Шанс

Pov. Егор

Дверь в студию хлопнула с глухим стуком. Я вошёл, не сбавляя шага. Не люблю опаздывать. Особенно, когда чувствую, что за моей спиной плетётся что-то, что ускользает из-под контроля. Пахло кофе, техникой и свежей пластмассой. Всё на своих местах. Почти. — Глеб! — голос у меня вышел резче, чем хотелось. — Что тут происходит? Он обернулся, сидя полубоком на стуле. На лице — то самое выражение, которое я ненавижу: чуть спокойное, чуть слишком довольное собой. — Работаем. Как всегда. — Глеб лениво кивнул в сторону клиентов. Клиенты. Эти двое, иностранцы, с лицами, как из рекламы швейцарских часов, смотрели на нас, как на живое реалити-шоу. Только не хватало попкорна. — Ага, работаете, — процедил я, оглядывая стол. На экране — остановленный кадр. Алиса. Её стрим. Пауза на моменте, где она почти улыбается. Сердце дрогнуло — глупо, но я злился даже на это. — Ты что, серьёзно? — кинул я Глебу, понижая голос. — Ты включил её стрим в студии? Перед клиентами? — Я его не включал, — спокойно ответил он. — Он сам всплыл. Как и всё остальное в этой жизни. Он обернулся к клиентам, уже с вежливой полуулыбкой: — Господа, извините за минуту суматохи. — Всё в порядке, — ответил мужчина с акцентом. — Мы как раз обсуждали песню. Похоже, в ней больше, чем просто музыка. Я только сжал челюсть. Ещё бы. Конечно, больше. Особенно, если знать, кто её написал и зачем. Глеб снова повернулся ко мне, уже с лёгкой усмешкой, но голос его был жёстче: — Не мы начали эту игру, Егор. Она уже в эфире. Люди обсуждают. Клиенты обсуждают. Либо ты идёшь с этим волной, либо тонешь. Я стоял, чувствуя, как ярость обжигает горло. Он, блядь, доволен. Потому что Алиса снова в центре внимания. Потому что она говорит, поёт, дышит, а он рядом. Даже если через монитор. Я отвернулся к окну, пытаясь успокоиться. Снизу машины ползли по мокрому асфальту, словно муравьи по треснувшему стеклу. Всё кипело. Шумело. Свербело под кожей. "Это мой проект," — напомнил себе. — "Мой. И она..." Сжал кулаки. — Надо перехватить инициативу, — резко бросил. — Слушай, Дим, — повернулся к нему. — Созвонись с Женей, пусть подтвердит права. Если она начнёт раскручивать эту песню через свою книгу — мы либо в этом участвуем, либо греемся сбоку. Я не собираюсь смотреть, как кто-то зарабатывает на нашей истории, пока мы пялимся в экран. Дима коротко кивнул. А Глеб всё ещё смотрел на меня. Взгляд был острый, как стекло. — Это уже не просто история, Егор. Она сделала из этого что-то большее. Я только усмехнулся. — А значит, тем больше причин мне забрать это обратно. Я развернулся и вышел в соседнюю комнату. Слишком много лишнего воздуха. Слишком много Алисы.Дверь за мной закрылась с мягким щелчком, но в ушах всё равно звенело. Я подошёл к столу, машинально взял бутылку воды, но не открыл. Просто сжал в ладони. Пальцы побелели от напряжения. "Слишком много Алисы."В каждом слове. В каждом взгляде. Даже в чужих людях. Она снова стала какой-то незаменимой. Не потому, что она действительно особенная, а потому, что умеет играть на чувствах.Я опёрся руками о стол и уставился в стену.Чёрт возьми. Я должен был быть первым. Я был первым.Пока она не решила, что может выбрать сама.Семь лет назад — да, я тогда думал, что это игра. Безобидная. Но она ведь не сопротивлялась. Ни одному слову. Писала, отвечала, смеялась в экран. Если она такая пострадавшая — то почему продолжала? Потому что хотела. Потому что ей это тоже было нужно. И теперь… теперь она решила вернуть эту историю, как будто это её личная трагедия. А я? А Глеб? Мы что — просто персонажи второго плана в её маленькой драме? Нет. Не выйдет. Я не позволю ей выставить нас виноватыми, а себя — жертвой. Не позволю ей делать на этом имя. Превращать нашу историю в слёзы под гитару.Я сжал зубы. Глеб вообще ослеп. Смотрит на неё, как щенок, забывая, кто она и на что способна. Сколько раз она уже ломала его — он всё равно встаёт и идёт за ней. А я? Мне достаточно было один раз увидеть, как она может отвернуться — чтобы больше не позволять себе слабости.Телефон завибрировал в кармане. Сообщение. Не от неё. Какое-то деловое.Но я открыл её профиль. Автоматически. Всё ещё в эфире. Всё ещё говорит. И, кажется, даже улыбается. Тварь.Я закрыл экран, бросил телефон на стол и выдохнул. Если она думает, что это конец — она ошибается. Если она решила рассказать свою версию — я покажу свою.Громче. Жёстче. Правдивее.Я не позволю ей быть героиней.Потому что настоящая история совсем не такая, как она её рисует.