Роковой тур

Высокий мужчина с тёплыми зелёными глазами выбежал из поезда и направился к эскалатору. Стоя на движущейся лестнице, парень залез в карман джинсов и достал оттуда прямоугольный телефон в прозрачном чехле. Под ним находились какие-то бумажки, наклейки, корочка билета из Москвы во Владивосток и фотография четверых друзей: высокого русоволосого парнишки с кудряшками, мужчины чуть ниже с яркими голубыми глазами, человека в очках с коротким "ёжиком" и такого же низкого мужчину с хвостиком, как и "очкастого". Фотографии было уже лет семь, но её никогда не убирали. Тонкие пальцы перемещались по экрану, и скоро в наушниках заиграла новая песня. Обладатель телефона начал мурлыкать себе под нос мелодию, успешно попадая в ноты. Выйдя из здания станции, Антон опешил - на него полился сильный поток дождя. Ливень, похоже, и не думал прекращаться, начавшись во время поездки на метро. От станции до дома минут десять-тринадцать бегом. Поправив на шее футболку, Шастун выбежал из-под козырька здания и быстро пошёл прочь, направляясь к своему дому по пустым из-за непогоды улицам. Ноги поочередно провалились в лужу, погрузившись в неё по щиколотку. Чертыхнувшись, Шаст отряхнулся и ускорил шаг. Около дома стоял вместительный чёрный джип, мокрый от капель воды. Залетев в него, Шастун расчесал тонкими, одетыми в кольца, пальцами волосы. Мокрое тело, не спасённое одеждой, липло к коже на сидениях, и от этого становилось мерзко на душе. По влажной спине стекали капли воды, от которых по телу бегали мурашки. Шаст завел машину и выехал из двора дома. За окном все было серое и мокрое. Выехав на трассу, Антон прибавил скорость, но до разумных пределов - в аварию не хотелось. Хоть Шастун и любил гонять, но этого по такой погоде делать явно не стоило. Джип подъехал к зданию, где проходили съемки очередного шоу. Припарковав машину прямо у входа, Антон покинул автомобиль и вошёл в здание, отряхнувшись. Прилипшая к телу футболка облепляла туловище. Упругие мыщцы живота выделялись, а лопатки прямо таки торчали. Пройдя по длинному коридору, Шастун зашёл в гриммёрку. В большой, заполненной светом, комнате находилось пять человек. Матвиенко сидел в кресле и не шевелился - с него снимали грим, и получить ватной палочкой в глаз не хотелось. Дима полу-лежал на диване и, походе, дремал. Арсений сидел на подоконнике и смотрел в окно. За стеклом была Москва-Сити под слоем тумана. Капли дождя били по стеклу, оставляя нечёткие следы. В комнате стояла тишина, прерывающаяся редкими комментариями, по типу: "Голову влево", "Закройте глаза", "Откройте правый глаз". Шаст тихо постучал костяшками пальцев по косяку двери. Две головы тут же повернулись на источник шума. — Шаст, ты, что, плавал там? - Арсений улыбнулся, спрыгивая с места обитания. — Вот мне заняться больше нечем, что ли? - тихий ответ на ехидный вопрос не заставил себя ждать. Мужчина подошел к дивану и сел на корточки перед ним. Ресницы Димы мелко подрагивали, но он всё ещё спал, хоть и был на грани сна и яви. — Димочка, просыпайся, - и пальцы Шастуна начали рисовать незримые узоры на футболке мужчины. В ответ было лишь сдавленное мычание и советы, куда надо бы пойти парню в данной момент. И, желательно, поскорее. — Ах, так? - и Антон прибегнул к хитрости - он положил руки на шею друга, и начал её немилостливо щекотать. Димка тут же проснулся. — Ааа!! - крик заставил Шаста отпрянуть, — Шаст, ну холодно же! Ты ж ледяной! - и обиженный, но пободревший, Позов зло посмотрел на старого друга, массируя себе шею, тем самым разогревая её. — Ну, извини. Нехер меня посылать было. Мог бы сразу проснуться, - на резонное замечание Дима лишь закатил глаза. — Шаст, у тебя ж обычно горячие руки, - недоуменно заметил Сергей, слезая с кресла и благодаря гриммеров. Попов нахмурился. — Шаст, только не говори мне, что ты вот так и ездил?.. - голос пожестел, - Я надеюсь, ты на такси доехал? — Надейся... Нет, я на метро, а до и от метро пешком. И, да, я забыл толстовку. Димка хотел было начать ругаться, но Матвиенко заканючил: — Ну, поехали уже. Кушать хочется! - друзья лишь посмеялись. Забрав оставшиеся вещи, четвёрка импровизаторов села в машину. Арс сел рядом с Антоном, а на задних сидениях расположились Поз и Серж. Пока Арсений подключал телефон к машине, Серёжа уже успел сделать вид, что умирает от голода, и получить коробку леденцов из бардачка машины, чем он тут же и занялся. По всей машине раздались звуки посасывания, хруста конфет и причмокиваний от удовольствия. Дима на это лишь закатывал глаза и улыбался, добродушно шутя. Шастун сосредоточился на дороге, а Попов "рулил" музыкой. Тонкая рука потянулась к кнопкам, регулирующим температуру в салоне автомобиля. Арсений создал поток тёплого воздуха, направленный на водителя, за что Шаст с благодарностью глянул на друга. Машина въехала в черту города. Попов начал замечать едва уловимые виляния автомобиля, будто водитель ненадолго бростает управление. Когда движение стало явным, да таким, что даже редко ездящий самостоятельно за рулём Дима это заметил, то Арс потянул руки к рулю. — Шаст, что такое? - тихий голос был настороженным и взволнованным. — Всё хорошо, Арс, - попытался отмахнуться Шастун, но уже выруливал на заправку, куда под указанием Попова он направлял машину. — Пойдём. Пацаны, подождите нас тут, мы сейчас, - и дверь хлопнула, призывая водителя сделать так же. Двое мужчин побежали под козырёк здания, спасаясь от непрекращающегося дождя. Антон тут же съежился, пытаясь укрыться от неприятных ощущений. — Жди здесь, - с этими словами Арсений зашёл в магазин. Шастун прислонился спиной к сухой стене и прикрыл глаза. Разом накатила новая волна усталости, появилось ощущение некой бессильности. Хотелось спрятаться в собственной кровати, чтобы кто-то укутал в тёплое одеяло, всунул в руки кружку с какао или чаем, поцеловал в лобик, сел рядом и обнял. И не отпускал, пока Антон не уснёт в чужих объятьях... — Тош! - резкий оклик заставил вздоргнуть и открыть глаза. Прямо перед ним стоял Попов с пакетами в руках. Положив их на пол, друг протянул руку к лицу зеленоглазого. От такого неожиданного и нежного жеста у того по коже пробежали мурашки. — Антош, ты как? - Арсений беспокоился сейчас за друга больше, чем за себя когда-либо. — Всё нормально, - Шаст отмахнулся. — Антон, у тебя голова горячая, а руки холодные... — Я замёрз, поэтому пытался лицо согреть, - пронзительный взгляд голубых глаз проникал сквозь худое тело, дрожащее от холода, и, казалось, его обладатель знал всё о саоей цели. Из пакета появился большой чёрный зонт, под который Арс тут же поманил коллегу. Оставив Антона ненадолго на улице, Арс раздал парням в машине по стаканчику с кофе, а на водительское сидение примостился плед. На него и сел Шаст. Вперёд теперь сел Позов, а прямо за Шастуном сижел теперь Попов, который начал массировать укрытые шерстяной тканью плечи другу, пытаясь хоть как-то разогнать кровь. — Спасибо, Арс, - тихие слова благодарности заставили их адресанта смутиться от удовольствия слышать мягкий мелодичный голос. Машина подъехала к ресторану. Арс принялся расталкивать уснувшего Серёжу, а Димка уже ждал друзей снаружи. Двери закрыдись, и Антон остался в салоне автомобиля один. У него просто не получалось собрать в себе силы, чтобы банально открыть дверь и выйти из машины, присоединившись к пацанам. Сидя в теплом пледе в прогретом салоне на Шастуна напала жуткая слабость - он заметил, что в глазах всё расплывается, а руки просто не поднимаются, будто бы наливаясь свинцом с каждой секундой всё больше и больше. Такое ощущение было лишь однажды - когда Паша очень сильно бил Шаста током так, что Антон упал от боли, и пришлось вызывать врача для дизориентированного парня. В какой-то момент, котооый Антоша, разумеется, не отследил, тело перестало контролироваться, и глаза непроизвольно закрылись.