Добродетель

«Верховные маги избираются Верховным Советом. Во главу Совета ставится маг старший по возрасту и с умением вести легионы. Маги являются верховными до самой смерти и имеют больную силу в создании законов и управлению миром магическим.»

Конституция магов до внесения правок.

      Утро добрым все-таки бывает. Арсений потягивается в кровати, чувствуя как доносятся потрясные ароматы. Рядом никого нет, а это немного обидно, но слыша звуки снизу лавки, все становится ясно.       Антон стоит раскладывая на тарелки булочки и напевая под нос странную песню, больше на чушь какую-то похоже. На столике у кресел стоит кофе, созывая своим запахом на завтрак, а булочки явно только из пекарни, нос улавливает эти ароматы. — Как спалось? — Только есть проблемка, Арсений не знает как себя вести, это все мило и немного неловко. Подойти поцеловать? Обнять? Что? Кто? — Мне понравилось, — Антон на это подмигивает и, отряхнув руки, подходит ближе, — Доброе утро, Ангелок, — И притягивает, увлекая в утренний и нежный поцелуй. — Доброе, — И лицо предательски краснеет.       Завтрак конечно потрясный, в Петербурге это настолько обыденно — завтракать каким-то сендвичем, булочками и запивая это всё чашкой ароматного кофе. Не хватает только кота, чтобы дополнить атрибутику этого дождливого города. — Спасибо за еду, — Арсений, как довольный удав, растягивается в улыбке, — Чем ты займешься сегодня? — Буду с тобой тут.       Так, вот это немного не по плану, а если увидит кто, а что на это говорить? — Думаешь вопросы у людей не возникнут?       Антон не говоря ни слова, ставит свой чай и выставляет руки вперед, наровясь упасть на них с кресла. Вот только Попов успевает только дёрнуться, когда Шастун приземляется уже не на руки, а на лапы.       Черный кот с зелёными глазами садится на против и начинает мяукать. — Почему ты не говорил, что так умеешь?!       Превращение в животных у магов мира людского — очень редкое явление. Так умеют, далеко не все волшебники, а те кто умеют, их ещё называют анимагами, хорошо это скрывают.       Антон на это лишь запрыгивает на подлокотник, протираясь своей мохнатой мордочкой о лицо Арсения, при этом издавая мурчание, словно маленький трактор, словно вкладывает в это всю любовь.       Ну получается всю атрибутику Петербурга Арсений у себя в лавке то собрал: книги, кофе и кот.       Колокольчик над дверью оповещает о госте. Да только чувствуется магия странная, но без добрых намерений в лавку же не зайти, а это вызывает спокойствие. — Добрый день! Зачем к нам пожаловали? — Светлый маг встает со своего насиженного места, беря кота на руки. Чувствуется как у милого создания напрягаются мышцы и он чаще виляет хвостом, выражая свое недовольство.       Перед Поповым стоит парень, его волосы, выкрашенные в белый, противоречат его натуре, на вид ему лет двадцать. Словно подросток Шастун пожаловал. — Арсений, здравствуй, мне нужен третий том по созданию зельев, желательно издательства Миф. — Могу спросить зачем? — Светлый кладет Антона на прилавок, думая, на каком же прилавке лежит нужная книга. — Для академии, мне сказали, что у вас я могу найти более редкий экземпляр. А так как этот урок ведет учитель, который мне очень нравится, — Парень делает паузу, — Хочу удивить.       Антон смотрит на него, усевшись грациозно, его шелковистая шерсть отблескивает солнечный свет, что струиться из окна. В городе дождей, солнце невероятная редкость. — У вас милый кот, — Парень протягивает было руку, но зеленоглазое создание от этого жеста уворачивается.       Арсений выходит из стеллажей, протягивая книгу. А светловолосый парень, словно тут уже не в первый раз протягивает книжнику золотую руну. — У меня вопросов становится только больше. — Знаю, но мне очень нужна эта книга, да и помочь я вам хочу. — С чем? — Дела плохие прекратить, мир спасти и нелюдей наказать.       Антон спрыгивает с прилавка, превращаясь обратно в мага, оставляя на лице парня шок. — Вань, а ты откуда это всё знаешь? — Ой, Антон, не ожидал тебя тут увидеть, — Дмитриенко краснеет, пряча книгу за спину, — Мне Гурам рассказал по пьяне. Белый тоже в курсе. — Так, книга тебе правда зачем? — Арсений жесть с её сокрытием заценил, но он не продает то, что может служить злу. — Про неё правда была, просто Антон её заберет, а мне надо. — Не заберу, выкладывай все что знаешь и беги себе с миром.       Ваня на это глаза сужает, ища подвох в речах тёмного, но быстро сдается, начиная наворачивать неспокойные круги по залу рассказывая.       Оказывается, что Белый в курсе, что Тина людей у него перетягивает, и позволяет ей, ожидая шоу. Люди Антона тоже скачут в метаниях, вроде зло творить надо, но на такое совесть мучает, хоть её почти и нет. — А как ты узнал, что мы хотим это остановить? — Попов начинает краснеть ушами, ну сказал «мы», ну что такого, как школьница, ей Богу. — Гурам видел, как Антон в вашу лавку наведывается. А я и догадался сам, что может делать один из темных магов в лавке светлого. Плюс Белый следит за тобой, Антон. — Логично, логично. — Попов машет ему рукой, взгляд свой в Антона метая. — Но Антон, ходит слушок, что Тина тебе отомстить хочет и. — Он слегка кивает в сторону Арсения. — Что и? — Нет уж, договаривайте, у Попова сейчас лампочка терпения перегорит. — Хочет тебя поймать, — Шастун закусывает губу, явно что-то придумывая, — Сможешь выведать что-то ещё, Вань? — Я постараюсь. Я побежал тогда, — Он пожимает руки нашим магам могучим, упархивая, напевая что-то про конструктор лего. — Ну теперь я точно от тебя не отойду. — А я ей зачем? — Потому что догадалась, что ты моё слабое место. — А у тебя их больше нет? — Нет. — У тебя встреча с Ирой ещё. — Я отменил, она по делам министерства приехала, чисто бухгалтерия, не интересно. — Понял.       Антон начинает улыбаться. Гостей они не ждали, но двери опять открываются и в лавку Серёжа с Димой пожаловали. — Привет, пацаны, — Ну это Поз, — Дошел до нас слушок уже. Ванька мимо пролетал. — Уже разболтал? — Тю, думаешь у него был выбор? — Будем с вами сегодня, Арсения я не отдам, — Матвиенко проходит глубже в лавку, сам себе чай наливая. — Я могу его защитить и сам, — Антон немного недоволен, у него тут свидание длиною в день было запланировано. — Знаем мы, но тебя прошлый раз хорошо покалошматили, поэтому решили на подхвате побыть, — Да и Дима себя сейчас чувствует как дома, чёт там намешивая в свою кружку.       Ну вот в целом то так день и проходит. Шутки шутками, но Арсений понимает, что очень ценит этих троих. Один, друг лучший, сидит болтая ногой и рассказывая, как решили они устроить гонки по Петербургу ночному. Второй, Поз который, стоит ест пасту, которую заботливая жена передала всем покушать. Третий рядом сидит, слушая внимательно историю Серёжи, а сам вибрации по стулу пускает, чтоб Арсения без внимания не оставлять. Вот последний то больше всего волнует, как сердце, так и душу. — А почему вы думаете, что Тина сегодня нагрянет? — Все взгляд на Арсения переводят, Дима даже жевать перестаёт. — Не думаем, это мы на всякий случай сидим тут, а если нет, то мы и завтра придём, — Серёжа возвращается уже обратно к своей истории.       Время летит неумолимо быстро, особенно в приятной компании. Нет, ну правда, сходите к кому-нибудь в гости поболтать вечером, вот увидите, как и глазом не успеете моргнуть, а уже ночь на дворе.       Но ребята все же прощаются, у всех есть дом свой, дела и планы, хоть друга охранять пришли, это ещё не значит, что они тут и спать будут.       Поэтому светлый и тёмный вдвоём остаются. А вот тут самое интересное начинается, потому что у Арсения в голове мысли скачут: спросить ли у Шастуна про отношения их, что высшие на это говорят, что вообще дальше делать?       Антон недолго думает гасит свет в лавке и Попову ближе подходит. — Я очень соскучился.       Ну вот и всё, мысли сами куда-то улетели, отвечая на свои же вопросы. В голове лишь приятная пустота и спокойствие. — Я тоже.       Антон на это делает шаг, увлекая в поцелуй. Он нежен очень, касается так ласково, вычерчивая неясные символы на спине.       Секунда и они уже в комнате, так как Антон даже не смотрел куда перемещал их. Удобно, тут уж ничего не скажешь. — Если ты меня сейчас не остановишь, то я сам не остановлюсь точно, — Шастун подталкивает к кровати, пытаясь вжать в объятиях светлого максимально к себе ближе. — А я и не хочу, чтобы ты останавливался, Антон, — Ууу, звоните в дурку, наш влюбленыш попал окончательно.       Шастун на это лишь глухо постанывает, продолжая выцеловывать столь желанные губы, плавно переходя на шею, вызывая у Арсения рваные вдохи.       Длинные пальцы, которые сегодня не надевали на себя кольца, умело задирают футболку, освобождая место для горячего языка.       Мозг абсолютно перестал работать, отдавая приказы коже, что так чувствует, как Антон прокладывает мокрую дорожку до груди, цепляя своими мягкими губами соски. Магия обоих кружит во круг, перекатываясь и внутри, повышая градус. — Антон. — Оба красные, возбужденные и абсолютно влюбленные. — Что, мой Ангелок? — Антон нависает сверху, продолжая раздевать. — Слишком нравится. — Попов помогает избавиться от одежды и Антону и себе. — Ммм, какой же ты. красивый, — Шастун разглядывает открыто, от чего смущение сильнее вводит в краску.       Тёмный облокачивается на предплечье, смотря прямо в голубые глаза, и шепча заклинание, чтобы пальцы смазать.       От ожидания аж живот сводит, возбуждение уже выше крыши. Но Антон наклоняется к губам, ловя стон, пока вводит палец.       Крышу сносит окончательно, хочется Шастуна и побыстрее. Пока он растягивает, ища заветную точку. Второй палец входит как родной, а Антон кажется таким большим, накрывая тело Попова своим. В такие моменты, Арсу простительна его маленькость, пока Антон вбивается пальцами, готовя с такой нежностью и страстью. Стоны все громче, а стук сердца сильнее. — Антон, я готов, молю, войди уже, — Ожидание не самая прекрасная вещь, но зная, что будет дальше, оно становится невыносимее.       Тёмный на это лишь гортанно рычит, показывая, что сдерживаться ему стало ещё труднее. Он аккуратно светлого переворачивает, надевая откуда-то взявшийся презерватив, и входит, закрывая от наслаждения глаза.       Стоны, шлепки и мокрые поцелуи останутся в памяти навечно. Арсений даже для себя открывает свою громкость, может это Антон так на него влияет, водя рукой по члену в такт толчкам. Ауры творят что-то неясное, кто б сказал светлому, что это так приятно, они как инь и ян создают баланс, то Арсений бы давно попробовал с тёмными спать. Хотя кому он врет, его один конкретный Антон привлекает, один конкретный тёмный в сердце поселился.       С такими мыслями оргазм накрывает волной, аж глаза сводит, заставляя пальцы на ногах и руках сжаться. Да и Антон долго себя ждать не заставят, изливаясь следом. — Я люблю тебя, Ангелок, всем своим сердцем люблю, — Антон прижимается, шепча эти слова в самое ухо. — Я тоже тебя, Антон, — Арсений в ответ прижимается, чувствуя невероятное тепло и любовь.       Кто ж знал, что добро со слом дружить не могут, а любить друг друга запросто. Да и менять принципы для этого не обязательно, потому что любовь побеждает всё, абсолютно всё.