Нити неизвестности

      Одним из преимуществ не-жизни, которые обнаружил Се Лянь, являлось отсутствие необходимости сна. Вернее, не так. Сон был скорее прихотью, чем тем, без чего не прожить. Хотя, в его случае, он бы всё равно не умер, но тело рано или поздно бы потребовал свой законный отдых, и тогда неизвестно, сколько бы он пролежал в таком странном сне. И что попытались бы с ним сделать.       Это не проходило без последствий. Се Лянь заметил это не сразу, лишь когда он понял, что уже не спал пару недель, и задумался, почему он раньше это не заметил.       Казалось, что всё нормально. Однако, помедитировав и проследи своё состояние, он понял одну интересную вещь.       Технически, ему всё ещё нужен сон. Но за счёт того, что у него невероятно много сил, он не замечает, как небольшая (абсолютно незначительная, по сравнению с общим объёмом) часть её уходит на поддержание тела в нормальном состоянии. Своего рода постоянное восстановление. Когда он ещё был жив, из-за канг это восстановление проходило значительно медленней, и потому он всё ещё уставал и ему требовался сон. Но теперь... Теперь в этом не было необходимости. Се Ляню не было необходимости делать и всё остальное, присущее человеку - есть, пить, дышать, - но он это делал. Ел еду, которую он готовил, подражая маме. Пил воду, потому что сухость во рту была противной, и он не был уверен, как от неё избавиться своими силами. Дышал, потому что любил поговорить с Жое или случайными путниками - а для начала разговора нужно вдохнуть, так что лучше не избавляться от этой привычки. Да и, если на тебя наткнётся случайный путник и заметит, что ты не дышишь... Ну, это ни к чему хорошему не приведёт. Так что ему буквально пришлось научить тело дышать постоянно. Это было странно, но, тем не менее, сейчас он спокойно мог делать что угодно, не боясь выдать тот факт, что дыхание - прихоть.       Так что, единственное, от чего он предпочёл избавится - сон. Не столько потому, что он не любил спать, сколько потому, что его мучали кошмары. Разрушенное королевство. Храм. Тела родителей. Умин, жертвующий собой. Всё, что между этим. Это время было сплошные кошмаром, и его разум, предавая его, менял эти события, делая их хуже, страшнее. Он старался не думать о них сейчас. Не теперь, когда он уже какое-то время не спит.       Кроме того, время, которое он мог бы потратить на сон, он тратил на то, чтобы не останавливаться. Ему казалось, что его ищут, и он определённо не хотел быть найденным. Он не считал это паранойей или чем-то таким - в конце концов, он был демоном, невероятно сильным демоном, а значит, определённо цель Небожителей.       Кроме того, за то время, что он путешествовал один, он пару раз встречался с духами - настоящими, а не как он, - и те были не то чтобы очень довольны тем, что его, Се Ляня, считают духом. Но, пока он ничего не вытворяет, что испортило бы имя духов, они его не трогали. Ну, это то, что он понял. Они не то чтобы бы были очень разговорчивыми.       Так что, он не спал. Нет сна, нет кошмаров, и больше времени на то, чтобы уйти. Никаких проблем, сплошные плюсы. Вернее, он так думал. Он не спал уже несколько месяцев, и, если честно, ему начинало казаться, что что-то в этом плане идёт не так.

***

      Чего Се Лянь не учёл, так это того, что разум человека может так же уставать, как и его тело.       По началу это было не так заметно, но постепенно признаки истощения души и разума стали проявляться.       Се Ляню всё стало казаться... отстранённым? Не только от всего, что происходит вокруг, но и от самого себя даже. У него всё время было ощущение, что на него кто-то смотрит. Будто сотни глаз, в любом месте, где бы он не был, пристально смотрят и следят за каждым его движением.       Со временем у него появились видения наяву. Он видел тех, кого не должен был видеть, там, где никого не было. Порой он слышал будто, кто-то его окликает по имени, но никого не было. Он даже порой шарахался от Жое, если она начинала внезапно двигаться!       Се Лянь вспомнил, что с ним уже такое было. Тогда, когда пало Сяньлэ, и он с семьёй были в бегах. Се Лянь не мог спать нормально и ему везде ему мерещился Безликий Бай.       Видимо, отказ от сна был очень плохой идеей. Лучше будет, пожалуй, просто сократить время на сон, а не отказываться от него совсем. Тем не менее, сейчас ему нужен сон. И желательно не на открытой местности, где на него кто угодно может наткнуться. Он не против поспать на земле или на дереве, но сейчас... обстоятельства вынуждали.       Поэтому демон нашёл дешёвый постоялый двор в небольшом городишке, куда забрёл. Заплатив за комнату, Се Лянь тщательно спрятал свои малочисленные пожитки и лёг спать. Он не стал заказывать ужин или ванну, не желая тратить и без того малые деньги на то, что ему не понадобится. Он ложился с мыслью, что завтра он пойдёт дальше, отдохнувший и без галлюцинаций.       Се Лянь и не мог ожидать, что проспит три дня, знатно перепугав владелицу постоялого двора. Его спасла привычка дышать, а то его точно приняли бы за труп.       Когда он проснулся, то было неожиданным увидеть возле своей кровати взволнованную хозяйку постоялого двора и пожилую женщину, которая, если судить по одежде, была целителем.       Се Лянь неловко кашлянул и нервно улыбнулся.       – Простите, а... что происходит?       Целитель прищурила глаза, разглядывая его, а потом вздохнула. Она повернулась к хозяйке.       – Госпожа Цзы, мне нужно провести осмотр молодого человека, прошу, не позволяйте нам отвлекать вас от дел.       Если читать между строк, то хозяйку попросили удалиться и не мешать.       Госпожа Цзы смутилась, но быстро поклонилась и вышла.       Оставшись с Се Лянем наедине, Целитель снова вздохнула.       – Молодой господин. Я думаю, что пробовать придумывать оправдания тому, что вы проспали три дня, бессмысленно.       Се Лянь закрыл рот, хотя хотел что-нибудь ляпнуть в своё оправдание.       – И ещё, если учитывать то, что вы дышите, но ваше сердце не бьётся, то можно и не притворяться, что являетесь человеком.       Вот и всё. Се Лянь так глупо выдал себя, что становилось стыдно. Принц невольно склонил голову, чтобы скрыть смущение.       – Я просто...       – Что же заставило духа заснуть на три дня подряд?       Да уж. Хорошо, что Ху Я и Лань И тут нет, а то они бы хохотали бы над ним. Се Лянь и без того сгорал со стыда от того, что так глупо попался.       Се Лянь посмотрел на женщину. Она казалась спокойной.       – Вы... не боитесь?       Целитель фыркнула и кротко улыбнулась.       – С чего мне бояться такого мальчишку как ты, который так позорно выдал себя? Если бы ты был кем-то опасным, то навряд ли бы пришёл на постоялый двор, полный людей, и так беззастенчиво уснул.       - Я не планировал так засыпать... - тихо сказал Се Лянь, смотря в сторону. - Я не думал останавливаться дольше, чем на одну ночь.       Целительница подошла к окну и стала смотреть в него. Она словно высматривала кого-то.       - Как бы то ни было, господин Хуа, - Се Лянь вскинул голову от такого обращения, смотря на женщину с шоком. - Будь вы человеком, и проспи вы сутки, я бы сказала, что у вас истощение от недостатка сна. Однако я мало смыслю в том, как та или иная вещь влияет на... Уже не живых, - она отвернулась от окна и посмотрела на всё ещё растерянного Се Ляня. - Так что, я не в силах сказать, что произошло и как это на вас повлияло.       Се Лянь не был уверен, стоит ли ему проигнорировать тот факт, что его мало что признали духом (хотя он и демон, на самом деле, но слава о нём идёт как о духе), так ещё и узнали про его личность, или нет. Женщина не выглядела так, словно собирается что-то делать с этим. Она просто... Сообщала, что в курсе его личности. Ну, в определённой степени.       - Я и правда не спал... какое-то время, - сказал Се Лянь. - Так что вы верно сказали, госпожа...       - Цин Си , - сказала она. - И, я бы советовала вам выбрать себе другое имя, - она вновь слегка улыбнулась. - Пускай и заклинателей в белом сейчас хватает - я видела как минимум двоих на этой неделе, - ваше имя выдаст вашу личность с головой.       - Благодарю за предупреждение, - Се Лянь наконец встал и поклонился Цин Си. - У меня не так много денег, но...       - О, нет, молодой господин, - она махнула руками в знак отказа. - Мне от вас деньги точно не нужны. Тем более, - она оглядела бедное убранство комнаты, - не думаю, что их у вас много. Сохраните лучше на что-то более важное для вас. Кроме того, я ничего не сделала, так что оплата была бы неуместна.       Се Лянь кивнул. Это была правда, что у него уже почти не осталось денег. Он не был уверен, хватит ли ему вообще на еду, особенно учитывая то, что ему, скорее всего, придётся доплачивать за две ночи в комнате. Но, ничего. Ему еда не нужна.       Се Лянь был встревожен встречей с Цин Си. Но и также немного благодарен за то, что она не взяла с него плату и не стала выдавать его. Ему следовало быть осмотрительнее, если он не хочет, чтобы его поймали. Насколько он понимает работу Небес, они не успокоятся, пока не найдут его. И кто знает, что произойдёт, если они это сделают.       Се Лянь прекрасно знает, что поисками занимается Лин Вэнь. Точнее, она посылает на поиски других. Единственный Непревзойденный, которого они знают, это Безликий. Но, даже не смотря на это, они отдадут приказ прекратить поиски до тех пор, пока не произойдёт что-то крупное.       Ведь, по сути, будь на месте Се Ляня другой демон, то до этого самого "крупного" он успел бы перебить не мало людей. Многие бы погибли, и Лин Вэнь об этом прекрасно знает, но всё равно отдала бы такой приказ.       Се Лянь как никто другой понимает весь цинизм Небес.       "Дела богов могут коснуться смертных, но вот дела смертных богов не касаются"       Поэтому они не смогут его найти, если принц что-нибудь не натворит. Это Се Ляню даже на руку.       Он невольно усмехнулся.       Раньше он только и делал, что стремился в вознесению, а теперь прячется от Небес. Ирония не иначе.       Хозяйка с беспокойством смотрела на него, когда он спустился вместе с целительницей. Когда он попытался заплатить за ещё две ночи, хозяйка быстро замотала головой и отказалась принимать какие-либо деньги. Се Лянь пытался предложить помощь, но вновь получил отказ. Так что демону ничего не оставалось, кроме как вздохнуть и, поблагодарив хозяйку и целительницу ещё раз (та недоверчиво покачала головой, когда Се Лянь начал пытаться оплатить комнату), отправился прочь из города. Скорее всего, про него пошли слухи, и, следовательно, не стоит оставаться.       Жое, стоило городишку скрыться за горизонтом, слетела с его руки и стала девочкой. Её взгляд выражал недовольство и беспокойство. Возможно, хорошо, что она пока не научилась говорить. Потому что, судя по всему, будь её воля, она бы точно сделала бы ему выговор.       - Жое, но ведь ничего плохого не произошло.       У неё ушло немного времени, чтобы вспомнить, как сложить руки на груди. Это могло быть забавным, если бы не взгляд. Да и Се Лянь не мог относиться несерьёзно к ней.       - Жое, я ведь правда думал устроиться на одну ночь. Откуда я мог знать, что просплю дольше?       Она опустила руки и голову. Если бы ей надо было дышать, наверное, она бы даже вздохнула. Она снова стала лентой и обернулась вокруг предплечья, высунув свой кончик, словно смотря на него.       - Мне правда уже лучше. И, обещаю, больше я не буду так долго не спать, ха-ха.       Она опустила кончик, словно разочарованная ответом, но всё же спряталась в рукав. Се Лянь с нежностью покачал головой и пошёл прочь от городка. Он сказал правду: теперь он точно будет спать хотя бы... раз в пару недель?       Се Лянь неторопливо брёл по дороге, мимо лесов и полей. Иногда попадались повозки, и у него спрашивали, не подвезти ли его. Но он отказывался, говоря, что любит путешествовать пешком. Он проходил мимо рисовых полей, где работали несколько женщин. Его даже угостили баоцзы. Ночевал Се Лянь где придётся, то под чистым небом, то на постоялом дворе, то вообще напросится к кому-нибудь в сарайчик.       Как и посоветовала Цин Си, он старался не называть своего имени. Новое придумать он всё время забывал, настоящее он всё опасался использовать, а демоническое отпадало из-за слухов. Вот так он и стал представляться как просто странствующий даочжан. Конечно, это вызывало косые взгляды, но Се Ляня они практически не трогали.       Он всё ещё продолжал помогать простым людям, и, если быть честным, ему это нравилось. Он делал то, что всегда мечтал делать. Не в том масштабе, но, это лучше, чем ничего. И, по какой-то причине, в конце концов, его узнавали как Хуа Се. Не пока он в деревне или городке, конечно, но позже он обязательно слышит слухи о том, что Серебряный дух оказал им помощь.       Се Лянь был не против. Пока его не трогали и не узнавали, он мог жить так, как ему хотелось. Ну... почти.

***

      Спустя пару лет, во время таких бесцельных скитаний и сбора рухляди (Се Лянь наловчился собирать старьё и переделывать его во что-то новое и пригодное, что всегда заставляло его улыбаться), бывший принц не ожидал встретиться со старой знакомой.       Точнее, с той, которую он даже мог назвать своей сестрой по духу и оружию.       Лань И.       Она и ещё полдюжины адептов в белоснежных одеждах оказались на том же постоялом дворе, что и он. Се Лянь не был уверен, виновата ли в этом его удача или нет.       Женщина, как только заметила его, громко позвала его через весь зал:       – Хуа Се!       И, естественно, нашумевшее ранее имя духа заставило многих обернуться на него. Се Лянь не обратил на них внимания - за всё время он привык, что его иногда узнавали, - он лишь с негодованием смотрел на приближающуюся женщину. Адепты тихонько тянулись за главой, подозрительно смотря на него.       Лань И бросила на них острый взгляд через плечо и отрывисто бросила: – Свободны.       Адепты, явно из молодняка, переглянулись и, поклонившись, удалились за выбранный до этого стол, оставив старшую с незнакомцем.       Лань И села напротив Се Ляня и расплылась в улыбке.       – Давно тебя не видела, но твоя слава идёт далеко впереди тебя.       – Даааа, а благодаря тебе о моём присутствии здесь теперь известно всем.       – Ой, да ладно. Как я говорила, твоя репутация тебя опережает, и она у тебя гораздо лучше, чем у некоторых заклинателей. Даже пара старейшин из Гусу Лань считают твои деяния достойными похвал.       Се Лянь пару раз моргнул. Ну, если так... Теперь понятно, почему на него так спокойно реагируют. Да и он известен всё же как дух, а не демон. Тем не менее, расслабляться не стоит.             Се Лянь присоединился к Лань И и её ученикам. Те всё ещё поглядывали на него, но уже не с недоверием, а с интересом. Молодым умам было любопытно то, что их глава так близко знакома с духом паука.       Пускай они и не могли рассмотреть его лица из-за маски, по голосу он казался молодым человеком, даже юношей, лет 18-19.       Он сопровождал их уже пару дней – адепты, по сути, были на тренировочной ночной охоте, – но сильно не вмешивался, как, в прочем, и сама Госпожа Лань. В основном он не общался с ними, адептами, но в этом чувствовалось не высокомерие сильного, а скорее... неловкость? Словно дух не знал, как общаться с адептами, и потому предпочитал простые разговоры с Госпожой Лань. Это казалось... странно милым? Тем не менее, они старались не беспокоить его.       Они бы так и продолжили спокойно проводить время, пока на рынке не наткнулись на ещё одну знакомую личность.       – Ху Я! Иди сюда к нам!       От этого громкого крика шарахнулись не только люди вокруг, но и Се Лянь с младшими адептами. Для одного это просто было слишком внезапно, а для остальных - удивительная громкость, учитывая общие правила, по которым росли и она, и адепты.       Принц, заметив, как вздрогнули дети и какие лица у них стали, сочувственно посмотрел на них.       "Для них это, наверное, шок, что их глава так себя ведёт."       Хотя младших шокировало не только это.       Разве духа паука не сопровождал дух лиса?!       Откуда глава Лань их так хорошо знает?       В общем, пока адепты отходили от шока на тему таких знакомых их главы, вновь собравшаяся компания быстро решила пойти в постоялый двор, где планировали остановиться Лань И с адептами и Се Лянь (после некоторых уговоров и отказа от того, чтобы он платил за свою комнату). Там они расположились за столами, чтобы пообедать - адепты отдельно, взрослые отдельно - и начали рассказывать друг другу о том, что с ними произошло за это время.       Если быть точнее, они перебирали все слухи, что могли вспомнить. Немыслимо для наивных адептов.       (Когда один, проходя мимо, попытался высказать замечание по этому поводу, Госпожа Лань просто ответила: "Мы не на территории Гусу")       Лань И, как оказалось, овдовела. Её супруг скончался спустя год после их свадьбы. У неё был маленький сын, которого она старалась оградить от влияния старейшин.       Только вот была одна проблемка.       Лань И не могла полюбить своё дитя.       Как бы женщина ни старалась, в её сердце не находилось материнской любви, которую она могла бы дать ребёнку. Она заботилась о нём, защищала, но не любила.       Хотя нет, не так. Она любила, но не так, как должна была бы любить мать. И, казалось, её сын понимал это. Не смотря на свой юный возраст, он был весьма умён. И прекрасно понимал то, что мама его любит не так, как надо. Не так, как принято. Он не осуждал её за это, ведь он её, как сын, любил. Любил так, как может ребёнок любить мать.       Се Лянь и Ху Я не могли ничего сказать по этому поводу. Хотя они и не могли до конца понять этого, но пусть. То, что Лань И, не смотря на то, что не испытывает такой привязанности к сыну, оставила его и воспитывает, уже достойно уважения.              Это не тот ребёнок, которого она сможет полюбить как мать.       И его отец не тот человек, которого она пустит в сердце как любимого человека.       Она могла убить дитя ещё в утробе и сказать, что это выкидыш. Но она оставила. Спасла от старейшин. Воспитывает.       Она не может дать большего.       Ху Я в свою очередь рассказал о том, что в Поднебесной появился новый Непревзойдённый.       Лань И и Ху Я, не сговариваясь, слегка обеспокоенно посмотрели на Се Ляня.       – Чего вы на меня смотрите?       Ху Я только фыркнул.       – Меня вот удивляет, как ты можешь шататься по всему миру и при этом упускать такие значимые события, - лис вздохнул. - Подозрительно то, как именно назвался демон.       – И что там странного? - недоумевал Се Лянь.       Лань И нахмурилась. – Хуа Чэн. В его фамилия означает то же, что и твоя. Цветок. Поэтому люди стоят домыслы, не связаны ли вы как-то. И ещё, его прозвище тоже созвучно с твоим. "Искатель цветов под кровавым дождём", вот как его назвали. Говорят, что он устроил резню в логове какого-то демона... да такую сильную, что с неба полил дождь из крови. А когда уходил, то заметил на обочине белый цветок, который прибило каплями дождя. И он укрыл этот цветок зонтом, - Лань И сделала небольшую паузу. - Многим теперь интересно, а не "Скрывающийся в паутине белый цветок" ли ищет "Искатель цветов под кровавым дождём"?       Се Лянь замер. Да, очень интересное совпадение. И фамилия, и их прозвища. Будто они связаны.       Ху Я продолжил вместо Лань И.       – Из-за этого простой народ надеется, что этот демон будет как ты. Кто-то даже предполагал, что он такой же дух, которого заклинатели прозвали демоном.       Это было проблемой. Принц невольно создал для демонов лазейку как скрыться от глаз Небес. Если этот Хуа Чэн как Безликий или как-то подобен ему... Это будет катастрофа.       Се Лянь задумчиво отпил уже остывшего чая.       – Знаете, я всё же слышал кое-что... среди призраков ходит молва об особенном городе. Призрачном городе. Что там собирается вся нечисть, что не может найти своего угла в этом мире.       Лань И кивнула и засмеялась.       – Ну, ты, видимо, не совсем под горой живёшь. Да, есть такой город. Заклинатели обеспокоены, но найти его не могут, как бы ни пытались. И угадай, кому принадлежит город.       Она лукаво улыбалась, смотря на Се Ляня.       – Неужели Хуа Чэну?       Ху Я похлопал его по плечу.       – Именно. Умница, угадал.       Се Лянь закатил глаза. Серьёзно, сколько ему лет, пять? Ну, подумаешь, пропустил слух про... Хуа Чэна, да? Это не значит, что он вообще не слушает, о чём говорят остальные. Ему это просто по большей части не интересно.       Уже был вечер, и адепты из Гусу разошлись по комнатам. Только Лань И, Ху Я и Се Лянь остались сидеть. Лань И заказала себе вина - перед учениками она решила этого не делать, "чтобы сильно не шокировать". Се Лянь ел уже седьмую маньтоу по счёту, а Ху Я с радостью уплетал курицу.       В прочем, поздно было только для Лань, поэтому за соседними столами ещё были люди.       Они спокойно ели, пока в один момент Ху Я внезапно не выдал:       – Лань-мэй, а ты знала, что наш Хуа Се бывший принц?       Лань И просто выплюнула вино, которое пила, а Се Лянь подавился маньтоу и закашлялся. Ну и побледнел ещё больше. Ху Я от смеха чуть под стол не скатился от такой реакции.       Лань И в раздражении ударила ладонями по столу:       – Ху Я, какого хуя?! – после гневно выпаленного вопроса, её поза сменилась на позу заядлой сплетницы. – Рассказывай.       Но лис всё не мог успокоиться. Судя по всему, вино, которое он пил спокойно и при адептах, подействовало сильнее, чем можно было подумать по его виду.       Все остальные смотрели на них странным взглядом.       Духа по виду чуть ли инфаркт не схватил, Глава знаменитого ордена выглядит так, будто жаждет сплетен, а третий просто ржёт во весь голос, уже чуть ли не задыхаясь. Удивительно странная картина, которую представить трудно.       Как Се Лянь не стал пауком на месте - загадка. Он знал, что когда-то раскроется перед ней... но не так он хотел это сделать! Точно не здесь, точно не сейчас, точно не с кучей людей вокруг и точно не с помощью Ху Я!       Принц, задыхаясь, прохрипел:       – Это... кха... была бы самая позорная... кха... из моих смертей... подаваться маньтоу и... задохнуться, - сказал он вместо своего возмущения.       Тут не выдержала Лань И и тоже засмеялась. Теперь уже на двоих смотрели с опаской.       Можно было бы сказать, что они успокоились и продолжили вечер как ни в чём ни бывало... Но, на самом деле, их просто выгнали. Причём Се Ляня выгнали сугубо потому, что он был с двумя "пьяными возмутителями спокойствия", если мягко перевести брань хозяина, и что им "надо протрезветь на свежем воздухе". Естественно, никто из них не был пьян по-настоящему, но, судя по всему, по мнению хозяина, чрезмерный смех - один из признаков. Или ему нужно было придумать срочный повод выгнать их, чтобы не мешали остальным гостям трапезничать, и этот был первым, что пришёл в голову.       Как бы то ни было, сейчас они оказались на улице. Было уже темно и немного прохладно, так что это позволило Лань И и Ху Я успокоиться немного быстрее. Се Лянь же тем временем, когда закончил размышлять, почему его тоже выгнали (опять его удача, не иначе), стал думать, как можно...       - Хуа-сюн, так ты и правда был принцем?       ... Было бы избежать разговора, не спроси Лань И его об этом.       Он грешным делом подумал опять сбежать, но Ху Я, будто прочитав в его глазах желание убежать или вспомнив то, как они разошлись в прошлый раз, быстро схватил его за руку.       - На самом деле, я бы тоже хотел услышать настоящую историю.       Се Лянь ещё какое-то время переводил взгляд с одного на другого, и увидев, что те твёрдо настроены получить ответы (он знал такие взгляды), он тяжело вздохнул и немного осунулся.       ... Возможно, ему стоит им рассказать сейчас. Он уже начал привязываться к ним, он уже привязался, но, если они решат уйти и больше не связываться с ним, ему будет не так больно. Это будет очень больно.       Возможно, что-то из этого отразилось в его глазах, потому что Лань и Ху Я неловко переглянулись. Их решимость узнать прошлое их друга немного поугасла, но Се Лянь не обратил на это внимания.       - Идём.       Одно из преимуществ быть Непревзойдённым - весьма легко понять, есть ли рядом живые существа. Демоны не рискнут подойти ближе, но не все люди чувствительны к демонической ауре. Тем не менее, Се Лянь решил не рисковать, что к ним кто-то подойдёт, и направился в лес. Он точно знал, куда можно пойти, где они смогут даже присесть, не сильно запачкав одежды.       Спустя пару минут ходьбы по лесу они вышли на небольшую поляну с поваленным деревом. Оно было достаточно толстым, чтобы спокойно на нём сидеть и не бояться упасть назад. Се Лянь сначала хотел сесть на пень, немного в дали от них, но его оперативно перехватили по обе стороны и усадили посередине. Так что ему было некуда деваться от них.       Повисла неловкая тишина.       - ... Так как к тебе лучше обращаться - Се-сюн или Хуа-сюн? - внезапно нарушил тишину Ху Я.       Настолько внезапно, что двое других вздрогнули.       - ... На самом деле, не так важно. Хуа Се уже такое же моё имя, как и когда-то было Се Лянь, так что это правда не имеет значения, - спустя пару секунд раздумий сказал Се Лянь.       Это не было ложью. В какой-то степени он хотел, чтобы его звали Се Лянем, но в то же время это было имя Наследного принца, угодившего Богам, Бога Войны в Короне из Цветов, которого дважды низвергли. Хуа Се же был демоном, которого считали духом и у которого была удивительно хорошая репутация. Не сложно догадаться, кем он больше хотел быть.       И всё же его изначальное имя было ему дорого. Даже если в итоге оно стало ассоциироваться не с самыми лучшими моментами жизни.       - Значит, Се-сюн, - сказал Ху Я как ни в чём ни бывало. - На самом деле, я много слышал как о том, каким ты был во время расцвета Сяньлэ, так и о том, что было после. И это так сильно разнится между собой, что просто невероятно, что это ни у кого не вызвало вопросов. Хотя, - сам себя прервал Ху Я, - я ведь задумался. Но, не суть. Я к тому, что лично я с одной стороны хочу узнать историю друга, а с другой - понять, почему история так резко изменила свой настрой к тому, к кому была так благосклонна раньше.       Се Лянь сглотнул.       Лань И не знала, что сказать. До её ордена доносились лишь слухи (которые распространялись вопреки всем правилам), так что она и подавно не могла никак судить об её друге, только по делам. И дела говорили, что он - человек... демон с добрым сердцем. Настолько добрым, что простой народ стал принимать его за духа.       Се Лянь глубоко вздохнул и принялся постепенно рассказывать.       Он рассказывал сначала тихо, но, не слыша ни неодобрения, ни осуждения, замечая от них лишь участие, он стал рассказывать нормальным тоном. Он рассказал, каким он был, каким он себя считал тогда и каким считает себя сейчас. Рассказал о том, вознёсся в семнадцать лет ("семнадцать лет, Се-сюн! Никто так рано никогда не возносился!"), как потом началась засуха, а следом за ней и война, и то, что он, вопреки правилам, решил лично помочь своему народу.       Он старался как можно ровней рассказать о первой встрече с Безликим Баем, но его голос предательски дрогнул, а сам он запнулся, хотя в ней не было ничего такого. В этот момент Ху Я и Лань И прижались к нему с двух сторон, заземляя и напоминая, что он сейчас с ними. Это помогло ему, и он продолжил.       Он быстро рассказал, как шла война, как появилось поветрие и как в итоге они проиграли. Как он проиграл. Как он отправился в бега вместе с родителями и двумя друзьями. Как освободил огонёк (и если Лань И и Хуа недоумённо переглянулись от такого, казалось бы, незначительного события, то он это не заметил), как ушёл один друг. Как он снова встретился с Баем, как решил ограбить...       Он старался как можно быстрее проскочить храм, едва сказав про него. Только то, что Бай его поймал, его и сотню других людей, и как тот выпустил на них болезнь. Он пропустил то, что было после.       Он не стал говорить, что чуть сам не стал Безликим Баем, просто сказал, что... был немного не в себе и что чуть не совершил глупость. И как он совершил огромную ошибку, посчитав, что в него уже никто не верит.       Он рассказал им об Умине. Он не мог не рассказать.       Он не мог умолчать о том, как тот последовал за ним, когда больше никто не следовал. Что он был рядом, когда все ушли. Что он верил в него, когда никто, даже он сам, не верил. Как дал такое жестокое имя из злобы и как сожалеет об этом.       Как тот пожертвовал собой, чтобы Се Ляню не пришлось расплачиваться за свои ошибки. Как после него остались только белый цветок и меч. И как он сожалеет обо всём, связанном с Умином - о жестоком имени, жестоком отношении, о том, что не остановил его от самопожертвования во имя такого никчёмного бога, как он.              Он замолчал. Его трясло, на само деле, сильно трясло, но Се Лянь этого не замечал. Зато заметили по бокам сидящие. Они снова прижались к нему, смотря в стороны. Они молчали, размышляя о том, что услышали.       Стали ли они хуже относиться к нему? Конечно нет!       Им было... грустно. Ужасный путь из князи в грязи. Брошенный всеми, кроме одного призрака. Они не осуждали Хуа Се - Се Ляня - за то, что тот был жесток к призраку. Его всего трясло от одних воспоминаний. Лань И знала и видела, каким может быть человек в отчаянии. А Ху Я знал, какого это.       Спустя какое-то время, когда Се Ляня перестало так сильно трясти, Ху Я решил заговорить:       - Ты... - но тут же остановился, решив, что, наверное, всё же не стоит спрашивать. Но на него уже обратились взгляды Се Ляня и Лань И, так что, вздохнув, он продолжил: - Ты ведь... был жив всё то время, да?       Се Лянь кивнул, не понимая, к чему вопрос.       - Тогда... как ты стал демоном?       - О, - только и ответил Се Лянь. - По правде говоря, это была случайность.       Лань И слабо фыркнула.       - Никогда не слышала, чтобы кто-то становился демоном намеренно.       Се Лянь слабо рассмеялся. Затем, вздохнув, он сказал:       - На самом деле, после того как... Умин... - он сглотнул, его опять мелко затрясло. - В общем, после этого я... вознёсся.       - Что?!       Се Лянь немного скривился от громкости возгласов. Ощущение тел по бокам пропало, поскольку его друзья (они ведь друзья?) вскочили и с неверием уставились на него.       - Подожди, - Лань И приложила палец к точке между глаз. - То есть ты, - она указала на Се Ляня, - хочешь сказать, что ты вознёсся во второй раз?       - Да? - сказал Се Лянь так, будто это не было чем-то особенным.       - Невероятно, - обречённо покачал головой Ху Я. Серьёзно, Хуа Се иногда бывает таким...       - Это не так важно, потому что меня вскоре низвергли снова, - как ни в чём ни бывало сказал Се Лянь.       Теперь звуки издавали лишь лесные птицы да животные.       Лань И вернулась на бревно и тяжёлым выдохом села.       - Почему я только не захватила с собой кувшин вина...       Ху Я сел на своё место, с другой стороны от Се Ляня.       - Итак, после всего того, что с тобой произошло, ты снова вознёсся и тебя снова низвергли, - это не требовало ответа, но Се Лянь всё равно кивнул. - Я не буду спрашивать о том, какого гуя тебя снова низвергли, да ещё и так быстро. Что произошло после? Как вообще тебя смогли убить?       Лань И дёрнулась и хотела было упрекнуть Ху Я, но Се Лянь был быстрее.       - А, ну, - Се Лянь снова неловко рассмеялся. - Я случайно оказался возле Тунлу во время его открытия. Тут и там я собрал информацию о том, что происходит, и решил не дать ни одному демону стать... Им.       Не требовалось уточнять, кем именно.       - И так уж вышло, что в жерло попали я и демон-паук. И хотя я его победил, Тунлу... Трудно сказать, что произошло, но в один момент я словно умирал, а в следующий - всё трясётся, и я понимаю, что надо бежать. А когда остановился... Осознал, что демон.       Ху Я и Лань И какое-то время просто смотрели на своего друга. У них не было слов.       - Нет, мне всё же нужен тот кувшин вина.       ... В прочем, какие-то слова нашли.

***

      Цзюнь У, если бы захотел, мог бы разобраться с двумя новыми Непревзойденными демонами с лёгкостью. Но дело в том, что он просто не хочет.       Сначала один, потом второй, и оба с подозрительно похожими именами.       Хуа Чэн и Хуа Се.       Были ли они связаны? Были ли знакомы? Это оставалось не ясным.       Линвэнь ему доложила, что первый обосновался в призрачном городе, который стремительно растёт, а второй затесался среди духов.       Владыка нахмурился, смотря в окно на Небесную Столицу.       Блеск золота и богатства, а что внутри? Прах и кости. Небожители даже не знают, что под их ногами трупы. Кичатся своей силой и статусом, а на деле? Сплошная показуха.       И, ооо, какая ирония, служат демону, которых презирают, ненавидят и уничтожают.       И Сяньлэ пропал.       "Сяньлэ, Сяньлэ... где ты прячешься?"              Цзюнь У старался следить за ним, но... проклятая канга, ограничивающая удачу принца, не позволяет никому его найти. Он только может сказать, что Сяньлэ где-то там. А вот где это "там" - вопрос другой.       Владыка тихо вздыхает и отходит от окна.       С горой Тунлу что-то было не так, когда Хуа Се был там. Она чуть не истощилась. Значит, Серебряное Бедствие должно быть весьма могущественным, но пока тот тихий как цикады зимой. Только слухи и домыслы.       И слишком хорошая репутация для демона. Это не хорошо. Может... немного подправить ситуацию?       Раньше ему удалось сделать вид, что он уничтожил Безликого Бая, убив свою же марионетку.       Создать марионетку с внешностью Хуа Се не составит труда. Трудность будет со способностями, ведь о тех мало известно. Да и о настоящей внешности без маски тоже неизвестно.       Какая морока.

***

      Фэн Синь старался быть незаметным. Очень старался.       Этот Хуа Се невольно пробуждал в памяти воспоминания о Се Ляне. Поэтому Фэн Синь старался незаметно искать бывшего принца, но всё тщетно. Этот придурок Му Цин заметил, но, благо, промолчал, хотя Фэн Синь знает, что тот тоже ищет.       Но Его Высочество будто сквозь землю провалился. Ни единой зацепки, ни единого слуха, будто и не существовало его.       Зато вот про Хуа Се было слухов предостаточно. Как и о Хуа Чэне. Сколько было предположений, почему два демона носят одну фамилию, но все они были домыслами.              И было в обоих что... знакомое. Только вот что именно, генерал Наньян понять не мог.