Replacing loneliness

      Заунывная песнь утихавшей метели дотянула последнюю ноту и слилась с уличным гласом. Лёгкий снежок расстилался по асфальту, и перебирая его деревянными сандалиями, Мико думала, что он совсем скоро водой сольётся воедино с землёй, питая её плодородную почву. На улице всё равно пахло весной, несмотря на редкие порывы ветра, разносящие снег по пятам. Оторвавшись от книги, Мико взглянула на совсем небезмятежное лицо рядом стоящего командира комиссии Ясиро и занырнула в его холодные большие глаза. В нём заметно крылось некое беспокойство, а может быть даже злость. Это лиса поняла, по тому, как он старательно пытался не хмурить брови. Как они симпатично дёргались, а он, глубоко вдыхая свежий ветерок, успокаивал двоих своих не послушников. Но заметив на себе взгляд коллеги, Аято решил разорвать молчание, воскликнув совсем в недобром тоне: —"Мы договорились встретиться в десять тридцать пять, прошло пол часа, а заказчица ещё не пришла. У нас и без её опоздания отведен на обсуждение выставки не такой большой отрезок времени. Вот, что прикажешь мне делать?" Яэ Мико приятно опешила и едва отстранилась от коллеги. Парень и девушка стояли у "Чайного дома Коморэ", дожидаясь очередного клиента. За последнее время они и другая часть комиссии стали частыми посетителями данного заведения. Где ещё можно было вкусно поесть и погреться в зимний студёный день? Двумя руками захлопнув миниатюрную книжку и бережно убрав её в сумку, жрица высказала своё неудовлетворённое мнение привычным лукавым голоском: —"Бывает. Она скоро подойдёт, я уверена. Не всем удается грамотно планировать своё время." —"Но люди, особенно те люди, которые являются владельцами какого-либо бизнеса, должны иметь хоть каплю пунктуальности и уметь планировать своё время." — услышав несогласие, старший брат семьи Камисато не сдержался и немного повысил голос на плутовку, сам того не желая. Но выражение лица Мико заметно изменилось. Аято свёл руки за спину и отошёл, мысленно пытаясь выкарабкаться из оков её прямого опустошенного взгляда. —"Тогда и ты поимей хоть каплю снисходительности. А вдруг что-то случилось?" — совсем неожиданно для командира, спокойно и как-то по-доброму сказала Гудзи и шутро отвела взгляд. —"Вот если что-то случилось, тогда и будем думать, что делать дальше. А сейчас, я терпеть такое бесстыдство не намерен." Камисато рассердился ещё больше. Ладони сжатые в кулаки занемели и запылали жадным огнём. Рукава костюма игриво качнулись на ветру и поспели вслед за руками начальника. Не меняясь в лице, Аято метнулся в сторону здания, судя по всему, чтобы оповестить администрацию, о своём уходе, на случай если клиентка будет разыскивать ушедших. —"Аято, стой."— внезапно и беззастенчиво приказала лисица и крепко ухватилась за теплую ладонь парня, желая остановить. Слегка пробороздив по гололёду, Аято подъехал к спутнице намного ближе, чем планировалось. Однако отстраняться не стал. —"Что, Мико, что?! Она позволяет себе опаздывать на встречу с директорами комиссии Ясиро, а я должен проявлять жалость?" —"Да кем ты себя возомнил?! — прикрикнула кицунэ, не то чтобы громко, но достаточно гласно, чтобы успокоить разбушевавшегося коллегу. — Послушай, Яёи Нанацуки предлагает не малую сумму моры, подумай хоть о чём то, кроме себя. Это как минимум выгодно! А ещё, тематика мероприятия не скучная. Тебе ведь нравится с таким работать? Это как глоток свежего воздуха в нашей рабочей рутине."       В самый разгар образовавшегося несогласия, директора комиссии одновременно почувствовали накатывающую слабость. Мимолётное безмятежье прошлось по телам обоих. Их лица стали находится не на привычной дистанции, а гораздо ближе друг к другу. Рука Мико по-прежнему крепко сжимала руку Аято, прижимая к себе, чтобы остановить. Тепло. Яэ Мико уже не скрывала от себя, что командир клана Камисато ей не безразличен, и она постоянно жаждет быть с ним рядом и прижиматься к его телу как можно ближе. В стужу, он был для неё ясным солнечным лучом, а в жару, он был для неё потоком ледяной воды. Но всё, что ей оставалось – это изредка флиртовать и гадать, когда настанет тот день, когда Камисато сам выскажет свои к ней чувства и они наконец будут вместе. Плутовка была уверена с самого начала, что у них всё взаимно, а первый шаг... Какая уважающая себя девушка вообще станет делать первый шаг?! —"Ладно. Мы подождем ещё немного. Умеешь же уговаривать." — успокоившись, но всё ещё с примесью раздражения сказал главарь Ясиро и отдернул свою крупную руку от руки коллеги. На сердце лисы заклубилась ненавязчивая тревога, от резких телодвижений Аято, но всё же, она быстро себя успокоила, в надежде, что не была ему неприятна. —"Здравствуйте, госпожа Гудзи, господин Камисато Аято! От всего сердца прошу меня простить, я неприлично опоздала на нашу встречу. Ох... Я чувствую себя ужасно, простите, пожалуйста!" — внезапно, как снег на голову, воскликнула запыхавшаяся клиентка, бежавшая прямо на растерзание к вновь взбесившемуся Аято, который вероятно, прямо сейчас был способен наговорить лишнего, несмотря на свою прославившуюся компетентность. —"Здравствуйте, госпожа Нанацуки. Вообще-то..." — начал свою «нудную» тираду директор, но кое-кто, его пониже и ростом и статусом в Ясиро нетактично перебил: —"Госпожа Нанацуки, не стоит извинений! Главное, что всё хорошо. Хорошо же? Мы сами не так давно пришли. Да, господин Аято?" —"Да." — негодующе отозвался Камисато, перед этим немного помолчав. Яэ, как ни странно, смиловалась не из-за чистоты душевной. В плохом настроении, она могла как опоздать, так и отчитать за опоздание других жриц храма, однако сегодня было иначе. Вкусив сладкое чувство риска и шалости, кицунэ дико хотелось позлить своего возлюбленного. Внутри перекатывалась энергия, и она, наблюдая за его полыхающими голубыми глазами и сжатой челюстью, тут же хитро заулыбалась. —"О, вы так добры! Спасибо! Бесконечное спасибо! Да, сейчас, всё хорошо, какой-то заплутавший ребёнок, бродя по улицам Инадзумы, случайно разбил недавно выжженный сосуд, стоявший на прилавке. Пришлось разбираться с испорченным товаром и с самим заблудившимся." —"Ужас." —"И впрямь. Бедное дитя. — подхватила Мико, даже не вникая в ситуацию. —Пройдём?" —"Конечно, конечно!"       Будущие организаторы и сама заказчица немедля зашли в здание и прошли в отведённую для них территорию. Каллиграфические свитки отражали проникающий в комнату свет прорвавшегося зимнего солнца, а на столике у очага стыл заранее заваренный зеленый чай. Травяной и свежий запах проплыл по комнате. Место у окна занял Камисато Аято, как глава комиссии, рядом с ним нашла место Гудзи, а Нанацуки приземлилась напротив директоров. Клиентка всё ещё чувствовала за собой небольшую вину за опоздание, но после того как её успокоила сама верховная жрица храма Наруками, на душе стало гораздо легче. Сделав заказ, Аято не стал медлить и взял инициативу в свои руки. Хотелось побыстрее распрощаться с недисциплинированной клиенткой и с прочим удушающим дискомфортом. —"И так, госпожа Яёи Нанацуки, в ваши планы входит организация уличной выставки посвященной искусству лакирования. Я не ошибся?" —"Нет, господин, всё правильно. Цель данного мероприятия подчеркнуть уникальность данного искусства, ну, и, конечно, привлечь внимание новых покупателей к моей продукции." Лисица была чутка на настороженность начальника, и вольно склонив голову, решила назло своему возлюбленному нарушить деловую и доверительную атмосферу, которую Аято стремился выстраивать на каждой подобной встрече. —"О-о! Это так интересно. Экономы храма Наруками выбирают исключительно вашу продукцию. Я была осведомлена о ваших не хилых умениях, но с вами лично, я до сегодняшнего дня не виделась и не общалась. Приятно познакомиться!" Аято тут же нахмурил брови и кинул острый взгляд в строну коллеги. Однако Мико намеренно не обратила на него внимание, играясь. Ох, знала же она, чем это всё закончиться... —"А мне то как приятно, госпожа Гудзи! Отходя от темы, хочу восхититься вашими романами! Я частый гость издательского дома Яэ. Блуждая по улочкам Ханмидзаки, я просто не могу пройти мимо магазина издательства, чтобы поглазеть, а то и приобрести книги, которые вы продаете. С господином Куродом мы уже на «ты»." —"Как здорово! А..." —"Если вы не возражаете, госпожа Гудзи и госпожа Нанацуки, то можно мы продолжим наше деловое общение?" — не выдержал и перебил Камисато.       Лиса едва повернулась в сторону командира, чтобы увидеть его недовольное выражение лица. Но быстро отвела взгляд и вновь обратилась к Яёи. Гудзи сморщила нос, намекая клиентке на сварливость Аято. Благо тот не заметил её выходку. —"Да, конечно, господин Камисато Аято. — слегка приподняв уголки губ от поддержки коллеги Камисато, переключила внимание Нанацуки. — Масштаб мероприятия я не рассчитывала на большое количество людей. В любом случае я не думаю, что много народа придёт на выставку работ «Лакированных изделий Яё»." —"Понял вас. А возрастная категория будет неограниченная, или есть нюансы, касающиеся более взрослой аудитории?" —"Нет, возрастная категория неограниченная. Разве, что, я не предполагала введение интерактивных элементов, которые могли бы заинтересовать детей и подростков. Но программа может иметь какой-либо образовательный или исторический уклон." Мико пропускала мимо ушей почти всю информацию, которую обговаривали Аято и клиентка, погрузившись в свои мысли. Перебирая руками сладости, поданные к чаю, лиса уловила лишь одну идею и тут же высказала своё мнение насчёт неё: —"А если произойдёт схожая с сегодняшней ситуация? Большинство детей неуклюжи, что, если на выставке кто-то заденет посуду?" Мысли Аято тут же застыли, услышав предположение. Крохотная улыбка невольно тронула губы, когда он понял, что Яэ Мико не всё равно на данное мероприятие. —"Верно. Тогда, предлагаю соорудить небольшую ограду вокруг площади для экспонатов, чтобы сохранять дистанцию зрителей и куратора и дабы избежать неприятностей." А у жрицы в груди разлилось тёплое чувство. —"Верно..." — слышно только себе повторила Мико и вновь померкла. Внутри зазвонила тихая, но радостная мелодия маленькой победы. Её не так часто хвалили на нынешней работе. Как-никак, она любила быть главной, руководить как жрицами так и читательским домом. Но было так приятно получить согласие хоть от кого то. Такое мелкое и даже неоднозначное, но согласие. Доверие к её мнению что-ли...             Прошло уже не мало времени, даже больше чем отводилось, но бесконечный поток слов, мужских и женских голосов, всё не прекращался. Мико изредка принимала участие в диалоге, но большую часть времени глава Ясиро не давал ей ничего сказать, с чем она смирилась. Сегодня совсем не было настроения ругаться. —"Так как разрешение от Кандзё вы получили, то за нами остаётся только подготовить логистику и заняться рекламой. Если что-то поменяется, то сообщите нам заранее, пожалуйста." — заканчивал встречу своей привычной речью Камисато, протягивая девушке визитку комиссии на всякий случай. —"Большое спасибо вам, господин Камисато Аято, госпожа Гудзи! Надеюсь, ничего не поменяется и в следующий раз, мы встретимся в назначенном месте и в назначенное время." Когда посетители вышли из здания чайного дома, январский ветер продолжал свистеть меж хвойных ветвей сосен и внезапно прилетел прямо в лица директоров, но они и не были против освежиться. —"До свидания, госпожа Яёи Нанацуки." —"До встречи! — распрощались с клиенткой сотрудники Ясиро и наконец остались наедине. — Чуть не умерла от скуки, во время ваших «увлекательных» диалогов." — на простом слове «увлекательных» Гудзи усмехнулась, намекая на очевидную ложь в её словах. —"Я тоже чуть не умер. — ответил Аято и недолго помялся, размышляя: говорить или промолчать. — Вот только от стыда за тебя." —"Что?!" —"Послушай, это тебе не читательский дом Яэ, где со всеми на «ты», мы – немаловажная трикомиссия в Инадзуме, пускай и самая близкая к людям. Нам неимоверно нужны структура и порядок, в том числе и профессиональная этика, которую ты не соблюдаешь. Я уверен, госпожа Нанацуки обратила внимание на твоё чудаковатое поведение." —"Какое «чудаковатое поведение», ты о чём? Я всего лишь пыталась быть доброй по отношению к клиентке. Кажется, ты осуждал её за опоздание? Теперь ты на её стороне?" — попыталась выкрутиться плутовка. Ей совсем не хотелось вступать в конфликт, тем более со своим объектом симпатии.                               Непредвиденная боль в мышцах резко окутала тело Мико и она скрестила руки на груди, остановившись перед старшим братом клана Камисато. Партнёры и сами не заметили как стали выдвигаться в сторону здания одной из трикомиссий. —"Я не встаю на твою или на её сторону. Добро – это не совсем про организационный комитет. Просто нужно вести себя ответственно, а не кокетничать и лукавить с каждым клиентом." Это громкое высказывание задело жрицу и та на некоторое время прикусила уголки губ, анализируя сказанное Камисато и сопоставляя с реальными событиями. Но нет! Ведь ничего такого не было! —"Где я кокетничала?! Я разбавила вашу душную беседу небольшой порцией хорошего настроения и госпожа Нанацуки была не против, заметь." —"Не придирайся к словам. Во всяком случае, ты вела себя неэтично, это неизменный факт." — взаимно устал от спора Аято и отвёл взгляд от лисы, продолжив путь до основного места работы. Но Яэ теперь отступать не желала. Она прекрасно знала, что Аято не нравится похожая манера поведения, и лисица ожидала, что командира это рассердит. —«Но закатывать такую истерику из-за этого – как то по-детски!» —"Мне, что, извиниться? Пойдём, догоним её, я извиняюсь за своё поведение! Ты этого хочешь?" Жрица ухватилась за его рукав, останавливая, и теперь они вновь успешно стояли посередине дороги и с гневом смотрели друг на друга. —"Я хочу, чтобы впредь, ты не допускала подобных ошибок в общении с должными лицами." —"Я тоже должное лицо! Аято, меня дольше земля носит, мне лучше знать как и с кем разговаривать!" —"Ты считаешь, что твоё алиби – это возраст? — Аято медленно отстранился, проговаривая свой вопрос. В данном случае, он считал себя намного умнее и старше, чем являлся на деле. Поэтому и вёл себя так «грубо». — Не глупи, Мико, дело в наших родах деятельности." —"Нет! Не в них дело! — совсем рассердилась Яэ Мико, вслушиваясь в то, как главарь Ясиро выставлял себя гораздо лучше в контрасте с ней. — Дело в том, что ты упрямишься как баран, и со своей организацией всего и вся, у тебя уже окончательный сдвиг по фазе! Доброго слова тебе не скажи – всякое некрасивое да неэтичное." Совершив громкий акт протеста мнению её начальника, плутовка обиженно нахмурившись, смылась с центральной дороги части города, оставив Камисато Аято одного. Плечи жрицы всё ещё подрагивали, отходя от удара по её пускай и частями наигранной, но индивидуальности. Сердце после её громких слов ещё дрожало, а в голове кружилось сожаление о сказанном. Но не одна она переживала о своих словах.—"Мико!"— крикнул Аято в след, чтобы остановить коллегу. Но услышала она его оклик или нет – не важно. Она бы в любом из случаев не повернулась.       Деревья, голые – как скелеты, склонили и ощетинили свои ветви, словно устремили указательные пальцы в сторону оплошавшегося Камисато, а незыблемые вечнозелёные сосны поддатливо наострили свои иголки. Внутри главаря комиссии что-то заклубилось, прямо как снова нарастающий вихрь. Вот и небо укрылось темно серыми облаками. Аято продолжал свой путь до комиссии Ясиро, но теперь уже медленными не порывистыми шагами. —«Это ведь её излюбленный метод – вывести меня на эмоции ради своей же забавы. Я знаю её не первый день. Знаю как облупленную. Я неоднократно проживал эти события из суток в сутки. Так почему же разозлился?» — померк в своих мыслях парень. Пока шёл, одной рукой он обхватил свой торс, а второй облокотился на предплечье. Меховой воротник щекотал его массивную шею, но Аято было всё равно. От давно затерянной и запылившейся шкатулки «чувств» Камисато давным-давно посеял ключ. Но если бы кто-то посмел расколоть нехрупкое дерево хранилища неизвестных залежей, и одним глазком заглянуть в образовавшееся зияние, то этот «кто-то» разглядел бы там лиловую ветвь сакуры, цветущую даже в таком непроглядном мраке. На душе заскребли кошки, от одной только мысли о любви. —«Может пора перестать отрицать очевидное?»       Ветер вновь неистово дунул куда-то, словно нарочно разворачивая командира Ясиро. Он не то что поддавшись порыву ветра, скорее интуитивно развернулся и узрел перед собой давно знакомый силуэт. —"Привет, Аято. Чего стоишь здесь один одинёшенек? Где подруга твоя?"