть деньги на покупку любых ненужных вещей. — Ты хочешь, чтобы я отвез тебя обратно? Или ты хочешь пойти со мной в учебный центр? — Если я поеду с тобой, где мне ждать? — тут же переспросил я. — Мой офис расположен наверху. Ты можешь заняться своими делами и подождать меня там. Мы с Таном подошли к его машине, которая блокировала чей-то автомобиль: — Я знаю, что ты не хочешь оставаться один. Сказанное Таном было правдой. В последнее время я пытаюсь как можно больше избегать одиночества. Тан отпер дверцу машины и … открыл дверь для меня... Я посмотрел на его действия и нахмурился: — Тан, нам нужно поговорить об этом... Тан жестом предлагает мне сесть в машину: — После вас, доктор. Внутри мы можем говорить, о чем угодно. Я неохотно сел в машину, а он открыл и закрыл за мной дверцу. Затем Тан обошел машину и занял водительское место. Мужчина заводит машину и выезжает с парковки. — Так, о чем ты хочешь со мной поговорить? Я посмотрел на Тана: — Ты натурал, не так ли? Тан озадаченно поворачивается ко мне, на его лице мелькает смущение, а затем он поспешно переводит взгляд опять на дорогу: — Конечно, я натурал. Что это за вопрос? — Гетеросексуальный мужчина не держит за руку, не обнимает, не прикасается и не открывает дверь другому мужчине. Тан широко улыбается мне: — Разве мне нельзя это делать? — Или ты так относишься ко всем мужчинам? Кто-нибудь когда-нибудь спрашивал тебя, гей ли ты? — я начинаю забрасывать его вопросами. — Я не делаю это для всех. Я просто хотел сделать это для тебя, — четко сказал Тан. – Я не гей, мне нравятся девушки. Почему его действия всегда противоречат его словам?... — Если это так, перестань относиться ко мне так же, как ты относишься к женщинам. Мне это не нравится! — Напомни мне не делать этого, когда я зайду слишком далеко в следующий раз. Потому что иногда я не осознаю этого, я просто следую своим инстинктам. Никогда в жизни мне не хотелось так сильно ударить человека по лицу… — Что сделано, то сделано. В следующий раз, когда ты это сделаешь, я непременно выскажу тебе всё, что думаю по этому поводу. Тан усмехнулся: — Бесполезно! В любом случае, ты застрял со мной, — Тан остановил машину на красном сигнале светофора и вздохнул. — Сегодня я вообще не занимался поисками убийцы. Я не знаю, с чего начать. Я думаю, что лучше всего подумать об этом вместе. У тебя появилась какая-нибудь новая информация? — Да... — я выглянул в окно, — У меня есть зацепка. Мы поговорим об этом после занятий. — Хорошо. Тан припарковал машину на обочине, недалеко от двери учебного центра. Я смотрю на подростков, снующих туда-сюда, что указывает на популярность этого места. а затем поворачиваю голову к человеку, который владеет этим бизнесом: — Как ты смог завлечь всех этих детей? — Я ничего не сделал. Все они приходят ко мне из-за несовершенства тайской системы образования. Я один из первого поколения студентов, сдавших вступительный тест в Таиланде. Я понимаю, через что придется пройти этим детям, — Тан заглушил двигатель машины. — Доктор ведь сдавал сразу вступительный экзамен, верно? Такой счастливчик...* *(п/п: Имеется в виду что Банн сдавал только вступительный экзамен, а Тан, спустя некоторое время, уже сдавал как выпускной, так и вступительный) Я протянул руку, чтобы открыть дверь автомобиля: — Да, так что имейте в виду, что я старше вас. Прояви ко мне немного больше уважения. Я должен узнать больше о его прошлом на случай, кто знает, может быть, я найду что-нибудь интересное. — Ты ведь окончил биохимический факультет с отличием, верно? Тогда почему ты решил открыть этот учебный центр? Почему бы тебе не поступить в магистратуру, не опубликовать исследования или не стать профессором университета? — Я хотел вернуться на родину. Я должен заботиться о своей матери. Мать?... Вообще-то, я помню, как Тан говорил, что его мама иногда приходит к нему домой... Тан вышел из машины, потому что теперь он спешил начать свой урок: — Давай продолжим эту беседу позже. У нас будет много времени для общения, но мне пора идти на урок. Поднимайся на третий этаж, белая дверь справа — мой кабинет. Ты можешь использовать его, и если хочешь покопаться в моих вещах, верни все на место, когда закончишь. Он прав, я определенно собираюсь покопаться в его вещах. Думаю, мне не следует недооценивать интеллект Тана. Он конечно, умен, и это делает его еще более подозрительным. Однако, я решил пока ему доверять, но мне нужно помнить, что существует вероятность того, что он мог быть причастен к смерти Джанеджиры… *** Я занял место за аккуратным и чистым письменным столом, который был скромно обставлен учителем Таном. Сам кабинет был просторным и пустым, не отличаясь от обстановки дома хозяина. Документы были аккуратно организованы и расставлены в алфавитном порядке. Напротив стола стоял черный диван и журнальный столик. Этого было достаточно, чтобы сделать выводы о чистоплотности и аккуратности хозяина. Затем я повернулся, чтобы рассмотреть содержимое стола. Там я увидел диплом выдающегося студента господина Вирапона Йадсунныана, фотографии с церемонии награждения и его фотографии с учениками, посещавшими его образовательный центр. Однако ничего не нашел, что могло бы раскрыть мне прошлое учителя Тана. Теперь, учитывая, что Тан знает о моем расследовании, мне придется тщательно изучить его вещи. Я открыл ящик и начал осмотр, но там обнаружил лишь канцелярские принадлежности, школьный учебник и книгу по биологии и химии, написанную самим профессором Таном. Внезапно зазвонил мой телефон, я извлек его из кармана и посмотрел на экран: «Капитан Эм». — Да, капитан Эм, — я быстро ответил на звонок. — [Доктор Банн, как у вас дела?] — глубокий и сильный голос капитана полиции становился все громче. Я знал, что он позвонил не из праздного любопытства, а явно по конкретному вопросу. — [Я звоню, чтобы спросить, что там с отчетом о вскрытии тела госпажи Джанеджиры. Вы сделаете все вовремя или продлить сроки?] — Все будет готово вовремя. Я должен предоставить отчет в течение семи дней. — [Хорошо. Итак, относительно заявления доктора о госпоже Джанеджире, которая, как он утверждает, была убита... Вы до сих пор настаиваете на этом? Потому что я не обнаружил ничего, что бы указывало на присутствие кого-либо еще в доме госпожи Джанеджиры в ту ночь. Нет признаков борьбы, нет следов взлома. Никто не замечал подозрительных лиц в здании, и система видеонаблюдения в нем уже давно не функционирует.] Камеры не работали?? Я хмыкнул, услышав это заявление. Не уверен, услышал ли это капитан. — Правда? Почему я не удивлен? — [Что вы имеете в виду, доктор Банн? Каковы результаты анализов крови? Наркотики, токсичные вещества, химикаты? Есть ли у нас какие-либо доказательства, указывающие на причину смерти?] — Все результаты оказались отрицательными, передозировки нет, — я немного помолчал. — Пи'Эм... — [Да?] — Я думал об этом… о моих подозрениях, что Джанеджиру задушили… Возможно, я неправильно истолковал. — [Что?] — капитан Эм казался удивленным. — [Тогда каким будет заключение?] — Она могла… действительно покончить жизнь самоубийством, — я потрясен словами, которые вылетают из моих уст. Это первый раз, когда я солгал офицеру по телефону. — Когда она умирала, Джейн, должно быть, так сильно билась в конвульсиях, что это серьезно травмировало ее горло. — [Ох, черт! Доктор Банн, я доверял вашему суждению, поэтому я собрал эту чёртову следственную группу...] — я слышу, как он фыркает, он очень раздражен. — [Ну тогда не забудь указать это в своем отчете. Надеюсь, проблем не будет]. — Да... — тихо ответил я, и капитан Эм повесил трубку. Почему это оказалось так просто? Капитан вообще не чувствует, что что-то не так? Ничего? Или это тоже часть этого заговора? Я иду по пути, проложенному преступником. Пути, вынуждающему меня написать отчет о том, что Джейн покончила с собой.... Я устало растягиваюсь на стуле. Я закрываю глаза. На мгновение я чувствую себя утомленным, прежде чем наклониться, чтобы взять сумку и положить ее на колени. Я достаю лист бумаги и кладу его на стол Тана. ...Документ с официальной эмблемой Гаруды* в заголовке, а ниже строки, указывающие на адресата: «Управление Королевской тайской полиции. ОТЧЕТ О ВСКРЫТИИ». * (п/п: Гаруда – герб Тайланда – это полубог-полуптица. Птица с человеческим телом на национальной эмблеме Таиланда отражает ведущую религию королевства — буддизм, а также символизирует королевскую семью и власть. Само полубожество прописано очень тщательно, вплоть до когтей на пальцах рук. Глаза, клюв, спрятанный красный язык – все детально прорисовано. Полуптица яркая и любопытная, но само изображение немного жутковато выглядит для европейца, далёкого от тайской культуры. Тайцами же это божество очень чтимо и украшает королевский штандарт и скипетр, а право использовать на фирменных бланках это существо даётся не каждому).