Обстоятельства смерти

Flashback 2:30 утра, 11 декабря... В это время я как раз дотащил бессознательного Маноте до кровати, Паэ, другой мой приятель, волок Бэнка, который в таком же пьяном состоянии нес околесицу на всю комнату. — Эти сумасшедшие пили как не в себя... Они что, вообще не думают о своей жизни? — Паэ положил Бэнка на кровать рядом с Маноте. — Ну вот они еще и полностью заняли мою кровать. Думаю, было бы просто здорово, если бы мы устроили их поудобнее, будто они обнимают друг друга, а потом запечатлели бы эту картину! Я расхохотался: — Боже мой, нет! Пощади их! Мне будет жаль их жен! Я тоже немного пьян, я начал чувствовать, что комната качается. Мне нужно присесть на пару минут... Я сел на пол возле кровати и прикрыл глаза. Сколько времени прошло с тех пор, как я в последний раз столько пил? Паэ, который оказался самым стойким из нас и соображал лучше всех, подошел и сел рядом со мной. — У нас не было возможности поболтать, пока мы напивались. Как твои дела?? — спросил Паэ. Я снова открываю глаза и поворачиваюсь к мужчине рядом со мной. Паэ довольно миловидный мужчина, высокий, стройный, с волосами до плеч... — Все в порядке...... Занимаюсь преподаванием. Моя школа хорошо развивается. У меня много учеников, — я подтянул к себе одно колено. — А как насчет тебя, Паэ? — Все еще в поисках. Когда я ушел с работы в Бангкоке, я не знал, что делать дальше.... Подумал, что лучше мне вернуться домой. И вот я здесь, и как раз в подходящее время: свадьба Джека, — Паэ поднял руку и поправил волосы за ухом. В моем нынешнем пьяном состоянии его жест показался мне слишком милый, чтобы я мог устоять. Я приблизил лицо к Паэ, и он поспешно поднял руку, останавливая меня: — Оиии!... Тан! Успокойся, чувак! Я отступаю вопреки своим желаниям. Паэ вздохнул с облегчением: — Я так понимаю, что у тебя до сих пор нет парня? Я покачал головой: — Пока нет. Паэ тихонько рассмеялся: — А у меня есть. Так что извини, дружище! — Паэ протянул руку и похлопал меня по плечу. — Не грусти. Не знаю, как описать то чувство, которое возникло у меня при подобной новости. Но я определенно не расстроился, узнав об этом: — Кто он? — Начальник отдела на моем старом месте, — Паэ достал свой телефон и открыл его. — Очень милый. Он меня балует. В тот день, когда он узнал, что я собираюсь уволится, он позвонил мне и плакал... Он протягивает мне телефон, и я вижу его фотографию с мужчиной. На обоих были деловые костюмы и парные значки: «Мы все еще вместе!» — Оо... – единственное, что я простонал. Вероятно, Паэ рассмешила моя реакция. Он улыбнулся, покачал головой и убрал телефон обратно в карман. — Напомни мне, почему мы раньше не встречались?? — Это... — я уставился в пол, чувствуя себя неуверенно. — Я тоже не знаю, почему. — Наверное, это к лучшему. Это просто доказывает, что мы изначально не подходили друг к другу. Мы не сможем быть вместе несмотря ни на что. В противном случае мы бы не смогли остаться друзьями, верно? — Паэ встал. — Тан можешь спать на диване. А я лягу в другой комнате. Я принесу тебе подушку и одеяло. Я кивнул. Я мог бы просто лечь на пол прямо тут, но моему другу, хозяину дома, это может не понравиться. Я встаю и пошатываясь иду в гостиную. ...Я растягиваюсь на диване, прежде чем заснуть, осознаю, что совершенно забыл позвонить кому-то по имени Нэт. Но я чувствовал, что это задание не было таким уж срочным, поэтому решил подождать и позвонить ей потом, сразу, как проснусь. Я уснул еще до того, как Паэ принес мне одеяло. *** Звонок телефона, прозвучавший неожиданно громко, заставил меня резко открыть глаза. Солнце давно встало, и комната была ярко освещена. Мне жарко. Я откинул одеяло и поспешил достать телефон из кармана толстовки. — Да? [— Ты где?!] Громкий голос заставил меня моментально проснуться. Я понял, что так и не выполнил поручение Пэда и не позвонил Нэт... — У друга дома... — я поднял руку и помассировал висок. — Что-то произошло? [— Тан… Что мне делать...] Я почувствовал, что голос говорящего изменился: теперь он звучал неуверенно и был полон растерянности и тревоги. — Что делать?!... – я рычу в трубку. — Брат, успокойся сначала. Объясни, что случилось? [...это был несчастный случай...] Чем больше я его слушаю, тем меньше понимаю причину его звонка... — Что ты сделал? [—Я случайно задушил Джанеджиру, она мертва ......] Мне требуется пара секунд, чтобы разобрать каждый слог, который он только что произнес. Как только до меня доходит, я ощущаю панику: — ЧТО?! [— Ээ... я случайно убил Джейн…] — голос звучал встревоженно... — [Я вспылил… Я не должен был...] — Дерьмо! Пэд!!! Какого черта ты творишь?!?! — закричал я. [—Ты не имеешь права мне это говорить! Иди сюда и помоги придумать, что делать дальше. Ты должен меня отмазать!] — А что тут еще можно делать?... Мы должны немедленно позвонить в полицию... — пробормотал я и выбежал из дома Паэ, чтобы никто не услышал этот разговор. — Почему ты убил Джейн? Разве это не та девушка, о которой брат заботился больше всего? Я присматривал за ней, оберегал ее для тебя все, как ты приказал. Но брат как ты мог убить ее вот так?!... — я поднял руку и снова помассировал переносицу. — Черт возьми... скажи мне, почему?! [— Джейн была вздорной и позволила себе лишнее, поэтому я разозлился...] — его голос дрожит от ярости. — [Не смей меня допрашивать! Если ты не поможешь, я обращусь к Пору]. — Пэд, тогда ты не собираешься сдаваться? Ты собираешься скрываться? Впервые мне пришлось иметь дело с убийством, совершенным членом семьи. Подобный инцидент уже происходил, когда я только переехал к отцу. Дядя Ид, старший брат моего отца, застрелил должника и спрятал его тело. Подробностей не помню, но знаю, что ему это очень легко сошло с рук. [— Как я могу быть арестован? Ты забыл, кто я?!] Заявление о том, что уважаемый прокурор убил женщину, мгновенно попадет в топ новостей и будет обсуждаться на общенациональном уровне, однозначно... — Пэд, это неправильно. Я не знаю, как вытащить тебя из этого… Чтобы сделать все по-тихому, пожалуй, тебе придется обратиться к Пору и поступить, как он скажет. [— Ты бесполезный кусок дерьма... Я перезвоню тебе после того, как переговорю с Пором, и скажу, что делать,] — Пэд бросил трубку. Я смотрю на небо, моя рука крепко сжимает телефон. Мы с Джейн познакомились друг с другом, когда я преподавал ученикам средней школы, где она работала. Мы не были очень близки, пока она не стала одной из женщин Пэда. Он попросил меня позаботиться о ней. Я стал часто появляться рядом, забирать ее с работы, и все посчитали, что мы встречаемся. Джейн очень любила брата... Она сказала мне, что он был первым мужчиной, который сделал ее счастливой. Но я не мог сказать ей, каким человеком он был на самом деле. И однажды Джейн узнала, что она не единственная девушка в его жизни. Нет необходимости говорить, что произошло дальше. Все рухнуло из-за его блядства! *** Я решил сперва попрощаться с Паэ, который в данный момент готовил кофе для своих друзей: я крепко обнял его и вышел из дома. После этого направился прямо к своему дому, который находился в центре города. Нам придется многое обсудить и, затем мне будет отдан приказ. После тщательного анализа и оценки произошедшего стало ясно, что ситуация стала крайне серьезной. Возможно, я не смогу справиться с этим и придется принять рискованное решение... и, возможно, оказаться в тюрьме. В таком случае мне придется с мамой искать способы скрыться. По возвращении домой первым делом позвонил по номеру Джейн. К сожалению, никто не ответил. Никто, кроме одного человека, который задушил ее, не знал, что произошло с Джанеджирой. От охватившего меня волнения я даже не мог усидеть на месте. Что делать дальше? Я не желаю иметь дело с этим! Но убежать от этой ситуации мне не удастся... Прошло полчаса, и только тогда мне перезвонил брат — я поспешил взять трубку. — Ну что брат? Где ты сейчас? [—Я буду у тебя дома через пять минут,] — я заметил, что голос моего старшего брата дрожит. Он явно пребывал в состоянии шока. — [Я хочу, чтобы ты сделал кое-что для меня. Мы поговорим об этом позже.] Я глубоко вздыхаю и готовлюсь морально к тому, что мне предстоит: — Тогда увидимся. Через пять минут послышался шум паркующейся возле моего дома машины. Я открыл дверь и увидел белый европейский автомобиль, перекрывший ворота. Из него вышел элегантный мужчина, который мрачно смотрел на меня. Пэд молча вошел в мой дом, а я оставил дверь открытой. Он подошел к дивану и упал на него в изнеможении. Я сел на соседний диван и взглянул на старшего брата, который качал ногой в попытке успокоиться. Я уставился на него: — Можешь объяснить…? — Я не хочу ничего объяснять. Что сделано, то сделано. Мы должны смотреть в будущее, — закрыв глаза, Пэд поднял руку и начал грызть ногти, словно пытаясь охладить свой разум. — Почему ты убил Джейн?? — я повысил тон голоса. — Я уже сказал, что не хочу говорить об этом! Он повышает голос, заставляя меня замолчать, несмотря на все мое желание узнать причину его крайне бесчеловечного поступка. — Значит, так... У Джейн было затяжное депрессивное расстройство, проявления которого только усиливались. Это ведь могло привести к самоубийству, верно, да? После того, как понял, что Джейн мертва, я устроил инсценировку, обустроив все так, чтобы это выглядело как повешение. Когда я понимаю, что он натворил, то в ужасе закрываю глаза... Но я все же пытаюсь сдержать свое сердце: — Ты.. ты повесил тело Джейн? — Да, я должен был это сделать... — Брат, ты думаешь тебе удастся обмануть полицию? — Проблема не в полиции. Их будет легко обмануть. Я больше боюсь коронера… Я поднял брови: — Судмедэксперта? — Этот судебно-медицинский врач из местной больницы, мой друг, но не настолько близкий, чтобы просить его о чем-то незаконном. С делом Джейн мне его не обмануть... Его не обманет инсценировка, он точно определит, что это убийство, а не самоубийство. Мы с ним уже много раз работали над подобными делами, и я знаю, что он умелый и настойчивый. — Тогда что нам делать? Что бы мы ни придумали, коронера это не обманет... — я потираю лицо руками и глубоко вздыхаю. — Это плохо… А что сказал Пор? — То же, что я сказал и тебе, — брат указал на меня пальцем. — Пор поможет со всем разобраться, пока меня не будет. Мои глаза расширились: — ы собираешься сбежать?! Разве это не еще более подозрительно? — Ээ... я заставлю их поверить, что меня похитили. И не появлюсь, пока ситуация не улучшится. Дело закроют, если обстоятельства смерти подтвердят самоубийство. Но для этого понадобится много доказательств, и самым веским и убедительным будет отчет судмедэксперта об освидетельствовании тела. В отчете о вскрытии не должно быть никаких намеков на убийство... Брат кладет руки под подбородок, его сдержанность начинает беспокоить меня: — Мой друг — полицейский. Мы можем поговорить с ним, он многим обязан моему отцу. Он поможет проследить за всеми полицейскими новостями изнутри. Что касается тебя... — Пэд пристально смотрит на меня, я же не менее пристально смотрю в ответ. «Я вообще не хочу быть вовлеченным в это дело!» — закричал я в душе: — Что ты хочешь, чтобы я сделал? — Начни с квартиры Джейн. Стань первым, кто обнаружит тело, и немедленно сообщи об этом в полицию. Постарайся сделать это так, чтобы это казалось естественным, — Пэд поднялся. — Потом оставайся на месте до прибытия команды криминалистов, и ты сможешь встретить свою цель: коронера по имени Баннакит. Используй любые средства, чтобы заставить его указать "самоубийство" в протоколе вскрытия. Угрожай убийством... шантажируй... похищай... допрашивай — делай все, что потребуется. Ведь что бы ты ни делал, у тебя хорошо получается… Я больше не хочу заниматься подобными вещами!... Но когда я думаю о безопасности своей матери, мне приходится отбросить все сомнения: — Что еще известно о цели? — Банн — очень скрытный человек, но мне кое-что о нем известно. Один его большой секрет, а именно: он предпочитает мужчин*, как и ты, Тан, — Пэд скорчил гримасу, как будто что-то задумал... — А что, если ты его изнасилуешь? Заснимешь все это, чтобы потом использовать это для шантажа. *(п/п: А помните ли вы первую встречу Банна и Пэда, и то как второй заигрывал? То есть это было вызвано не влечением, а желанием проверить Банна и прощупать можно ли это использовать в дальнейшем...) Вероятно, это был самый ужасный план, который я когда-либо слышал! Я давно живу такой жизнью, но так и не привык к ней... Пытки – это то, к чему я прибегал несколько раз. В такие моменты мой разум отключается, действует только тело… Но изнасилование — это слишком мерзко!... — Пэд... Я не могу этого сделать... — Банн — решительный человек. Просто угроза не сработает. Ты должен овладеть им физически, — Пэд встал. — Ты сделаешь фотографии и покажешь их мне. Если откажешься сотрудничать, то знаешь, что произойдет, верно? Неизлечимый психопат... Ошеломленный и ошарашенный, я, привстав, посмотрел на своего старшего брата: — Не… не спеши... Я найду действенный способ заставить его написать тот вариант отчета, что нам нужен… Все, что угодно, но только не изнасилование! ... Да, моя цель — гей, такой же как я, и я это понимаю... Но каким же психопатом надо быть, чтобы сотворить подобное?!... Лучше я поступлю так, как делал многократно: подберусь к нему поближе, напугаю его, и затем буду действовать согласно обстоятельствам. Даже если угрозам сопротивляются, в большинстве случаев они оказываются весьма эффективными. — Уж постарайся не облажаться... —Пэд направился прямо к двери. — Сегодня вечером ты пойдешь в дом Банна. Адрес пришлю позже, — он резко открыл дверь и с грохотом захлопнул ее за собой. *** Настоящее Я ненадолго припарковал свою машину на обочине дороги, возле темного леса. Я отъехал довольно далеко от дома, где оставил Банна, зная, что мой брат отслеживает мое местоположение. Я достал белый смартфон Пэда и уставился на него, в то время как моя другая рука наткнулась на холодный металлический предмет, который мог в мгновение ока прервать чью-то жизнь... Телефон в моем кармане завибрировал. Это было входящее сообщение от Пэда: [— Где фотографии? ] Я делаю глубокий вдох, и делаю вид, что не заметил уведомления. Я поспешно положил телефон в карман, думая о том, как решить проблему Банна. Прежде всего, мне нужно найти способ убедить моего брата в том, что доктор Банн мертв. Это облегчит задачу. Возможно, мне придется умолять Банна инсценировать собственную смерть. Будучи судмедэкспертом, он должен легко справится с этой задачей... Но как мне убедить его, если он даже больше не хочет меня видеть? Взгляд этих глаз, обиженных и преданных, глубоко запал в мою душу и не выходил у меня из головы... Я осознавал, что у него появились чувства к мне — и если бы ничего не произошло, мы могли бы сохранить хорошие отношения и поддерживать их до самого конца. Можно было бы рассмотреть и альтернативный путь: найти труп, схожий по комплекции на тело доктора Банна... Но я не знал, где найти такой — разве что убить кого-либо, а затем забрать тело и замаскировать его... В итоге, я легко отверг эту идею. Мой телефон снова заиграл — на этот раз громко и настойчиво. Не требовалось даже проверять — мне было ясно, кто звонил: тот, кто настойчиво желал увидеть фотографии тела доктора Банна. Я нажал на кнопку телефона и ответил на вызов: — Да, брат? [— Чем ты там занят? Он мертв или все еще нет? Почему у меня еще нет фотографий?] — Я рою могилу... — я притворяюсь, что вынужден говорить тихо. — Эй, кто-то идет... Я отключаюсь. — После этого, я прервал разговор и выключил оба телефона. Вероятно, выиграть побольше времени у меня уже не получится... Теперь мне нужно поторопиться и поскорее придумать способ заставить Банна выглядеть мертвым. *** Открыв дверь, я увидел, что Банн сидит на кровати, правой рукой обхватив колени, левая рука по-прежнему прикована наручниками к изголовью кровати. Он поднял голову и посмотрел на меня настороженно. Он снял с себя мою толстовку и сбросил на пол. — Не спишь? — я подошел к кровати и наклонился, чтобы поднять кофту. Банн же попытался отодвинуться от меня как можно дальше. — Ну и зачем снял? Хочешь заболеть? — ...Ты сказал, что вернешься завтра, — сказал Банн. Признаться, у этого доктора сильная психика. Он кажется уже полностью владеет собой — его ум работает как часы. Я серьезно недооценил его способности... Брат предупреждал меня, что доктор Банн умнее всех, но я поверил в это только после личной встречи с ним в учебном центре. И кто, если не он, мог бы явиться к нападавшему всего через несколько часов после инцидента? Тот день, когда он появился у меня, был потрясением — теперь я уже не мог угрожать ему лично, так как он наверняка узнал бы меня, если бы я попробовал повторить это. Я осознал, что должен быть предельно осторожен в нашем общении. Я постоянно находился в напряжении, стараясь не вызвать у него подозрений. Был один вопрос, который мне хотелось задать ему, поэтому я решил обсудить его напрямую с Банном. Возможно, простой разговор поможет осознать все и найти верное решение. — Когда я вчера вернулся домой, ты пытался сбежать. К тому времени ты уже знал, что я — нападавший, верно? И как ты это понял? Банн уставился на меня: — Оранжевый стикер в кармане твоей толстовки... Я в замешательстве поднимаю брови: — Я не понимаю… — Записка с номером телефона девушки по имени Нэт... — его голос прозвучал холодно. — ... которая принадлежит прокурору. Я присел и замер ошеломленный. Этот листок бумаги, который, казалось, не имел ничего общего с делом, разрушил мое прикрытие! — Ты знаешь Нэт? — Я не знаю ее. Да и это совсем не важно. Важно то, что этот стикер принадлежит Пэду... — Банн закашлялся, потому что в горле у него пересохло. Он фыркает, прежде чем продолжить. — ...Потому что номер записанный на обороте принадлежит мне... Банн поразил меня во второй раз... Что он только что сказал?... Если номер на обратной стороне записки принадлежит ему, тогда человек, которому я случайно позвонил той ночью, должно быть, он?! Банн внимательно наблюдал за моей реакцией, и мне был прекрасно знаком этот пытливый взгляд. — Откуда у тебя эта бумажка? Прокурор дал ее или ты украли ее у прокурора? Ты ведь тот, кто его похитил, я прав? Находясь в крайне невыгодном положении, доктор Банн, несмотря на это, быстро пришел в себя и даже предпринял попытку допроса, серьезно настроенный загнать меня в угол... Чтобы справиться с ним, мне пришлось продемонстрировать ему, кто сейчас главный. Я повернулся, схватил Банна за плечи и крепко сжал их — он был не готов к такому повороту событий и явно испугался. Я хотел бы сообщить ему, что настоящий злодей — его близкий друг... Но я не желал стать свидетелем его страданий, которые он непременно испытает, услышав такие слова. Если я раскрою ему, на что способен прокурор, Банн найдет способ сбежать меня и захочет сам все исправить... — Заткнись и слушай... — мне удалось заставить Банна замолчать. — Прямо сейчас у меня серьезные проблемы. Мой босс хочет твоей смерти, он хочет увидеть это своими глазами. Ты должен помочь мне инсценировать твою смерть. Банн потрясенно уставился на меня... — Инсценировать убийство? — Да, ты должен умереть от моего выстрела. И мой босс хочет видеть подтверждение этого. Я смотрю на него с опаской, продолжая надеяться на его сотрудничество... — Когда он увидит твое тело, я смогу начать действовать. — Это приказ или просьба о сотрудничестве? — Банн отворачивается от меня и добавляет. — Хотя… у меня все равно нет выбора, не так ли? — Я не хочу, чтобы ты думал, что это приказ. Что касается инсценировки, то я не могу сделать это сам. Мне без тебя не справится… — Значит, ты ожидаешь от меня сотрудничества, несмотря на то, что я остаюсь в полном неведении касательно происходящего? Банн сменил тему разговора. И я задал себе вопрос: стоит ли мне рассказать ему всю правду, чтобы он понял ситуацию, или лучше использовать другие методы для убеждения? Может быть, мне следует заставить его подчиниться моим приказам? Я решил попробовать второй способ: — Возможно, ты всего этого не понимаешь, но я хочу, чтобы ты знал: все, что я сделал и делаю, я делаю исключительно ради тебя. — Не смей говорить, что это было ради меня, когда ты меня похитил и держал взаперти! Будь я проклят, если я тебе поверю! Как я и думал. Банн не сдастся легко. — Если я не пришлю фотографии к завтрашнему утру, моя мать будет в опасности. Я был вынужден поступать так, потому что моя мать находится у них в заложниках. Если я не выполню их приказ... Я не знаю, что будет с ней. Банн ошеломленно молчит. Мы долго смотрим друг на друга. В конце концов, он закашлялся — я заметил, что Банн начал заболевать. — ...Сходи, купи немного свиной крови. Покупка у местных жителей или на рынке на рассвете не должна вызвать трудностей. Инсценировать убийство в лесу будет более реалистично, учитывая, что ты меня далеко увез из города. Ловишь меня, заставляешь стать на колени у подготовленной могилы и выстреливаешь в голову сзади... или ты хочешь, чтобы я умер иначе? Я смотрел на него и чувствовал себя впечатленным. Его идея идеально вписывается в план, который я составил: — Мы будем следовать твоему плану. Банн грубо дернул рукой, на которой были наручники, и намеренно громко позвенел ими: — Если тебе нужна моя помощь, ты должен освободить меня. А он умеет торговаться... — Если я сниму с тебя наручники, ты не сбежишь? — Ты сказал, что если я выйду наружу, меня тут же убьют, верно? — Банн снова кашляет. — Если ты сможешь убедить меня, что с тобой я в большей безопасности, я никуда не уйду... Но пока я в этом не уверен, потому что не знаю, кто ты… Банн не только заставил меня расстегнуть наручники, но и потребовал откровенности. Я решил дать ему то, что он хочет, в обмен на его сотрудничество в инсценировке сцены его убийства. Я извлек ключ из кармана и расстегнул наручники. Я не позволяю Банну слишком долго наслаждаться свободой. Как только его руки освободились, я быстро схватил его за плечи и уложил на кровать. Банн испуганно вскрикнул, прежде чем я ложусь рядом с ним, обнимаю его, прижимаюсь к его спине: — До рассвета осталось всего несколько часов. Прошу разрешения побыть в этом положении какое-то время… — я уткнулась лицом ему в затылок. — Если ты ускользнешь, я узнаю. Как ни странно, Банн не сопротивляется. Он по-прежнему остается в моих объятиях. — Тан... — он тихо позвал меня по имени. — Это правда? О твоей матери? — Сейчас нет причин лгать. Я просто еще не рассказал тебе всю историю, — я крепче сжал его в объятиях, так как боялся, что Банн исчезнет. — Я встану около 4 утра, и тогда настанет время действовать.